Введение ЧТО МЫ ХОТИМ ПОСТИЧЬ

"Человек прославляет Бога полнотой своей жизни"

Св. Ириней, II век.

Братья и сестры мои! Я убежден, что самое глубокое и беспокойное желание моей души — это желание обрести полноту человечности, полноту жизни. И поэтому меня больше всего преследует опасение, что я могу растратить и потерять впустую прекрасную возможность жить. Мои ежедневные молитвы меняются в зависимости от опыта и текущих нужд, но одна из них остается постоянной: " О Боже, Отец мой, не дай мне умереть, не испытав настоящую жизнь и подлинную любовь!" С той же надеждой я молюсь и обо всех вас, чтобы это исполнилось и в вашей жизни. В той мере, в которой я понимаю свои побуждения, я могу сказать, что желание видеть вашу жизнь полной и всесторонней и побудило меня написать эту книгу. В своей жизни я встретил нечто хорошее, вдохновляющее, животворящее, и хочу разделить этот дар и с вами.

В моих поисках полноты человеческой жизни всегда были моменты, когда достигалась особая ее завершенность, когда она глубоко преображалась. Эти моменты особого прозрения, моменты глубокого целостного видения ("insight"). В этих очень ценных прозрениях иногда расширялась вся панорама моего мира, а мое участие в жизни углублялось и усиливалось; такие моменты оставляли впечатление праздника, наподобие 4-го июля1'. В других же случаях это походило на неторопливый рассвет, когда дар жизни и света вручается не сразу.


1 4 июля — День Независимости — национальный праздник США — Прим. ред.


Я испытал также радость признания и теплое чувство внутреннего родства с великим психологом Карлом Юнгом, когда увидел, что он ввел прозрение в один ряд с тремя традиционными богословскими добродетелями. Он сказал, что наиболее осмысленные моменты его собственной жизни — это моменты веры, надежды, любви и прозрения ("Человек в поисках души").

Конечно, ценность прозрений должна испытываться в лаборатории жизни. Всякое знание, не меняющее качества нашей жизни, бесплодно, а его ценность оказывается под вопросом. С другой стороны, если качество и эмоциональные формы жизни меняются, можно проследить, как соответствующее изменение связано с каким-то новым прозрением или восприятием. Из этого складывалась история моей жизни, и я уверен, что такова же история всех людей.

Позвольте теперь отвлечься от основной темы и обратиться к нескольким личным примерам. Среди всех прозрений моей собственной жизни, глубоко изменивших ее и меня, мне хотелось бы назвать следующее:

1) Отвратительные качества во мне самом и в других (склонность ко лжи, хвастовству, сплетням, раздражительный нрав и т. д.) — это по сути дела настоящие вопли страдания и призывы о помощи.

2) Хорошее представление о самом себе — это самое ценное в психике человека.

3) Успех или неудача в человеческих отношениях определяется главным образом успешностью или неудачностью коммуникации.

4) Достижение полноты и свободы в опыте и выражении всех наших чувств необходимо для нашего внутреннего мира и осмысленности отношений.

5) Я не беру на себя личную ответственность за разрешение проблем других людей. Если я буду пытаться это делать, другие люди останутся незрелыми и зависимыми от меня.

6) Любовь не должна быть ничем обусловлена, иначе она становится средством манипуляции. Безусловная любовь — это единственный род любви, позволяющий человеку утвердиться и внутренне возрастать.

Все эти прозрения, а также и многие другие, стали содержанием моих прежних книг. Мне кажется, здесь стоит перечислить и сформулировать некоторые их них, поскольку они глубоко повлияли на меня самого, на мой образ жизни, на мое видение мира в разных его измерениях. Увидев взаимосвязь между восприятиями и жизнью, испытав это как прозрение, я и хочу передать его вам в данной книге. Сведем ее суть к одному предложению: наш доступ к счастью полнокровной человеческой жизни определяется нашим личным восприятием реальности. На страницах этой своей книги я часто буду называть такое персонализированное восприятие реальности "видением". Как говорят, "вы получаете то, что вы видите!"

Вы и я воспринимаем реальность (себя, других людей, жизни, мира в целом, Бога) через наше сознание. Однако мы видим по-разному. Ваше видение реальности—это не мое, и наоборот, мое—это не ваше. Каждое из них ограничено и неадекватно, но в разной степени. Оба мы в чем-то неверно и искаженно понимаем реальность, но каждый по-своему. Каждый из нас увидел что-то такое из доступной ему истины и красоты, к чему другой остался слеп. Главное здесь вот что: полнота и ясность нашего видения определяют полноту нашего мира и качество нашей жизни. Наша жизнь и наше счастье ограничиваются и ослабляются соответственно тому, насколько мы слепы и насколько искаженно воспринимаем реальность. Значит, если мы хотим измениться — внутренне вырасти — наше основное видение или восприятие реальности должно измениться в первую очередь.

В общем, многие согласны, что подлинная и полнокровная человеческая жизнь опирается, как треножник, на три основные вещи: это внутренняя динамика личности, межличностные отношения и система соотнесения. Когда я писал об этом раньше, я обращался в основном к первым двум темам. Теперь же я буду говорить о третьей — о системе соотнесения, о том основном восприятии реальности, посредством которого мы вводим в свой мир, оцениваем, интерпретируем новые события и идеи, а также и новых людей... Гибкая личность постоянно воспринимает "новое", интерпретирует его, при этом основное восприятие или видение реальности само тоже изменяется. Но оно всегда остается тем же самым видением, которое, несмотря на модификации, определяет качество жизни данного человека и его участие в жизни людей, определяет степень полноты его жизни.

Это прозрение внесло большой вклад не только в мою жизнь, но и в мои размышления об условиях человеческой жизни как таковой. Я пришел своим собственным путем к пониманию того, что любовь это существенная часть программы полнокровной человеческой жизни, и что любовь работает лишь тогда, когда люди хотят поработать ради самой любви. Я увидел, что коммуникация — это жизненная кровь любви, и что испытывать и выражать свои чувства существенно необходимо для коммуникации, для формирования ее "вещественной" основы. Я также пришел к пониманию того, что никто не может по своему произвольному желанию вызвать в другом человеке те или иные чувства, — он способен только стимулировать появление таких чувств, когда они сами уже созрели и готовы выйти наружу.

Когда я прошел через все эти прозрения, ставшие вехами на пути развития понимания, ведущем к новым и новым вдохновениям со все большим охватом реальности, у меня все еще остался один томящий душу вопрос. Предположим, есть человек, чувствующий себя совершенно свободным для того, чтобы испытывать и зрелым образом выражать свое одиночество, страх, гнев и т.д. Как этот человек сможет выйти из такого душевного состояния? Станет ли прямое и открытое выражение таких негативных и гнетущих эмоций достаточным для исцеления, для изменения характера его реакций? Фритц Перле и гештальт-терапевты полагают, что да. Эрик Берн и другие не разделяют их оптимизма. Мой собственный опыт и опыт общения с другими людьми ведет меня к убеждению, что изменение нежелательного эмоционального склада может придти только вместе с изменением мышления — с изменением восприятия реальности или видения. Так же думают Альберт Эллис и те, кто вместе с ним практикуют рационально-эмотивную терапию. Теперь мне стало очевидно, что наши эмоциональные реакции не являются перманентно сохраняющейся частью нашей личности, т. е. того, чем мы были прежде, являемся теперь и станем в будущем. Эти реакции скорее всего вырастают из того, как мы видим самих себя, других людей, жизнь, мир в целом, Бога. Наши восприятия становятся привычной системой соотнесения, той системой, в рамках которой мы действуем и реагируем. Наши идеи и установки побуждают нас к соответствующим эмоциональным реакциям. Упорные негативные эмоции указывают на то, что в нашем мышлении есть искажения или заблуждения, т. е. на астигматизм в нашем видении.

Например, если я смотрю на себя как на никчемного человека, я уверенно могу предвидеть появление у себя многих гнетущих и не поддающихся искоренению эмоций — упадка духа, депрессии, тоски и даже, быть может, желания покончить с собой. Но если другой человек своей жизнеутверждающей и безусловной любовью поможет мне понять, что я действительно достоин любви и способен любить, что я представляю собой значительную ценность, весь комплекс моих эмоциональных реакций радикально изменится. Когда устранено искажение в моем восприятии самого себя, я постепенно трансформируюсь в человека, доверяющего самому себе, уверенного и счастливого.

Если я думаю о вас как о друге и сотруднике, мои эмоции при встрече с вами будут теплыми и положительными. Если же я увижу в вас врага, мои эмоции будут совершенно противоположными. Вспомните небольшое двустишие:

Двое смотрели на мир через решетку тюрьмы: Один видел грязь, а другой — звезды.


При стремлении к полноте человеческой жизни все зависит от этой системы соотнесения — от привычной точки зрения, от характера видения самого себя, других, жизни, мира и Бога. Что мы видим, то мы и получаем.

Следовательно, если вы или я хотим измениться, вырасти в такую личность, которая живет более полной человеческой жизнью, мы, разумеется, должны постигнуть, каково наше видение в настоящий момент, а затем начать терпеливо трудиться над выравниванием его дисбалансов и устранением всяких искажений. Настоящий и непрекращающийся внутренний рост должен начинаться именно с этого. Робкого и слабого человека уговорами можно привести к самоуверенности и самомнению, но это даст ему только новую маску — взамен прежней. Не произойдет никакого реального изменения, не будет никакого реального роста любого из нас, пока мы не изменим свое основополагающее восприятие реальности, свое видение.