Хосе Антонио Марина. Анатомия страха. Трактат о храбрости

Глава III. Субъективный полюс: боязливый характер 


...

7. Еще один шаг к разгадке: слепой оптимизм человеческого существа

Мы достаточно говорили о мрачном, и теперь пришло время взглянуть на другую сторону медали. Наша жизнь полна слепого оптимизма. Это непреодолимое стремление к будущему, порыв, который Спиноза именовал словом conatus, „стремление“, а мы предпочитаем называть инстинктом выживания. Древние мыслители, рассуждая о душе как начале начал, имели в виду дух, воодушевление, силу, покидающую человека в минуты отчаяния и уныния. Такие срывы происходят, например, во время депрессии: животворящий источник пересыхает, и тогда люди сталкиваются с одной из самых серьезных проблем медицины, психологии, педагогики. Как быть, если человек пал духом? Как восстановить иссякшие силы? К рассудку взывать бесполезно, ведь эмоции ему неподвластны. Нет смысла доказывать отчаявшемуся, что жизнь прекрасна и полна значения. Неодухотворенный разум может привести нас к вполне обоснованному пессимизму. Существует множество причин, чтобы отказаться от продолжения рода, ведь мир так опасен. Существует множество причин, чтобы впасть в уныние при мысли о смертной природе человека, этого несчастного мыслящего существа, которое знает, что умрет. Но тем не менее с самого рождения мы устремлены в будущее. „Горячая“ лимбическая система заставляет идти вперед, а кора головного мозга, вместилище холодного разума, размышляет, подсчитывает, предвосхищает. Она-то и делает нас разумными пессимистами. Бальтасар Грасиан32, человек осторожный и предусмотрительный, не отличавшийся особым жизнелюбием, писал: „Нам не следовало бы появляться на свет, но раз уж так вышло, нам не следовало бы умирать“.


32 Бальтасар Грасиан-и-Моралес (1601—1658) — испанский писатель, священник-иезуит.


Возможно, секрет заключается в том, чтобы поставить аналитический разум на службу иррациональному устремлению и попытаться направить его, облагородить, обратить нам во благо. Тогда может зародиться преобразующий импульс, о котором пойдет речь в последних главах этой книги. Когда человек падает духом, приходится искать обходные пути, чтобы наше изобретательное „я“ нашло выход из тупика. Как хотелось бы обрести это заветное умение, ибо нет на свете ничего важнее, чем сила духа, и не существует ничего более драгоценного, чем талант возвращать ее.