' [Намек на изречение, приписываемое Фридриху Великому, согласно которому в его государстве каждый может жить на свой манер.]
Пациентка с трудом выговорила: «Я могу двигаться, только если напрягу все свои силы… почему мне так трудно дается каждое движение?.. Что со мной? Со мной уже так было, но я никогда не ощущала все так отчетливо…»
Человек широкой души, даже порицая, не обвиняет, а хочет помочь. Малодушный человек, даже сказав сто раз, что простил, всё равно держит зло.
Особой темой, где было внесено больше всего дополнений является символика сновидений. В самом начале части Д 6-й главы (с. 357) Фрейд поясняет, что значение этой стороны проблемы стало ему полностью понятным лишь со временем.
Поймите, пока вы не переступите через свою тревогу, вы не сможете любить. А если вы не любите, вам не избежать тревоги. От тревоги есть только одна панацея, и это не "таблетка от страха", которую так часто просят, — это любовь и еще, как я думаю, вера. Тревога — это наше...
2. Семья как фактор, закрепляющий действие психической травмы («хронифицирующее», «аккумулирующее» действие семьи). Психическая травма может вызвать различные реакции как самого индивида, так и семьи. В одних случаях это реакции противодействия — они направлены на скорейшую ликвидацию...
Часто опасность заключается не в чрезмерной осведомленности о какой-то идее, а в пренебрежительном отношении к тому, что не принимается господствующей идеей. Несколько мрачноватой иллюстрацией к сказанному является история о бегающем пауке.
В те дни я писал много малохудожественных стишков для внутреннего употребления, вроде этого разговора сынка с мамой (или с папой)
Образование и педагогический процесс должны быть не просто «обязаловкой», но частью жизни обучающегося.
Пути интеллектуальные, «хитрые», пути управления – это концептуальные пути, в основе которых всегда лежит определенная концепция реальности и в соответствии с этой концепцией реализуется целостность сознания как инструмента.
Тех, кто потерял любимого человека в результате самоубийства, могут утешить сведения о том, что люди, именно так соприкоснувшиеся со смертью, не были впоследствии измучены чувством вины или стыда, которые мы склонны им приписывать, — скорее, у них появилась новая надежда и цель пребывания в...
Улицы были моими, храм был моим, люди были моими. Моими были небеса, равно как и солнце, луна и звезды — весь мир был моим, и я один созерцал его и любовался им. Мне были неведомы ни скверна, ни границы, ни пределы — все качества и пределы были моими. Мне принадлежали все сокровища и их...