Интеллект и логикаИ Ладенко (PDF, стр. 122)

Чей то голос, проникнутый благоговейной симпатией, называет Куэ «профессором», — ему это приятнее, чем когда к нему обращаются со словом: «учитель».

Что делать мне, чтобы быть счастливым?» Этого я не знаю, но говорю тебе: будь счастливым и делай тогда то, к чему есть у тебя охота.

В традиционных историях болезни шизофренических пациентов неизменно подчеркиваются их унылое, конфликтное раннее детство и тяжелая патология их раннего семейного окружения. Но как бы могла выглядеть реальная история болезни пациента, его экзистенциальная история? В психиатрическое обследование...

Много лет назад антрополог Адольф Йенсен издал ставший классическим рассказ, написанный охотником Апинайе из племени Ге в восточной Бразилии. Во время чтения помните о вспышке молнии среди бела дня перед Гордоном Гоулдом, описанной в девятой главе:

Подчеркивая когнитивную функцию абсурда, А. Камю пишет, что «чувство абсурда рождается не из простого рассмотрения единичного факта и не из отдельного впечатления, а высекается при сравнении наличного положения вещей с определенного рода действительностью, действия — с превосходящим его миром....

Если ты пытаешься выставить его, а он не собирается уходить или не выпускает тебя – без страха вызывай милицию, громко кричи. Это очень серьезно. Безнаказанно такие номера проходить не должны.

Гениальный человек уже с самого детства живет самой интенсивной жизнью. Чем он гениальнее, тем дальше заходит его воспоминание о детстве, иногда, хотя в редких случаях, оно простирается до третьего года его жизни. Обыкновенный же человек в состоянии воспроизвести в своей памяти только события...

— Это вполне возможно, но я бы хотел иметь возможность отвечать на телефонные звонки. Я ожидаю важного звонка.

"Результаты исследований в области общей психологии — фундаментальная основа развития всех отраслей и разделов психологической науки" [1, с. 52].

— Вот, пожалуйста! Эти дела он сходу сечет. Настоящий мужик. Ему бы только успеваемость подправить — и нет проблем!

Мы, воспитанные в определенных традициях («раньше думай о родине, а потом о себе»), можем недоумевать по поводу того, что предательство сотрапезника наказывается более сурово, чем предательство родных, родины и единомышленников. Правда, нас учили предавать. Ведь идеалом для пионеров был Павлик...

Люди, прячущиеся за своей депрессией, отождествляющие себя со своей грустью, заманивают нас в ловушку: вынуждают нас чувствовать себя всемогущими, потому что, как я уже говорил в других книгах, они сами, в сущности, чувствуют себя таковыми. Потому что, лишь бы только не признавать свою слабость...