Часть III. Феномен деструктивных сект и психологические основы изменения туннеля реальности человека.


. . .

Глава 14. Технология реформирования сознания.

Из всех вещей, виденных в мире, один ум действует по собственному усмотрению; схватывая формы в зависимости от истолкования, он впадает в заблуждение, искажая действительность. Все философии в мире - подделки разума; не было никогда ни одного учения, сумевшего проникнуть в истинную суть вещей.

"Сутра ожерелья", 10.

Господин Махавира сказал Гаутаме Будде: "Когда провидец не видит дхарму непосредственно, он видит ее через сеть слов. Догадка - сеть слов, закрывающая окно. От этого косвенного наблюдения происходят секты и системы. Путь, предложенный тебе, Гаутама, - прямой путь. Будь бдителен и будь провидцем".

"Уттарадхьяяна-сутра", 10.31.

Условия тоталитарного режима, идет ли речь о религиозной секте или идеологии государства, позволяют эффективно обрабатывать, менять и контролировать индивидуальное (и массовое) сознание. Бытует мнение, что психологическое воздействие на человека можно оказать лишь во время пыток и допросов с пристрастием в темных мрачных подвалах, когда жертву ослепляет свет яркой лампочки. Однако автор книги "Реформирование сознания и психология тоталитаризма" Роберт Джей Лифтон в главе "Культы: религиозный тоталитаризм и гражданские свободы" опровергает это ошибочное мнение. Изучая методы обращения в коммунистичекую идеологию, применяемую в Китае в пятидесятые годы, он подробно описал соответствующую технологию обработки сознания.

Эта технология включала в себя специальные приемы воздействия (в том числе и создание благоприятных условий для такого воздействия) для насаждение нужных взглядов. В элементах данной технологии не было ничего мистического - просто хорошее знание человеческой психологии Поэтому, какой бы чудесной ни казалась группа во главе с ее харизматическим лидером, если она использует технологию реформирования сознания, о которой говорил Лифтон, значит, она представляет собой деструктивную секту и манипулирует сознанием рядовых членов. Каковы же элементы такой технологии?

  • Коммуникационный контроль;

  • Манипуляция мистическими чувствами;

  • Борьба за чистоту души и рядов;

  • Культ исповеди;

  • "Научное обоснование" доктрины;

  • Лингвистическое моделирование реальности;

  • Доминирование доктрины над личностью;

  • Право на жизнь и право на смерть.
  • Рассмотрим подробно каждый из этих элементов. Как пишет Лифтон, коммуникационный контроль, или контроль социальной среды, подразумевает контроль всех контактов и связей членов секты с внешним миром. Когда контроль становится слишком жестким, он перерастает в попытку контролировать внутренние диалоги субъекта. Каждому члену группы внушается убеждение, что реальность - это собственность, которая находится в исключительном ведении группы. В такой обстановке любое стремление к личной независимости пресекается, ибо угрожает стабильному осуществлению абсолютного контроля. В сектах контроль социальной среды поддерживается и сохраняется при помощи группового процесса, изоляции от других людей, психологического давления, географической удаленности (или невозможности перемещения), и даже физического прессинга. Контроль может насаждаться в процессе последовательного чередования таких мероприятий, как семинары, лекции и групповые встречи, которые становятся все более интенсивными и все больше отрывают человека от привычной реальности. Такое физическое и психологическое воздействие крайне мешает человеку трезво оценить обстановку и уйти. Секты - это островки тоталитаризма в огромном океане общества, которое настроено антагонистично по отношению к тоталитарному режиму. Поэтому для сохранения структуры секты лидер должен применять жесткий пограничный контроль и методично усиливать контроль групповой среды.

    Интенсивный контроль среды тесно связан с процессом изменения личности. Это частично объясняет, почему у человека, который в течение определенного периода времени находился в секте и внезапно стал объектом внешнего, альтернативного влияния, на первый план выходит и доминирует сектантская личность. Это особо заметно на молодых людях, у которых при погружении в групповую систему убеждений и групповую структуру радикально меняется "реальная" личность. Происходит что-то вроде дублирования: формируется вторая, так называемая "сектантская личность", которая живет бок о бок с "реальной" и отчасти от нее независима. Очевидно, существует некий связующий элемент, позволяющий человеку интегрировать вторую личность - иначе он не смог бы полноценно функционировать, - но автономия каждой из личностей впечатляет. Когда человек добровольно или принудительно выходит из-под контроля тоталитарной социальной среды, в нем кое-что появляется от прежней, досектантской личности. Оба "я" могут существовать одновременно и долгое время заявлять о себе самым непредсказуемым образом. Такое раздвоение личности существенно травмирует психику.

    Вторым элементом технологии воздействия на сознание в условиях тоталитарного окружения выступает мистическое манипулирование, или запланированный экспромт. По мнению Лиф-тона, это систематический процесс, который тщательно планируется и контролируется "сверху" (руководством), хотя внешне кажется, что он происходит стихийно в рамках данной среды. Он не должен восприниматься как "хорошо отрепетированный спектакль", иначе у "зрителей" могут возникнуть сомнения. На протяжении столетий существуют разные религиозные группы, в которых традиционно практикуются посты, ограничения сна и чтение молитв, но феномен "избранности" характерен только для сект. Только в сектах существует фигура "избранника", который провозглашает себя "спасителем" или "мессией". Возможности мистического манипулирования в сектах безгранично расширяются, поскольку лидеры объявляют себя посредниками Бога. Только через "спасителя" "спускаются" (и принудительно навязываются) принципы, "установленные Богом", поэтому секта с ее верованиями воспринимается как единственный истинный путь к спасению. Это усиливает возможности мистического манипулирования и оправдывает все действия "спасителя", а иногда и его последователей.

    В том, что функции "спасителя" (и, по совместительству, манипулятора) исполняет реальный человек, есть преимущества и недостатки. С одной стороны, он более реален, чем абстрактный бог, и поэтому более привлекателен для последователей. С другой стороны, он может стать источником глубокого разочарования, если, например, последователи узнают, что он уличен в связях со спецслужбами (такое обвинение выдвигалось против Сан Мюн Муна, основателя Церкви Объединения).

    Вследствие мистической манипуляция у членов сект формируется психология "пешек". Мало того, мистическая манипуляция оправдывает обман по отношению к "чужакам" из "внешнее-го мира". Если "чужак" не видит Свет, то он пребывает в царстве тьмы и зла, и поэтому его не грешно обмануть ради "высокой цели". Например, когда члены некоторых сект занимаются сбором денежных пожертвований, им велят отрицать их принадлежность к секте, то есть лгать.

    Во многих учебных центрах от новобранцев долгое время скрывают принадлежность к определенной секте или "церкви". Тоталитарная идеология всегда оправдывает такую манипуляцию.

    К следующим элементам технологии реформирования сознания относятся требование чистоты и культ исповеди. С точки зрения Лифтона, требование "чистоты" придает сектам, а также религиозным и политическим группам черты манихейства, поскольку призывает к радикальному отделению чистого от нечистого, добра от зла. Это призыв к чистоте рядов и чистоте души каждого отдельного его члена. Абсолютное очищение - процесс непрерывный; зачастую он регламентируется определенными правилами. Поскольку он стимулирует чувство вины и стыда, то тесно связан с процессом исповеди. Идеологические движения манипулируют механизмами индивидуальной вины и стыда для подавления личности. Исповедь, во время которой человек признается в грехах и занимается самокритикой, происходит в небольшой группе и сопровождается критикой в его адрес со стороны членов группы с определенной целью: активно и динамично способствовать изменению его личности.

    По поводу сложного, весьма неоднозначного и небезобидного процесса "признания в грехах" А. Камю как-то заметил, что "авторы признаний пишут их главным образом для того, чтобы избежать признания и ничего не сказать о том, что они в действительности знают". Возможно, Камю преувеличил, но он прав, полагая, что исповедь - это хитроумная смесь откровения и утаивания. Человек, который признается в разнообразных многочисленных грехах досектантской жизни, может верить в эти "грехи", и в то же время скрывать другие, которые либо не осознает, либо не хочет обсуждать. Чем чаще человек кается в грехах, которые отождествляются с досектантской жизнью и ее "распятием", тем больше превозносится его нынешняя жизнь в секте. Выходит, что под маской явного унижения скрывается крайнее высокомерие.

    И снова цитата из Камю: "Ныне я каюсь, дабы затем стать судьей... Чем больше я обвиняю себя, тем больше у меня права судить других". Это центральная тема нескончаемого процесса исповеди, особенно когда он происходит в замкнутой группе.

    Следующие элементы технологии воздействия на сознание - это "научное обоснование" доктрины, лингвистическое моделирование реальности и доминирование доктрины над личностью.

    Чтобы увлечь за собой людей в современном мире, любое "духовное" учение должно быть "научно обосновано". Духовная наука кажется спасением для многих людей, так как существенно упрощает мир. Например, секта мунистов уловила эту современную потребность людей в научном обосновании свода догматических духовных принципов и создала подобие науки о человеческом поведении и человеческой психологии. Чтобы доказать справедливость претензии на научность, эта секта проводит крупные симпозиумы, приглашая на них выдающихся ученых (которым платит неслыханно высокие гонорары). Тем самым демонстрируется "единство взглядов" мунистов и ученых, а сама доктрина приобретает интеллектуально-правовой статус.

    Все наши представления о реальности опосредованы системой устойчивых метафор, интерпретация которых определяется степенью интеграции в культуру и владения языком. Таким образом, с помощью языка с его закономерностями в назывании объектов реальности (номинациях) и в организации их значений (семантике) можно воспроизвести, или заново создать, реальность. Под лингвистическим моделированием следует понимать намеренное использование процессов, которые неоправданно упрощают представления о реальности. Это достигается с помощью искусной лингвистической манипуляции на основе введения обобщений, искажений и игнорирования важных свойств явлений и событий. Язык сводится к набору штампов, а каждой фразе придается статус значимости и божественный смысл. Крайне упрощенная лингвистика таит в себе очарование и способна оказывать колоссальное нейрологическое воздействие на сознание: поскольку любую проблему в жизни человека легко свести к общему набору внутренне согласованных принципов, человек считает, что познает и ощущает истину. Ему все ясно и понятно, на все вопросы всегда есть ответы. Лайонел Триллинг называет это "языком безмыслия", поскольку самые трудные вопросы сводятся к готовым штампам и примитивным лозунгам. При этом человек не осознает, каким образом он моделирует реальность, и считает свое восприятие и представление о реальности объективными.

    Элемент доминирования доктрины над личностью начинает работать в тот момент, когда возникает конфликт между тем, что человек ощущает на собственном опыте, и тем, что предписывает ему ощущать доктрина или догма. В тоталитарном окружении истинна только догма, поэтому человек должен признать ее и привести собственные ощущения в соответствие с догматической истиной. Внутреннее ощущение несоответствия действительных и желаемых ощущений порождает комплекс вины. Порой группа намеренно провоцирует у человека комплекс вины, внушая ему, что все сомнения отражают его греховность.

    Последний и самый важный элемент технологии воздействия на сознание - это угроза лишиться жизни, хотя чаще всего это метафорическая угроза. Но если "спаситель" обладает знанием абсолютной истины и видит свет, то все те, кто этот свет не видит и живет во тьме неведения, связаны с тьмой и не имеют права на существование. Принцип "бытие против небытия" позволяет делить членов группы на людей первого и второго сорта. "Второсортники" живут под угрозой смерти. Иногда смерть может стать реальностью, как это произошло с членами "Народного храма": Джим Джонс, лидер этой секты, манипулируя суицидальной мистикой, которую сделал частью групповой идеологии, принял решение о необходимости добровольного ухода из жизни членов группы. (Впрочем, в ходе судебно-медицинской экспертизы, проведенной после массового суицида в Джонстауне, выяснилось, что не все члены группы ушли из жизни "добровольно", многие из них были убиты.) Тоталитарное желание провести четкую границу между теми, кто имеет право жить, и теми, кто такого права не имеет, может стать страшным способом решения фундаментальных проблем человечества. Такие тоталитарные, или фундаменталистские, подходы вдвойне опасны в век ядерной угрозы и терроризма.

    Однако описанные выше элементы технологии, позволяющей активно манипулировать человеческим сознанием, не имеют отношения к промыванию мозгов. Промывание мозгов - это совершенно другой процесс, который происходит принудительно, когда человек, например, военнопленный, с самого начала знает, что находится в руках врага. Применение пыток и жестокое обращение, сопровождающее четкое разделение ролей на "своих" и "врагов", не оставляет жертве права выбора. Манипулируя инстинктом самосохранения жертвы, промыватели мозгов могут заставить ее согласиться с определенными требованиями, например, подписать ложные признания или выступить с клеветническими заявлениями. При этом жертва пытается внутренне оправдать свои действия. Но как только она выходит из этой среды и ее инстинкту самосохранения ничего не угрожает, к ней возвращаются прежние убеждения. Принудительный подход редко является успешным, о чем красноречиво свидетельствует статистика. Как только люди возвращаются привычную атмосферу, эффект "промывания мозгов" потихоньку рассеивается.

    Процесс непринудительного психологического программирования с помощью технологии реформирования сознания осуществляется более тонко и изощренно. В этом процессе жертва менее защищена и более подвержена постороннему влиянию, поскольку считает "реформаторов" друзьями. Это дает "реформаторам" карт-бланш, и они исподволь формируют новую структуру личности и новую систему убеждений. Жертва добровольно идет на сотрудничество с "реформаторами", сообщая им глубоко личную информацию, которая впоследствии используется против нее. При этом явного физического принуждения нет! Чаще всего реформирование сознание происходит на основе внушения новых установок. Это внушение осуществляется в процессе применения гипнотических техник и техник групповой динамики. Человек не ощущает угрозы, но становится жертвой обмана и манипуляций, которые заставляют его сделать предписанный выбор и положительно реагировать на все, что с ним происходит.