Мальчик, которому нужно было играть: история Дибса

Ребенок одиноко стоял посреди игровой комнаты. Пятилетний Дибс34 смотрел прямо перед собой и, казалось, даже не подозревал о существовании других детей, игравших вокруг него. Его руки безжизненно висели вдоль туловища, а сам он оставался абсолютно неподвижным. Дибс проявлял активность, если кто-нибудь приближался к нему: тогда он начинал наносить удары подошедшему, пытался кусаться и царапаться. В конце концов он отходил в сторону и ложился под стол, где и находился до конца игрового занятия. Всем, кто видел Дибса, было очевидно, что он имеет серьезные бихевиоральные (поведенческие) проблемы. Хотя воспитатели с нежностью относились к Дибсу, они утверждали, что заниматься с ним невозможно. Его мать заявила о его психической ненормальности и врожденной умственной отсталости. Случай Дибса напоминал историю Джини (см. главу 1), для обследования и лечения Дибса также были приглашены психологи. Вирджиния Экслайн, практикующий клинический психолог, решила использовать для лечения метод так называемой игровой терапии. Десять лет спустя Дибс прошел несколько тестов для оценки уровня умственного развития. Оказалось, что он действительно был «ненормальным»: фактически он был гением.35


34 Дибс — это вымышленное имя. Оно использовалось для того, чтобы сохранить настоящее имя мальчика в тайне.

35 Впоследствии Вирджиния Экслайн написала книгу о Дибсе и результатах пройденного им курса психотерапии. Эта книга представляет собой увлекательное и познавательное исследование истории Дибса и содержит многие факты, на основе которых была написана эта глава. Axline V. М. Dibs: In Search of Self. London: Penguin, 1964.



«Не пойду домой!»


История Дибса начинается с детского сада. В отличие от большинства детей своего возраста, он, по-видимому, ненавидел жизнь. Часто он подолгу неподвижно стоял у стены, обхватив голову руками; мог просидеть на одном месте все утро не двигаясь и не произнося ни слова; иногда просто сворачивался калачиком и лежал на полу до тех пор, пока не наступало время идти домой. За пределами игровой площадки он искал укромный уголок, садился на траву и что-то рисовал палочкой на земле. Он был молчаливым, замкнутым и несчастным ребенком. Несмотря на его странное поведение, воспитатели чувствовали, что в действительности он любит свой детский сад. Когда вечером за ним приезжала машина, он вырывался из рук забиравшего его шофера и громко кричал: «Не пойду домой!» Однако подобные вспышки никогда не наблюдались утром перед уходом из дома.

Дибс не отвечал тем, кто обращался к нему, и ни с кем не устанавливал зрительного контакта. Он был несчастным ребенком, одиноким в казавшемся ему враждебным мире. Несмотря на его поведение, воспитатели проявляли к нему искреннюю нежность. Сила его личности производила на них впечатление. Его поведение было, безусловно, странным: часто он казался умственно отсталым, но иногда делал что-то такое, что предполагало у него наличие развитого интеллекта. Он любил книги и всегда брал их, когда ему предлагали. Когда детям рассказывали сказки, он обычно забирался под стол, расположенный достаточно близко к рассказчику, чтобы не пропустить ни единого слова.

Детский сад получал много жалоб на дезорганизующее и агрессивное поведение Дибса, и воспитатели решили подвергнуть его психологическому тестированию. Но психологи не смогли провести оценку его возможностей, так как он отказывался участвовать в любых тестах. Был ли он умственно отсталым? Был ли он аутистической личностью? Страдал ли он каким-то психическим заболеванием? Дибс демонстрировал такое поведение в течение двух лет, и когда ему исполнилось пять, воспитатели пригласили клинического психолога. Так Дибс впервые встретился с Вирджинией Экслайн. Она должна была стимулировать адекватное поведение Дибса и побудить его справиться со своими проблемами.