Многорейсовое плавание на спасательном корабле с обстоятельными заходами на острова боли, в море зависимостей, любовный водоворот и другие психопространства с целью исследования спасения утопающих и возвеселения духа.

Рейс первый

Право на Независимое Настроение

Третий берег: за что можно любить депрессию

Писатель-спасатель: оправдание должности

Представление попутчиков

Депрессия как супербизнес

Как настраиваться и вести себя при разной погоде

Не все то депрессия, что невесело

Океан Настроений – Архипелаг Депресняк


ris1.jpg

Это я. Мне пять лет. Первая профессия, о которой возмечтал: моряк, буду моряком! – твердо решил. Матроску носил, кораблики бумажные и деревянные делал, запускал в ручейки и лужи, лодки и корабли разные рисовал (один – на обложке), и реки, и море, конечно, море и океан – Океан! – вот мечта!..

Не сбылась…

Нет, сбылась все-таки – по-другому, в другом океане плаваю…

Океан настроений: депрессия как профессия

Третий берег

за что можно любить депрессию

Чтобы победить соперника, играющего сильнее меня, я должен влюбиться в его игру.

Михаил Таль, чемпион мира по шахматам

Из письма Другу

О главном сразу. У тебя, у твоего любимого пса, у меня, у моей кошки, у моего соседа, у каждого есть Свобода Настроения – право на независимое настроение!

На какое хочешь, какое выберешь. Для кого-то это само собой разумеется. А для кого-то открытие. Пациент: «У моего настроения есть право на меня, а у меня на него – нет!» Сколько раз сам переоткрывал, воскресал – и опять терял право это, душой – забывал…

«Моя любимая депрессия» – сперва хотел так назвать эту книгу. За что же ее любить, спросишь.

Отвечу оттенив то обстоятельство, что любить депрессию легче, когда ее нет. Ведь и человека легче бывает любить, когда человека нет, еще или уже…

Соперник моего настроения, играющий сильнее, временно сильнее… Когда депрессия у меня есть, я ее познаю изнутри и пытаюсь не ненавидеть. Когда нет – познаю извне: изучаю и благодарно люблю за разверзание глубин бытия; за гормон роста, извлекаемый из беспомощности; за тайнопись сокровенных смыслов, за музыку, за науку – быть…

Под словом «депрессия» прячется одна из величайших тайн жизни. Она безмерна, она страшна, эта тайна, – но не страшнее, чем Земля наша, чем Космос, чем мы с тобой…

Есть у каждой зимы тайная,
среди лютых морозов, весна,
нет, не оттепель, было 6 о чем,
весна настоящая, Друг мой,
с ручьями, бурная, разливная,
с подснежниками и со многими птицами,
ты их знаешь лучше меня,
пляшут уши от щебета этих пташек…
В каждом сне, Друг мой, есть и немного яви,
в каждом бреду что-то от истины, правда?
Каждый предмет – отчасти галлюцинация,
это уж точно, ты скажешь мне,
эка невидаль.
Да, Друг мой, но знаешь ли,
знаешь ли, что у каждой реки
есть третий берег?
«А-а, – скажешь ты
и махнешь рукой, – ну опять поэзия.
Третий берег, вот выдумал…»
Ты проверь сперва, а потом скажи.
Сколько у моря берегов? Сколько у океана?
Течет Река Жизни, Друг мой,
течет Река Рек по имени Имярек,
так вот, у Реки этой, уж не оспорь,
есть третий берег,
я точно знаю,
я столько раз там бывал!..