От Остера к Толстому

Недавно знакомый издатель задумал совершить благое дело, сулившее к тому же немалую выгоду. Замысел был великолепен и прост: переиздать массовым тиражом детские книжки, которыми он сам зачитывался четверть века назад. Увы, ожидания не оправдались: современные мальчишки и девчонки остались безучастны к романтическим приключениям Кожаного Чулка и капитана Блада.

Рассказывая о своем издательском фиаско, мой знакомый продемонстрировал нехитрый прием, к которому вечно прибегают неудачники: принялся искать виноватых. Таковыми, разумеется, оказались те самые мальчишки и девчонки, не проявившие читательского энтузиазма.

- В о т ты мне скажи как психолог, - горячился прогоревший издатель, - они что - вообще не читают? Мы ведь такими не были! Страшно подумать, кем они вырастут...

Достойного ответа я в тот момент не нашел, но горестный вопрос запал в душу. Как часто бывает, кое-какие соображения появились потом, по зрелом размышлении. И этими соображениями хотелось бы поделиться с теми взрослыми, которые задаются сегодня тем же самым вопросом: почему современные дети читают мало и неохотно?

Говорят, что правильно сформулированный вопрос уже содержит половину ответа. В данном вопросе ответа не видится никакого. Так, может быть, вопрос неверен?

Все дело в том, что проблема детского чтения занимала родителей и воспитателей еще давным-давно. Пару лет назад в русском переводе увидела свет интересная книжка - «История Англии в рассказах для детей». Написала ее почти век назад одна пожилая леди, желавшая приохотить к чтению своего внука. Нельзя сказать, что сорванец совсем ничего не читал. Приключения пиратов и ковбоев он проглатывал запоем. Но историю отечества находил скучной. К счастью, бабушка оказалась замечательной рассказчицей.

Много лет спустя с подобной проблемой столкнулся еще один англичанин - сэр Киндерспи. Среди увлечений его сына чтению вообще не находилось места. Изобретательному отцу удалось придумать такую концепцию детской книги, которая не только увлекла его сына, но и послужила основой процветания крупнейшего ныне издательства «Дорлинг-Киндерсли».

Так что не будем ополчаться на современных детей. Тем более что и среди них немало увлеченных читателей. А дети, которые читать не любят, были всегда. К сожалению, не у всех из них оказались столь талантливые папы и бабушки. И детишки, повзрослев, так по-настоящему читать и не научились. Об этом, в частности, свидетельствует повальное увлечение взрослой читающей публики примитивными триллерами и слащавыми романчиками, которые даже трудно назвать литературой. Это, скорее, сказки для взрослых. И читают их те взрослые, кто в детстве не читал хороших сказок. Ведь для того, чтобы в сорок лет насладиться Пастернаком и Маркесом, просто необходимо в четыре года прочитать «Буратино», в четырнадцать — «Алые паруса», в двадцать четыре - «Повелителя мух» и т. д. А иначе и в сорок будешь читать про Карабаса и Мальвину, которых, потакая твоей иллюзорной зрелости, добренькие авторы перекрасили в мафиозные или сладострастные тона. На досуге присмотритесь в метро к нашей «самой читающей» публике, и на одну настоящую книгу в чьих-то руках вы насчитаете с десяток п о ш л ы х книжонок. В о т вам и пропорция читающих детей, воспроизводимая от поколения к поколению.

Дети не во всем слушаются родителей, но внимательно приглядываются к их поведению. Желая стать взрослым, ребенок неосознанно стремится стать таким, как родители. Ну а если маму и папу он ни разу не видел с книгой в руках? Если книгу ему никогда не дарили, не читали вслух?..

Первые книги, которые попадают в руки ребенка, - это прочные «раскладушки» с картинками, в которых текста либо минимум, либо вовсе нет. Это даже не книги в полном смысле слова, а скорее игрушки. Но своей формой они приучают ребенка к тому, что есть развлекательные предметы особого рода, которые несут изображенную информацию. В раннем возрасте ребенок воспринимает зрительный образ легче, чем словесный. По мере овладения речью и формирования мышления текст приобретает все большее значение. Но это процесс постепенный. И пропорция картинок и текста также должна меняться постепенно. Текст поначалу должен быть приближен к речи ребенка, в основе которой лежит диалог. Недаром говорила Алиса из известной сказки: «Книжка без картинок и без разговоров - неинтересная!»

По мере развития ребенка его мышление становится все более способно оторваться от наглядного образа и прямой реплики. Собственно, развитие мышления и состоит в обретении способности мыслить отвлеченно. Однако, по мнению психологов, лишь один из четырех взрослых людей обладает этой способностью в полной мере. Остальные мыслят конкретно и приземленно, не умеют воспринимать подтекст, до них «не доходят» тонкие шутки и философские афоризмы.

Родители, имеющие основания считать себя культурными людьми, бывают обеспокоены недостаточным, по их мнению, развитием мышления ребенка, которое надолго «застревает» на конкретной стадии. Эти опасения не беспочвенны. Не обретя вовремя умения воспринимать смысловую глубину текста, человек рискует на всю жизнь остаться «читателем» комиксов.

Увы, многие обречены на это в силу природной ограниченности ума, о которой мы лишь в последние годы осмеливаемся говорить без стеснения. Но если ум ребенка живой и подвижный, вдвойне обидно не дать ему развиться. И родители сами будут виноваты, если не помогут ребенку стать тем, кем он может вырасти. А без книги, без чтения это вообще невозможно.

Но если ребенок читать не любит - значит ли это, что он безнадежно туп? Вовсе нет. Умственные способности во многом являются врожденными, но с любовью к книге никто не рождается. Ее необходимо формировать, а это дело непростое и трудоемкое. Как и все прочие человеческие навыки, чтение осваивается сначала совместно, причем взрослому принадлежит ведущая роль. Е щ е когда малыш не знает букв, взрослый у него на глазах «извлекает» из книжки забавные стишки и интересные истории. Но ребенок последует примеру взрослого, только если эта деятельность его по-настоящему заинтересует. Понятно, что, если читать малышу телефонный справочник, ничего, кроме скуки, это у него не вызовет. Увы, многие книжки, вроде бы созданные специально для детей, по уровню занимательности не превосходят этот справочник. И родителям необходимо тщательно подбирать материал для чтения, руководствуясь прежде всего интересами ребенка. П р и этом сколь бы ни был высок авторитет «Рассказов для детей», написанных классиком в позапрошлом веке, если они ребенку не интересны, значит, они ему на пользу не пойдут. Не будем забывать и о том, что хорошая книжка для маленьких - это книжка с картинками, и совместное чтение - это еще и (или даже в первую очередь) рассматривание картинок. Если картинки не нравятся, в формировании любви к чтению наступает пауза, а то и делается шаг назад.

Вот тут-то отчасти и кроется ответ на вопрос, заданный в самом начале. Дело в том, что установки издателей и родителей по формированию читательских интересов во многом устарели. То, что на протяжении многих лет, из поколения в поколение, дети с удовольствием читали одни и те же книги, еще не означает, что нынешнее поколение обязательно должно испытывать тот же читательский энтузиазм. По сравнению с несколькими поколениями своих предков современные дети растут в принципиально иных условиях. Центральное место в их восприятии мира заняла видеоинформация, составляющая серьезную конкуренцию книге.

В силу уже отмеченных особенностей детского восприятия и мышления телеэкран для ребенка гораздо привлекательнее печатного текста. С экрана образы поступают в сознание в готовом виде, их можно воспринимать без глубокого осмысления. Всякий текст, несущий в себе знаковую функцию, требует расшифровки (в самом широком психологическом смысле). А для этого ребенку нужно приложить некоторое усилие, совершенно излишнее при просмотре мультфильмов. Руководствуясь простейшим принципом экономии энергии, ребенок предпочтет пассивно наблюдать за проделками Карлсона на экране, чем читать о них в книге.

К тому же теле- и видеоэкран, вполне согласуясь с ритмом современной жизни, постоянно учит, что любая информация должна подаваться и восприниматься динамично. Кинорежиссеры знают, что растянутость повествования, малая насыщенность событиями и действиями, длительные рассуждения и видовые экспозиции способны совершенно погасить зрительское внимание. Поэтому на экране постоянно что-то происходит, и все скрытое в душевном мире находит немедленный выход в виде реплики и поступка. С малых лет привыкнув к такого рода восприятию, человек уже не может сосредоточиться в тексте на размышлениях автора, лирических отступлениях, пейзажных зарисовках, описаниях переживаний и т. п. Книга, не живущая по законам видеоряда, не находит у него отклика. С этим явлением просто необходимо считаться, вместо того чтобы недоумевать, отчего сегодня юного читателя не воодушевляют «Детство Темы» или «Зимовье на Студеной». Сказанное не умаляет значения классических произведений, но нельзя не признать, что в современных условиях их монополия в познавательном и личностном развитии детей уже утрачена. Современного ребенка, окруженного благами, немыслимыми для его родителей, нельзя воспитывать по принципам полувековой или даже двадцатилетней давности.

Во все времена лучшие детские произведения создавались в непосредственном взаимодействии с детьми, когда автор импровизировал, чутко прислушиваясь к нюансам детских интересов и эмоций. Так родились «Остров сокровищ», «Алиса в стране чудес» и многие другие книги. Но времена меняются, меняется и психология маленьких читателей. И не их вина, что они уже не такие, как их мамы и бабушки, и живут другими интересами. Время не повернуть вспять, и вряд ли кумирами нынешних детишек станут Витя Малеев и Васек Трубачев. Но дети не перестанут читать, если и в наши дни найдутся нынешние Кэрроллы и Стивенсоны, готовые в кругу юных слушателей рассказывать новые сказки, записывать их и издавать. Ведь когда появляются такие книжки, сами собой стихают разговоры о нечитающем поколении. Так что родителям надо понять: если не получается привить интерес к чтению, начав с Толстого, - лучше начать с Успенского или Остера. Тогда в свое время придет интерес и к Толстому.