Месмеризм

История должна показывать не пепел прошлого, а его огонь.

Жан Жорес

Животный магнетизм готовил революцию исподволь, незаметно в течение 100 лет, а переворот, который она совершила в умах людей, обрушился на научный мир с ошеломляющей быстротой. Россию впервые познакомил с месмеризмом Игнатий Ляхницкий — польский магнетизер, доктор философии, камер-юнкер польских королей, выдающийся врач и всесторонне образованный человек. В 1820 году он издавал в Вильно магнетический журнал. Одним из его сотрудников был первый русский теоретик животного магнетизма Данило Михайлович Велланский (1774–1847)6. Академик медицины Велланский приветствовал учение животного магнетизма, а его автора Месмера называл гением. Небезынтересно, что Велланский перевел на русский язык работу немецкого ученого, врача-хирурга Карла Клуге («Животный магнетизм, представленный в его историческом, практическом и теоретическом изложении», 1818) и написал свою собственную теорию животного магнетизма. Через много лет она была издана вторично, но уже в другом переводе. Познакомившись с произведениями Велланского по применению месмеровского магнетизма (гипноза), князь Алексей Владимирович Долгорукий лечил больных животным магнетизмом. Долгорукий сообщает, что ревностные подражатели Месмера на Руси — знаменитые магнетизеры Штофреген и Герман «через письма имели влияние на некоторых больных, которые, получив приказ, впадали в животный магнетизм» (Долгорукий, 1844). Это сообщение Долгорукого, насколько известно, одно из первых описаний внушения на расстоянии посредством письма.


6 Настоящая фамилия Кавунник. Подробности см.: Шойфет. Сто великих врачей, 2004, с. 192.


Князь Долгорукий рассказывает, что г-жа Турчанинова была одарена необыкновенной способностью очаровывать, «она едва ли не первая в мире была прирожденным магнетизером». Он был свидетелем ее опытов в московском отделении Санкт-Петербургской медико-хирургической академии, где от одного ее взгляда больные приходили в полное подчинение. «Жалко, — говорит он, — что при всей своей способности месмерования она употребила во зло свой дар, тем самым принудила врачей и правительство запретить ей продолжать свои занятия». (Она била палками и молотком по спинам своих больных.)
Поклонница Месмера княгиня Евдокия Ивановна Голицына в книге «L' Analyse de la Force» описывает действия магнетизера Ру, который в течение нескольких минут погружал пассами больных в глубокий сон.

Интерес академика Велланского к вопросам животного магнетизма совпадает с интересами определенного круга его современников. Анненков писал о Пушкине, что тот в беседе с казанской поэтессой Фукс говорил о значении магнетизма, которому «верит вполне». Вопросами животного магнетизма были увлечены и писали о нем крупные философы и литераторы — В. Ф. Одоевский, О. И. Сенковский, Н. А. Полевой и Н. И. Греч. Нашумевший в 30-х годах XIX века роман Греча «Черная женщина» касается загадочных явлений животного магнетизма в том виде, в каком они представлялись его современникам. Влияние доктрины животного магнетизма на европейскую литературу XIX века было существенным. Писатели Стивенсон, Гюго, Бальзак, Бодлер, Нерваль, Фурье, Дюма-отец испытали значительное воздействие идей Месмера.

Во все времена находятся люди, сообщающие о своих необыкновенных способностях, правда, доказательствами они себя, как правило, не утруждают, а только просят верить им Другим был Антон Франц Месмер — личность во всех отношениях незаурядная. Его жизнь — захватывающий, остросюжетный роман со многими главами, наполненными взлетами и падениями, признанием и забвением.

При жизни Месмер не был обойден вниманием критики, а за почти двести лет, прошедших после его смерти, образовалась настоящая месмерианская индустрия, появились сотни работ — статьи, монографии, посвященные его творчеству. Это обилие неравноценной в научном отношении литературы, в основном необъективной, затрудняет изучение наследия Месмера — классика психотерапии. Теория Месмера продолжает волновать и вызывать споры, давая основания причислять ее автора как к зачинателям эры научной психотерапии, так и к певцам и поклонникам абсурда, видеть в нем как хранителя мудрости, так и ее ниспровергателя. Те, кто его признает, признают безоговорочно, те, кто не признает, делают это так же решительно. Он одновременно широко известен и мало понят. Так жив или умер Месмер? Живо или мертво его творчество? Уже то, что мы ставим этот вопрос, доказывает, что все здесь далеко не просто. Сегодня остро ощущается недостаточная изученность наследия Месмера с позиций историзма. Сводных работ о нем пока нет, и этот пробел хотелось бы отчасти восполнить настоящим исследованием.

Детство Месмера

Жизнеописания великих людей всегда служили могущественным стимулом высоких стремлений…

Льюис

Происхождение Месмера так же мало известно, как место начала больших рек, незначительных у истоков и лишь тогда только обращающих на себя внимание путешественника, когда, разлившись широким мощным потоком, они принимают величественный вид. Жизнь Месмера связана с вымыслами и разного рода баснями. Однако кое-что нам известно доподлинно.

Месмер, сын егеря Констанцского архиепископа, родился 23 мая 1734 года в небольшой деревне Ицнанга на Боденском озере (иначе — Швабское море, или Констанцское озеро), самом крупном из немецких озер, расположенном у северных подножий Альп, на границе трех государств — Германии (в те времена — Баварии), Австрии и Швейцарии, на землях, принадлежащих австрийским Габсбургам.

Для объяснения характера человека в зрелом возрасте исследователи часто ссылаются на обстоятельства детства. Прежде всего речь заходит о среде, где родился и вырос человек. Однако в раннем детстве Месмера не отыскать объяснения загадочной сущности этого человека. В трудах, посвященных Месмеру, много белых пятен, особенно связанных с его ранним детством, которое рисуется туманным, неопределенным. Остается далеко не ясным, в каких условиях и под чьим воздействием формировался будущий ученый.

В многодетной семье Антона Месмера (9 детей) заметно выделялся третий сын, Антон. С детства он рос замкнутым и впечатлительным ребенком, любил бродить по лесу, предаваясь мечтаниям. По дороге в школу он больше всего любил наблюдать за течением реки. Он бросал в воду бумажки и следил за тем, как они плывут, из-за чего нередко опаздывал на занятия. Мальчик настолько пленился романтическим очарованием текущей реки и это впечатление так врезалось в его память, что, вероятнее всего, и предопределило создание им впоследствии теории всемирного флюида.



ris1.jpg

Антон Франц Месмер

Психология bookap

С детства проявляя живой интерес к наукам, он поглощал книги любого рода, в равной мере увлекаясь сочинения по истории, философии, физике и математике. Уже в те панние годы обозначилась одна из самых привлекательных его черт — любознательность, ставшая неотъемлемой частью его мироощущения. Интересы у мальчика были разнообразными: латынь, история, механика, физика, и география, и Библия, и натурфилософия, немного знаний о растениях, немного о политике и много-много музыки. Он получил прекрасное музыкальное образование, определившее в дальнейшем его окружение.

В семье Месмера одни толкают его на путь изучения юриспруденции как занятия чрезвычайно выгодного, другие советуют постигать теологию, третьи видят его физиком, четвертые — медиком. Он же решает овладеть всем. На 18-м году жизни епископ дает ему стипендию и отправляет в Римско-католическую семинарию баварского города Диллинген, близ Аугсбурга. В этом учебном заведении, учрежденном иезуитами, Месмер увлекается преимущественно математикой, физикой и астрономией. В 1759 году он получает диплом доктора философии и теологии в иезуитском университете города Инголыптадт (ныне Бавария), основанного в 1472 году, однако служителем церкви не становится. Мать Месмера — Мария Урсула обладала величайшей из материнских добродетелей: она никогда не пыталась воспротивиться природным склонностям своего ребенка, даже когда поняла, что вопреки ее надеждам он не намерен стать священником. Один из братьев, Иоахим, уже был священником.