Глава XIII. О естественной рабочей демократии.

Противоречие между трудом и политикой.

Для получения разрешения на медицинскую практику студент-медик должен предъявить убедительные доказательства своих практических и теоретических познаний в области медицины. С другой стороны, в нашем обществе политический деятель, который берет на себя смелость определять судьбу не сотен, как студент-медик, а миллионов трудящихся мужчин и женщин, не обязан подтверждать свою профессиональную пригодность.

Это обстоятельство, по-видимому, послужило одной из основных причин той социальной трагедии, которой отмечено тысячелетнее существование общества людей как социальных животных. Это кратко очерченное противоречие заслуживает подробного рассмотрения.

Человек, выполняющий практическую работу в любой области, обязан пройти определенный курс обучения, независимо от того, происходит он из богатой или бедной семьи. Он не избирается "народом". Опытные рабочие, чье мастерство выдержало проверку временем, определяют уровень профессиональной подготовки подмастерья, которому предстоит работать в данной области. Это требование неизменно предъявляется, даже если оно опережает события. Во всяком случае, оно позволяет человеку сориентироваться. В Америке это требование было доведено до крайности. Так, например, продавщица универмага должна иметь университетское образование. При всей своей гипертрофированности и социальной несправедливости, это требование ясно показывает, под каким огромным социальным давлением выполняется простейшая работа. Каждый сапожник, столяр, токарь, механик, электрик, каменщик и строитель должен выполнять строгие требования.

С другой стороны, политический деятель совершенно свободен от таких требований. Для того чтобы занять высшее общественное положение в условиях социального хаоса, необходимо лишь обладать достаточной хитростью, невротическим честолюбием, волей к власти и грубостью. На протяжении последних двадцати пяти лет мы наблюдали, как посредственный журналист доводил до звероподобного состояния пятьдесят миллионов здоровых итальянцев и в конечном счете ввергал их в бездну страдания. Двадцать пять лет волнений по пустякам, кровопролития и грома пушек закончились бесславно. Всех охватило чувство разочарования. "Все оказалось бесполезным". Что осталось после этого бурного потрясения, заставившего мир затаить дыхание и вырвавшего многие народы из привычного уклада жизни? Ничего - ни одной стоящей мысли, ни одного полезного института. Даже доброй памяти не осталось после него. Эти факты убедительно свидетельствуют о том, что социальный иррационализм время от времени приводит нашу жизнь к краю бездны.

Молодой маляр, неудачно выбравший профессию и не сделавший ничего полезного, способен заставить весь мир говорить о себе на протяжении двадцати лет. И в этом случае галдеж утихает, не оставив ничего после себя. Мир труда спокойно продолжает идти своим жизненно важным путем. Ничего не остается от галдежа, кроме одной главы в лжеисторических книгах, которые лишь будут в тягость нашим детям.

Если разыскать эти книги, то в них можно обнаружить ясно очерченный антагонизм между трудом и политикой, который позволяет сделать ряд замечательных заключений, применимых к практической общественной жизни. Этот антагонизм понятен каждому и давно известен всем трудящимся мужчинам и женщинам. Указанные заключения в первую очередь относятся к системе политических партий, которые определяют идеологическое и политическое формирование личности во всех странах мира. В наши задачи не входит подробное рассмотрение процесса развития современной системы политических партий на основе первых патриархально-иерархических систем правления в Европе и Азии. Здесь необходимо обратить внимание только на влияние системы политических партий на развитие общества. Как уже отмечалось, естественная рабочая демократия представляет собой уже существующую социальную систему. Поэтому нет надобности ее устанавливать. Она имеет такое же отношение к системе политических партий, как вода к огню.

Противоречие между трудом и политикой приводит нас к следующим заключениям. Для определения и устранения хаотических условий в пределах социального, животного или мертвого организма необходимо провести широкие научные исследования. Не входя в подробности, мы назовем научной такую личность, которая выполняет жизненно важную работу, требующую осмысления реальности. В этом смысле научной личностью является рабочий лущильного станка на фабрике, поскольку в основе его изделия лежат плоды не только его труда и исследований, но и других лиц. Теперь сравним научную личность с мистиком (политическим идеологом).

Научная личность (педагог, рабочий лущильного станка, технический работник, врач) должна соответствовать требованиям процесса общественного труда и обеспечивать его безопасность. В социальном отношении такой работник занимает весьма ответственное положение. Он должен на практике доказывать правомерность каждого своего утверждения. Он должен усердно трудиться, размышлять, искать новые способы повышения качества работы и распознавать ошибки. В качестве исследователя он должен проверять и доказывать несостоятельность ложных теорий. Когда ему удается создать что-нибудь принципиально новое, он должен бороться с недоброжелательством людей, чтобы достичь своей цели. Ему не нужна власть, так как с помощью политической власти невозможно строить моторы, получать сыворотку крови, воспитывать детей и т. д. Трудящийся (научная личность) живет и работает без оружия.

По сравнению с трудящимся мистик и политический идеолог занимают более удобное социальное положение. Никто не требует, чтобы они доказывали свои утверждения. Находясь в своих министерствах, они могут обещать доставить бога с небес, вызвать дьявола из ада и установить рай на земле. При этом они прекрасно знают, что никто не призовет их к ответу за обман. Их нелепые утверждения защищены неотъемлемым демократическим правом на свободу слова. Поразмыслив над этим, мы обнаружим, что концепция свободы слова далека от совершенства, поскольку художник-неудачник может воспользоваться этим правом, чтобы за несколько лет завоевать вполне законным путем такое положение в мире, которое не занимали выдающиеся представители науки, искусства, образования и техники. Отсюда следует, что в определенной области наше социальное мышление имеет существенные недостатки и поэтому нуждается в радикальных коррективах. Результаты клинических исследований в области сексуальной энергетики свидетельствует о том, что авторитарное воспитание детей в духе смирения и покорности позволяет политическому честолюбцу использовать в своих целях покорность и доверчивость миллионов трудолюбивых мужчин и женщин.

Рассмотрим еще один аспект противоречия между трудом и политикой.

На титульном листе официального издания Института Оргона неизменно появляется девиз "Любовь, труд и познание - источники человеческой жизни. Они должны определять жизнь!" Без естественной любви между мужем и женой, матерью и ребенком, между сотрудниками, без труда и познания общество немедленно развалилось бы на части. Как врач я не обязан ориентировать свою деятельность на ту или иную политическую идеологию или дипломатическую задачу, сколь бы важной она ни была. Моя задача заключается только в исследовании важных, но неизвестных явлений. Как ни странно, ни одна из трех основных форм общественной жизни не претерпела изменений в связи с введением •всеобщего избирательного права и тайного голосования. Более того, эти три формы общественной жизни не оказали заметного влияния на процесс развития парламентарной демократии. С другой стороны, политические идеологии, которые не имеют никакого отношения к естественным процессам любви, труда и познания, имеют беспрепятственный, неограниченный доступ к любой форме социальной власти на основе всеобщего избирательного права и партийной системы. Следует заметить, что я всегда был и остаюсь сторонником всеобщего избирательного права. Тем не менее это не меняет того твердо установленного факта, что в условиях парламентарной демократии социальный институт всеобщего избирательного права абсолютно не соответствует трем основным формам общественной жизни. Обеспечение или необеспечение безопасности основных форм жизнедеятельности общества зависит от случая, т. е. определяется парламентским голосованием. В законодательстве парламентарной демократии не предусмотрено никаких исключительных прав для любви, труда и познания в области определения судьбы общества. Этот разрыв между демократическим избирательным правом и основными формами общественной жизнедеятельности оказал катастрофическое воздействие на основу социальных процессов.

Я хотел бы лишь заметить, что существует множество институтов и законов, определенно препятствующих осуществлению указанных форм жизнедеятельности. Ни одна группа ученых и политических деятелей ни разу не показала это основное противоречие настолько ясно, чтобы оно было понятно для каждого человека. Тем не менее это противоречие составляет сущность биосоциальной трагедии человечества. Система политических партий не соответствует условиям, задачам и целям общества. Об этом убедительно свидетельствует тот факт, что сапожник просто не может решить стать портным, врач - горным инженером, а учитель - столяром. С другой стороны, в Америке республиканец может в любой день стать демократом, не внося существенных изменений в образ своих мыслей. До прихода Гитлера к власти в Германии коммунист мог легко стать фашистом, фашист - коммунистом, либерал - коммунистом или социал-демократом, а социал-демократ - немецким националом или христианским социалистом. Такие превращения были способны укреплять или ослаблять идеологические позиции соответствующих партий. Другими словами, такие превращения позволяли манипулировать судьбой целой нации самым бессовестным образом.

Все сказанное указывает на иррационализм политики и абсолютный антагонизм между политикой и трудом. Я не буду подробно рассматривать вопрос, была ли вообще у политических партий объективно-рациональная опора в социальной среде. Это особый вопрос. Современные политические партии не могут сообщить об этом ничего определенного. Реальные, позитивные мероприятия, проводимые в обществе, не имеют никакого отношения к партийным размежеваниям и идеологиям. Об этом убедительно свидетельствует "Новый курс" Рузвельта. Ввиду отсутствия объективной ориентации так называемые партийные коалиции позволяют преодолевать временные трудности, не решая реальных проблем. Реальные проблемы невозможно решить на основе убеждений, которые можно менять, как рубашку.

Первые попытки внести ясность в понятие рабочей демократии уже дали ощутимые результаты, позволяющие разобраться в социальном хаосе. Поэтому мы обязаны продолжить ход наших рассуждений о естественной рабочей демократии. Если мы не продолжим наши рассуждения, это будет непростительной ошибкой. Ибо никто не может предугадать, где и когда человеческая мысль найдет решение проблемы социального хаоса, порождаемого политикой. Итак, мы продолжим свой путь подобно тому, кто ищет в девственном лесу удобное место для поселения.

Даже нашу попытку разобраться в социальном хаосе следует рассматривать как составную часть практической, рациональной работы. Поскольку основу рабочей демократии составляет труд, а не политика, мы можем рассчитывать, что данное "исследование социального организма" приведет к соответствующему практическому результату. Тогда труд впервые возьмет под контроль социальные проблемы. Этот труд будет рабоче-демократическим, так как понудит других социологов, экономистов и психологов заняться исследованием социального организма. Поскольку данный труд критикует политику как принцип и как систему, он, несомненно, встретит противодействие со стороны политических идеологий. Будет интересно и важно убедиться, что рабоче-демократическая социология выдержит испытание на практике. Рабочая демократия, насколько я понимаю ее, противопоставляет политическим идеологиям социальное действие и социальное развитие, т. е. реальности и возможности. Она не противопоставляет им другую политическую точку зрения. Она применяет метод, аналогичный тому, который был использован в области морали. Сексуальная энергетика имеет дело с результатами пагубного воздействия обязательной морали. Она противопоставляет ей не другой тип морали, как это принято в политике, а конкретные знания и практические сведения о естественной функции сексуальности. Другими словами, рабоче-демократическая социальная экономика должна доказать свою правомерность в практической жизни - аналогично тому как утверждение о том, что пар содержит энергию, доказывается способностью двигателей осуществлять передвижение. Поэтому у нас нет причин вступать в идеологические и политические дискуссии относительно существования или несуществования рабочей демократии, ее практической пригодности или непригодности и т.д.

Трудящиеся мужчины и женщины, образ мыслей и действий которых имеет рабоче-демократический характер, не выступают против политического деятеля. Он не виновен в том, что практический результат его труда изобличает иллюзорно-иррациональный характер политики. Те, кто занимается практической работой в любой области, решают практические задачи по улучшению жизни. Те, кто занимается практической работой, не выступают против того или иного явления. Только политический деятель, перед которым не стоят практические задачи, всегда выступает против и никогда за что-либо. Вообще говоря, для политики характерна такая негативная позиция. Все плодотворное осуществляется не политиками, а трудящимися мужчинами и женщинами, независимо от того, соответствует это идеологиям этих политиков или не соответствует. Многолетний опыт убедительно показал, что мужчины и женщины, выполняющие практическую работу, неизменно вступают в конфликт с политиком. Таким образом, те, кто работает ради живой деятельности, ведут борьбу против политики, независимо от того, хотят они этого или не хотят. Воспитатель выступает за воспитание детей без предубеждений; фермер выступает за машины, необходимые для сельского хозяйства; исследователь выступает за доказательства научных открытий. Нетрудно убедиться, что в тех случаях, когда трудящийся (мужчина или женщина) выступает против того или иного достижения, он делает это не как рабочий, а под давлением политических или иных иррациональных воздействий.

Следующее утверждение, возможно, покажется невероятным и преувеличенным. Позитивный труд всегда осуществляется ради чего-то; он никогда не бывает направлен против чего-то. Это 0бъ-ясняется тем, что в вашей трудовой жизни отсутствует дифференциация между мнениями с иррациональной мотивировкой и объективными оценками. Например, фермер выступает против рабочего, а рабочий - против инженера. Тот или иной врач выступает против применения того или иного лекарственного препарата. Нам могут сказать, что демократическая свобода слова означает выступления "за" и "против". С другой стороны, я полагаю, что основной причиной провала европейских демократий послужило именно это необъективное, формалистическое понимание концепции свободы слова. Возьмем, пример врача, который возражает против применения определенного лекарства. В этом случае возможно одно из двух следующих объяснений.

Первое - лекарственный препарат действительно опасен и врач является добросовестным работником. Тогда фармацевт изготовка недоброкачественное лекарство. Его труд не увенчался успехом. Очевидно, что у него отсутствовала объективная мотивировка для изготовления эффективного" безвредного лекарства. Фармацевт не учитывал назначения данного; препарата и руководствовался: финансовыми интересами. Другими словами, в основе его действий лежала иррациональная мотивировка. Мотив не соответствовал цели. В этом случае врач поступил рационально. Он выступи" в защиту здоровье человека, т. е. он автоматически возразил против применения недоброкачественного лекарства, потому что защищал здоровье. Он действовал рационально, так как побуждение выразить мнение соответствовало цели труда.

Второе - лекарство пригодно к употреблению, и врач является недобросовестным работником. Если врач выступает против применения доброкачественного лекарства, значит он не заинтересован в обеспечении здоровья человека. Можно предположить, что конкурирующая фирма заплатила ему, чтобы он рекламировал другое лекарство. Как врач он не выполняет свою работу, он высказывает свое мнение, руководствуясь побуждением, которое не связано ни с содержанием его работы, ни с целью любого труда вообще. Он высказывается против применения данного лекарства потому, что втайне рассчитывал на извлечение выгоды; он не борется за здоровье человека. Но извлечение выгоды не составляет цель труда врача. Поэтому он настойчиво выступает "против", а не "за" что-то.

Этот пример можно применить к любой сфере труда и любой форме выражения мнения. Нетрудно убедиться, что выступление за что-либо составляет неотъемлемую часть рационального процесса труда. "Выступление против" чего-либо проистекает не из самого процесса труда, а из факта существования иррациональной жизнедеятельности. Отсюда следует, что в силу своей природы каждый рациональный процесс труда спонтанно противодействует иррациональной жизнедеятельности.

Психология bookap

Внимательный читатель, достаточно знакомый с жизнью, со гласиться с тем, что данный анализ концепции свободы слова дает возможность демократическому движению использовать новый, лучший подход. Принцип, "все, что пагубно для жизни, суть плохая работа, а следовательно, не является работой вообще" - насыщает понятие рабочей демократии рациональным смыслом, тем смыслом, который отсутствует в понятии формальной или парламентарной демократии. В условиях формальной демократии фермер выступает против рабочего, а рабочий - против инженера, так как в социальной структуре преобладают не объективные интересы, а политические. Если перенести ответственность с пол тики на труд (а не на трудящихся), тогда сотрудничество между фермером и рабочим автоматически займет место политического противоборства.

В связи с важностью этой мысли мы остановимся на ней подробнее. Прежде всего мы рассмотрим проблему так называемой демократической критики, которая также опирается "а демократическую свободу слова.