V. Предупреждение нарушений процесса социализации несовершеннолетних в семьях группы риска.


. . .

V.2. Предупреждение прямых и косвенных десоциализирующих влияний семьи.

С учетом достаточно большого количества причин, обусловливающих функциональную несостоятельность семьи, существуют весьма разнообразные подходы к типологии и классификации таких семей. Мы, в свою очередь, в качестве системообразующего критерия при составлении типологии функционально несостоятельных семей используем характер десоциализирующего влияния, оказываемого такими семьями на своих детей.

Как было сказано выше, семьи с прямым десоциализирующим влиянием демонстрируют асоциальное поведение и антиобщественные ориентации, выступая, таким образом, институтами десоциализации. К ним можно отнести криминально-аморальные семьи, в которых преобладают криминальные факторы риска, и аморально-асоциальные семьи, которые характеризуются антиобщественными установками и ориентациями.

Семьи с косвенным десоциализирующим влиянием испытывают затруднения социально-психологического и психолого-педагогического характера, выражающиеся в нарушениях супружеских и детско-родительских отношений, это так называемые конфликтные и педагогически несостоятельные семьи, которые чаще в силу психологических причин утрачивают свое влияние на детей.

Наибольшую опасность по своему негативному воздействию на детей представляют криминально-аморальные семьи. Жизнь детей в таких семьях из-за жестокого обращения, пьяных дебошей, сексуальной распущенности родителей, отсутствия элементарной заботы о содержании детей зачастую находится под угрозой. Это так называемые социальные сироты (сироты при живых родителях), воспитание которых должно быть возложено на государственно-общественное попечение. В противном случае ребенка ждет раннее бродяжничество, побеги из дома, полная социальная незащищенность как от жестокого обращения в семье, так и от криминализирующего влияния преступных образований. К сожалению, ввиду того, что не ведется систематического социального обследования и социального патронажа семей, имеющих детей, наше общество не располагает достоверными данными о количестве детей, нуждающихся в общественно-государственном попечении. Однако, учитывая, что среди детей, содержащихся в детских домах и школах-интернатах, численность которых составляет около 300 000 человек, почти 90% - социальные сироты, можно косвенно представить, каких огромных размеров достигает это социальное бедствие. Вместе с тем, отдельные региональные исследования показывают, что далеко не все безнадзорные дети своевременно выявляются и им оказывается необходимая социальная помощь. Обследовав около 1000 детей, стоящих на учете в инспекциях по делам несовершеннолетних Тюмени и Тюменской области, мы обнаружили, что около 30% из них воспитываются, по сути дела, без родительского попечения. Экстраполяция этих данных позволяет сделать вывод, что лишь по одной области детей - социальных сирот, остро нуждающихся в государственно-общественном попечении, в конце 80-х годов насчитывалось около трех тысяч.

Учитывая, что межнациональные конфликты наводнили страну сотнями тысяч беженцев, а острейший социально-экономический кризис повлек инфляцию и обнищание двух третей населения, ситуация существенно обострилась и можно предположить, что количество детей - социальных сирот резко возросло. Однако статистика свидетельствует, что меры государственной защиты по отношению к таким детям еще более ослабли. За годы перестройки (с 1986 по 1991) по России почти на 100 000 сократилось число детей, проживающих в детских домах и школах-интернатах, и за это же время лишь на 12 000 выросло число детей, усыновленных либо переданных на воспитание в другие семьи. Таким образом, основная масса социальных сирот осталась не выявленной и лишенной необходимой социальной помощи, В 2,5 раза снизилось число дел о лишении родительских прав, рассматриваемых в судах, на 36,1 % уменьшилось число семей, стоящих на учете в милиции за отрицательное влияние на своих детей. Уменьшается число лиц, привлеченных к уголовной ответственности за вовлечение несовершеннолетних в преступную деятельность.

Одновременно с этим неумолимо растут цифры, свидетельствующие о росте девиаций среди несовершеннолетних за последние 5 лет: на 34,6% выросла преступность несовершеннолетних и в два раза по темпам обогнала рост взрослой преступности. По данным официальной справки о жестоком обращении с детьми, подготовленной Прокуратурой СССР в начале 1991 года, самоубийства находятся на третьем месте (после туберкулеза и травматизма) среди причин детской смертности. Все это является результатом несрабатывания институтов социальной защиты детства, свидетельствует о необходимости скорейшего и широкого внедрения в практику института социальных работников, ориентированных на работу с детьми и семьями группы социального риска.

Учитывая острое социальное неблагополучие и криминогенность, которыми характеризуются эти семьи, социальную работу с ними целесообразно возложить на сотрудников инспекций по делам несовершеннолетних, вменив им социальный патронаж и социально-правовую защиту детей из криминально-аморальных семей. Тем более что криминогенная опасность таких семей распространяется не только на собственных детей. Вокруг таких домов, как правило, возникают целые компании соседских ребят, которые благодаря взрослым приобщаются к алкоголю, бродяжничеству, воровству и попрошайничеству, преступной субкультуре.

Приведем несколько примеров криминально-аморальной семьи.

Николай Ф., несмотря на то, что ему 13 лет, учится в 3 классе, более трех лет стоит на учете в ИДН за систематические пропуски занятий, бродяжничество. Последние два года в школе практически не учится, дома появляется эпизодически, проводит время в компании уличных друзей. Семья при этом оказывает только негативное влияние на ребенка. Родители считают, что раз у них по три класса образования, то и сыну вполне этого достаточно. Мать и отец - алкоголики, работают дворниками, в доме сплошная антисанитария, В доме нет необходимой мебели, посуды, постельного белья, часто нет продуктов питания. Родители периодически страдают запоями, мать во время пьяных загулов, не считаясь с мужем и детьми, приводит в дом посторонних мужчин либо сама на длительное время исчезает из дому. Кроме Николай, в семье еще двое младших детей. Все меры административного и общественного воздействия на семью в данном случае оказались бездейственны, необходимо одно - изъятие детей из такой явно тлетворной обстановки и передача на государственно-общественное попечение. Эти единственно возможные в данном случае меры ни инспектором, ни комиссией по делам несовершеннолетних своевременно не предпринимались. Инспекция ждала инициативы со стороны школы, школа - со стороны инспекции. В результате для Николая время непоправимо упущено. Это же при такой нерешительности ожидает и его младших братьев.

Вот еще примеры криминально-аморальных семей, в которых также дальнейшее пребывание ребенка невозможно.

Александр Т., 12 лет, учится плохо, систематически прогуливает, бродяжничает, совершает мелкие кражи. Мать умерла, подросток живет с отцом, который воспитанием ребенка не занимается. Недавно из мест лишения свободы вернулся старший брат. На квартире постоянно собирается либо пьяная компания отца, либо дружки бра та. Ясно, что такая обстановка является опасной криминогенной средой как для Александра, так и для его друзей. Однако вопрос о передаче Александра в интернат по тем же причинам решался в течение почти 2 лет.

Дима Н., 9 лет. Родители пили запоем, дебоширили, отец осужден, мать постоянно нигде не работает, ведет аморальный образ жизни, живет за счет часто сменяющихся сожителей, часто и надолго уходит из дому, бросает ребенка без присмотра, на попечительство соседей либо престарелой беспомощной бабушки. Мальчик не имеет самых элементарных условий для жизни и учебы, нередко остается голодным. Решение вопроса о передаче Димы в интернат также было неоправданно затянуто.

Рассмотренные примеры позволяют составить довольно отчетливое представление о криминально-аморальных семьях и необходимых по отношению к ним мерах профилактического воздействия. Своевременные и решительные меры, принятые по отношению к таким семьям, смогли бы существенно снизить их опасное криминогенное влияние на своих и чужих детей. Однако этого не происходит, поскольку органы профилактики не имеют четкого представления, кто из них в первую очередь должен заниматься подобными семьями. Достаточно сказать, что при анкетном опросе 60% опрошенных сотрудников ИДН оставили этот вопрос без ответа. Таким образом, не только четко не определены органы и социальные институты, в компетенцию которых входит социально-правовая охрана и поддержка детей, лишившихся родительского попечения из-за аморального поведения и социальной деградации родителей, но и не отработана в достаточной мере нормативно-правовая база охраны и защиты детства. Как правило, у нас прибегают лишь к крайней мере - лишению родительских прав, в то время как менее болезненны для детей и более эффективны по влиянию на опустившихся родителей были бы меры временного изъятия детей из аморальных семей с временной передачей их на воспитание в другие семьи либо детские дома. Создание сети социальных приютов и нормативно-правовое обеспечение их деятельности также позволило бы расширить возможности социальной помощи детям и подросткам, оказавшимся в кризисной ситуации и вынужденных скрываться в приютах.

Иные превентивные меры должны быть применены к семьям, в которых функциональная несостоятельность имеет другие причины.

Так, например, асоциально-аморальные семьи, которые хотя и относятся к семьям с прямым десоциализирующим влиянием, тем не менее, в соответствии со своими специфическими социально-психологическими характеристиками требуют иного подхода.

На практике к асоциально-аморальным семьям чаще всего относят семьи с откровенными стяжательскими ориентациями, живущие по принципу "цель оправдывает средства", в которых отсутствуют моральные нормы и ограничения. Внешне обстановка в этих семьях может выглядеть вполне благопристойной, уровень жизни достаточно высок, но духовные ценности подменены исключительно стяжательскими ориентациями с весьма неразборчивыми средствами их достижения. Такие семьи, несмотря на свою внешнюю респектабельность, благодаря своим искаженным моральным представлениям, также оказывают на детей прямое десоциализирующее влияние, непосредственно прививая им антиобщественные взгляды и ценностные ориентации.

В качестве примера асоциально-аморальной семьи может служить семья Наташи К. (15 лет, 8 класс). Наташа состоит на учете за развратное аморальное поведение, неоднократно задерживалась дружинниками в пьяном виде в компании таких же пьяных подростков. Учится плохо, крайне груба в отношении к учителям, одноклассникам, жестока, высокомерна с подругами, избивает сверстниц. Живет с мамой, торговым работником. Мама относится к числу людей, "умеющих жить", дома - полный достаток, ковры, хрусталь, дорогие веши. С отцом Наташина мама разошлась, поскольку он не одобрял ее моральной неразборчивости, а она соответственно относила его к числу неудачников, называла "рохлей" и т.д.

Для мамы Наташи характерно циничное отношение к духовным ценностям и моральным качествам людей. Все достоинства личности определяются возможностями достать, иметь и т.д.

Дочь в цинизме превзошла мать, не имеет авторитетов, очень груба с матерью, которая потеряла все возможности воздействовать на поведение дочери. Прибегает к крайним мерам, избивает дочь, закрывает ее на ключ в квартире.

Вышеназванная категория семей не так уж часто встречается в превентивной практике. По нашим данным, среди состоящих на учете в ИДН подростков 10-15% из асоциально-аморальных семей. Однако эта категория семей и подростков особенно трудна для коррекционно-профилактической работы.

Вряд ли правомерна здесь точка зрения тех, кто считает необходимым изымать детей из асоциально-аморальных семей. Несмотря на негативное влияние, которое оказывается на детей такими родителями, как правило, нет формального повода для принятия решения об изъятии ребенка из этих семей. Здесь высокий уровень материального благосостояния, трезвый образ жизни, стремление родителей заботиться о своих детях. По отношению к таким родителям и их детям более всего применимы коррекционные методы, основанные на принципах "обратной социализации", когда через взрослеющих детей, которые достаточно наглядно отражают внутренний облик родителей, происходит переосмысление родителями своих собственных позиций. Однако существенным недостатком методов обратной социализации является их запоздалость, прозрение часто наступает слишком поздно, чтобы что-то существенно изменить в личности подростка.

Иного подхода требуют семьи с косвенным десоциализирующим влиянием - конфликтные и педагогически несостоятельные.

Конфликтная семья, в которой по различным психологическим причинам личные взаимоотношения супругов строятся не по принципу взаимоуважения и взаимопонимания, а по принципу конфликта, отчуждения.

Конфликтные семьи могут быть как шумными, скандальными, где повышенные тона, раздраженность становятся нормой взаимоотношений супругов, так и "тихими", где отношения супругов характеризуют полное отчуждение, стремление избегать всякого взаимодействия. Во всех случаях конфликтная семья отрицательно влияет на формирование личности ребенка и может послужить причиной различных асоциальных проявлений.

Вот, например, семья Эдика Ф., 15 лет, который третий год состоит на учете в ИДН, плохо учится, дерзит учителям, дерется с малышами, забирает у них деньги, рано приобщился к курению, выпивает, плохо поддастся перевоспитанию. Внешне эта семья выглядит вполне благополучной, хорошая квартира, полный достаток, родители ведут трезвый образ жизни, хорошие производственники, проявляют заботу о детях. Мать работает заведующей отделом в промтоварном магазине, отец - мастер на заводе. Однако отношения между родителями весьма отчужденные, по типу скрытого хронического конфликта. Мать обвиняет отца в неумении жить, отец, в свою очередь, подозревает жену в супружеской неверности, во всех перепалках предпочитает отмалчиваться, допоздна задерживается на работе и приходит домой только ночевать. Практически не разговаривает ни с детьми. Ни с женой. В доме тягостная, гнетущая атмосфера, которая тяжело сказывается на детях, делает их "колючими", невосприимчивыми к педагогическим воздействиям учителей, общественных воспитателей, закрепленных в ИДН.

Вот другой пример - семья Димы Л., 5 кл., 11 лет, состоит на учете за систематические пропуски, пренебрежение к учебе, бродяжничество. Отец - шофер, мать - домохозяйка. Семья живет в рабочем общежитии. Привычный способ общения родителей - скандал. Инициатор скандалов - мать. Переходит на крик по всякому поводу и без повода, своим соседям, не стесняясь, рассказывает о всех провинностях мужа и сына, постоянно жалуется на мужа, недовольна им, Дима буквально не имеет дома спокойной минуты, чтобы готовить уроки, отдыхать. Он предпочитает проводить время на улице, куда убегает также и из школы в том случае, когда не выучит уроков, что, естественно, случается с ним весьма часто.

Как видим, в конфликтных семьях десоциализирующее влияние проявляется не прямо через образцы аморального поведения или антиобщественные убеждения родителей, здесь имеет место косвенное десоциализирующее влияние, оказываемое за счет хронически осложненных, нездоровых отношений родителей.

В работе с семьями, где отношения супругов хронически осложнены и находятся фактически на грани распада, учитель, социальный работник, практический психолог, по сути дела, должны выполнять психотерапевтические функции. То есть в беседе с родителями необходимо, внимательно выслушав обе стороны, попытаться, по возможности, погасить неудовольствие супругов друг другом, показать причины, приводящие к обострению отношений, консолидировать взаимоотношения супругов, прежде всего, на основе интересов ребенка.

С конфликтными семьями нужна кропотливая индивидуальная работа по оздоровлению взаимоотношений супругов, требующая большого такта, мудрости, хорошего знания жизни, профессионализма. Взаимоотношения супругов вряд ли можно поправить публичными разбирательствами на комиссии и по месту работы, и к такому роду воздействия нужно переходить в крайних, исключительных случаях при явно неправильном, агрессивном поведении одного из супругов.

Среди семей подростков, состоящих на учете в ИДН, наиболее распространенными являются педагогически несостоятельные семьи, в которых при относительно благоприятных условиях (здоровая семейная атмосфера, ведущие правильный образ жизни и проявляющие заботу о детях родители) неправильно формируются взаимоотношения с детьми, совершаются серьезные педагогические просчеты, приводящие к различным асоциальным проявлениям в сознании и поведении детей. По данным нашего исследования, среди состоящих на учете в среднем 45 - 60% подростков - из педагогически несостоятельных семей.

Психология bookap

Педагогически несостоятельные, как и конфликтные, семьи не оказывают на детей прямого десоциализирующего влияния. Формирование антиобщественных ориентации у детей в этих семьях происходит потому, что за счет педагогических ошибок, тяжелой морально-психологической атмосферы здесь утрачивается воспитательная роль семьи, иона по степени своего воздействия начинает уступать другим институтам социализации, играющим неблагоприятную роль.

Педагогически несостоятельная семья, прежде всего, нуждается в психолого-педагогической коррекции стиля семейного воспитания и характера взаимоотношений родителей с детьми как основных факторов, обусловливающих их косвенное десоциализирующее влияние. Эти семьи, прежде всего, нуждаются в помощи психолога, способного помочь родителям проанализировать проблемную ситуацию, скорректировать свой стиль и характер отношений с ребенком. Эту помощь могут оказать также социальные педагоги и опытные учителя, которые хорошо знают индивидуальные особенности детей и подростков, условия их семейного воспитания и имеют достаточную психолого-педагогическую подготовленность.