Глава 2. Деконцентрация в общем массиве психотехник


...

2.12. Деконцентрация в сакральных психотехниках.


Тема использования отдельных элементов сакральных психотехник в прагматических целях весьма щепетильна. Постмодернистский мир уравнивает высокие, низкие, реальные и иллюзорные феномены, переживания, знания. Обратной стороной постмодернистского дискурса является массовое распространение в рамках идеологемы “нью эйджа” так называемых развивающих психотехник, выдергивающих отдельные приемы из сакрального контекста. Эта компиляция в постмодернистском контексте порождает ряд иллюзий:

— иллюзию адекватности извлеченной из совершенно иного культурного мира и введенной в «нью-эйдж»-контекст психотехники ее прототипу;

— иллюзию соответствия формируемого психического состояния заданному в сакральной системе образцу;

— иллюзию тождественности достигнутого при помощи психотехнического приема состояния духовному результату.

Однако печальный опыт «развивающих психотехник» принес и положительный результат. Он наглядно показал, что психотехнические приемы и формируемые ими состояния являются по отношению к духовным задачам не более, чем языком, описывающим духовные реалии, но никак не самими реалиями. Акт познания, расчленяющий религиозное действие на психотехнику, ее сакральное значение и культурную интерпретацию уничтожает религиозный феномен как таковой.

Вместе с тем, проблема переноса психотехнических приемов в прагматический контекст из сакрального мира существует. Объем психотехник, обслуживающих сакральные задачи, огромен и ни один разработчик психотехнологий не может этот факт проигнорировать. Любому разработанному современным исследователем приему, в том числе и дКВ, можно найти аналог в индийских, китайских или тибетских сакральных практиках. Но перенос приема, психотехники или сложной психотехнологии из одного контекста в другой требует особой методологии.

Строго говоря, психотехники могут быть извлечены только из чужого сакрального контекста. Трудно себе представить психотехнику умного делания, приспособленную для операторских нужд православного сообщества. Чужой духовный опыт, пропущенный через фильтры собственной культуры, теряет свое сакральное содержание, оставляя лишь психотехнический «синтаксис» сакрального. Духовный опыт обретается только соответствующей жизнью, а из описывающих его текстов извлекаются формальные технические инструкции, допускающие перенос в другой контекст. Поэтому возможно лишь транскультурное заимствование приемов, обеспечивающих чужую сакральную практику. Кстати, легко заметить, насколько нелепым становится употребление технологизированного термина «сакральная практика» применительно к собственному вероисповеданию.

Когда методист обнаруживает в текстах другой культуры соответствия разработанным им приемам или психотехникам, следует понять, с аналогом (т. е., подобием по форме и выполняемой локальной функции) или гомологом (т. е., подобию по происхождению) разработанного приема он столкнулся. Для этого необходимо сопоставить психотехнологию, содержащую разработанный прием, с психотехнологией иного культурного происхождения, разделить синтаксическую и семантическую составляющую разработанного приема и произвести такую же процедуру в отношении его инокультурной параллели.

Под синтаксисом будем понимать конкретные действия, которые должен выполнить оператор. Эти действия задаются предписанием, выраженным в форме инструкции (например, «равномерно распределите внимание по всему предъявленному изображению начиная с фиксации периферийных областей», или «внимательно рассмотрите предъявленное изображение, закройте глаза и последовательно, элемент за элементом, воспроизведите изображение в своем воображении»).

Под семантикой — интерпретацию состояния, полученного в результате применения приема, и интерпретацию приема в терминах интерпретации состояния… Семантика состояния, а следовательно, и приема, различна в сакральных и прагматических психотехниках. Так, в приведенных выше примерах, где речь идет о деконцентрации и визуализации, семантика меняется в зависимости от значения визуализируемого или интроецируемого изображения. Мы получим совершенно разные результаты в зависимости от того, является ли содержание предъявленного изображения элементом психотехнологии в целом, значимо ли оно в пределах психотехнической траектории, влияет ли это содержание на провоцируемое приемом состояние, или нет. В первом случае мы имеем дело с идеологизированным приемом, в своем пределе — с сакральным его значением. Во втором случае речь идет о чисто прагматическом, технологическом использовании приема.

У аналогов одинаковая функция. Функция психотехнических приемов — преобразование одного психического состояния в другое. Если приемы применены к одинаковому состоянию и дают одинаковый результат, мы говорим об их аналогичности. Как правило, совпадение синтаксиса приемов свидетельствует об их аналогии, хотя обратное и необязательно.

Гомологичные приемы могут быть одновременно и аналогичными, но это не является обязательным условием. Гомологичные приемы возникают из одних и тех же смысловых содержаний, и потому их семантика совпадает или близка. Они занимают одинаковое положение по отношению ко всей методической цепочке в целом в пределах сравниваемых психотехник, им предшествуют и за ними следуют гомологичные приемы. Наконец, исторически они развиваются из сходных задач и в сходных контекстах.

Если речь идет о гомологе, то перенос приема осуществляется (при соблюдении принципа стилистической совместимости) безболезненно. Однако в реальной практике заимствуются, как правило, аналоги. Включение такого приема, внешне похожего на используемую технику, но несущего совершенно иную смысловую нагрузку в проектируемую психотехническую цепочку может привести, в лучшем случае, к разрыву последовательности формируемых состояний и малопонятной для неквалифицированного разработчика неудаче, а в худшем — к эксцессу.

Выявив гомологичность двух приемов, можно строить базовое описание приема, вариациями которого являются оба текста. Но для этого надо дать абстрагированное описание всей психотехники. В этом случае становятся понятными те изменения, которые следует внести в заимствуемый прием для его точного встраивания в новый методический и технологический контексты.

Приведем примеры текстов, которые описывают состояния, близкие к состояниям дКВ, достигаемым при помощи описанных выше техник. Воспользуемся работой Томаса Клири «Японское искусство войны. Постижение стратегии»,19 цитирующего наставников дзэн Ягю Мунэнори и Такуана Сохо.


19 T.Cleary. The japanese art of war. Understanding the culture of strategy. Shambala. Boston&London. 1992. Русский перевод: Т.Клири. Японское искусство войны. Постижение стратегии. Евразия, СПб, 2000.


Ягю Мунэнори:

«Это подобно тому, как все ясно отражается в зеркале вследствие бесформенной чистоты его отражающей способности. Сердце причастных Пути подобно зеркалу, оно пусто и чисто; ты не-сознаешь, но при этом свершаешь все.».

«Теперь не знаешь даже самого себя, твое тело, ноги и руки действуют, но сознание не-сознает; ты ничего не упускаешь и попадаешь десять раз из десяти. Но даже теперь, если допустить мысль об этом в свое сознание, проиграешь. Только когда не фиксируешь сознание, будешь побеждать каждый раз. Однако не фиксировать сознание не значит вовсе не-сознавать; речь идет об обычном сознании».

«Различать вещи с первого взгляда и не фиксировать на них сознание — значит «быть недвижимым». Ведь если сознание привязывается к вещам, появляются различающие мысли, которые двигаются различными путями. Если положить конец различающим мыслям, то даже если цепляющееся за вещи сознание движется, сам остаешься неподвижным.»

«Если смотришь на один-единственный лист дерева, остальных листьев не видишь. Если же просто смотришь на дерево и не фиксируешь зрение на одном листе, то сможешь увидеть все листья, какие только есть на дереве. Если сознание сосредоточено на одном листе, остальных не видишь; если не концентрируешь внимание на одном, видишь сотни и тысячи листьев».



Понятно, что под «сознанием» в данном переводе подразумевается внимание, а «не-сознание» — отсутствие сфокусированного на объекте внимания. «Не-сознание» близко по своему смыслу к дКВ, точнее к последствиям применения дКВ, хотя в реальной практике дзен использовалась не техника, описанная выше, а скорее сконцентрированное намерение породить состояние «не-сознания».

Такуан Сохо описывает результаты, как мы сказали бы, дКВ-подхода формированию непрерывного континуума действия, условно разлагаемого на стимулы и ответы:

«Иногда говорят о непосредственности искры и камня. При этом имеют в виду следующее. Стоит вам только ударить камнем о камень, как появляется искра… между ударом и возникновением искры нет ни промежутка, ни размежевания. … Было бы ошибкой считать эту непосредственность просто быстротой следования одного движения за другим. Скорее, это означает, что внимание не задерживается на вещах. … Стоит только сознанию остановиться, и противник тут же воспользуется этим.»

«Если вы помещаете сознание в какое-то одно место, в результате оно оказывается скованным и утрачивает подвижность. Если вы просто думаете о чем-то, сознание окажется скованным вашими мыслями. Поэтому отстранитесь от мыслей и рассуждений, забудьте о своем теле и не фиксируйте сознание ни на чем. В этом случае когда сознание посетит ваше тело, оно будет работать безупречно и выполнять свои функции без промедления.»

«Правильное сознание не остается в одном месте. Это сознание, которое охватывает все тело и личность. Смущенное сознание сосредоточивается в одном месте и застывает».



В следующих строчках Ягю Мунэнори легко распознать описание принципа калейдоскопа:

«Предположим, на тебя один за одним нападают десять человек. Если после отражения первого удара сознание не задерживается на полученном впечатлении, но переходит с одного на другого, оставляя каждого сразу после того, как ты справился с ним, сможешь справиться с десятью противниками. Хотя сознание работает десять раз — по одному на каждого противника, если оно ни на ком не задерживается и переключается поочередно на каждого, сможешь взять верх.».



При попытке психотехнической интерпретации подобных текстов возникают трудности отнесения к категории аналогичных или гомологичных состояний и техник. В данном случае техника, явно аналогичная дКВ, переводится из сакрального — буддийского — в технологический контекст — повышение эффективности и выживаемости в условиях ведения боя. Техника формирования «не-сознания», т. е. состояния, тождественного или близкого к дКВ, наслаивается на обычное состояние бодрствования (как и в наших дКВ-технологиях) и ведет к состоянию дКВ в действии. Поэтому мы можем говорить о гомологии приемов и состояний.

Примером аналогичных техник является использование КВ- и дКВ-стратегий в психотехнологиях и йоге.