ПРОБЛЕМА ПИТЕРА

Принцип Питера был преподнесен человечеству в сопровождении мощной рекламы и, как этого можно было ожидать, поразил воображение тех, кто занимается политикой. Суть его вкратце в следующем: во всякой иерархии каждый служащий имеет тенденцию достигать своего уровня некомпетентности. Наш мир, считает Питер, это мир воинствующей некомпетентности. Если человек успешно справляется со своими обязанностями, его считают подходящей кандидатурой для выдвижения. После ряда выдвижений он достигает уровня, где обнаруживается его некомпетентность, так как его новые обязанности оказываются ему не по силам. Больше его не повышают, но он остается на том месте, куда попал, хотя с обязанностями своими по-прежнему справиться не в состоянии. Процесс этот, как нам говорят, приводит к тому, что большинство должностей заняты людьми некомпетентными, остающимися на своих постах до ухода на пенсию. О достигших своего уровня некомпетентности служащих говорят, что они попали на Плоскогорье Питера и им присваивается Нулевой Коэффициент Продвижения (К.П.). Автор признает, что эта общая тенденция может быть нарушена за счет очевидных исключений и отклонений. Он описывает, например, такое явление, как Боковой пируэт, маневр, посредством которого должности некомпетентного сотрудника дается какое-нибудь длинное наименование, а сам он задвигается в какую-нибудь контору подальше.

Питер замечает, что симптомы Синдрома Завершенной Карьеры включают одержимость мелочами (структурофилия и Комплекс созидателя) и иерархическую регрессию. Он украшает свои доводы афоризмами типа: «Если вы не знаете, куда идете, вы в конце концов придете куда-нибудь». Он утверждает, что Принципу Питера подчиняются даже компьютеры. В заключение он советует нам отказываться от всякого повышения в должности, пока мы еще находимся на уровне своей компетентности, или, действуя более тонко, устраиваться так, чтобы нам повышения не предлагали. «Возможности Негативного Мышления» находят здесь блестящее подтверждение.

Многое в этих рассуждениях достойно восхищения, и нельзя отрицать, что автор сделал несколько значительных открытий. Его основные положения излагаются четко и красноречиво, и известно, что у него множество последователей. Нет никакого сомнения, что он замечательный педагог и что книга его пользуется заслуженным успехом. Беда только в том, что некоторые принимают ее чересчур всерьез, соглашаясь с теорией, предложенной, по всей вероятности, в шутку. Против шутки никто бы не возражал, но есть одно возражение против теории, и возражение это заключается в том, что теория неверна. Она приходит в противоречие с нашим опытом и не выдерживает критики. Прежде всего мы должны задать себе вопрос, каким образом автор пришел (если он действительно пришел) к такому убеждению. Когда мы узнаем, что он является координатором программ для детей с нарушениями эмоциональной сферы в Университете Южной Калифорнии, мы склонны поначалу подозревать, что Принцип Питера и был, возможно, одной из тех программ, которые он координировал. Нас не должно удивлять, что в его университете есть дети с такими нарушениями; вполне возможно, что одна из многих его программ могла бы подойти и для взрослых.

Однако такое заключение было бы необдуманным и поверхностным. Ключ к рассуждениям доктора Питера не в его прошлой или нынешней деятельности координатора (что есть не что иное, как Боковой пируэт), но в ранней его карьере и настоящих убеждениях. Доктор Питер — школьный учитель и психолог, ставший профессором методики преподавания в Южной Калифорнии. Он начинает свою книгу с примеров некомпетентности, собранных им в школе, в Эксельсиор-Сити, к которой он обращается вновь и вновь, повествуя о директорах, учителях и администраторах в сфере образования. Более того, примечания отсылают нас к его книге «Методика обучения»11 (что бы это ни значило). В общем и целом у нас не остается сомнений, что автор провел большую часть своей жизни в классах. Правда, ему случается приводить примеры и из сферы деловой и общественной жизни, но в них не чувствуется и намека на знание предмета или предварительные исследования. За пределами эксельсиорской школы он чувствует себя не слишком уверенно, подобно священнику, впервые оказавшемуся в казино. Мы можем даже заподозрить, что Эксельсиор-Сити находится в Калифорнии, штате, в котором образовательный бум был, подобен взрыву. Когда доктор Питер замечает, что «эскалация усилий в области образования способствует ускорению процесса деградации», мы незамедлительно убеждаемся в справедливости его суждения, если, конечно, иметь в виду Калифорнию, где впервые система разбавления сливок образованности достигла своего логического завершения. За автором и его теорией проступает весьма важный и своеобразный фон.


11 Z.I.Peter. Prescriptive Teaching. 1965


Мужчина-учитель в США — это тот человек, который остается с женщинами и детьми, когда другие мужчины его племени уходят на работу или на войну. Это наименее интеллектуальный представитель из числа тех, кто получает высшее образование, разве что с минимальным превосходством перед теми, кто специализируется в общественных науках. Посвятив себя своей полудетской профессии, он усваивает, «как преподавать», не зная смысла предмета. Мы все знаем, что успешное обучение в классах старше приготовительного включает а) обширное и углубленное знание сложного предмета, б) энтузиазм по отношению к этому предмету, который должен передаваться ученикам, и в) несколько профессиональных приемов, почерпнутых из однотомного учебника и освоенных за три недели практики. Искусство же теоретиков в области образования состоит в том, чтобы превратить этот последний пункт в нагромождение претенциозного вздора, затуманенного терминами и психологической болтовней. Заниматься научными исследованиями в области методики преподавания — значит забыть об а) и сделать невозможным овладение в). Те, кто могут преподавать, преподают, те же, кто не может, учат учителей, как учить других учителей искусству обучения. Это братство ученых-методологов есть своего рода государство в государстве, где собрались люди, посвятившие себя изучению Ничего. Удивительно ли, что доктор Питер сокрушается над некомпетентностью многих: он провел большую часть своей жизни в той среде, где этот факт является непреложной истиной.

Опыт каждого из нас говорит, однако, совсем о другом. Мы живем среди летчиков, банкиров, инженеров, моряков, композиторов, солдат и журналистов, среди людей, отличающихся почти потрясающей компетентностью. Более того, мы предполагаем, что большинство людей, которых мы знаем, вполне способны выполнять взятые ими на себя обязанности. Пассажиры реактивного лайнера целиком доверяют пилоту, которого они даже не видели. Мы убеждены в мастерстве и здравом смысле хирурга, удаляющего нам аппендикс, и испытываем то же доверие к механику, занимающемуся нашей машиной. Бывают редкие случаи, когда штурманы обрекают корабли на столкновение, но обычный среднего уровня капитан ничего подобного не сделает. У некоторых инженеров мосты падают в реки; однажды это случилось даже с гидроэлектростанцией на американской стороне Ниагарского водопада. Тем не менее мы ступаем на мост, твердо убежденные в его прочности и надежности, что вполне оправдывается нашим опытом. У нас, быть может, и нет того доверия к архитекторам, сантехникам, сборщикам налогов, мы можем сомневаться по поводу политических деятелей, звезд эстрады и художников. Однако факт остается фактом: мы абсолютно полагаемся на компетентность большинства из тех, с кем нам приходится иметь дело, и наше доверие только в редких случаях бывает обмануто.

Так обстоит дело на практике. Но как быть с теорией? Где же не срабатывает главный аргумент доктора Питера? На слове «компетентный», на котором зиждется вся его теория. Как педагог-теоретик, доктор Питер воспитан в вере в коэффициент умственного развития (К.У.). В школьной системе Эксельсиор-Сити учитель, определив К.У. ученика, не ожидает от него большего, чем предопределено этим показателем. Правда, сообразительный ученик постарается получить вначале показатель пониже, чтобы заслужить больше похвал за последующие успехи. Но если отбросить всякие подделки, коэффициент умственной деятельности почти полностью определяется наследственностью и улучшаться не может. Создатель же Принципа Питера употребляет слово «компетентность» в том же смысле, что и К.У., приписывая каждому человеку «потолок» его возможностей, уровень, выше которого тот подняться не может. Получается, что все (или почти все) превышают где-то этот уровень и в результате возникает иерархия такого типа:

**** Директора, обладающие компетенцией управляющих

**** Управляющие, находящиеся на уровне своих заместителей

**** Заместители управляющих, способные быть лишь начальниками цехов

**** Начальники цехов, годящиеся только в старшие рабочие

**** Старшие рабочие, ничем не лучше простых

**** Простые рабочие, ни к какой работе не годные

**** Подмастерья, которые просто не способны даже существовать

Ошибочность этой схемы в том, что нет таких предприятий, где бы на одном уровне были заняты, скажем, как в нашем случае, именно четыре человека; столько же директоров, сколько начальников цехов, и простых рабочих не больше, чем старших. В действительности же, во главе компании всегда стоит президент или директор-распорядитель, а количество людей в нижних эшелонах непременно должно увеличиваться. Мы приходим таким образом к пирамиде. Бывают, конечно, исключения, как это и старается показать доктор Питер, но они чаще кажущиеся, чем действительные. Любая рядовая организация должна иметь основание и вершину. Возникает такая фигура:

…….. *…….. Президент или директор-распорядитель

……. ***……. Директора

…… *****…… Управляющие

…. *******….. Заместители управляющих

… *********…. Начальники цехов

… ***********… Старшие рабочие

..*************.. Рабочие

Это упрощенная схема, а на деле пирамида имела бы еще более вытянутую и менее правильную форму. Однако если бы количество людей было неизменным и все они заслуживали повышения, все равно остался бы только один президент и минимум пятнадцать рабочих. Если мы вслед за доктором Питером допустим, что президент некомпетентен, нам придется признать, что либо (а) нет никого, достойного занять высшее положение, либо (б) те, кто мог бы его занять, находятся на низших уровнях и, следовательно, ниже своего уровня компетенции. Когда же мы представим себе, что из шестидесяти человек, ниже президента по должности, только два или три могут занять его место при наличии вакансии, нам придется сделать вывод, что пятьдесят семь или пятьдесят восемь из них обречены в силу естественного хода вещей на разочарование. Даже если бы десять из них были потенциальными кандидатами на эту должность, большинству пришлось бы довольствоваться должностью менее высокой. Сужение пирамиды задерживает служебный рост людей вне зависимости от их компетентности. Люди, соответствующие только должности управляющего, не становятся директорами, скорее наоборот: многие из них так и остаются управляющими из-за отсутствия вакансий в совете директоров. В применении к прямоугольнику Принцип Питера мог бы еще иметь какое-то правдоподобие. В применении к пирамиде он просто не годится.

Какова бы ни была структура организации, Принцип Питера предполагает, что уровень компетентности каждого так же неизменен, как его рост и группа крови. Но нельзя уподоблять компетентность коэффициенту умственной деятельности. Если отдельные неудачи и провалы и объясняются недостатком ума у исполнителей, то все же большая часть этих неудач есть следствие непорядочности, лени, трусости, неаккуратности, невнимательности и небрежности. Это уже пороки скорее морального свойства, чем интеллектуального, а моральные качества могут меняться день ото дня под влиянием разного рода воздействий, из которых главное — кто вами руководит. Говорят, что нет плохих солдат, есть плохие офицеры. В сфере промышленности и торговли моральное состояние рабочей силы формируется линией, которую проводит та или иная компания, но и не без влияния общих условий процветания или спада, а также разнообразных факторов местного значения, от средств сообщения до погоды. Некоторые человеческие свойства, такие, как интеллект, несомненно, передаются по наследству, но основа производительности труда — нежелание уйти домой, пока работа как следует не выполнена, — изменчива, как ветер. Нам это знакомо по собственному опыту, когда мы то полны лихорадочной энергии, то она иссякает совсем. Правда, есть некоторый индивидуальный уровень, но он может то резко возрастать при перспективе повышения, то столь же резко падать при перспективе отставки.

Раз и навсегда установленный предел компетентности — это миф. Еще один миф — то, что каждый человек работает ради повышения по службе, пока не достигает того момента, когда дальнейшее повышение невозможно. Число людей честолюбивых относительно невелико. Некоторые приняли бы назначение на более высокую должность, если бы им его предложили, но большинство было бы смущено таким предложением. Случись нам быть на мостике «Елизаветы II» в нью-йоркской гавани, большинство из нас не было бы в восторге, прикажи капитан: «Ну, давайте вот вы, выводите судно в море!» Картина, созданная нашим воображением в тот момент, представляла бы не личный триумф, но неминуемую серию катастроф, среди которых низвержение статуи Свободы было бы лишь незначительным эпизодом. Не так уж много найдется мальчишек, которые скажут, что цель их жизни — стать президентом США. Если же им объяснить, что влечет за собой этот пост, их число сократилось бы до нуля. Вполне вероятно, что занимающий эту должность может оказаться некомпетентным, поскольку обязанности его превосходят пределы разумного. Но это отнюдь не доказательство в пользу Принципа Питера, так как претендентов обычно бывает ограниченное количество, и тот, кого избирают, в конечном счете не обязательно оказывается, например, компетентным губернатором штата.

Сомнительно также и то, что большинство повышений — даже на уровне ниже президентского — определяются компетентностью кандидата, обнаруженной им на низшей ступени служебной лестницы. Во многих организациях существует барьер, который большинству сотрудников никогда не преодолеть. В некоторых учреждениях высшие должности доступны только родственникам директора, в других — только выпускникам Принстона. В корпорации А для того, чтобы преуспеть, вы должны быть белым, англосаксоном и протестантом. В корпорации Б для этого нужно быть выходцем из развивающегося района, белым с примесью, неврастеником и членом епископальной церкви. А уж в корпорацию В попасть в совет директоров не дано никому, кроме типичного упрямого южанина, католика и ирландца по происхождению. Очевидно, и сам доктор Питер признает, что существование такого барьера никогда не позволит одним достичь потолка своих возможностей, даже если допустить, что такой существует, тогда как другие будут продвигаться по службе на основаниях, ничего общего с компетентностью не имеющих. Более того, в организациях, предлагающих равные возможности, получение высшего вознаграждения может быть никак не связано с конкретной деятельностью. Основанием для блестящей карьеры может быть способность успешно сдавать экзамены, развиваться она может за счет способности льстить, а вершины своей достигнет благодаря способностям претендента удачно жениться. Каждая разновидность способностей по-своему вполне реальна, но трудно сравнима с компетентностью, предполагаемой у претендентов на административную должность. А потому даже самые поверхностные наблюдения приводят нас к выводу, что Принцип Питера неприменим в сфере общественной, деловой или какой-либо еще, имеющей отношение к торговле или военному делу. Он действует только в сфере образования и особенно в теоретической области. Но даже и там он не универсален, но распространен главным образом в Южной Калифорнии. Можно даже предположить, что он оправдывает себя только в школах Эксельсиор-Сити. Быть может, царство некомпетентности и в самом деле настолько мало, что ключи от него имеются только у одного человека самого Питера.