Парикмахерская в комнате смеха, или Кама-сутра от философии

«Я не шучу, даже когда шучу».

Бхагван Шри Раджниш

Предмет книги до такой степени серьезен, что на него без улыбки не взглянешь. Наверное, этот вынужденный каламбур точнее всего передает замысел «Самоучителя». От великого до смешного один шаг. Его можно сделать и в обратном направлении: от сатиры к сатори. Все решает конкретное восприятие. Иногда достаточно просто показать палец, и ответом на этот нехитрый жест будет глобальное изменение сознания. Вспомним известную оценку «глупой» реакции: «дураку палец покажи, он смеяться будет». Теперь перекинем с нее мост на один из классических дзэнских коанов про палец и Луну, где смех на тот же жест мастера означал просветление его усердного ученика. Конечно, подобный самоучитель вряд ли претендует на роль мастера, но вот у читателя все же есть возможность попробовать себя на стезе ученика.

Сразу подкупая неофита видимой незатейливостью главного героя и банальностью ситуаций, в которых тот раз от разу барахтается, автор умело расслабляет, чтобы нанести затем неожиданный удар развязкой. В итоге «Самоучитель» беспроигрышен. С одной стороны, от ситуации к ситуации, читатель уже ждет подобного и обретает столь необходимый опыт держать удары (тренирует «устойчивость» психики), с другой - автор все же надеется (и в этом сверхзадача) попасть в «десятку», т. е. отправить в нокаут оторопевшего самоученика (того, кто постигает суть самоучителя) и разрушить в нем тем самым дремучую косность обывателя. Естественно, во втором случае предполагаемый опыт будет несравнимо ценнее. Ведь сколько достойных мужей долгие годы тщетно насилуют себя в надежде ощутить подобное состояние, когда вдруг мир перевернется с ног на голову (или наоборот) и из глаз вместо слез отчаяния яркой вспышкой брызнут во все стороны желанные звездочки озарения.

Автор профессионально (в буквальном смысле) расшатывает болты, иногда просто вышибает неуклюжие опоры из стереотипного каркаса обыденного мышления. Он не предлагает никакой альтернативы, не дает возможности за что-нибудь зацепиться, вернее, предлагает зацепиться за низачто. Теряя, таким образом, всякую базу, не находя точку отсчета мысли автора, неподготовленный читатель обрушивается вслед за ним в желанную (все же!) пустоту сознания, всколыхнув попутно и глубины бессознательного. В пустоту неуютную, даже ошарашивающую поначалу, но затем манящую легкостью свободы и свежестью иного восприятия бытия. Здесь удается коановский тупик напряжения, где сам коан есть костыль для хромого, вяло рассуждающего о том, нужно ли ему куда-либо идти и зачем в противном случае вообще этот костыль нужен? Кто твердо стоит на своих ногах, тот не решает подобную дилемму - он просто или идет, или стоит на месте. Вопрос, туда ли он придет и до чего достоится, в данном случае неактуален. Если в руки взят «Самоучитель», значит, обратившийся к нему - либо чуткий искатель, раскусивший подвох и пожелавший (нашедший мужество) нырнуть глубже, либо купившийся на доступную легковесность формата труда лентяй, который надеется так же легко «оседлать» философию и найти ответы на все «проклятые» вопросы. Ловушка в том, что любой самоучитель подразумевает возможность ликбеза, начиная с ноля до определенных высот освоения предмета, изложенного в пособии. Весь же аромат данной книги сможет вкусить лишь уже искушенный философией и отягощенный солидной долей интеллекта читатель. Как, впрочем, и коан сработает безотказным взрывателем только в подготовленном для «взрыва» сознании. Автор «причесывает» растрепанную шевелюру мыслей читателя на свой манер, не заботясь о приемлемости получающейся прически и о том, сколько «лишних» волос останется у него в жестком гребне. И впрямь, не важен стиль, главное, чтобы кудри были уложены в опрятные локоны - систему. Хотя в результате автор же тянется к самому радикальному средству парикмахера: опасной бритве для бритья наголо, намекая, что любой набор принципов - от лукавого! Как и раньше - взамен веское ничего. Он разбивает понятийные образы и к ним же апеллирует сам. Автор не боится противоречить себе - ведь это входит в построенную им систему парадоксов.

Книга скорей редкое подспорье в раскрепощении мысли, снятии клише, даже больше цитатник, нежели самоучитель. Автор сам называет ее собеседником. Да, к нему хочется возвращаться для очередных тупиков мысли и разрешения от бремени логики мышления. Из-за опасения, что иной читатель не дотянется, пройдет мимо тонкой авторской находки, порой хочется сделать уточняющее замечание, дать объясняющую сноску (ближе подвести искателя к «взрыву»), но осознание того, что глупо пытаться «разжевать» коан, останавливает от этого лишнего шага (взмаха костыля). Коан надо «заглотить» целиком, не дробя логикой, не боясь заболеть «несварением». Более того - необходимо страстно желать насытиться его ядерной энергией, переживать, а не пережевывать. В этом смысле «Самоучитель» в большей степени лекарство, чем пища. А любое лекарство хорошо в соответствующих дозах. Нет нужды «проглатывать» эту книгу всю зараз, существует опасность всерьез отравиться, навязчивостью суицида, например.

Автор с первых страниц активно готовит читателя к третьей части своего труда. Это, собственно, уже другая книга, другой взгляд. Взгляд если еще не с другого берега, то, во всяком случае, ясное осознание, какими могут оказаться очертания того берега. Соответственно подразумевается и другой читатель. Тот, кто не отложил встречу и не отравился ею, а явил собою предельную заинтересованность и успешно самонаучился. Кто готов не только для внимания (внимание в данном случае глагол), но окреп для подобной беседы. В ней угасает зуд вопрошания, и если появляется редкий вопрос, то он носит уже доверительный, но не провокационный характер, рождается в глубине авторского осмысления бытия как предложение диалога зрелому собеседнику. Достойность и поразительная ясность переживаемой глубины вызывает уважение и подтверждает право на авторскую оценку неуклюжей игры человеческого разума. Здесь как раз исчезает палец и появляется спрятавшаяся за ним Луна…

В своей статье я коснулся идеи «Самоучителя» в свете близких мне и на мой взгляд удачных аналогий с коаном, которые приводит (опирается на них) сам автор. Он задает верное направление мысли, обозначает явный ориентир поиска и, оставаясь верным себе, тут же блестяще путает робкого читателя открещиванием от подобных сравнений. Мотив - ссылка на неподходящий (?) для этого пути западный («с восточными корнями»!) менталитет.

Комментарии (костыли) могли быть выдержаны в иных сравнениях и подсказках, но от этого не изменилась бы суть расшифровки. Без костылей с хромыми (увы, читатель, это к Вам) трудно говорить на одном языке.

Кстати, чем меньше Вас задел ярлык хромоногости, тем ближе Вы к возможности действительно обойтись без костыля. Вместе с тем если Вы с раболепным вздохом покорности согласились со своей ущербностью, то это опять же лишение себя перспективной возможности твердо зашагать обеими ногами по широким дорогам независимого сознания. Последних утешу: костыль - это тоже оружие, так что долой покорность! Бунт - вот о чем должно стучать сердце ищущего.

…Ну как, может, все же отложим эту встречу?

Психология bookap

Мастер Андрей Логинов,

Президент Международной Ассоциации клубов КУНФУ «Триада»