УПРАВЛЕНИЕ СОБСТВЕННЫМ МОЗГОМ

Я бы хотел, чтобы вы попробовали несколько очень простых экспериментов

– чтобы немножко поучить вас тому, как можно научиться управлять собственным мозгом. Этот опыт понадобится вам для того, чтобы понять оставшуюся часть этой книги, поэтому рекомендую вам действительно проделать следующие короткие эксперименты.

Подумайте о событии из прошлого, которое было очень приятным, – возможно, о том, о котором вы давно не вспоминали. Задержитесь на мгновение, чтобы вернуться к этому воспоминанию, – и убедитесь, что вы видите то, что видели, когда это приятное событие совершалось. Можете закрыть глаза, если так проще.

Я хочу, чтобы, глядя на это приятное воспоминание, вы изменили яркость изображения и отметили, как изменяются в ответ ваши чувства. Сначала делайте его все ярче и ярче. Теперь делайте его все более и более тусклым, пока вы едва сможете различить его.Теперь снова сделайте его ярче.

Как это меняет ваше самочувствие? Всегда есть исключения, но для большинства из вас, если вы сделаете картину ярче, – ощущения усилятся. Увеличение яркости обычно увеличивает интенсивность ощущений, а уменьшение яркости – обычно наоборот.

Сколь многие из вас когда-либо думали о возможности намеренно изменять яркость внутреннего образа, чтобы иначе чувствовать себя? Большинство из вас просто позволяют своему мозгу беспорядочно показывать вам любую картину на его выбор – а вы в ответ хорошо или плохо себя чувствуете.

Теперь подумайте о неприятном воспоминании: что-то такое, о чем вы думаете, – и это вызывает у вас неприятные эмоции. Теперь делайте картину все более и более тусклой. Если вы достаточно сильно убавите яркость, она больше не будет вам досаждать. Можете сэкономить тысячи долларов психотерапевтических счетов.

Я научился этим вещам от людей, которые их уже делали. Одна женщина сообщила мне, что она счастлива постоянно; она не позволила событиям подобраться к ней. Я спросил ее, как она это делает, и она ответила:"Ну, эти неприятные мысли приходят мне в голову; но я просто убавляю яркость».

Яркость – одна из «субмодальностей» зрительной модальности. Субмодальности – это универсальные элементы, которые можно использовать для изменения любого зрительного образа, независимо от содержания. У слуховой и кинестетической модальностей тоже есть субмодальности; но мы пока поиграем со зрительными.

Яркость – это лишь один из многих параметров, которые можно варьировать. Прежде чем мы перейдем к другим, я хочу поговорить об исключениях из правил обычного воздействия яркости. Если вы сделаете картину такой яркой, что она смоет детали и станет почти белой, – это скорее снизит, нежели увеличит интенсивность ваших ощущений. В верхнем экстремуме связь обычно теряется. У некоторых людей связь в большинстве ситуаций обратная, так что увеличение яркости снижает интенсивность их ощущений.

Некоторые исключения относятся к содержанию. Если ваша приятная картина

– это свет свечи, или сумерки, или закат солнца, то часть ее особого очарования связана с тусклостью; если вы сделаете изображение ярче, ощущения могут ослабнуть. С другой стороны, если вы вспомнили случай, когда вы боялись темноты, то страх может быть связан с невозможностью увидеть, что там находится. Если вы сделаете этот образ ярче и увидите, что там ничего нет, – страх скорее уменьшится, а не увеличится. Так что исключения есть всегда, и когда вы их исследуете, в них тоже появляется смысл. Какова бы ни была связь, вы можете использовать эту информацию, чтобы изменить свои переживания.

Теперь давайте поиграем с другой субмодальной переменной. Выберите другое приятное воспоминание и меняйте размер картины. Сначала делайте ее все больше и больше, а потом все меньше и меньше, отмечая, как меняются в ответ ваши ощущения.

Связь обычно такова, что большая картина интенсифицирует вашу реакцию, а меньшая ослабляет ее. Здесь тоже есть исключения, особенно на верхнем конце шкалы. Когда картина становится очень большой, она может вдруг показаться нелепой или нереальной. Тогда ваша реакция может измениться качественно, а не по интенсивности – например, от удовольствия к смеху.

Изменив размер неприятной картины, вы, вероятно, обнаружите, что ее уменьшение ослабляет также и ваши ощущения. Если придание ей по-настоящему огромных размеров превращает ее в нелепую и смешную, то вы и это можете использовать, чтобы почувствовать себя лучше. Попробуйте. Выясните, что вам подходит.

Неважно, какова связь, если вы выясните, как она работает в вашем мозгу

– так что сможете научиться контролировать свой опыт. Если подумать, в этом не должно быть абсолютно ничего удивительного. Люди говорят о «тусклом будущем» и «ярких перспективах». «Все в черном свете». «У меня в голове все смешалось». «Это пустяк, но она раздувает все это до непомерных размеров». Когда некто произносит что-то подобное, это не метафоры; обычно это буквальное и точное описание того, что испытывает внутри себя этот человек.

Если кто-то «непомерно что-нибудь раздувает», вы можете посоветовать ей сжать картинку. Если она видит «тусклое будущее» – пусть сделает его поярче. Это звучит просто, так оно и есть.

Внутри вашего разума существуют все те вещи, с которыми вам никогда не приходило в голову поиграть. Вы не хотите ввязываться в отношения с собственной головой, так? Пусть вместо вас это делают другие. Все, что происходит в вашей голове, воздействует на вас, и потенциально все это вам подконтрольно. «Кто будет управлять вашим мозгом?» – вот в чем вопрос.

А теперь я хочу, чтобы вы продолжили эксперимент с варьированием других зрительных элементов, чтобы выяснить, как можно сознательно изменять их для воздействия на вашу реакцию. Я хочу, чтобы у вас было личное, опытным путем полученное понимание того, как вы можете контролировать свой опыт. Если вы действительно приостановитесь и попробуете поизменять переменные из списка, приведенного ниже, – у вас будет прочная основа для понимания остальной части книги. Если вы считаете, что у вас нет времени, – отложите эту книгу, пересядьте в конец автобуса и почитайте вместо нее какие-нибудь комиксы или «Нэйшнл Инкуайерер».

Что касается тех из вас, кто действительно хочет научиться управлять своим собственным мозгом, – возьмите любой опыт и попробуйте изменить каждый из перечисленных ниже зрительных элементов; проделайте то же самое, что вы делали с яркостью и размером: попробуйте пойти в одном направлении, а потом в другом, чтобы определить, как это изменяет ваши переживания. Чтобы на самом деле выяснить, как работает ваш мозг, изменяйте только один элемент за раз. Если вы меняете два параметра или более одновременно, то не узнаете, какое из них – или насколько сильно – воздействует на ваши ощущения. Я рекомендую проделывать это с приятным переживанием.

Цвет. Меняйте интенсивность цвета от очень ярких цветов до черно-белого. Расстояние. Меняйте от очень близкого до далекого. Глубина. Меняйте картину от плоского, двумерного фото до полной глубины трех измерений. Длительность. Варьируйте от быстрых мельканий до устойчивого образа, сохраняющегося некоторое время. Четкость. Меняйте изображение от кристально чистой детальной четкости до размытой неразличимости. Контраст. Отрегулируйте разницу между светом и тенью от абсолютного контраста к более непрерывным градациям серого. Пределы. Варьируйте от ограниченной картины в рамке до панорамного изображения, которое замыкается за вашей головой, так что если вы повернетесь, то сможете увидеть еще часть. Движение. Меняйте изображение от неподвижного фото или слайда до кинофильма. Скорость. Регулируйте скорость фильма от очень медленной до очень быстрой. Оттенок. Изменяйте баланс цветов. Например, увеличьте интенсивность красных тонов и уменьшите голубых и зеленых. Прозрачность. Сделайте образ прозрачным, так чтобы вы могли видеть, что находится под поверхностью. Пропорции. Сделайте обрамленную картину длинной и узкой, а потом короткой и широкой. Ориентация. Наклоните верхнюю часть картины от себя, а потом к себе. Передний план/задний план. Варьируйте различие между передним планом (то, что вас больше всего интересует) и задним (обстоятельства, которым просто случилось при сем присутствовать) или отделенность первого от второго. Потом попробуйте поменять их местами, так чтобы задний план стал интересным передним. (См. еще параметры для экспериментирования в приложении).

Теперь у большинства из вас должен быть опыт использования нескольких из множества способов, какими можно, меняя субмодальности, изменить свой опыт. Всякий раз, обнаружив элемент, работающий по-настоящему эффективно, – сделайте паузу, чтобы понять, где и когда вы хотели его использовать. Например, выберите жуткое воспоминание – хотя бы эпизод из фильма. Возьмите эту картину и очень быстро сделайте ее очень большой Это встряхивает. Если вам по утрам трудно разогнаться, попробуйте это вместо кофе!

Я просил вас пробовать по одному элементу за раз, так, чтобы вы могли выяснить, как они работают. Выяснив, как они работают, вы можете комбинировать их, чтобы получить еще более интенсивные изменения. Например, приостановитесь и найдите исключительно приятное чувственное воспоминание. Во-первых, убедитесь, что это фильм, а не просто неподвижный слайд. Теперь возьмите этот образ и пододвиньте его к себе. Но мере его приближения делайте его более ярким и цветным, одновременно замедляя фильм до примерно половинной скорости. Поскольку вы уже знаете кое-что о том, как работает ваш мозг, проделайте так же и все остальное, что наилучшим образом интенсифицирует это ваше переживание. Приступайте.

Вы чувствуете себя по-другому? Можете проделывать это в любое время, и это будет уже вами оплачено. Когда вы вот-вот соберетесь по-крупному придраться к любимому человеку – можете притормозить и сделать это. И с тем выражением, которое вот сейчас на ваших лицах, – кто знает, чем это могло бы кончиться всякого рода занятными волнениями!

Я поражаюсь тому, что некоторые делают это в точности наоборот. Подумайте, на что была бы похожа ваша жизнь, если бы все свои приятные переживания вы вспоминали как мутные, отдаленные, расплывчатые, черно-белые фотоснимки, зато все неприятные – как ярко-цветные, близкие, панорамные, трехмерные фильмы. Отличный способ впасть в депрессию и думать, что жизнь не стоит того, чтобы ее проживать. У всех нас есть хорошие и плохие переживания; вся разница часто в том, как мы их вспоминаем.

Как-то на вечеринке я наблюдал за женщиной. Три часа она превосходно проводила время – болтала, танцевала, пускала пыль в глаза. Как раз когда она собиралась уходить, кто-то залил кофе весь перед ее платья. Отряхиваясь, она проговорила:"О, теперь весь вечер разрушен!» Подумайте об этом: одного дурного мгновения хватило, чтобы похоронить три часа счастья! Мне хотелось понять, как она это делает, поэтому я спросил ее о предшествовавших танцах. Она сказала, что увидела себя танцующей с кофейным пятном на платье! Она взяла это кофейное пятно и буквально размазала его по всем прежним воспоминаниям.

Так поступают многие. Один мужчина как-то сказал мне:"Неделю я думал, что на самом деле счастлив. Но потом я оглянулся, и подумал об этом, и осознал, что на самом деле я не был счастлив; все это было ошибкой». Глядя назад, он перекодировал весь свой опыт и решил, что у него была дрянная неделя. Я заинтересовался:"Если он с такой легкостью может редактировать свою биографию, почему он не делает этого по-другому? Почему не сделать все неприятные воспоминания приятными?»

Люди часто редактируют прошлое, когда разводятся или если обнаруживают, что у супруга был роман на стороне. Вдруг все хорошие минуты, которыми они наслаждались вместе на протяжении многих лет, выглядят по-другому. «Это все было притворство». «Я просто обманывала себя».

Люди, садящиеся на диету, часто проделывают то же самое. «Ну, я думала, это действительно эффективная диета. В течение трех месяцев я еженедельно теряла по пять фунтов. Но потом я набрала один фунт; так я узнала, что она не эффективна». Некоторые люди много раз успешно сбрасывали вес – но их так никогда и не осенило, что у них это получалось. Один маленький признак, что они набирают вес, – и они решают:"Все было неправильно».

Один мужчина пришел на терапию потому, что «боялся жениться не на той женщине». Он был с этой женщиной и думал, что любит ее, и действительно хотел на ней жениться – вплоть до момента, когда ему нужно будет заплатить за то, чтобы поработать над этим в терапии. Причина, из-за которой он знал, что не может доверять своей способности принимать такого рода решения, состояла в том, что он уже однажды женился на «не той женщине». Когда он это сказал, я подумал:"Я так понимаю, что, добравшись домой после венчания, он, надо полагать, обнаружил, что то была незнакомая женщина. Я так понимаю, что он попал не в ту церковь или что-то в этом роде». Что вообще значит:"он женился «не на той женщине»?

Когда я спросил его, что это значит, то выяснил, что он развелся через пять лет семейной жизни. В его случае первые четыре с половиной года были по-настоящему хороши. Но потом что-то испортилось; так что все пять лет были сплошной ошибкой. «Я зря потратил пять лет своей жизни и не хочу этого повторять. Поэтому я собираюсь потратить очередные пять лет на попытки определить, та это женщина или нет». Он действительно был этим озабочен. Для него это были не шутки. Это было важно. Но его никогда не озаряло, что сам вопрос не имеет смысла.

Этот мужчина уже знал, что он и его женщина делают друг друга счастливыми во многих отношениях. Он не думал о том, чтобы спросить себя, как он собирается обеспечить себе еще большее счастье, оставаясь с ней; или как он собирается сохранить ее счастье. Он уже решил, что необходимо выяснить, «та» это женщина или нет. Он никогда не сомневался в своей способности решить этот вопрос – но не доверял способности решить, жениться на ней или нет!

Однажды я спросил мужчину, как он загоняет себя в депрессию, и он сказал:"Ну, как будто я выхожу к своей машине и обнаруживаю сдутую шину».

«Да, это досадно, но это не выглядит как бы достаточным для впадения в депрессию. Что вы делаете, чтобы это стало действительно ужасным?»

«Я говорю себе:"И так всегда», а потом вижу множество картинок всех остальных случаев, когда ломалась моя машина».

Я знаю, что на каждый случай, когда его машина не работала, приходилось, вероятно, сотни три случаев, когда она работала превосходно. Но о них он в этот момент не думает. Если я могу побудить его думать обо всех тех других случаях, когда его машина работала чудесно – у него не будет депрессии.

Однажды ко мне пришла женщина и сообщила, что она в депрессии. Я спросил ее:"Откуда вы знаете, что вы в депрессии?» Она посмотрела на меня и ответила, что ей сказал ее психиатр. Я сказал:"Ну, может, он ошибся; может, вы не в депрессии; может, это счастье!» Она снова посмотрела на меня, подняла одну бровь и произнесла:"Я так не думаю». Но она так и не ответила на мой вопрос «Откуда вы знаете, что вы в депрессии?» «Если бы вы были счастливы, как бы вы узнали, что вы счастливы?» «Вы когда-нибудь были счастливы?»

Я открыл, что у большинства депрессированных людей в действительности было столько же счастливых переживаний, как и у большинства остальных; просто когда они оглядываются назад, то не думают, что все было на самом деле так уж счастливо. Вместо розовых очков они носят серые. В Ванкувере жила одна замечательная леди, у которой в самом деле был голубой оттенок поверх переживаний, которые ей были неприятны, а у приятных оттенок был розовый. Они были хорошо рассортированы. Если она брала какое-то воспоминание и меняла оттенок – это полностью меняло воспоминание. Я не могу сказать вам, почему это работает, но субъективно она проделывает это так.

Когда один из моих клиентов впервые сказал:"Я депрессивный», я ответил:"Привет, я – Ричард». Он остановился и сказал:"Нет».

«Не Ричард?»

«Погодите. Вы перепутали».

«Я не перепутал. Мне все совершенно ясно».

«Я в депрессии шестнадцать лет».

«Потрясающе! Вы столько времени не спали?»

Вот структура того, что он говорит:"Я закодировал свой опыт так, что живу в состоянии иллюзии, будто шестнадцать лет нахожусь в одном и том же состоянии сознания». Я-то знаю, что он не был шестнадцать лет в депрессии. Он должен был на время отвлекаться – на обед, и на то, чтобы раздражаться, и еще на несколько вещей. Попробуйте двадцать минут оставаться в одном и том же состоянии сознания. Люди тратят кучу времени и денег на обучение медитировать, чтобы оставаться в одном состоянии в течение часа или двух. Если бы он был в депрессии в течение часа напролет, он даже не смог бы этого заметить, потому что ощущение стало бы привычным и, следовательно, неразличимым. Если вы что угодно делаете достаточно долго, то даже не сможете заметить это. Вот что делает привыкание, даже с физическими ощущениями. Поэтому я всегда спрашиваю себя:"Как этому парню удается поверить, что все это время он находился в депрессии?» Вы можете вылечить людей от того, что у них есть, – и открыть, что у них этого никогда не было. «Шестнадцать лет депрессии» могут быть только 25 часами действительного пребывания в депрессии.

Но если вы принимаете утверждение этого человека «я в депрессии шестнадцать лет» за чистую монету – вы соглашаетесь с пресуппозицией, что он столь долго находился в одном и том же состоянии сознания. И если в качестве цели, к которой вы собираетесь стремиться, вы принимаете – сделать его счастливым, то будете постоянно пытаться перевести его в другое состояние сознания. Вы действительно можете суметь заставить его поверить, что он постоянно счастлив. Вы можете научить его перекодировать все прошлое в счастье. Неважно, сколь он жалок в данный момент; он всегда будет благодарен за то, что постоянно счастлив. День ото дня у него не будет никакого прогресса – только когда он смотрит в прошлое. Вы просто дали ему новую иллюзию вместо той, с которой он вошел.

Многие люди находятся в депрессии, потому что у них есть на то хорошая причина. Множество людей живут скучной, бессмысленной жизнью, и они несчастны. Беседа с терапевтом этого не изменит, если только в ее результате человек не станет жить по-другому. Если некто потратит 75 долларов на свидание с психиатром, вместо того чтобы потратить их на вечеринку – это не психическое заболевание, это тупость! Если вы ничего не делаете – конечно, вы будете скучать и впадать в депрессию. Крайний вариант этого – кататония.

Когда некто говорит мне, что он в депрессии, я предпринимаю то же самое, что всегда: я хочу выяснить, как это делается. Я определяю, смогу ли проследить это методично, шаг за шагом и понять, как это делается, достаточно хорошо, чтобы суметь проделать это самому; тогда я, как правило, могу ему что-нибудь посоветовать касательно того, как это можно делать по-другому; или же найти кого-то другого, не находящегося в депрессии, и выяснить, как это делает он.

У некоторых людей есть внутренний голос, звучащий медленно и депрессивно, который составляет длинные списки их неудач. Так можно заговорить себя до очень глубокой депрессии. Это будет похоже на то, что в вашей голове поселились кой-какие профессора из моего колледжа. Неудивительно, что эти люди находятся в состоянии депрессии. Иногда внутренний голос настолько тих, что человек не осознает его, пока вы о нем не спросите. Из-за неосознанности голоса человек будет реагировать на него еще интенсивнее, чем если бы он был осознан: гипнотическое воздействие будет более сильным.

Любой из вас, кому приходилось долго заниматься терапией в дневное время, возможно, заметил, что бывают моменты, когда вы куда-то мысленно уплываете во время работы с клиентами. Это называется трансовыми состояниями. Если ваш клиент говорит о неприятных переживаниях и состоянии депрессии – вы начинаете реагировать на эти внушения, как любой находящийся в трансе человек. Если у вас «бодрые» и жизнерадостные клиенты, это может оказаться вам полезно. Но если ваши клиенты погружены в депрессию, то в конце дня вы можете отправиться домой в ужасном состоянии.

Если у вас клиент, который загоняет себя в депрессию одним из таких голосов, – попробуйте увеличивать громкость голоса до тех пор, пока клиент не сможет слышать его отчетливо, так, чтобы он не оказывал гипнотического эффекта. Затем изменяйте тональность, пока голос не станет очень жизнерадостным. Клиент почувствует себя гораздо лучше, даже если этот жизнерадостный голос будет по-прежнему воспроизводить список неудач.

Многие люди угнетают себя картинами; тут есть множество вариаций. Вы можете делать коллажи из всех тех моментов прошлого, когда что-то было не так; или выдумывать тысячи картинок о том, как что-то могло бы быть не так в будущем. Вы можете видеть что угодно в реальном мире – а сверху накладывать образ того, на что это будет похоже через сто лет. Вы слышали поговорку «Ты начинаешь умирать в момент своего рождения»? Классная поговорка.

Всякий раз когда происходит что-то приятное, вы можете сказать себе:"Это ненадолго», или:"Это не взаправду», или:"На самом деле он не это имеет в виду». В вашем распоряжении множество способов. Вопрос всегда один:"Как именно это делает данный человек?» Подробный ответ на него объяснит вам все, что нужно знать, чтобы научить человека, как вместо «этого» делать что-либо другое. Единственная причина, по которой он не делает чего-то более осмысленного, состоит в том, что он умеет делать только «это». Человек поступает так годами, посему это «нормально» – не замечается и не вызывает сомнений.

Одна из самых диких привычек в нашей культуре – в любых обстоятельствах действовать так, будто все нормально. Насколько мне известно, наиболее элегантной ее демонстрацией является Нью-Йорк. Когда вы идете по Бродвею, никто не оглядывается по сторонам и не бормочет:"Боже милостивый!»

Следующая наилучшая демонстрация – центр Санта Круса. Прямо на улице люди проделывают такие вещи, которые повергли бы в стыд любую психбольницу. И по той же улице идут мужчины в деловых костюмах, беседуя друг с другом так, словно все совершенно нормально.

Я тоже вышел из «нормальной» среды. В девятилетнем возрасте, когда мне нечего было делать, я болтался с чуваками по микрорайону. Кто-нибудь предлагал:"Эй, почему бы нам не сходить угнать автомобиль?», «Пошли-ка ограбим винный магазин и убьем кого-нибудь».

Я считал, что преуспеть в жизни можно, если отправиться жить рядом с богатыми людьми. Я думал, что если буду околачиваться среди них, то все образуется. Так что я поехал в городок под названием Лос-Альтос, где у людей водятся деньги. В кафетерии Молодежного Колледжа Лос-Альтоса в ту пору было столовое серебро, а в студенческом центре – кресла из натуральной кожи. Автостоянка выглядела, как Детройтская выставка текущего года. Естественно, приехав туда, я должен был вести себя так, как будто это все тоже было нормально. «Никакого ажиотажа, все по фигу».

Я нашел работу с машиной, с которой общаются, – под названием «компьютер» – и начал в качестве студента информатики. У них еще не было факультета, потому что кто-то спер финансирование лет этак двух. Поскольку я учился и там не было для меня специализации, я потерялся в экзистенциальном кризисе. «Что я буду делать? Я буду изучать психологию». Примерно в это время я ввязался в редактирование книги по Гештальт-Терапии, так что меня послали в гештальт-терапевтическую группу, чтобы я посмотрел, что это, собственно, такое. Это был мой первый опыт в групповой психотерапии. Там, где я рос, все были сумасшедшие; и там, где я работал, все были сумасшедшие; однако я ожидал, что люди, посещающие психотерапевтов, – по-настоящему сумасшедшие.

Первое, что я там увидел, был некто, сидевший и разговаривавший с пустым стулом. Я подумал:"Ууухх! Я был прав. Они действительно сумасшедшие». И там был к тому же еще тот, другой псих, советовавший первому, что говорить пустому стулу! Потом я забеспокоился, потому что все остальные в комнате тоже смотрели на пустой стул, как будто он отвечал! Терапевт спросил:"И что он говорит?» Так что я тоже посмотрел на стул. Потом мне объяснили, что эта комната была полна психотерапевтами, так что все о'кей.

Потом терапевт сказал:"Вы осознаете, что делает ваша рука!» Когда парень ответил:"Нет», я не выдержал. «А сейчас осознаете?» – «Да». – «Что она делает? Усильте это движение». Странно, правда? Потом терапевт говорит:"Добавьте к этому слова». – «Я хочу убивать, убивать». Этот парень оказался нейрохирургом! Терапевт сказал:"Теперь взгляни на этот стул и скажи мне, кого ты видишь». Я посмотрел, и там по-прежнему никого не было! Но парень глянул туда и буркнул:"Мой брат!»

«Скажи ему, что ты зол». – «Я зол!» – «Скажи это громче». – «Я зол!»

– «На что?»

И тогда он начинает рассказывать все то, из-за чего он злится, этому пустому стулу – а потом нападает на него. Он разносит стул на куски, потом извиняется и прорабатывает все со стулом, и тогда ему становится лучше. Потом все в группе говорят ему приятные вещи и обнимают его.

Поскольку я потерся среди ученых и убийц, я мог почти где угодно вести себя так, словно все нормально – но у меня была проблема. Я потом спрашивал других людей:"Там действительно был его брат?» Некоторые из них отвечали:"Конечно».

«Где вы его видели?» – «Моим внутренним взором».

Вы просто можете делать почти что угодно. Если вы ведете себя так, словно это нормально, – другие будут вести себя так же. Подумайте об этом. Вы можете сказать:"Это групповая психотерапия», расставить стулья вкруг и заявить:"Этот стул – горячий». Теперь если вы скажете:"Кто хочет поработать?», все начнут заводиться в ожидании. Наконец, кто-то, у кого возникает потребность, когда стресс дорастает до определенного предела, не выдерживает:"Я хочу поработать!» Тогда вы говорите:"Этот стул – недостаточно хорошее место для такой работы. Выходите и садитесь на этот, особый стул». Потом ставите перед ним пустой стул. Часто вы начинаете следующим образом:"Ну, скажите мне, что вы осознаете». – «У меня сердце бьется». – «Закройте глаза и скажите мне, что вы осознаете». – «За мной наблюдают люди».

Минутку, подумайте об этом; когда его глаза открыты, он знает, что происходит у него внутри; когда глаза закрыты, он знает, что происходит снаружи! Тем из вас, кто не знаком с Гештальт-Терапией: это очень распространенный феномен.

Существовало время и место, где люди верили, что разговор с пустым стулом имел смысл; и он вообще-то имеет. Он может привести к некоторым полезным результатам. Он был также очень опасен по причинам, которых они не понимали, и многие не понимают до сих пор. Люди научаются повторяющимся поведенческим последовательностям, и не обязательно – содержанию. В Гештальт-Терапии вы научаетесь следующей последовательности. Если вы ощущаете грусть или досаду, то галлюцинируете старых друзей и родственников, становитесь злы и жестоки, у потом вам становится лучше, и окружающие люди хорошо к вам относятся.

Возьмите эту последовательность и перенесите ее в реальный мир без содержания. Чему научился человек? Когда он не чувствует себя хорошо – галлюцинируй, становись злым и жестоким, а потом чувствуй себя хорошо в связи с этим. Каково это в качестве модели человеческих отношений? Так вы хотите относиться к своей жене и детям? Но зачем пробовать это на близких? Если вы в бешенстве, просто пойдите и найдите незнакомца. Подойдите к нему, прогаллюцинируйте умершего родственника, расквасьте ему нос, и почувствуете себя лучше. Некоторые так и поступают, даже без помощи Гештальт-Терапии, но мы обычно не думаем о таком способе поведения как о выздоровлении. Когда люди проходят через курс терапии или через любой другой многократный опыт, они действительно быстро научаются всему, чтобы ни происходило; и стереотипу, и последовательности происходящего они научаются лучше, чем содержанию. Поскольку большинство терапевтов сосредотачиваются на содержании, они обычно даже не замечают последовательности, которой обучают.

Некоторые люди, глядя вам прямо в глаза, будут рассказывать, что они таковы, каковы они есть, из-за чего-то, случившегося давным-давно в их детстве. Если это правда, то они действительно в тупике, потому что тогда, конечно, с этим ничего не поделаешь: вы не можете сходить заново пережить свое детство.

Однако те же самые люди верят, что можно притвориться, будто вы снова проживаете свое детство, и что можно вернуться и изменить его. Тот факт, что вам не нравится случившееся, означает, что событие «незавершено», так что вы можете вернуться и «завершить» его так, как вам нравится больше. Это превосходное переформирование, и очень полезное.

Я считаю, что в этом смысле все незавершено: вы можете только поддерживать любое воспоминание, убеждение, понимание или другой умственный процесс изо дня в день, если постоянно занимаетесь этим. Поэтому он продолжает происходить. Если у вас есть какое-то понимание процессов, продолжающих его поддерживать, вы можете изменить его всякий раз, когда он вам не понравится.

Модифицировать прошлые переживания действительно довольно просто. Следующая вещь, которой я хотел бы научить вас, – это то, что я называю «кратчайшей терапией». Она хороша тем, что это еще и скрытая терапия, так что вы все можете ее сейчас попробовать.

Подумайте о неприятном затруднении или разочаровании и хорошенько посмотрите на этот фильм, чтобы увидеть, все ли еще он портит вам настроение. Если не портит, выберите другое.

Потом снова запустите этот фильм, и как только он начнется, пустите фоном какую-нибудь приятную громкую цирковую музыку. Слушайте цирковую музыку вплоть до самого конца фильма.

Теперь снова просмотрите тот исходный фильм. Это улучшает ваше самочувствие? Для большинства из вас это превратит трагедию в комедию, и вы почувствуете облегчение. Если у вас есть воспоминание, из-за которого вы раздражаетесь и злитесь, – наложите на него цирковую музыку. Если вы прокрутите его с ней, то, вернувшись в следующий раз, оно будет автоматически сопровождаться этой музыкой и вызовет другие ощущения. Для нескольких из вас цирковая музыка может быть неподходящим выбором для этого конкретного воспоминания. Если вы не заметили никаких изменений или если ваши ощущения изменились неудовлетворительным образом – посмотрите, можете ли вы найти какую-то другую музыку или звуки, которые, по вашему мнению, могли бы повлиять на это воспоминание, а затем попробуйте проиграть эту музыку вместе с ним. Вы могли бы попробовать тысячу скрипок мыльных опер, оперную музыку, Увертюру 1812, «Убежище Дьявола» или что угодно и выяснить, что произойдет. Начав экспериментировать, вы сможете обнаружить множество способов изменить свой опыт.

Выберите другое неприятное воспоминание. Прокрутите фильм так, как вы обычно это делаете, чтобы выяснить, беспокоит ли он вас сейчас.

Теперь запустите то же самое воспоминание задом наперед, от конца обратно к началу – точно, как если бы вы его перематывали – и сделайте это очень быстро, в несколько секунд.

Теперь снова запустите фильм сначала.

После просмотра наоборот вы чувствуете по поводу этого воспоминания то же самое? Определенно нет. Это немного похоже на проговаривание фразы наоборот: смысл меняется. Попробуйте это на всех своих неприятных воспоминаниях, и вы сэкономите терапии еще на тысячу долларов. Поверьте мне, когда эти штуки станут известны, – мы вышвырнем традиционных терапевтов из бизнеса. Они будут в одной упряжке с продавцами магических заклинаний и сушеных крыльев летучих мышей.

ТОЧКИ ЗРЕНИЯ Люди часто говорят:"Вы смотрите на это не с моей точки зрения», и иногда они правы в буквальном смысле. Я бы хотел, чтобы вы подумали о неком споре с кем-либо, когда вы были уверены, что правы. Сначала просто прокрутите фильм об этом событии так, как вы его помните.

Теперь я хочу, чтобы вы прокрутили фильм о том же самом событии – но с точки зрения человека, глядящего из-за плеча вашего противника, так чтобы вы могли видеть самого себя в течение этого спора. Проживите тот же фильм от начала до конца, наблюдая с этой точки зрения.

Есть какая-либо разница? Для некоторых из вас может измениться немногое, особенно если вы и так делаете это естественным образом. Но для некоторых различия могут быть огромными. Вы все еще уверены, что были правы?

Мужчина: Как только я увидел свое лицо и услышал свою интонацию – я подумал:"Да кто же обратит внимание на то, что говорит этот индюк!»

Женщина: Когда я была на воспринимающей стороне в диалоге, который вела, то заметила в своих аргументах множество недостатков. Я отметила момент, когда просто жгла адреналин и несла полную бессмыслицу. Я собираюсь вернуться и извиниться перед этим человеком.

Мужчина: Я впервые по-настоящему услышал другого человека; и то, что она говорила, действительно имело смысл.

Мужчина: Я слушал себя, а сам все думал:"Не можешь ли ты сказать это как-нибудь иначе, так, чтобы суметь донести свою мысль?»

Сколько из вас так же уверены в своей правоте, как были до испытания этой другой точки зрения?.. Примерно трое из 60. Таковы ваши шансы оказаться правым, когда вы уверены, что правы – процентов пять.

Люди столетиями толковали о «точках зрения». Однако они всегда относились к этому метафорически, а не буквально. Они не знали, как дать человеку конкретные инструкции, чтобы изменить его точку зрения. То, что вы только что проделали, – лишь одна возможность из тысяч. Вы можете буквально видеть что-либо из любой точки пространства. Вы можете увидеть тот же самый спор со стороны, как нейтральный наблюдатель, так чтобы суметь одинаково хорошо рассмотреть и себя, и собеседника. Вы можете увидеть его откуда-нибудь с потолка, чтобы оказаться «выше всего этого», или из какой-нибудь точки на полу – чтобы получить представление «глазами червя». Вы можете даже принять точку зрения очень маленького ребенка или очень старого человека. Это уже немного более метафорично и менее конкретно, но если это полезным образом меняет ваш опыт – вы не можете с этим спорить.

Когда происходит что-то плохое, некоторые говорят:"Ну, какая будет разница через сто лет?» На некоторых из вас эти слова не производят впечатления. Вы можете лишь подумать:"Он не понимает». Но когда некоторые люди слышат или произносят такое, это действительно меняет их опыт и помогает им справляться с проблемами. Поэтому я, конечно, спросил некоторых из них, что они делают внутри своих голов, произнося это предложение. Один парень смотрел вниз на солнечную систему из точки в космосе, наблюдая, как планеты крутятся на своих орбитах. С этой точки зрения он едва мог различить себя и свои проблемы, как крошечную крапинку на поверхности земли. Картины других людей зачастую как-то отличаются; но они похожи в том, что эти люди видят свои проблемы как очень маленькую часть изображения, и на огромном расстоянии, и время ускорено – сотня лет сжата в короткий фильм.

Люди по всему миру делают эти великолепные вещи внутри своих мозгов – и это действительно работает. Мало того, они даже объявляют о том, что делают. Если вы уделите время, чтобы задать им несколько вопросов, то сможете открыть все многообразие манипуляций, которые можно проделывать со своим мозгом.

Есть еще одна обворожительная фраза, которая всегда застревала в моей голове. Когда вы переживаете что-то неприятное, люди часто говорят:"Позже, когда вы на это оглянетесь, вы сможете рассмеяться». В промежутке должно существовать нечто, что вы проделываете внутри своей головы, что позже делает неприятный опыт забавным. У скольких человек здесь есть нечто, на что можно оглянуться и рассмеяться?.. И у всех ли есть воспоминание, над которым вы пока не можете смеяться?.. Я хочу, чтобы вы сравнили эти два воспоминания, чтобы выяснить, чем они отличаются. В одном вы себя видите, а в другом – нет? Одно – слайд, а другое – фильм? Есть ли разница в цвете, размере, яркости или местоположении? Выясните, в чем отличие, а потом попробуйте изменить эту неприятную картину так, чтобы сделать ее похожей на ту, над которой вы уже можете смеяться. Если та, над которой вы можете смеяться, находится далеко, сделайте другую тоже далекой. Если вы видите себя в той, над которой смеетесь, – увидьте себя внутри того переживания, которое все еще неприятно. Вот моя философия: Зачем откладывать на потом лучшее самочувствие? Почему бы не «оглянуться и не посмеяться», переживая это впервые? Если вы переживаете что-то неприятное, то думаете, что одного раза более чем достаточно. Но, о, нет, ваш мозг так не думает. Он говорит:"О, ты запутался? Я помучаю тебя года три – четыре. Тогда, может быть, я позволю тебе посмеяться».

Мужчина: Я вижу себя в воспоминании, над которым могу смеяться; я наблюдатель. Но в воспоминании, из-за которого мне по-прежнему плохо, я застреваю – словно это происходит снова.

Это обычная реакция. Так ли это для еще многих из вас? Способность видеть себя дает вам возможность «пересмотреть» событие «с другой точки зрения» и увидеть его по-новому, как будто оно происходит с кем-то другим. Лучший вариант юмора имеет в качестве составляющей иной взгляд на самого себя. Единственное, что мешает вам проделать это с событием сразу же по его завершении, – отсутствие осознания, что вы можете так поступить. Приобретя компетентность, вы сможете делать это даже в момент, когда событие еще происходит.

Женщина: Я делаю по-другому, но это прекрасно работает. Я фокусирую изображение, как в микроскопе, до тех пор, пока не смогу видеть только увеличенную, заполнившую весь экран маленькую часть события. В этом случае я могла видеть только эти гигантские губы, пульсирующие, трясущиеся и шлепающие, когда он говорит. Это было так нелепо, что я расхохоталась.

Это определенно иная точка зрения. И еще это нечто такое, что вы легко могли бы опробовать, когда этот неприятный опыт будет действительно происходить впервые.

Женщина: Я так делала. Я совершенно увязаю в какой-нибудь ужасной ситуации, и тут я фокусируюсь на чем-нибудь, а потом смеюсь над тем, как это чудно.

Теперь я хочу, чтобы вы все подумали о двух воспоминаниях из своего прошлого: одном приятном и одном неприятном. За одну-две секунды переживите эти два воспоминания заново, так, как вы обычно это делаете.

Дальше, я хочу, чтобы вы отметили, ассоциированы вы были или диссоциированы в каждом из этих воспоминаний.

Ассоциированно – значит, вернуться и заново пережить опыт, глядя на него своими собственными глазами. Вы видите в точности то, что видели, находясь там в действительности. Вы можете увидеть перед собой свои руки; но не сможете увидеть лицо, если только не посмотрите в зеркало.

Диссоциированно – значит, смотреть на образ из памяти с любой точки зрения, кроме своих собственных глаз. Вы можете увидеть его так, словно смотрите вниз с самолета; или словно вы – некто другой, смотрящий фильм о себе в этой ситуации, и т. д.

Теперь вернитесь в каждое из этих двух воспоминаний по очереди и определите, ассоциированы вы или диссоциированы в каждом из них.

Каким бы способом вы ни вспомнили эти два случая, делая это естественно, я хочу, чтобы вы вернулись и попробовали пережить их другим способом – чтобы выяснить, как это меняет ваши переживания. Если в воспоминании вы были ассоциированы – сделайте шаг назад из своего тела и посмотрите на это событие диссоциированно. Если вы были диссоциированы – войдите в картину или натяните ее на себя, пока не ассоциируетесь. Отметьте, как такое изменение зрительной перспективы меняет ваше чувственное ощущение этих воспоминаний.

Есть разница? Держу пари, что есть. Есть здесь кто-нибудь, кто не заметил разницы?

Мужчина: Я не заметил особой разницы.

О'кей. Попробуйте следующее. Почувствуйте себя сидящим на парковой скамейке во время карнавала и увидьте себя на переднем сидении американских горок. Смотрите, как развеваются на ветру ваши волосы, когда вагончик начинает падать с этого первого большого обрыва.

Теперь сравните это с тем, что бы вы испытали, если бы действительно сидели на первом сидении, вцепившись в переднюю рукоятку, высоко в воздухе, на самом деле глядя вниз с этого обрыва.

Отличаются эти две ситуации? Посчитайте свой пульс, если вам не удается повизжать всласть, находясь на американских горках и глядя вниз с рельсов. Это тоже дешевле, чем кофе, если хотите взбодриться.

Женщина: В одном из моих воспоминаний я, кажется, и внутри, и снаружи.

О'кей. Тут две возможности. Одна состоит в том, что вы быстро переключаетесь туда-обратно. Если дело в этом, просто отметьте, каковы отличия, когда вы переключаетесь. Возможно, вам придется немного замедлить мелькание, чтобы сделать это хорошо.

Другая возможность заключается в том, что вы были диссоциированы в первоначальном переживании. Например, самокритичность обычно предполагает точку зрения, отличную от вашей собственной. Это как если бы вы находились вне собственных пределов, наблюдая и критикуя себя. Если дело в этом, то, вспоминая переживание и «видя то, что вы видели тогда», вы тоже будете диссоциированы. Какое-либо из этих описаний соответствует вашему опыту?

Женщина: Оба соответствуют. В тот момент я себя критиковала и, думаю, прыгала туда-сюда между наблюдением за собой и ощущением критикуемой.

Есть даже третья возможность, но весьма редкая. Некоторые создают диссоциированное изображение себя во время ассоциированного первоначального переживания. У одного парня было полномерное зеркало, которое он постоянно таскал с собой. Так что если он входил в комнату, то мог тут же увидеть в своем зеркале себя, входящего в комнату. У другого парня был маленький телемонитор, который он ставил на полку или вешал на стену поблизости, так что всегда мог видеть, как он выглядит для других людей.

Воспроизводя воспоминание ассоциированно, вы вновь ощущаете первоначальную чувственную реакцию, которую испытывали в тот момент. Воспроизводя воспоминание диссоциированно, вы можете видеть на картинке, как вы испытываете те первоначальные чувства – но не ощущая их в этот момент в своем теле.

Наблюдая за собой в некой ситуации, вы можете, однако, испытать новое чувство по ее поводу. Именно это происходит, когда Вирджиния Сатир задает вопрос типа:"Что вы чувствуете по поводу чувства злости?» Попробуйте. Вспомните случай, когда вы злились, а потом задайте этот вопрос:"Что я чувствую по поводу чувства злости?» Чтобы ответить на него, вам придется выскочить из картины и испытать новое чувство по поводу события скорее как наблюдателю, нежели как участнику. Это очень эффективный способ изменить вашу реакцию.

Идеальная ситуация – воспроизводить все ваши приятные воспоминания ассоциированно, так, чтобы вы легко могли насладиться всеми положительными эмоциями, которые их сопровождают. Когда вы диссоциированы от своих неприятных воспоминаний, при вас по-прежнему вся зрительная информация о том, чего вам может понадобиться избежать или с чем иметь дело в будущем – но без неприятной эмоциональной реакции. Зачем опять чувствовать себя плохо? Одного раза не хватило?

Многие делают наоборот: они ассоциируются со всеми неприятностями, какие когда-либо с ними происходили, и немедленно их переживают; но их приятные переживания – это лишь мутные, отдаленные, диссоциированные образы. И, конечно, есть еще две возможности. Некоторые люди склонны диссоциироваться постоянно. Это научно-инженерные типы, которые часто описывают как «объективные», «бесстрастные» или «сдержанные». Вы можете научить их, как ассоциироваться – когда они этого хотят – и как вновь обрести какую-то чувственную связь с опытом. Возможно, вы в состоянии представить себе некоторые моменты, когда это принесло бы им реальную пользу. Любовь – одна из тех вещей, заниматься которыми гораздо приятнее, находясь внутри собственного тела и чувствуя все эти ощущения, нежели наблюдая за собой со стороны.

Другие склонны всегда ассоциироваться: у них моментом возникают все ощущения прошлого опыта, как хорошие, так и плохие. Это люди, которых часто характеризуют как «театральных», «чувствительных» или «импульсивных». Многие из их проблем можно устранить, научив их диссоциироваться в нужные моменты. Например, диссоциацию можно использовать, чтобы контролировать боль. Наблюдая за тем, как вы испытываете боль, вы не находитесь внутри собственного тела, которое ее чувствует.

Вы можете оказать себе настоящую услугу, потратив немного времени, чтобы диссоциированно пробежаться по нескольким из своих неприятных воспоминаний. Выясните, как далеко вам нужно отодвинуть картины, чтобы, спокойно рассматривая их, вы все же могли видеть достаточно ясно, чтобы на них учиться. Затем прокрутите серию приятных воспоминаний, потратив время на то, чтобы с каждым ассоциироваться и полностью насладиться. Ассоциироваться с приятными воспоминаниями и диссоциироваться от неприятных – вот что вы учите делать свой мозг. Весьма скоро он схватит суть и автоматически проделает то же самое со всеми остальными вашими воспоминаниями.

Научить кого-либо, как и когда ассоциироваться или диссоциироваться, – это один из наиболее глубоких и всеобъемлющих способов изменения качества человеческого опыта и возникающего в результате поведения. Диссоциация особенно полезна для интенсивно неприятных воспоминаний.

Здесь у кого-нибудь есть фобия? Я люблю фобии, но их так легко чинить, что они у нас уже кончаются. Видали? Здесь фобии есть только у людей, страдающих фобией поднятия руки в присутствии аудитории.

Джоан: У меня есть.

У вас настоящая, махровая фобия?

Джоан: Ну, довольно скверная. (Она начинает дрожать и дышать учащенно).

Я это вижу.

Джоан: Вы хотите знать, с чем она связана?

Нет, не хочу. Я математик. Я работаю исключительно с процессом. Я все равно не имею доступа к вашему внутреннему опыту, так зачем о нем говорить? Чтобы изменить внутренний опыт, не обязательно говорить о нем. Вообще-то если вы о нем говорите, то ваш терапевт может закончить ролью профессионального компаньона. Вы знаете, с чем связана ваша фобия? Это нечто, что вы видите, слышите или чувствуете?

Джоан: Это нечто, что я вижу.

О'кей. Я собираюсь попросить вас проделать несколько вещей, которые вы можете проделать в уме очень быстро, так что ваша фобия вообще никогда больше не побеспокоит вас. Я буду давать вам указания по одному шагу за раз, а потом вы идете внутрь и выполняете их. Кивните, когда закончите.

Сначала я хочу, чтобы вы представили, что сидите в центре кинотеатра, и вверху на экране вы можете увидеть черно-белый фотоснимок, на котором видите саму себя в ситуации как раз перед тем, как у вас появляется фобическая реакция.

Затем я хочу, чтобы вы вышли из своего тела наверх, в проекционную будку, откуда вы можете наблюдать за собой, наблюдающей за собой. С этой позиции вы будете способны увидеть себя, сидящую посреди кинотеатра, а также себя на неподвижной картинке вверху, на экране.

Теперь я хочу, чтобы вы превратили снимок на экране в черно-белый фильм и просмотрели его от начала до момента сразу после завершения этого неприятного переживания. Когда дойдете до конца, я хочу, чтобы вы остановили фильм – как слайд – а затем впрыгнули внутрь изображения и прокрутили фильм назад. Люди будут ходить задом наперед, и все остальное будет происходить наоборот – точно, как при перемотке фильма, за исключением того, что вы будете внутри фильма. Прокрутите его обратно в цвете и потратьте на это только одну-две секунды.

Теперь подумайте о том, с чем была связана ваша фобия. Увидьте то, что вы увидели бы, если бы на самом деле были там.

Джоан: Меня теперь не волнует, но я боюсь, что в следующий раз, когда я действительно там окажусь, это может не сработать.

Вы можете где-нибудь здесь найти реальный пример, чтобы проверить это?

Джоан: Да, это фобия лифтов.

Отлично. Давайте сделаем маленький перерыв. Идите, попробуйте, а после перерыва отчитаетесь. Те из вас, которые скептики, идите, смотрите и задавайте ей вопросы, если хотите.

О'кей. Ну как, Джоан?

Джоан: Чудесно. Вы знаете, я никогда раньше по-настоящему не видела лифт изнутри. Этим утром я даже не могла войти туда, потому что была слишком напугана, но вот только что я несколько раз прокатилась вверх-вниз.

Это типичный отчет. Тем не менее однажды я чуть не занервничал. Я преподавал в Пичтри Плаза, в Атланте, где имелся 70-этажный внешний лифт. Так что я просто должен был найти человека с фобией лифтов. Я вылечил эту леди и отослал ее с семинара для проверки. Примерно через полчаса я начал думать:"О, о, может, она там забралась наверх и не может слезть вниз». Когда минут через пятнадцать она вошла, покачиваясь, я спросил ее, где она была. «А я просто ездила вверх и вниз. Это было так здорово».

Однажды ко мне пришел бухгалтер с фобией публичных выступлений, от которой он пытался избавиться шестнадцать лет. Одним из первых его сообщений было то, что он вложил в общей сложности более 70 000 долларов в попытки вылечить свою фобию. Я спросил его, откуда он это знает, и он вынул свой терапевтический портфель со всеми оплаченными отчетами. Я сказал:"Как насчет вашего времени?» Его глаза расширились, и он ответил:"Я этого не присовокупил!» Ему платили примерно столько же, сколько психиатру, так что на самом деле он вложил около 140 тысяч долларов, пытаясь изменить то, изменение чего заняло у меня десять минут.

Если вы можете бояться лифтов, а затем научиться реагировать по-другому

– похоже, вы должны быть способны изменить любой поведенческий паттерн, потому что ужас – довольно сильное поведение. Страх – интересная вещь. Люди избегают его. Если вы предлагаете кому-нибудь взглянуть на то, чего он боится, он не может этого сделать. Однако, если вы предлагаете ему увидеть себя глядящим на «это» – он тем не менее на «это» смотрит; и по какой-то причине так он может это сделать. Это то же, что и разница между тем, когда сидишь на переднем сидении американских горок и когда сидишь на скамейке, и видишь себя на американских горках. Людям хватает этого, чтобы суметь изменить свои реакции. Эту же процедуру вы можете применять с жертвами изнасилования, насилия над детьми и с военными переживаниями:"пост-травматический стрессовый синдром».

Несколько лет назад работа над фобией занимала у меня час. Потом, когда мы больше узнали о том, как работает фобия, мы провозгласили десятиминутный курс ее лечения. Теперь я свел его к нескольким минутам. Большинству людей ну очень трудно поверить, что мы можем вылечить фобию так быстро. Это действительно смешно, но я не умею лечить ее медленно. Я могу вылечить фобию за две минуты, но не могу за месяц, потому что так мозг не работает. Мозг обучается путем быстрого прокручивания паттернов. Представьте, что я предъявлял бы вам по одному кадру фильма в день в течение пяти лет. Вы бы поняли сюжет? Естественно, нет. Вы схватываете смысл фильма, только если все эти картинки мелькают очень быстро. Пытаться медленно изменяться – все равно что разговаривать по слову в день.

Мужчина: А как быть с практикой? Если вы однократно производите изменение, как с Джоан, нужно ли ей практиковаться?

Нет. Она уже изменилась, и ей не нужно будет практиковаться или думать об этом сознательно. Если работа по изменению тяжела или заставляет много практиковаться – значит, вы занимаетесь этим неправильно, и изменить нужно то, что вы делаете. Если вы нашли дорогу, по которой можно идти без сопротивления, – вы комбинируете ресурсы, и одного раза хватит за глаза. Когда Джоан на перерыве вошла в лифт, ей не нужно было стараться не впасть в ужас. Она уже изменилась, и эта новая реакция будет такой же постоянной, как и первоначальный ужас.

Человек с фобиями хорош – в числе прочего – еще и тем, что он уже доказал свою способность к быстрому обучению. Фобики – это люди, способные очень быстро научиться чему-либо абсолютно нелепому. Большинство людей склонны рассматривать фобию как проблему, а не как достижение. Они никогда не остановятся и не подумают:"Если она смогла научиться делать это – значит, она должна быть способна научиться делать что угодно».

Меня всегда изумляло, что некто может научиться так стабильно и надежно бояться. Много лет назад я думал:"Вот тот вид изменения, который я хочу уметь совершать». Это привело меня к вопросу:"Как я могу привить кому-нибудь фобию?» Я сообразил, что если я не могу привить человеку фобию, то не смогу быть по-настоящему методичен в ее устранении.

Если вы принимаете мысль, что фобии могут быть только плохи, то у вас никогда не возникнет такого предположения. Вы можете сделать приятные реакции точно такими же сильными и надежными, как фобия. Есть такое, при виде чего люди каждый раз начинают светиться от счастья – новорожденные или очень маленькие дети проделывают это почти с каждым. Если не верите, вот вам мой вызов: найдите самого закоренелого и мерзкого на вид пижона, какого только сможете найти, суньте ему в руки маленького ребенка и пустите гулять по супермаркету. Идите шагах в двух следом за ним и наблюдайте, как реагируют люди.

Я, однако, хочу вас кое о чем предупредить: лечение фобии отнимает ощущения, и с приятными воспоминаниями это тоже сработает. Если вы примените ту же процедуру ко всем своим любовным воспоминаниям о проведенном с кем-то времени, то можете превратить этого человека в нечто не более для вас значимое, чем лифт! Супруги часто естественным образом проделывают это после развода. Вы можете взглянуть на того человека, которого когда-то страстно любили, и не испытать к ней вообще никаких чувств. Вспоминая все происшедшие приятные события, вы будете наблюдать, как вы получаете удовольствие; но все ваши приятные ощущения исчезнут. Если вы занимаетесь этим, будучи еще женаты, то вы поистине в опасности.

Одно дело – пересмотреть все переживания, которые вы с кем-либо испытали, – приятные и неприятные – и решить, что вы хотите прервать отношения и уйти. Но если вы диссоциируетесь от всех приятных минут, которые пережили с этим человеком, то выбросите очень поддерживающий набор переживаний. Даже если вы сейчас не выносите ее присутствия, потому что вы изменились или она изменилась, вы с тем же успехом можете наслаждаться своими приятными воспоминаниями.

Некоторые люди доходят до того, что диссоциируются от всех приятных переживаний в момент, когда они происходят, «чтобы потом не стало опять плохо». Если вы поступаете так, то не будете способны наслаждаться собственной жизнью даже тогда, когда она хороша. Это всегда будет похоже на наблюдение за тем, как кто-то другой развлекается – но вам самому никогда не удастся поиграть. Если вы поступаете так со всеми своими переживаниями, то превратитесь в экзистенциалиста – абсолютно и окончательно отстраненного наблюдателя.

Некоторые люди видят работающую технику и решают пробовать ее с чем угодно. Одно то, что молоток хорош применительно к гвоздям, не означает, что все нужно заколачивать. Процедура лечения фобии эффективна в нейтрализации сильных эмоциональных реакций – позитивных или негативных – так что будьте внимательны, к чему вы ее применяете.

Хотите знать хороший способ влюбиться? Просто ассоциируйтесь со всеми своими приятными переживаниями, связанными с кем-нибудь, и диссоциируйтесь от неприятных. Это очень хорошо работает. Если вы вообще не думаете о неприятных переживаниях – можете даже использовать этот метод, чтобы влюбиться в человека, который делает кучу такого, что вам не нравится. Типичный вариант – это влюбиться таким образом, после чего жениться. Как только вы поженились, можете повернуть этот процесс в обратную сторону, так, чтобы ассоциироваться с неприятными переживаниями и диссоциироваться от приятных. Теперь вы реагируете только на неприятное и недоумеваете, почему «она так изменилась!» Она не изменилась, изменился ваш способ мышления.

Женщина: Есть какие-нибудь еще способы работать с фобиями? Я панически боюсь собак.

Всегда есть другие способы совершать поступки; дело в вопросах:"Знаем ли мы уже о них?», «Столь же ли они надежны?», «Сколько времени они занимают?», «На что еще они повлияют?» и так далее.

Попробуйте вот это: пойдите назад и вспомните что-нибудь исключительно приятное, возбуждающее и смешное из своего прошлого и увидьте то, что вы видели в момент, когда это происходило. Можете найти такое воспоминание?.. (Она начинает улыбаться). Хорошо. Прибавьте немного яркости (Она улыбается сильнее). Чудесно. Теперь оставьте эту картину, и пусть собака пройдет прямо через ее середину, а потом станет частью картины. Пока она это делает, я хочу, чтобы вы сделали изображение немножко ярче.

Теперь вообразите, что вы находитесь в одной комнате с собакой – чтобы проверить, осталась ли еще ваша фобия.

Психология bookap

Женщина: Теперь я хорошо чувствую себя, думая об этом.

Эта процедура является вариантом другого метода, которому я научу вас позже. Для очень сильных фобий он не настолько надежен, как диссоциация, но в большинстве случаев сработает. Я вылечил кучу фобий, так что они мне надоели, и обычно я просто проделываю самую быструю и надежную из известных мне вещей. Теперь, когда вы это знаете, вы тоже можете это делать. Но если вы действительно хотите понять, как работают мозги, – когда в следующий раз будете работать с фобиком, потратьте чуть больше времени. Задайте кучу вопросов, чтобы выяснить, как работает данная конкретная фобия. Например, иногда фобик создает изображение собаки – или чего бы там ни было – очень большое, или яркое, или цветное; прокручивает фильм очень медленно или повторяет его без конца. Тогда вы можете попробовать поменять разные элементы, чтобы выяснить, как можно изменить опыт этого конкретного человека. Устав от этого, вы всегда можете вытащить из бокового кармана процедуру быстрого лечения и избавиться от этого клиента в пять минут. Если вы поэкспериментируете таким образом, то начнете учиться тому, как порождать НЛП, и вам не нужно будет больше тратить деньги на посещение семинаров.