Салонный дебил XXI века

Он выгодно отличался от других знакомых парней Тамары. Во-первых, он пришел на свидание абсолютно трезвым. Во-вторых, он был чистенький и аккуратно одетый. В-третьих, он улыбался и держал в руках розу…

И Вадик не опоздал. Когда Тамара подходила к метро, она издали заметила, что Вадим уже стоит и ждет ее.

Наконец-то! Наконец-то, нормальный парень! Тамарочке уже было пора выходить замуж, а парни попадались все несерьезные. Она уже совсем отчаялась! К тому же Тамарочка была иногородняя, и она приехала в Москву не за тем, чтобы возвращаться в свой родной, но такой маленький и бесперспективный городок.

И вот в ее жизни возник Вадик! Чистенький и культурный! Он казался моложе своих двадцати пяти лет, и Тамара решила, что это потому, что он неиспорченный: не пьет и не курит. Она и домой написала: «Познакомилась с хорошим парнем: не пьет, не курит и учится». Для жителей Тамариного городка это была экзотика: этакий столичный интеллигент. Мать, правда, спросила по телефону: «А чего это он в 25 лет все еще учится?» Тамарочка еще сама в этом не разобралась, но на мать цыкнула: «Получает второе высшее образование, сейчас в Москве это модно!», и мать уважительно замолчала.

В принципе Тамара сама проявила инициативу в знакомстве с Вадиком.

Она проголодалась и решила съесть хот-дог прямо на улице. Она присела за столик рядом с симпатичным молодым человеком, который, видимо, также решил перекусить. Он смущенно посмотрел ей в глаза, широко улыбнулся и сказал: «Вкусно!» Тамарочка сначала отвернулась, она была порядочной девушкой и всегда старалась это продемонстрировать. Она скосила глаза на парня: чистенький, не наглый, но уже доедает свой хот-дог и вот-вот может уйти.

– Ну, уж нет! – подумала девушка, посмотрела на него и улыбнулась. Парень спросил: «Вы не скажете, который сейчас час?» Тамара видела, что на его запястье поблескивали довольно дорогие часы.

– Ура! – мысленно крикнула девушка, – он на меня «запал»! «Без четверти пять, – ответила Тамара. – А что, вы куда-то опаздываете?

– Без четверти пять, – задумчиво повторил молодой человек. – Это значит: без пятнадцати минут пять, верно?

– Верно! – засмеялась Тамара и, не удержавшись, сказала: «Да ведь у вас на руке часы». Она с удовольствием увидела, что молодой человек покраснел.

– Я еще не привык к ним, – ответил он. Тамаре стало неловко за свою бестактность, и она начала, смеясь, наскоро выдумывать историю о том, как долго не могла привыкнуть к новым часам, которые ей подарил отец. Вадим слушал ее рассказ с интересом, не перебивая, и даже пару раз хохотнул.

– Вежливый! – с уважением подумала Тамарочка.

– Мне надо идти, – вдруг сказал Вадим, я обещал маме не опаздывать.

– Уважает мать… – с удовольствием отметила про себя Тамара. Она сама назначила Вадиму первое свидание.


Мать Вадима, Ольга Петровна, окончила стоматологический институт, но к работе по специальности так и не приступила. Студенткой она вышла замуж за молодого дипломата, который сделал быструю и блестящую карьеру. Она всегда очень хотела иметь детей, как минимум, двоих, но две первые беременности закончились выкидышами. Когда Ольга Петровна забеременела в третий раз, она внутренне замерла и сначала носила себя как хрустальную вазу, а потом и вовсе перешла на постельный режим под наблюдение врачей: беременность протекала тяжело. Роды были преждевременные, с осложнением. Мальчик родился недоношенный, слабенький, но Ольга Петровна была счастлива. Она была хорошей матерью, и все силы отдавала своему ребенку. Мальчику ставили диагноз «задержка развития», но Ольга Петровна, помня о тяжелой беременности и родах, не протестовала.

– Задержка так задержка, преодолеем, дело времени, – думала она.

Однако время, как оказалось, работало не на нее, а против.

Когда Вадику исполнилось три года, Ольга Петровна решила отдать его в детский сад рядом с домом. К ее удивлению, мальчика отказались принять. Ему предложили какие-то тесты, но Вадик даже не взглянул на них. Он только недавно начал говорить, а чужих людей стеснялся.

– Вам нужно отдать ребенка в специализированный детский сад, – сказали Ольге Петровне в поликлинике, куда она обратилась.

– Нужно уточнить состояние интеллекта ребенка, – сказал психоневролог диагностического центра, куда позже обратилась Ольга Петровна.

– Возможно, это не задержка психического развития, а умственная отсталость, – сказал еще один рекомендованный знакомыми специалист.

– И что это для нас означает? – спросила мать.

– Означает, что ребенка необходимо поместить в специальный детский сад для умственно отсталых детей, – ответил врач.

Ольга Петровна ничего не сказала тогда мужу. Она решила бороться и не слушать врачей. Накупила книг об интеллектуальном развитии детей и погрузилась в изучение вопроса. Мужу она сказала, что у Вадика «слабое здоровье» и до поступления в школу он будет находиться дома. Слава богу, Ольга Петровна могла позволить себе не работать!

Со стороны, конечно, выглядело так, что Ольга Петровна не работает. На самом деле каждый день она проделывала фантастическую работу по воспитанию и развитию своего сына.

Она наняла логопеда, а потом, когда у Вадика сформировалась речь, опытного педагога-дефектолога. Слава богу, у Вадика оказалась хорошая память. К пяти годам он уже много чего знал: времена года и домашних животных, такие понятия, как овощи и фрукты, одежда и обувь. Конечно, запас его знаний надо было постоянно поддерживать, но, слава богу, у Вадика была хорошая память!

Когда в дом приходили гости, личностные и интеллектуальные особенности Вадика становились заметнее. Во-первых, он стеснялся, но это Ольга Петровна обычно умело обыгрывала. Во-вторых, он очень долго собирался с мыслями, чтобы ответить на простой вопрос, и лицо у него при этом становилось какое-то «заметно тупое». Это сама Ольга Петровна ввела такие оценки «тупости» сына: заметная и незаметная. И третье, самое неприятное, заключалось в том, что он мог сказать ужасную глупость.

Ольга Петровна составила примерный список вопросов, которые задают гости, придя в дом, где есть ребенок. Список оказался совсем небольшим, и Ольга Петровна злорадно подумала, что гости не сильно отличаются по умственному развитию от ее мальчика. Она составила перечень ответов и заучила их с Вадиком. Сам список она сохранила, чтобы перед приходом очередных гостей «освежать» память сына.

Ольга Петровна долго искала подходящее стихотворение, которое Вадик мог бы при случае рассказывать гостям, и нашла. Стихотворение состояло всего из четырех строчек, но было забавным. Прочтя его, Вадик должен был поклониться и быстро убежать на кухню, где его ждала любимая шоколадка. Если он не прочитывал стишок, шоколадки на кухне не оказывалось.

Рисунки, которые Вадик мог нарисовать самостоятельно, показывать посторонним людям было бы глупо. Да он и не любил рисовать. К счастью, Ольга Петровна и сама рисовала очень плохо. Она пошла на выставку детских рисунков и, выбрав четыре-пять похуже, зарисовала их, а дома перерисовала. Теперь в комнате Вадика на стенах висели, как и полагается, детские рисунки.

И, наконец, Ольга Петровна решила взять Вадику учительницу музыки. Учительнице мама Вадика сказала: «Мы без особых претензий. Научите ребенка играть самые простые детские песенки, и спасибо». Молоденькая учительница обрадовалась: работа представлялась ей достаточно легкой.

Весь этот титанический труд дал свои результаты. К шести годам Вадик мог рассказать гостям стихотворение, сыграть на фортепиано коротенькую пьеску, показать свои рисунки. К сожалению, периодически он что-то забывал: то какое сейчас время года, то свой адрес, но ему напоминали, давали отдохнуть и заучивали «джентльменский набор» заново.

Но впереди маячила школа!

Школа и школьное обучение уже давно не столько радуют родителей будущих первоклассников, сколько пугают их по самым разным причинам. Это если говорить о родителях нормальных детей. А что чувствуют родители, у чьих детей в медицинской карте написано «дебильность»? И кто, скажите, в наше время не знает этого диагноза? Он прочно вошел в нашу жизнь, он звучит с экрана телевизора чуть не каждый день, причем с особой презрительной интонацией! То в очередном ток-шоу ведущие со знанием дела обсуждают, что дебилы рождаются исключительно в семьях алкоголиков. Или вдруг талантливый артист талантливо изображает дебила, а другие талантливые артисты талантливо изображают полное к нему презрение. Ольге Петровне было очень-очень больно! И она решила бороться дальше.


Тамара встречалась с Вадимом уже три раза. Они ходили в кино, в кафе и гуляли по городу. Вадим всегда платил за Тамару. «Не жадный!» – думала Тамарочка.

Но Вадим рано уходил домой, а Тамаре хотелось остаться с ним подольше. Ей вообще все время приходилось брать на себя инициативу в их отношениях.

Например, она первой его поцеловала! Ну, с другой стороны, что здесь такого? В сериале, который шел в это время по телевизору, главная героиня тоже первой поцеловала парня, а потом еще и осталась у него на ночь. А он ее не выгнал и даже никак не обозвал, а бросил позже, когда девушка его обворовала. Вот если бы она его не обворовала, то, может быть, он вообще бы на ней женился! Тамара никогда не брала чужого, поэтому считала, что может рассчитывать на лучшее завершение своей любовной истории. Но Вадим не приглашал ее к себе домой… «Родителей боится», – понимала Тамара.


Вадим был рад знакомству с Тамарой. У него был небольшой сексуальный опыт, но только с женщинами гораздо старше себя. Инициатива всегда исходила от самих этих женщин, которых он немного побаивался. Вадим, конечно, ничего не говорил об этом своей матери, смутно понимая, что ей это не понравится.

Но Тамара – совсем другое дело! Молоденькая, свеженькая! И она никогда не подшучивала над ним, чего Вадим терпеть не мог! Он заметил, как ее обрадовала роза на первом свидании, поэтому на второе свидание он принес ей три розы. Тогда Тамара первый раз его поцеловала! Она благодарно принимала шоколадки, и они вместе весело их съедали. Они много целовались и мало разговаривали. Вадиму было так хорошо с Тамарочкой!


Однажды Тамара пригласила Вадима к себе в гости. Она снимала квартиру вместе с подружкой. Тамара заранее приготовила ужин и, немного подумав, купила бутылку вина, а не водки, как советовала подруга.

«Так культурней», – подумала девушка. Ужин удался во всех отношениях на славу. Вадим обо всем забыл и остался у Тамары на всю ночь.


Известно, что многим взрослым людям долго-долго снятся страшные сны про школу: как они не могут ответить у доски или боятся контрольной. Ольге Петровне школа снилась очень часто. Но не своя, это как раз стерлось из памяти, а школа Вадима. Так сказать, «школьные годы чудесные». И кто сказал, что они быстро летят! Быстро пролетали каникулы, незаметно мелькало лето! А потом вновь начиналось мучение!

Ольга Петровна давно «потеряла» медицинскую карту Вадима из детской поликлиники со злополучным диагнозом. Она наняла хорошего специалиста по подготовке ребенка в школу, да еще познакомилась с учительницей начальных классов и сделала ее чуть ли не лучшей своей подругой. Так что в первый класс мальчик поступил спокойно. Он умел все, что требовалось от детей при поступлении: читал, считал. Немного медленно, но ведь все дети разные. Потом, конечно, стало намного сложнее, но Зоя Ивановна – учительница Вадика и близкая подруга Ольги Петровны – всегда выручала, так что начальную школу они одолели совместными усилиями. Но дальше! Как же трудно было потом!

Ольга Петровна радовалась каждой тройке, но их становилось все меньше и меньше. Наконец, Вадима направили на комиссию как неуспевающего ученика. Разговор с членами комиссии был ужасным, но Вадима удалось отстоять: он все-таки очень много знал на память, и его оставили на второй год в той же школе. Каждый день послушный Вадим шел в школу как на фронт, а Ольга Петровна ожидала «вестей с фронта». Вести были в основном плохие. В шестом классе все повторилось. Мнение новой комиссии было однозначным: дебильность и обучение в специальной школе. После стольких трудов! Ольга Петровна была в отчаянии!

У Вадима с Тамарой был роман. Вадим стал каждый день приходить к ней на работу в парикмахерскую к концу рабочего дня. Тамара работала мастером по маникюру.

Ей очень льстило, что Вадим заходит за ней, и она немного воображала перед подружками. Коллектив был женский, и вопрос поиска «хороших парней» был самым актуальным. Конечно, Вадима «обсуждали». Но Тамара всегда быстро его уводила. Если же до нее доходили какие-то замечания коллег по работе, у нее всегда находился железный аргумент в его защиту: «Зато он не пьет, совсем!» В родном Тамарином городке это была неслыханная роскошь, чтобы мужчина не пил!

Один раз Тамару задержала клиентка. Вадим сидел на свободном стуле и ждал, когда она освободится.

– Расскажи какой-нибудь анекдот, – попросила Вадима напарница Тамары.

– Анекдот? – Вадим замялся. Он не мог вспомнить ни одного анекдота.

– Давайте я вам лучше прочту стихи, – сказал Вадим. Девушки замерли.

Вадим прочел небольшое стихотворение очень серьезно, с выражением. Когда Тамара и Вадим ушли, ее напарница Соня завистливо вздохнула: «Везет же Тамарке…»

Сонин бой-френд рассказывал только «матерные» анекдоты.


Вспомогательную школу Вадим закончил в шестнадцать лет. На самом деле отношение учителей в этой школе и к Вадиму, и к Ольге Петровне было намного лучше, чем в их прежней, массовой школе. Но Ольга Петровна сильно страдала морально. Во-первых, ей не нравилось новое окружение Вадима: в классе оказалось много детей из неблагополучных семей. Во-вторых, она очень устала врать.

Ольга Петровна так и не рассказала никому из знакомых и соседей о том, что Вадик перешел учиться в «школу дураков». Кстати, такая школа была от них неподалеку. Но Вадима каждое утро шофер отвозил во вспомогательную школу, которая находилась довольно далеко от дома. Всем любопытным было объявлено, что Вадик перешел из районной школы в английскую из-за конфликта с учительницей.

Ольга Петровна досконально изучила вопрос об образовании Вадима. Она поставила себе целью «уйти» от злополучного диагноза любым путем. К счастью, еще где-то сохранились школы рабочей молодежи, а некоторые училища и техникумы из-за недобора принимали всех подряд. К 21 году Вадим имел диплом о среднем специальном образовании, о дебильности никто не вспоминал. Изменения в стране и системе образования позволили устроить Вадима в платный университет. Вадим был послушным мальчиком, и Ольга Петровна думала: «А вдруг это действительно задержка развития, и Вадик пусть к 25, пусть к 30 годам станет таким, как все?»

А какими были к этому времени все? Сын сослуживца мужа, ровесник Вадима, умер от передозировки наркотиков. А ведь он учился в настоящей английской школе, а не в такой, как Вадим! У соседей сын, моложе Вадима, лечился от алкоголизма. А его считали способным математиком!

Не лучше обстояли дела и у некоторых знакомых, имевших дочерей.

Не то чтобы Ольга Петровна радовалась чужому горю, нет, она не была злым человеком, но все это утешало и примиряло ее с собственными проблемами.

«В каждом дому по кому, – вспоминала она старую русскую поговорку, и добавляла, – а в некоторых домах – два …» Она тогда и не предполагала, насколько была близка к истине…


Вадим попросил мать рассказать ему какой-нибудь анекдот.

В свое время они с Ольгой Петровной много работали над пословицами и поговорками, Вадим никак не мог уразуметь, что они означают. Особенно трудно давалось понимание, например, такой пословицы: «Не плюй в колодец, пригодится воды напиться». Вадик был чистюлей и понимал, что в колодец (Вадика специально возили в деревню посмотреть, что такое колодец) плевать нехорошо. Но поскольку в это же время ему объяснили, что такое «экология», в его голове произошло некоторое смешение информации. Когда учительница в школе попросила его написать в тетрадке, как он понимает эту пословицу, Вадик выдал трактат по экологии. Он писал о том, что нельзя засорять окружающую среду и плевать в колодцы, потому что потом, когда захочешь пить, будет неприятно пить воду с плевком!

Еще Ольга Петровна объясняла Вадиму юмор. Он, конечно, понимал юмор, но простой: когда кто-то падал, пачкался, говорил не своим голосом. Они ходили в цирк, и Вадик хохотал над клоунами. Но ведь многие хохотали!

Ольга Петровна рассказывала Вадиму приличные анекдоты. Было не так-то просто набрать хотя бы десяток приличных анекдотов, приходилось их записывать. Когда Ольга Петровна рассказывала Вадиму анекдот, он широко открывал глаза и ждал, когда мать растолкует ему суть. После этого долго хохотал и просил рассказать еще раз. Но рассказать анекдот самому Вадиму было не под силу. Ольга Петровна нашла подходящую уловку: в случае чего Вадим говорил, что не любит анекдотов.

И вот, пожалуйста, ему потребовался анекдот. Ольга Петровна привычно пошла за одной из своих тетрадей, но вдруг вернулась.

– А зачем тебе, Вадик, вдруг понадобился анекдот?

И Вадик, запинаясь и отводя глаза, стал рассказывать про Тамарочку…

Тамара была счастлива! Сегодня Вадим пригласил ее к себе домой! Видимо, решил познакомить девушку со своими родителями! Она торжествовала! Вадим ее обожал!

Она рассказала о приглашении своим подругам и получила кучу советов. Боже мой, брак с Вадимом мог решить все ее проблемы! Особенно если ей удастся понравиться будущей свекрови и ее пропишут в Москве! Тамаре очень надоела канитель с регистрацией и съемной квартирой. Все время было страшно, что тебя либо обманут, либо выгонят. А какое это впечатление произведет на родственников! Тамара любила мечтать о том, как она приезжает к себе домой (почему-то ей нравилось представлять свой приезд без Вадика) нарядная, в шубе, с кучей московских фотографий, где они с Вадиком гуляют, сидят в ресторане, едут в машине и, конечно, с кучей подарков, которые Тамарочка небрежно вынимает из огромной дорогой сумки…


Ольга Петровна волновалась. Она думала, что если у Вадика задержка развития, то он еще не интересуется женщинами. Она не знала ни про усатую сторожиху на даче, ни про приветливую толстую продавщицу из киоска у метро.

Только теперь для Ольги Петровны открылась эта проблема: оказывается, мальчику нужен секс! Конечно, можно запретить Вадику встречаться с этой иногородней маникюршей, но «проблема» может остаться!

Наконец, решение было принято. Ольга Петровна подумала, что будет полезно взглянуть на Тамарочку. Она привыкла изучать Вадика. Теперь необходимо было понять, что привлекло его к этой девушке и насколько управляемой может быть возникшая ситуация.

Так встретились две взволнованные женщины.

Обе они боялись друг друга. У каждой из них были свои тайны и планы. Обе понимали, что эта встреча может сильно повлиять на их жизнь.

Вадим был спокоен и бодр. Мамочка пригласила в гости Тамарочку! Это так приятно!


Ольга Петровна открыла входную дверь и увидела перед собой молодое, румяное лицо с хорошей кожей и совсем небольшим количеством косметики. Девушка держала в руках букет роз и торт, а позади нее топтался Вадим с бутылкой шампанского. Тамара!

А Тамара увидела даму. Дама была стройной, модной и молодой. У самой Тамары мама была совсем-совсем не такая. Честно говоря, Тамара предпочла бы с возрастом стать такой, как мама Вадима!

А квартира! Это просто квартира из журнала про жизнь «звезд»! Тамара не могла скрыть своего восторга! Она увидела себя как бы со стороны: полноватая, вся красная от волнения девица в дешевых шмотках стоит посреди большой, шикарно обставленной комнаты и не знает, куда можно стать или сесть, не нарушив гармонии. Она подумала, что тянет в лучшем случае на прислугу в этом великолепном доме с его элегантной хозяйкой. На глазах Тамарочки выступили слезы.

Ольга Петровна внимательно посмотрела на Тамару и поняла ее состояние.

– Ничего, девочка, – сказала она, – не стесняйся. Сейчас мы сядем за стол. Показать тебе, где можно вымыть руки?

Вадим уже повалился на диван и включил телевизор.

За столом говорили в основном Ольга Петровна и Тамара. Вернее, Ольга Петровна спрашивала, а Тамара отвечала. Ужин был замечательный.

Чтобы не сводить все общение с Тамарой к допросу с пристрастием, Ольга Петровна решила рассказать забавный случай о соседском внуке. Ребенок посмотрел мультфильм о зайчиках. В мультфильме зайчики побежали в лес к большому шкафу с шубками. Наступила зима, и зайчикам надо было переодеть шубки: снять серые и одеть белые. Соседский внук требовал от своей бабушки повести его в лес и посмотреть, где стоит заячий шкаф!

Тамара смеялась. Она любила детей.

Вадим серьезно спросил: «А как зайцы на самом деле меняют шубки?» Тамарочка захохотала: «Они скидывают старые шубы и бегают по лесу голыми!» Ольга Петровна недовольно посмотрела на Вадима и предложила Тамаре съесть еще кусочек торта.

Было уже довольно поздно, когда Вадим пошел провожать Тамару домой. Ольга Петровна тепло простилась с девушкой. Тамара была на седьмом небе от счастья! Ей было очень весело!

Целуя Тамарочку на прощанье, Вадим вдруг озабоченно спросил: «Тамар, а бывают голые зайцы?» Тамара так смеялась, что не могла остановиться, а Вадим подумал: «Надо все-таки спросить о зайцах у мамы…»


Вскоре Тамара поняла, что беременна. Она испугалась и обрадовалась одновременно, а потом решила, что первой об этом должна узнать Ольга Петровна. Она понимала, что именно в руках Ольги Петровны находится ее судьба.

Когда Вадим пришел домой, он увидел, что его мама и Тамара сидят, обнявшись на диване, и плачут. Так Вадим узнал, что скоро станет отцом.

«Ничего, – сказала Ольга Петровна Тамаре, – справимся, ты девочка здоровая, крепкая. Знаешь, Тамара, в каждом дому по кому…».

– По кому это в дому? – спросил Вадик, и Тамарочка рассмеялась сквозь слезы. А Ольга Петровна ответила: «Я потом тебе, объясню, Вадик».


Молодая женщина сильно нервничала. Она посадила на колени своего сына-первоклассника и умоляюще произнесла: «Помогите нам, пожалуйста. Никак не ладится учеба в школе, чего я только ни делала!»

Я невольно вздохнула. Так неприятно сообщать родителям, что интеллектуальные возможности их ребенка не соответствуют требованиям современной массовой школы. Я попробовала немного смягчить неприятный разговор и стала рассуждать о том, какая сложная стала программа уже в первом классе и что не все дети с ней справляются. Я спросила Тамару о том, как она сама училась в школе.

Но Тамара в первом классе была отличницей, хотя училась не в московской школе.

«Вы поймите, – сказала она мне, – как я скажу об этом мужу, свекрови?»

Тамара заплакала. Ее сын, Алеша, испуганно посмотрел на мать, и лицо его сморщилось: он тоже был готов заплакать.

– А ваш муж почему не пришел вместе с вами на консультацию? – спросила я, от души сочувствуя женщине, но не имея возможности реально по мочь в ее горе.

– Почему же не пришел? – ответила Тамара, – он пришел, только сидит в коридоре, стесняется зайти.

– Ах, он стесняется, – заинтересовалась я. – Тогда пригласите его ко мне, пожалуйста, а сами подождите с мальчиком в коридоре.

Вадим вошел в кабинет. Как он ненавидел все эти кабинеты! Смутно он ощущал в них какую-то скрытую угрозу, хотя чего, собственно, теперь ему было бояться!

Я с сочувствием взглянула на Вадима.

– Вы понимаете, как трудно учиться вашему сыну в школе? – спросила я молодого отца.

– Я-то понимаю, – ответил Вадим и покраснел.

Я посмотрела на него очень внимательно, потом наклонилась поближе и тихо спросила: «Папаша, вы сами-то в какой школе учились?»

– Во вспомогательной, – почему-то сразу ответил Вадим, имевший диплом о высшем образовании.

– Но моя жена ничего не знает об этом. Вы ей не скажете? – спросил он с надеждой.

– Я ей не скажу, – ответила я. – Вы пришли ко мне с вопросом о сыне, и мы будем обсуждать только этот вопрос. Но вы сами должны убедить жену подобрать адекватные условия для обучения вашего ребенка. Массовую школу Алеша не потянет.

Вадим встал. Он все понял. «Дебильный, дебильный!» – вновь зазвучали в ушах детские дразнилки. На его глазах выступили слезы. Вадим очень любил своего Алешку.


«Надо спросить у мамы, что делать», – привычно подумал он.

Тамара не понимала, что происходит, но почему-то чувствовала себя виноватой. И почему-то чувствовала себя виноватой именно перед Ольгой Петровной!

Может быть, потому, что отношения у них с Тамарочкой сложились очень хорошие. Ольга Петровна не раз говорила, что если Тамара родит ей здорового внука, то больше ей ничего в жизни не надо. Ольга Петровна часто говорила, что ее радует Тамарин цветущий вид, румянец во всю щеку, отсутствие головных болей и прочих атрибутов современных женских недомоганий. Тамара легко переносила беременность и легко родила крупного красивого мальчика. Все это очень радовало Ольгу Петровну.

Тамара знала, что самой Ольге Петровне рождение единственного сына досталось тяжело.

Когда Алеша родился, Ольга Петровна была счастлива. Она помогала с ребенком, а Тамарочку устроила учиться в институт. Тамара обожала свекровь.

Алеша рос здоровым мальчиком, практически не болел.

И вот ужас! Алеша не может учиться в массовой школе! Он не выполнил тестов на «школьную зрелость», и его направили на специальную комиссию. Не успела Тамара опомниться, как ребенку уже поставили диагноз: дебильность. Тамара знала, что «дебильность» – это позор, это стыд. Как сказать об этом Ольге Петровне? Она не простит этого Тамаре! Вадим молча шел рядом. Он видел смятение жены, но боялся сказать что-нибудь не то.

– Что же нам делать? – произнесла, наконец, Тамара вслух.

– Надо быстрее все рассказать маме, – ответил Вадим.

Тамара низко опустила голову и заплакала.

Нарядная ухоженная дама с измученным лицом сделала над собой колоссальное усилие и спросила: «Вы обо всем догадались и поняли, откуда у нашего Алешеньки дебильность? Понимаете, ведь с Вадиком мне говорили: тяжелый токсикоз, родовая травма при рождении ребенка привели к тому, что пострадал его мозг. Моя невестка Тамара – здоровая женщина, никаких проблем с беременностью и родами, и вдруг опять этот проклятый диагноз!» Ольга Петровна заплакала.

– Что же нам делать? – женщина плакала уже навзрыд.

На самом деле все, что я могла им посоветовать: занятия по развитию ребенка, индивидуальная работа с педагогом-дефектологом – все это Ольга Петровна не только знала, но и прошла со своим сыном. Вопрос упирался именно в профиль школы и в оскорбительный диагноз. И еще Ольга Петровна не знала: говорить Тамаре правду про Вадима или нет?

«Ну, что ж, – сказала Ольга Петровна после долгого и трудного разговора. – Мы начнем все сначала. В некотором смысле сейчас стало легче. Есть частные школы. Среди них есть школы с высокой платой за обучение, им не помешает еще один ученик. Стало проще давать взятки. Можно, в конце концов, стать спонсором школы. Да и прав у родителей теперь больше: без их согласия ребенка никуда нельзя переводить. Дебильность + деньги и упорство = норма.

Ольга Петровна тяжело вздохнула. Было видно, что ей очень тяжело.

– Вы, наверно, осуждаете меня? – спросила она устало. А вы посмотрите вокруг. Что представляют собой некоторые юмористические телевизионные программы? Выходит мужчина с тупым выражением лица и произносит монолог дебила или алкоголика, а зрители смотрят с удовольствием и смеются. А речь? Вы слышите, как люди говорят? Современный жаргон рассчитан именно на «дебильные» способности. Известная певица поет: «Не поДскользнуться, не поДскользнуться». Она столько страсти вкладывает в эту песню, а лучше бы в словарь посмотрела. И ее наверняка кто-то прослушивал, но тоже не придал значения грубой речевой ошибке. Кстати, мой Вадим говорит абсолютно грамотно, вы обратили внимание? А в ток-шоу жена одного известного бизнесмена и телеведущая серьезно обсуждали, чем должен заниматься ребенок, когда он «придет СО школы»!!!

Ольга Петровна горько улыбнулась:

– Так вы поможете нам конкретными советами?

– Конечно, – сказала я. – Я помогу вам, чем смогу. И вы сами будете решать, что говорить Тамаре, а что нет. Только пусть Тамара и Вадим не спешат заводить еще одного ребенка. Возможно, в этом случае им потребуется дополнительная консультация.

Лицо Ольги Петровны задрожало. Разговор отнял у нее слишком много душевных сил.

Ольга Петровна попросила меня провести встречу со всеми членами семьи. Она рассказала Тамаре всю правду о Вадиме.

Первой в кабинет вошла Ольга Петровна. Она выглядела похудевшей и более бледной, чем на нашей последней встрече. Ольга Петровна смотрела прямо перед собой.

Тамара вошла второй. Было заметно, что она много плакала. Она села рядом с Ольгой Петровной и опустила голову.

За ними вошел Вадим, держа за руку сына. Он выглядел смущенным. Вадим сел и обнял одной рукой Алешу. Тот прижался к отцу.

«У нас в семье больше нет никаких тайн», – сказала Ольга Петровна. Тамара молча кивнула.

«Хорошо, – сказала я. – Давайте обсудим индивидуальную программу воспитания и развития Алеши. Оценим его собственные возможности и способности. Вы ведь об этом просили?»

И началась кропотливая работа…

Когда беседа была закончена и все посетители потянулись к выходу, я попросила Вадима задержаться.

– Вадим, а как поживает ваш папа? – спросила я у него.

– Папа? Он давно не живет с нами, у него другая семья. Он помогает нам материально. Мама не любит говорить об этом, но он меня стесняется… Ну, что я не сделал карьеру. Вадим немного помолчал.

А можно мне у вас спросить?

– Да, пожалуйста.

– Скажите, а много таких, как я?

Я не совсем поняла его вопрос и переспросила:

– Каких таких, Вадим?

Психология bookap

– Ну, таких, бывших дебилов?

Мне показалось, что Вадим смотрит на меня довольно лукаво…