4. ПАРАМЕТРЫ СОЗНАНИЯ: КАРТОГРАФИЯ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ ПСИХИКИ


...

Перинатальные переживания в сеансах ЛСД-терапии

Важнейшая общая черта переживаний перинатального типа — акцент на проблемах биологического рождения, физической боли, агонии, болезней, одряхления, старения, умирания и смерти. Соприкосновение со страданием и смертью на перинатальном уровне принимает форму глубокого личного опыта переживания кончины. Осознание смерти, происходящее в данной ситуации, передается не только символическими средствами. Особые эсхатологические размышления и такие натуралистические видения умирающих, как расчленение трупов, гробы, кладбища, катафалки, похоронные процессии оказываются характерными сопутствующими компонентами переживания, связанного со смертью. Однако его основой является крайне реальное ощущение острого биологического кризиса, и оно часто принимается за настоящее умирание. В подобной ситуации нередко случается, что индивид утрачивает понимание психоделического сеанса, как символического переживания, и ему начинает казаться, что кончина уже неизбежна. Переживание смерти-возрождения на перинатальном уровне — очень сложный процесс, затрагивающий не только биологический, эмоциональный и интеллектуальный, но и философский и духовный аспекты.

Потрясающие соприкосновения с этими фундаментальными сторонами человеческого опыта, наряду с глубоким осознанием уязвимой и бренной природы человека, как биологической машины, имеют два важных последствия. Первое из них — глубокий кризис существования, заставляющий индивида серьезно задуматься над смыслом своего бытия и всех жизненных ценностей. Через подобные переживания он приходит к пониманию того, что независимо от характера деятельности в реальном мире, невозможно избежать наступления физической смерти. Человеческим существам придется покинуть этот мир, лишившись всего, что они накопили и чего добились. Такой онтологический кризис, как правило, приводит к кристаллизации основных ценностей. Земные цели, стремление к соперничеству, желание завоевать некое положение, силу, славу, уважение и завладеть чем бы то ни было, — все это обычно не выдерживает сравнения с перспективой неизбежности наступления конца жизни в виде полного биологического уничтожения.

Другое важное последствие соприкосновения с явлением смерти (часто эмоционально и физически весьма болезненного) — открытие религиозных и духовных областей, которые, судя по всему, есть неотъемлемая часть человеческой личности и не зависят от характера культурного и религиозного воспитания индивида. Единственный способ преодолеть известную двусмысленность существования — трансцендентность. Кризис разрешается, когда люди отыскивают для себя ориентиры вне узких рамок физического организма и вне ограничений продолжительности собственной жизни. Нам представляется, что у каждого кто пережил соприкосновение с этими уровнями, развивается бесспорное понимание абсолютной и естественной принадлежности духовного мира общему порядку вещей.

Каким-то не совсем ясным на данной стадии исследований образом описанные выше переживания связаны с обстоятельствами биологического рождения. Люди, принимающие ЛСД, зачастую относятся к ощущаемому ими ряду последовательных ситуаций агонии, смерти, рождения (или воскресения), столь характерных для данной области, как к переживанию действительно имевших место биологических родовых травм. Другие не проводят такой четкой связи и рационализируют свой опыт соприкосновения с кончиной, а также переживание смерти-возрождения целиком в философских и духовных категориях. Но даже в этой последней группе перинатальные переживания довольно регулярно сопровождаются комплексом физических симптомов, которые легче всего истолковать, как относящиеся к биологическим родам. Они включают в себя разнообразные ощущения физической боли, проявляющейся в различных частях тела, ощущение давления, чувство удушья, резкие изменения окраски кожи, тремор, приступообразные подергивания, нарушения в работе сердца, аритмию, обильное потоотделение, повышенное выделение слизи, слюноотделение и тошноту. Лица, находящиеся под действием ЛСД, также принимают позы и продуцируют серии телодвижений, поразительно напоминающие процесс прохождения плодом различных стадий родов. Кроме того, они часто говорят о возникновении образов или чувств идентификации с зародышами или новорожденным младенцем. Нередки различные проявления, переживания и типы поведения, характерные для новорожденных, а кроме того, возникновение образов женских гениталий и груди.

Богатый и сложный материал, выявляемый на перинатальном уровне подсознания, возникает в сеансах ЛСД-терапии в виде нескольких типичных структур или, иначе говоря, матричных переживаний. Для дидактических целей, теоретических рассуждений и практики проведения психотерапии с использованием ЛСД, оказалось весьма плодотворным соотнести феномены этой группы с последовательными стадиями протекания биологических родов и с ощущениями ребенка в перинатальный период. Последние будут кратко описаны в определенной последовательности, соответствующей фазам протекания процесса родов при реальном рождении человека. В ходе сеансов психоделической терапии такой порядок не обязательно соблюдается, и индивидуальные матрицы могут проявляться в виде блоков, чередующихся во многих иных последовательностях.

Переживание космического единства

Это важное перинатальное переживание относится, видимо, к первичному союзу с матерью, изначальному состоянию внутриутробного существования, когда ребенок и мать образуют символическое единство. Если нет воздействия вредных раздражителей, условия, в которых пребывает зародыш, близки к идеальным, включая в себя защиту, безопасность и постоянное удовлетворение всех потребностей. Основными чертами здесь являются преодоление разделения мира на категории субъект-объект; необычайно мощные позитивные переживания (мира, покоя, безмятежности, блаженства); ощущения святости, преодоления пространства и времени, незавимости и богатства постижения своего изначального слияния с космосом.

Переживание космического всасывания

Люди, принимающие ЛСД и сталкивавшиеся с этим типом, часто относят его к самому истоку биологических родов, когда первичное равновесие внутриутробного существования нарушается химическими веществами, сигнализирующими о начале родового процесса, а позднее и мышечными сокращениями. Переживание космического всасывания обычно начинается со всеобъемлющего чувства нарастающей тревоги и уверенности в существовании непосредственной угрозы жизни. Источник такой приближающейся опасности не может быть ясно идентифицирован, отчего у индивида проявляется тенденция интерпретировать свое непосредственное окружение или весь мир параноидальным образом. Нередко люди, находящиеся в этом состоянии, заявляют об испытываемых вредоносных воздействиях, исходящих от членов тайных организаций, обитателей других планет, злых чародеев и механических устройств, испускающих губительные лучи. Дальнейший рост тревоги обычно приводит к ощущению неумолимого втягивания индивида со всем его внутренним миром и поглощения гигантским водоворотом. Частая вариация подобного всеобщего всасывания — заглатывание человека и переваривание его ужасающим чудовищем. Иной формой того же процесса, судя по всему, является тема нисхождения в подземный мир и столкновения с различными опасными тварями и сущностями.

Переживание «отсутствия выхода»

Оно соотносится с первой клинической стадией процесса родов, когда сокращения матки постепенно захватывают плод, следствием чего является его полная зажатость. На этой стадии шейка матки еще закрыта и выхода вовне пока нет. В ходе сеансов ЛСД-терапии данное переживание характеризуется глубокой темнотой поля зрения. Индивид чувствует себя запертым, пойманным в замкнутом мире, испытывает невероятные душевные и физические муки. Существование в подобном мире представляется абсолютно бессмысленным, все положительные стороны жизни скрыты. Символика, сопровождающая этот тип, чаще всего выражается в образах ада, взятых из различных культур. Наиболее характерная черта, отличающая данное переживание от следующего, — это настойчивое акцентирование роли жертвы и абсолютной неизменности и вечности любой ситуации. Человеку представляется, что нет никакой возможности вырваться ни во времени, ни в пространстве.

Переживание борьбы смерти и возрождения

Многие аспекты переживаний такого типа могут быть понятны, если сравнить их со второй клинической стадией родов. Во время этой фазы продолжаются сокращения матки, однако ее шейка уже широко раскрывается. Наступает период постепенного проталкивания через родовой канал, во время которого плод испытывает сильные механические сдавливания. Он борется за жизнь и часто ощущает острую нехватку воздуха. На заключительных стадиях родов плоду приходится непосредственно соприкасаться с различного рода биологическими субстратами типа крови, слизи, околоплодной жидкости, мочи и даже фекалий. С точки зрения переживаний, эта матрица является весьма сложной и имеет для индивида несколько важных аспектов: чувство титанической борьбы, садомазохистские тенденции, высокая степень сексуального возбуждения, грязно порнографические порывы, а также присутствие огня.

Лица, принимавшие ЛСД, на данной стадии ощущают, как мощные потоки энергий протекают сквозь их тела, и одновременно испытывают скопление колоссального напряжения, время от времени разрешающегося взрывом. Обычно все это сопровождается неистовыми образами разбушевавшейся природы, апокалиптическими картинами войны и демонстрацией пугающих технических устройств. Освобождается и вновь накапливается огромное количество агрессивной энергии, что находит выражение в ярких разрушительных и саморазрушительных переживаниях, включающих в себя жуткие убийства, все мыслимые виды пыток, расчленения, казни, изнасилования и принесение кровавых жертв.

Сексуальное возбуждение может достичь необычайно высокой степени, и тогда оно находит выход в сценах сексуальных извращений или же в образах ритмичных чувственных танцев. Многие лица, принимавшие ЛСД, обнаруживали на данной стадии психофизиологическую связь между агрессивностью и агонией, с одной стороны, и сексуальным экстазом, — с другой. Они постигли, что интенсивное оргиастическое возбуждение может граничить со страданием, а смягченную агонию можно ощущать, как сексуальное наслаждение.

Скатологические аспекты борьбы смерти и возрождения включают в себя личное соприкосновение с омерзительными вещами. Люди могут воспринимать себя валяющимися в экскрементах, тонущими в выгребных ямах, ползающими в отбросах, едящими фекалии, задыхающимися от мокроты, пьющими кровь или мочу. Все это обычно сопровождается переживанием прохождения через очищающий огонь. Пламя сжигает все испорченное в личности, подготавливая, таким образом, к переживанию духовного возрождения.

Несколько важных параметров отличают эту группу переживаний от описанных ранее в связи с ситуацией «отсутствия выхода». Здесь положение не представляется безнадежным, а человек не является беспомощным. Он активно участвует в происходящем, испытывая чувство, что переносимые страдания имеют определенный смысл и цель. Если воспользоваться религиозной терминологией, такая ситуация ближе к концепции чистилища, нежели ада. Кроме того, в данном случае человек не обязательно является беспомощной жертвой. Он — наблюдатель, способный настолько отождествляться сразу с обеими сторонами, что едва различает, кто же он: агрессор или жертва. В то время как переживание безысходности является истинным страданием, таковое борьбы смерти и возрождения представляет собой пограничное чувство между агонией и экстазом, а также смешение обоих.

Переживание смерти и возрождения

Данная эмпирическая матрица соответствует третьей клинической стадии родов. Мучительность родовых схваток достигает апогея, продвижение по родовому каналу закончено, и за ним следует мгновенное облегчение и расслабление. С перерезанием пуповины заканчивается процесс физического отделения от матери, и у ребенка начинается новая стадия существования — уже в качестве анатомически независимой личности.

Переживание смерти и возрождения представляет собой окончание и разрешение их борьбы. Страдания и мука достигают высшей точки в ощущении полнейшего уничтожения на всех уровнях: физическом, эмоциональном, интеллектуальном, моральном и трансцендентальном. Обычно такое состояние обозначают, как «смерть эго». Судя по всему, оно включает в себя мгновенное разрушение всех предшествующих переживанию установок личности. Само переживание полнейшего уничтожения часто сопровождается видениями слепящего белого или золотого света, а также чувством освобождения от гнета и ощущением разлитости. Мир воспринимается, как нечто невыразимо прекрасное и сияющее. Человек ощущает себя очищенным и омытым и склонен рассуждать об искуплении, спасении и единении с Богом.

Перинатальные переживания играют весьма важную роль в психоделической терапии умирающих. Как правило, эпизоды, включающие в себя прохождение процесса смерти-возрождения, характерны для сеансов с применением больших доз галлюциногена. Лишь изредка индивид в подобных условиях не воспринимает никаких перинатальных образов, а все ЛСД-переживания разворачиваются в психодинамической сфере либо состоят исключительно из трансперсональных феноменов.

Столкновение с переживанием смерти-возрождения в ходе психоделического сеанса весьма глубоко воздействует на представления человека о природе смерти и умирания. Обычно оно настолько реалистично, что, с точки зрения личного опыта, воспринимается, как идентичное действительной биологической кончине. Люди выходят из сеансов, в ходе которых у них возникали переживания перинатального типа, с глубокой уверенностью, что они соприкоснулись с величайшим кризисом человеческой жизни и обрели глубокое понимание сущности умирания и смерти. В будущем это становится как бы фундаментом для встречи с реальной смертью. Такие люди открыли для себя важность смирения, капитуляции и принятия неизбежного. Поскольку за переживанием смерти эго всегда следует чувство возрождения, то любое сопротивление естественному ходу данного переживания знаменует продление страданий. Одновременно индивиды, прошедшие сквозь страдания смерти-возрождения во время психоделических сеансов, как правило, легко принимают возможность существования сознания независимо от плоти, в том числе и после наступления клинической смерти. Подобное прозрение может в корне отличаться и даже противоречить предшествующим религиозным и философским убеждениям. Те, кто ранее был убежден, что смерть является последним поражением и означает прекращение любой формы жизни, открывают для себя различные альтернативы такой материалистической и прагматической точке зрения. Люди приходят к пониманию ничтожности доказательств любой влиятельной концепции на этот счет, и зачастую начинают рассматривать смерть и умирание, как космическое путешествие в неизведанное.

Характерное изменение шкалы ценностей и отношений индивида со временем в результате переживания смерти-возрождения и чувства космического всеединства также способны стать важными факторами перемен в жизни умирающего. Нетрудно представить, насколько человек, чьи планы и амбиции разрушены смертельным заболеванием, может выиграть от бесстрастного отношения к земным достижениям и благам. Подобным же образом усиление ощущения пребывания «здесь и сейчас», наряду со снижением роли прошлого и будущего, дает умирающему возможность прожить каждый из оставшихся дней наиболее полноценным образом — в относительной свободе от забот о прерванной работе и вне тревоги о грядущем.

Отрывки из сеанса ЛСД-терапии Габриэлы — 42-летней служащей системы социального обеспечения, страдающей от сильно разросшейся неоперабельной раковой опухоли в области гениталий, могут быть использованы в качестве примера психоделического переживания с преобладанием перинатальной проблематики. В анамнезе у Габриэлы были застарелая невротическая и пограничная психотическая симптоматика. В течение ряда лет больная подвергалась интенсивной психотерапии у гипнотизера с психоаналитической подготовкой, который направил ее в Мэрилендский центр психиатрических исследований, в основном, из-за возникшей в ходе лечения реакции на рак. Существовала, однако, и дополнительная проблема: отсутствие успеха в лечении основного заболевания, а также трудности, возникшие в отношениях с врачом и связанные с «переносом».12


12 Термин, используемый в методике психоанализа, заключающийся в намеренном развитии эмоционального отношения к врачу со стороны пациента. Прим: перев.


Утром перед сеансом Габриэла испытывала значительную тревогу и страх. Через тридцать минут после введения 300 микрограммов ЛСД она ощутила во всем теле сильный сексуальный позыв и начала мягко изгибаться в такт восточной музыке, игравшей в это время. У нее возникло непреодолимое желание трогать себя, и она ласкала различные части тела. С нарастанием чувственных ощущений движения ее тела все больше становились похожими на змеиные, пока, наконец, она не идентифицировала себя с огромным питоном, медленно извивающимся под музыку. По мере того как музыка становилась все более неземной, в ее переживания вошел и постепенно завладел ими мотив смерти. Габриэла видела многочисленные образы больных и умирающих, похоронные обряды, процессии и кладбище. С болью она ощутила присутствие смерти в жизни человека и разрыдалась. Затем перед ее взором предстало лицо психоаналитика. Искаженное и гротескное, оно медленно трансформировалось в облик матери.

В ходе таких превращений Габриэла начала ощущать интенсивные родовые схватки. Она подняла колени и начала выгибать их вперед, словно рожала. Ощущение агонии и смерти тесно связывалось с этой борьбой — за возможность родиться и родить. В какой-то момент усилие разродиться и быть рожденной показало связь с болезнью: Габриэла ощутила, что пытается отторгнуть опухоль от тела. Ей представлялось, что завершение родов в действительности окажет исцеляющее воздействие на рак.

Затем Габриэла поняла, что родилась. Однако создавшееся положение было далеко от удовлетворительного. Она обнаружила себя лежащей между огромными женскими бедрами и покрытой дурно пахнущей грязью. В течение продолжительного периода она ощущала себя валяющейся в фекалиях и делала неоднократные попытки прочистить рот, который казался заполненным экскрементами. Габриэлу переполняла тошнота, и она безуспешно пыталась вызвать рвоту. Борьба с позывом сдаться и отдаться на волю событий продолжалась. Она выразилась в отчаянном желании мочиться, испражняться и связанном с этим конфликте. Затем Габриэла пережила ряд яростных военных сцен, перемежающихся эпизодами родов. Она ощущала в себе истекание токов агрессии. В какой-то момент она ухватилась за пытающегося помочь ей Станислава и разорвала его рубашку, обнажив плечи.

На следующий день Габриэла чувствовала себя усталой, и ей было физически неуютно. Лишь через три дня после сеанса наступило состояние мира, спокойствия, и она испытала позитивные чувства в отношении переживания. «Временами оно было трудным и ужасным, но оно того стоило. Я много узнала о себе. Я не чувствую особой радости или экзальтации, но, кажется, во мне возникло новое ощущение спокойствия. Я чувствую, что что бы ни произошло в ходе сеанса, — это глубоко связано со мной».

Психология bookap

Из-за серьезных эмоциональных проблем, предшествовавших возникновению ракового заболевания, улучшение состояния Габриэлы не было столь разительным, как у некоторых других пациентов. Всего в течение нескольких месяцев она прошла через шесть сеансов ЛСД-терапии.

Трудности в отношениях с психоаналитиком были успешно преодолены и значительная часть невротической симптоматики весьма снижена. Однако в целом клиническая картина ее основного заболевания и отношение к смерти остались далеки от идеальных. Несмотря на то, что на некоторое время ее чрезмерная опухоль, казалось, уменьшалась, Габриэла умерла спустя несколько месяцев от закупорки кишечника вследствие непроходимости кала.