Часть первая. Общая характеристика психологической войны.

Глава 3. Содержание психологических операций.

Психологическая война - это комплекс психологических операций и мероприятий, осуществляемых в соответствии с конкретными целями и задачами.

Обычно она начинается еще в мирное время, в так называемый угрожающий период. Этот период характеризуется следующими признаками:

Во внешнеполитической области - непрерывно идут интенсивные переговоры дипломатов (в том числе со всякого рода посредниками); свертываются торгово-экономические, культурные и иные отношения между членами противостоящих группировок; происходят разнообразные приграничные конфликты и т.д.

В экономической области - возрастают темпы и объемы военного производства; осуществляется перевод промышленности на выпуск военной продукции; меняется режим работы железных дорог, увеличивается объем военных и других специальных перевозок всеми видами транспорта и т.д.

В военной области - резко усиливается разведывательная деятельность всех видов; происходит концентрация войск в приграничных районах; частично мобилизуются резервисты; вооруженные силы переходят в режим боевой готовности.

Во внутриполитической области - объявляется особое (либо военное) положение; разжигаются шовинистические и националистические настроения; вводится военная цензура во всех средствах массовой информации; запрещается (или существенно ограничивается) деятельность оппозиционных политических партий, пацифистских и диссидентских движений и т.д.

В области психологической войны:

* резко усиливается противоборство между вероятными противниками в информационной сфере;

* происходит боевое развертывание органов психологической войны;

* начинают осуществляться психологические операции.

Продолжительность угрожающего периода зависит от характера развития военно-политической обстановки и эффективности мер политического урегулирования конфликта. Как правило, он включает в себя период повышенной напряженности, составляющий от 1-2 до 8 месяцев, и период резкого обострения обстановки, длящийся от 5 до 25 суток.

С началом боевых действий осуществляются разнообразные оперативные и тактические психологические операции, являющиеся продолжением стратегической психологической операции и неотъемлемой частью вооруженной борьбы.

1. Своеобразие психологических операций в угрожающий период.

Психологические операции в угрожающий период обычно проводят для достижения следующих целей:

* изоляции вероятного противника на международной арене;

* подрыва морально-психологического состояния личного состава его вооруженных сил и гражданского населения;

* усиления антивоенных и антиправительственных настроений в стране противника;

* консолидации населения и личного состава своих вооруженных сил и стран-союзников.

* Содержание психологических операций в угрожающий период конкретизируется в зависимости от:

* политических и военных целей конфликта, военно-политической обстановки на ТВД;

* размаха деятельности оппозиционных политических партий, диссидентского и пацифистского движений в стране вероятного противника;

* особенностей психологии, обычаев, традиций, религиозных верований народа в стране противника.

* Основными объектами психологических операций в угрожающий период выступают:

* личный состав вооруженных сил противника;

* его гражданское население;

* население и военнослужащие нейтральных и союзных государств;

* военнослужащие и народ своей страны.

Психологическое воздействие на личный состав вооруженных сил противника осуществляется в форме:

* разъяснения катастрофических последствий войны для конкретных военнослужащих и их семей;

* дискредитации военно-политического руководства государства-противника;

* разжигание противоречий, существующих между различными социально-этническими группами в вооруженных силах противника;

* пропаганды своего превосходства в области боевой подготовки, военной техники, вооружения;

* указания военнослужащим противника возможных способов уклонения от личного участия в боевых действиях.

Психологическое воздействие на гражданское население противника

осуществляется в тех же формах, что и воздействие на личный состав вооруженных сил противника, плюс призывы к участию в антивоенных выступлениях оппозиции, религиозных и пацифистских организаций.

Психологическое воздействие на население и военнослужащих нейтральных и союзных государств осуществляется в форме:

* дискредитации военно-политического руководства государства-противника;

* пропаганды целей и методов собственной внешней политики;

* пропаганды своего военного превосходства над противником.

Психологическое воздействие на военнослужащих и народ своей страны осуществляется в форме:

* повышения их морального духа, предотвращения паники;

* разъяснения необходимости различных мер ограничения и контроля;

* осуждения и критики антиправительственных и антивоенных сил и движений;

* противодействия пропаганде противника.

Формирование у противника отрицательного отношения к возможной войне

Основная цель психологического воздействия в этом направлении - подрыв морально-политического и психологического потенциала противника, формирование среди военнослужащих и гражданских лиц устойчивой отрицательной установки по отношению к возможной войне. Специалисты считают, что надо доказывать ее бесперспективность и разрушительные последствия сразу в двух аспектах:

а) для страны в целом и

б) для каждой семьи.

В результате можно существенно ослабить моральный дух народа и армии противника, а иногда даже предотвратить войну.

СССР и США неоднократно достигали своих политических целей путем простой демонстрации военной силы (проводили учения возле границ тех или иных государств, посылали военные корабли к их берегам, концентрировали войска, делали другие демарши). Так, Советский Союз размещал свои оперативно-тактические ракеты на Кубе и возле границы с Китаем. США посылали свои эскадры в воды Северной Кореи и Вьетнама в 40-ые-60-ые гг., Ирака в 80-90-ые гг., Гаити в 1994 г. и т.д.

Помимо этого широко применяется система экономических санкций, направленная на подрыв основных отраслей экономики государства-противника.

Экономические санкции предпринимались против Ирака, Югославии, Кубы, Ливии, других стран. Они влекут за собой значительное снижение уровня жизни основной массы народа, гиперинфляцию, нехватку многих необходимых товаров и т.д. Морально-психологическое состояние большинства народа (а также военнослужащих как его части), изнуренного длительным экономическим кризисом или запуганного демонстрацией превосходящей военной мощи обычно снижается.

В угрожающий период каждое государство стремится прежде всего создать благоприятную для себя обстановку на международной арене и в стране противника. Так, в период англо-аргентинского конфликта за Фолклендские острова (1982 г.) Великобритания осуществляла эффективное психологическое воздействие на военнослужащих и гражданское население Аргентины. Основной акцент был сделан при этом на доказательство бессмысленности сопротивления аргентинских войск, оккупировавших архипелаг. Одновременно Великобритания распространяла выгодную для себя информацию в странах Британского содружества, НАТО и ЕЭС, а через них и в других странах мира. В результате ей удалось склонить международное общественное мнение на свою сторону.

США в ходе операции на Гаити также удалось добиться поддержки своих действий мировой общественностью. Резолюция Совета Безопасности ООН № 940 санкционировала "создание многонациональных сил под единым командованием и использование всех необходимых средств для отстранения на Гаити военных от власти". Кроме того, американское правительство смогло интернационализировать конфликт путем вовлечения в него воинских контингентов некоторых стран Карибского бассейна, Латинской Америки и Европы (в том числе Польши).

Стратегическая психологическая операция Израиля против организации "Хезболлах" в Ливане (1993 г.) преследовала аналогичные цели. В ходе ее израильское руководство стремилось не столько запугать непримиримую часть палестинцев, сколько заручиться поддержкой мирового общественного мнения.

Содержание информационно-пропагандистских материалов, направленных на формирование среди военнослужащих и населения противника отрицательного отношения к войне, во-первых, включает убеждение в ее бесперспективности.

Рис. 1.

Например, французская листовка 1939 г. (рис. 1), выпущенная для немцев незадолго до начала войны с Германией, доказывала превосходство Англии и Франции над Германией по всем главным экономическим показателям.

Во-вторых, они с помощью аргументации или зрительных образов раскрывают те отрицательные последствия, которые неизбежно влечет война для конкретных военнослужащих и их семей.

Так, на французской листовке, выпущенной в мае 1940 г. для немецких военнослужащих, был изображен лежащий на земле скелет в немецкой военной форме и написано "Гитлеровский выход (из положения)".

Дискредитация военно-политического руководства противника

Основная цель психологических операций данного направления - подрыв авторитета военно-политического руководства противника в глазах собственного населения, личного состава вооруженных сил, мирового общественного мнения.

Рис. 2. "Два сапога - пара". Английский плакат, высмеивающий двух диктаторов - Гитлера и Сталина - вступивших в сговор друг с другом (издан в начале сентября 1939 г. после подписания пакта Молотова-Риббентропа).

Для этого активно применяют различные способы, в том числе:

* тенденциозный подбор биографических подробностей, отрицательно характеризующих командный состав и политическую верхушку противника;

* высмеивание тех взглядов, которых придерживается политическое руководство и командный состав вооруженных сил противника;

* распространение дезинформации и ложных слухов о них;

* привлечение внимания к их ошибкам и промахам, неблаговидным поступкам;

* использование ярлыков и эпитетов, унижающих достоинство отдельных представителей военно-политического руководства;

* четкое деление их на "плохих" и "хороших". Так, накануне войны в Персидском заливе силы психологической войны США и их союзников начали операцию с целью:

* подорвать доверие иракцев к президенту Саддаму Хусейну путем приведения биографических фактов, характеризующих его как узурпатора власти, жестокого тирана и кровожадного садиста, не знающего пощады по отношению к согражданам;

* опорочить иракское военное руководство, в частности посеять сомнения в его способности вести широкомасштабные боевые действия с применением современного оружия.

Для этого было организовано радиовещание на базе технических средств некоторых соседних с Ираком стран. Кроме того, на территории Саудовской Аравии были смонтированы ретрансляторы, обеспечивающие круглосуточную передачу программ "Голоса Америки" на арабском языке. Для повышения эффективности радиопропаганды и расширения потенциальной аудитории командование многонациональных сил распространило среди иракских военнослужащих и гражданского населения с помощью кочевников и авиации 150 тысяч радиоприемников с фиксированными частотами. В Иордании, других сопредельных с Ираком странах широко (бесплатно) распространялись видеокассеты с сюжетами, изображавшими членов правительства Ирака коррумпированными политиками, а С. Хусейна - безумцем.

Использование компрометирующих фактов биографии политического или военного деятеля, подкреплен ные достаточными доказательствами, может весьма существенно снизить его авторитет. Подтверждением тому является случай, произошедший в 90-е годы с председателем комитета начальников штабов вооруженных сил США генералом Дж. Шаликашвили. Журналисты "раскопали" и опубликовали документы, истинность которых не вызывает сомнений. Согласно им оказалось, что Дмитрий Шаликашвили, отец американского генерала, во времена высадки союзников в Нормандии (июнь 1944 г.) служил в войсках СС. Ранее он был офицером польской армии. После ее разгрома он с помощью влиятельных родственников в Германии сумел стать офицером специального грузинского батальона, входившего в войска СС.

Несмотря на заявление министра обороны США о том, что эсэсовское прошлое отца никоим образом не касается службы сына в американской армии, этот скандал стал одной из причин скорой отставки Дж. Шаликашвили с занимаемого им поста.

Разжигание противоречий между различными социальными, конфессиональными, этническими группами населения и войск противника

Цель психологических операций данного направления - углубить существующие противоречия между определенными группами людей до критического уровня и посредством этого значительно понизить боеспособность войск противника, а также способность населения к сопротивлению.

Достижение данной цели осуществляется через акцентирование существующих различий между различными социальными группами, наиболее значимыми среди которых являются социально-классовые и национально-религиозные.

Например, во время Фолклендского конфликта англичане в своей пропаганде на аргентинскую армию обращались преимущественно к рядовому составу. Его внимание они привлекали к фактам коррупции и казнокрадства среди генералов и офицеров. Такая пропаганда вызывала у простых солдат чувство ущемленности, недовольство привилегированным положением офицерского корпуса, его высокомерным отношением к подчиненным. Это, в свою очередь, снижало их готовность упорно сражаться под началом своих командиров.

Особый эффект дает разжигание национально-религиозных противоречий. Этнические, религиозные и другие меньшинства, по мнению специалистов, представляют собой первоочередной объект воздействия с целью раскола в стране противника. Обращение к массовому сознанию таких групп населения, особенно если они подвергаются притеснениям со стороны правительства, очень продуктивно.

Хорошие результаты дала советская пропаганда на украинцев и беларусов накануне вторжения СССР в Польшу в 1939 г., американская - на курдов накануне войны в Персидском заливе. США удалось тогда спровоцировать антиправительственные выступления в иракском Курдистане, что вынудило Багдад направить туда дополнительные войска.

Именно национально-религиозные противоречия послужили основой для затяжного конфликта в Югославии. Католики-хорваты, православные-сербы и сербы-мусульмане более трех лет (апрель 1992-ноябрь 1995) сражались между собой в Боснии. Примечателен тот факт, что накануне и во время Второй мировой войны Германия широко использовала военную помощь хорватов в Югославии, арабов-мусульман в Северной Африке, западных украинцев, прибалтов, крымских татар. чеченцев и представителей некоторых других национальностей в СССР.

Рис.3. Каждый раз - одно и то же. 1816 г. Наполеон на острове. Св. Елены.

(Немецкая листовка конца 1939 г., выпущенная для разжигания антибританских настроений среди их союзников - французских солдат. Смысл листовки очень прост: она напоминает о прошлых обидах. Англичане и великого француза Наполеона подло умертвили, и в Первую мировую войну якобы прятались за спинами французов).

Рис.4. Каждый раз - одно и то же. 1939 г. На линии Зигфрида: "Вперед, друг!"

Формирование в народе и среди военнослужащих противника положительного отношения к противоположной стороне

Основная цель этого направления психологических операций, которое особо активизируется в угрожающий период, - сформировать в возможно более широких кругах противника установку на положительное восприятие своего государства, своей политики, своих вооруженных сил и т.д. Сделать это чаще всего очень трудно.

Так, этнически однородное, милитаризованное, настроенное крайне отрицательно по отношению к СССР финское общество представляло в 1939-40 гг. явно неудачный объект для прямолинейной советской пропаганды. Когда финны читали агитационно-пропагандистские материалы о дружбе народов СССР и Финляндии, они не вызывали у них ничего, кроме недоумения и смеха.

Противоположный результат давала советская пропаганда на национальные меньшинства в Польше перед войной 1939 г. Украинцы, беларусы, литовцы, евреи, подвергавшиеся национальной дискриминации в этой стране, были предрасположены к положительному восприятию ее содержания. Позже они встречали советские войска с цветами в руках и выдавали им прятавшихся польских военнослужащих, жандармов, полицейских.

Рис. 5.

Немало попыток обеспечить себе поддержку сельского населения на оккупированных территориях СССР делали в 1941-44 гг. немцы. Вот характерная выдержка из обращения к беларусским крестьянам:

"Большая часть из Вас правильно поняла и оценила освобождение немецким вермахтом Вашей страны от большевизма и Ваше собственное освобождение от рабства колхозов. Часть из Вас пытается доказать свою благодарность по отношению к освободителям хорошей обработкой земли и своевременными поставками по своим обязательствам.

К сожалению, среди Вас есть еще целый ряд крестьян, которые больше слушают наущения бандитов и верят в то, что смогут избежать трудовой повинности, не выполняя ежедневно своих обязательств по поставке.

Немецкая администрация терпеливо ждала один год, учитывала трудности молотьбы и т.д. в надежде, что эти не выполняющие своего долга крестьяне образумятся." (См. рис. 5 - немецкий плакат 1942 г.).

Дезинформация противника о характере предстоящих боевых действий

Основная цель осуществления психологических операций данного направлении - введение противника в заблуждение, создание предпосылок для неожиданного удара по нему.

Хорошим примером успешной деятельности по введению вероятного противника в заблуждение были действия Германии и СССР накануне Второй мировой войны. Гитлеру удалось обмануть как западных руководителей, так и Сталина. В то же время Сталин удачно скрыл планы своих действий против Польши и Финляндии в 1939 г.

Классической по современным меркам стала кампания стратегического дезинформирования, осуществленная США на этапе подготовки к началу войны против Ирака. В таких масштабах стратегическое дезинформирование было применено впервые после 1945 года. Оно проводилось совместно специальными службами военных ведомств США и союзных стран с целью введения в заблуждение не только народа и вооруженных сил Ирака, но и мировой общественности. При этом особая роль отводилась средствам массовой информации, чья работа строилась на основе специальных инструкций Пентагона для корреспондентского корпуса. Реализация последних фактически превратила конфликт в Персидском заливе, по выражению французской прокоммунистической газеты "Юманите", "в самый закрытый в нынешнем столетии". Именно успех данной кампании позволил многонациональным силам достичь максимальной внезапности в начале боевых действий.

2. Специфика психологических операций в ходе боевых действий.

Психологические операции в ходе боевых действий преследуют следующие главные цели:

* подрыв морально-психологического состояния личного состава вооруженных сил противника;

* ослабление наступательного порыва;

* ослабление их способности к упорной обороне;

* деморализация отходящих частей противника, склонение личного состава окруженных (отсеченных) подразделений к сдаче в плен.

Основными содержательными компонентами этих операций являются:

1. Формирование у военнослужащих противника крайне негативной установки по отношению к войне.

2. Дискредитация политического руководства и военного командования противника.

3. Разжигание противоречий между различными социальными, этническими и другими группами личного состава вооруженных сил противника, а также между ним и его союзниками.

4. Подрыв боевого духа противника в ходе оборонительных и наступательных операций.

5. Побуждение противника к дезертирству и сдаче в плен.

Формирование у противника негативной установки по отношению к войне

Как свидетельствует опыт психологической войны, попытки подрыва боевого духа, морально-политического состояния военнослужащих противника обречены на провал в двух случаях:

* при неблагоприятном для нас ходе боевых действий;

* при высокой степени психологической и идеологической готовности к войне страны-противника.

Данными причинами причинами объясняется крайне низкая эффективность пропаганды Красной Армии на польские войска в 1918-21 гг., на финские в ходе "зимней войны" 1939-40 гг., на немецкие в первые два года Великой Отечественной войны. Во всех этих случаях информационное воздействие сталкивалось и с неприятием враждебной пропаганды, и с сильными националистическими настроениями.

Если же уровень морально-политического состояния противника недостаточно высок, а боевые действия складываются неудачно для него, то психологическое воздействие имеет все шансы оказаться результативным. Так было, например, в период англо-аргентинского конфликта за Фолклендские острова. Военнослужащие Аргентины имели низкий боевой дух, их подразделения в целом значительно уступали английским войскам по качеству вооружения, боевой подготовке, техническому оснащению.

Психологические операции английских войск сводились к демонстрации их превосходства и уверенности в победе; доказательству бессмысленности дальнейшего сопротивления аргентинских войск; пропаганде правомерности капитуляции и сдачи в плен. Для подрыва морального духа аргентинцев производились многочисленные "беспокоящие" вылазки коммандос и морских пехотинцев. Удачно в пропагандистском плане был использован факт потопления аргентинского крейсера "Генерал Бельграно", вместе с которым погибла большая часть экипажа.

Эффективной была и психологическая операция США во время вторжения на остров Гренада (1983 г.), поскольку морально-психологическое состояние ее военнослужащих являлось низким, значительная часть населения поддерживала США, а сторонники свергнутого в 1979 г. президента Э. Гейри даже участвовали в обысках домов, в арестах и допросах пленных и местных жителей.

Выделяют следующие основные направления содержания информационно-пропагандистских материалов рассматриваемого направления:

* разъяснение бесперспективности войны, ее катастрофических последствий для страны и для каждого отдельного человека;

* убеждение в безнадежности положения и бессмысленности дальнейшего сопротивления войск противника.

Характерный пример - некоторые листовки, применявшиеся воюющими странами в ходе Второй мировой войны. Основной задачей использованных в них агитационных материалов был показ безнадежности положения и бессмысленности дальнейшего сопротивления. Первый пример - немецкая листовка апреля 1940 г. с изображением Жанны Д'Арк, оплакивающей Францию (рис. 6). Второй - немецкая листовка мая 1940 г. (рис. 7) для французских и английских солдат, окруженных в районе Дюнкерка.

Нередко применялось и применяется оформление листовок в виде денежных знаков. Это делают, во-первых, для привлечения внимания объекта воздействия, более внимательного восприятия текста пропагандистского материала. Характерный пример - американская листовка-пропуск, рассчитанная на иракских солдат, лицевая сторона которой представляла собой точное воспроизведение иракской банкноты достоинством в 25 динаров.

Во-вторых, деньги в качестве носителя пропаганды используют для показа того, что ценные бумаги противника по сути никакой ценности не представляют. А это, в свою очередь, доказывает неспособность противника выиграть войну и дискредитирует его руководство. Так, японцы во время Второй мировой войны выпускали на захваченных ими Филиппинах свои банковские билеты достоинством 10 песо. Американцы напечатали листовки в виде таких купюр, но на одной стороне поместили ироническую фразу "Сфера взаимного процветания - чего она стоит?", а потом сбросили на территорию противника (рис. 8). В Бирме американцы сбрасывали с самолетов листовки в виде японских оккупационных банкнот достоинством 5 рупий, на обратной стороне которых напечатали текст, высмеивающий оккупантов (рис. 9).

Рис. 6. Жанна Д'Арк, оплакивающая героев, погибших за Францию.

Рис. 7. Призыв к англо-французской группировке прекратить сопротивление. (Немецкие листовки 1940 г.)

Рис. 8. "Сфера взаимного процветания - чего она стоит?"

Рис. 9. Листовка в виде японской окуппационной купюры для Бирмы, на обратной стороне которой был отпечатан текст, высмеивающий захватчиков.

Рис. 10.

Следует отметить, что один и тот же агитационно-пропагандистский материал может служить сразу нескольким целям. Например, американская листовка с рисунком известной художницы Кете Кольвиц (1867-1945) с надписью "Погиб! И напрасно!" (рис. 10) распространялась среди немецких солдат на фронте для того, чтобы:

* а) формировать у них негативное отношение к войне;

* б) дискредитировать военно-политическое руководство Германии;

* в) создавать представление о крайне тяжелом положении гражданского населения в тылу.

Дискредитация политического руководства и военного командования противника

Следует учитывать то, что попытки дискредитации тех или иных руководителей (командиров) лишь тогда будут эффективными, когда их популярность и авторитет снизились. В противном случае реакция объекта пропаганды скорее всего окажется полностью противоположной ожидавшейся.

Так, большой вред советской пропаганде во время "зимней войны" (30 ноября 1939 - 13 марта 1940 гг.) принесли листовки, содержавшие прямые оскорбления авторитетных руководителей Финляндии. Премьера-министра Каяндера, например, в них называли "орущим петухом", "извивающейся змеей", "маленьким, жадным хищником, у которого нет зубов". Маршала Карла Густава Маннергейма (1867-1951) клеймили как "кровавого палача финского народа" и "старую сволочь". Авторитет же Маннергейма был настолько велик (притом вполне заслуженно), что финские солдаты воспринимали эти оскорбления словно личные. После чтения подобных листовок они сражались с еще большим ожесточением.

Впрочем, действия финской стороны тоже были топорными. Например, финны считали, что может сработать тезис "подкупа военнослужащих". Между тем для тогдашних красноармейцев такие призывы, как "продайте ваш самолет (танк, пушку) за десять тысяч долларов и уезжайте в какую угодно страну", звучали просто дико.

В корне ошибочную аргументацию использовали китайцы в конце 30-х гг., когда давали отпор японской агрессии. Их призывы "Долой императора!", "К ногтю милитаристов!", "Поднимайте знамя революции в Японии!" лишь вызывали гнев и возмущение японских солдат.

Во время Великой Отечественной войны советская специальная пропаганда повторила те же ошибки, что и в войне с Финляндией.

Недопустимыми, как выяснилось, в ее содержании были грубые оскорбительные выпады в адрес высших руководителей Германии. Главным объектом таких оскорблений являлся Гитлер, пользовавшийся в 1941-42 гг. непререкаемым авторитетом у немецких солдат. В агитационных материалах его называли "чудовищем", "гориллой Адольфом", "прохвостом", "истеричкой", "евнухом", "жалким импотентом", "наглым пустозвоном" и т.д.

Впрочем, немецкие пропагандисты в этом отношении недалеко ушли от них. Им очень нравилось изображать Сталина в образе рабовладельца, бандита-поджигателя и даже дьявола (рис. 11). Конечно, Сталин был одним из величайших негодяев в истории человечества. Может быть, самым большим.

Однако множество оболваненных советских людей в то время буквально на него молились. Поэтому сравнения такого рода вряд ли могли принести пользу.

Примером удачной дискредитации высшего руководства можно назвать французскую листовку в виде почтовой открытки, в которой прямые нападки (не говоря уже об оскорблениях) в адрес Гитлера отсутствовали (рис. 12).

Высокой степени совершенства, как явствует из зарубежных источников, достигло распространение органами советской специальной пропаганды компрометирующих слухов с целью подрыва авторитета полевых командиров противника в Афганистане.

Рис.11. "Без маски: Сталин - дьявол!" (Немецкий плакат 1943 г.)

Рис.12. "Три года! Пять лет! Восемь лет! Пожалуйста, господин фюрер, долго ли еще продлится Ваш блицкриг?"

По свидетельству английского журнала "Foreign view", была разработана сложная технология воздействия, состоявшая в составлении и распространении единого по своей направленности блока слухов. В него входила информация как явно порочащая объект дискредитации, так и якобы "прославляющая", "защищающая" и "соболезнующая". Что она из себя представляла в действии, можно видеть на примере психологической операции по дискредитации полевого командира Мирзо Рахима, которая включала в себя распространение:

1) "Порочащих" слухов. Конкретными фактами доказывалось, что Мирзо Рахим никудышный командир, и потому в его отряде большие людские потери. Это обвинение соответствовало действительности.

2) "Прославляющих" слухов. Утверждалось, что он "умело" вывел отряд из окружения, потеряв всего-навсего 70 (!) человек. Оставшиеся в живых 20 членов отряда должны благодарить Аллаха за то, что у них такой умелый командир.

3) "Защищающих" слухов. Сообщалось, что высшее руководство моджахедов собирается привлечь Мирзо Рахима к ответу за плохое руководство отрядом, в результате чего понесены большие потери. При этом утверждалось, что он все же уважаемый мусульманами человек, просто сильно испугался советских войск.

4) "Соболезнующих" слухов. Сообщалось, что отряд Мирзо Рахима, понесший большие потери (70 человек), вынужден хоронить своих воинов с нарушением законов ислама. Мирзо Рахим вынужден так поступать потому, что он боится кровной мести от родственников погибших, обвиняющих его в смерти близких.

В итоге давалось своего рода резюме: главарь испытал такие перегрузки, что психически заболел и никого не узнает. Информация передавалась по разным каналам, в каждом случае указывались имена погибших людей из отряда Мирзо Рахима. Результатом этой психологической операции стало убийство Мирзо Рахима через несколько месяцев родственниками его бывших подчиненных.

Разжигание социальных, этнических и других противоречий

Обычно выделяют две группы подобных противоречий: социально-классовые и национально-религиозные.

Разжигание социально-классовых противоречий. Оно обычно осуществляется органами психологической войны с целью углубления и доведения до "точки кипения" имеющихся естественных различий между различными социальными группами враждебного государства. При этом используется недовольство людей военно-политическим руководством страны, их неудовлетворенность своим положением в обществе, а также специально организуемые гонения, притеснения, провокации. В результате формируется своеобразная "пятая колонна", известная во все времена категория лиц, враждебно настроенных к политике своего государства и потенциально готовых помогать противнику.

Можно в связи с этим привести несколько исторических примеров из опыта мировых войн и локальных конфликтов.

Большевики в России в 1919 г. довольно эффективно вели "классовую пропаганду" против казаков на Южном фронте. Предназначавшиеся им листовки они писали простым разговорным языком, обращались не иначе как "братья-казаки". Но поверивших советской власти, как выяснилось вскоре, ожидала незавидная участь. В конце 1920 года 22 тысячи перешедших на сторону Красной армии белогвардейцев в Новороссийске, более 100 тысяч военнопленных и сочувствовавших им жителей Крыма после поражения армий Деникина и Врангеля расстреляли.

А вот "классовая пропаганда", обращенная к "немецким пролетариям" с призывом свергнуть "фашистскую власть" и присоединиться к "братству рабочих и крестьян" оказалась просто смешной и нелепой в условиях отступления Красной Армии в 1941 г. Содержащиеся в советских листовках того времени лозунги типа "Стой! Здесь страна рабочих и крестьян" вызывали у военнослужащих вермахта презрение и насмешку. Под влиянием фашистской пропаганды большинство их считало славян и представителей других национальностей СССР низшей расой, "недочеловеками".

Примером попытки внести раскол между союзными странами (на тот момент - между Германией и СССР) является французская листовка, выпущенная сразу после подписания "Пакта о ненападении между СССР и Германией" (август 1939 г.) и озаглавленная "Кто позовет Советы, тот получит Коминтерн" (рис. 13). В ней использовался страх немцев перед "агентами коминтерна", типа известного Георгия Димитрова, обвиненного нацистами в "поджоге рейхстага" и другой подрывной деятельности.

Немецкая листовка весны 1940 г. "Герой после." (рис. 14) была прямо рассчитана на провоцирование ненависти бедных, проливающих свою кровь на фронте и становящихся калеками, к богачам, остающимся в тылу и ведущим красивую жизнь.

В годы Второй мировой войны фашистская Германия особенно широко проводила психологические операции для разжигания противоречий. Для них немцы использовали различные каналы воздействия, начиная от подрывных "черных" радиостанций и кончая распространением слухов.

Рис. 13. "Кто позовет Советы, тот получит Коминтерн!" (Французская листовка 1939 г., изображающая Троянского коня, из чрева которого выпрыгивают агенты международного коммунизма).

Рис. 14. "Герой после..." (Немецкая листовка 1940 г.).

Так, через несколько дней после массированного вторжения во Францию, 17 мая 1940 г., Геббельс издал специальную директиву, в которой приказал:

"Секретным передатчикам надлежит заняться формированием панических настроений во Франции. Для этой цели они должны маскироваться под французское сопротивление и в тоне величайшего возмущения и замешательства протестовать против упущений французского правительства.

В частности, они должны распространять слухи о намерении французского правительства бежать из Парижа и обвинять во лжи Рейно (премьер-министра Франции), который опровергает эти слухи. Далее, они должны настоятельно предупреждать об опасности действий "пятой колонны", в которую, несомненно, входят и все немецкие эмигранты (хотя это были, как правило, антифашисты). Они должны также доказывать, что и бежавшие из Германии евреи в данной ситуации являются агентами Германии.

Кроме того, они должны распространять слухи о том, что немцы имеют обыкновение конфисковывать деньги в банках занятых городов, так что подлинные французские патриоты уже теперь должны в тех областях, которым грозит оккупация, снять свои деньги с банковских счетов. Наконец, они должны разжигать дальше противоречие, которое проявляется в том, что Англия якобы защищает лишь побережье Ла Манша, а Франция - все свои границы".

На инструктаже 19 мая 1940 г. Геббельс потребовал передать через эти радиостанции сообщение на Францию, что в Париже якобы раскрыт план нападения немецких агентов на Бурбонский дворец (резиденцию президента).

Подобную "информацию" о действиях "пятой колонны", запускавшуюся и по другим каналам, обычно подхватывала и подавала в сенсационном оформлении сама французская пресса.

Во время войны в Афганистане, как свидетельствуют зарубежные источники, органы советской специальной пропаганды достаточно широко вели работу с целью усиления противоречий между формированиями вооруженной оппозиции. В частности, они распространяли листовки с целью породить (или углубить) проти воречия между отрядами, находящимися на территории Афганистана в тяжелых военных и социально-экономических условиях, с одной стороны, их политическими лидерами в Пакистане, - с другой.

Текст одной из таких листовок уже цитировался в первой главе. Ее размножили небольшим тиражом (на пишущей машинке) и распространяли на территории, контролировавшейся отрядами вооруженной оппозиции, нелегальным путем. Распространению листовки предшествовал "запуск" слухов о том, что в соседней провинции существует хорошо вооруженный отряд, занимающий особое (промежуточное) положение между мятежниками и правительством, имеющий идеологические установки, отличающиеся как от первых, так и от вторых.

Дескать, его командиры предлагают некий "третий путь".

Корреспонденты иностранных информационных агентств сообщали впоследствии, что в некоторых отрядах моджахедов (например, в отряде Ровшан Табиба) под влиянием этой листовки начались открытые выступления против неудачного руководства и плохого материального положения рядовых бойцов.

Разжигание национально-религиозных противоречий. Объектами углубления и обострения национально-религиозных противоречий обычно являются национальные и религиозные меньшинства, проживающие на территории враждебного государства и их представители, служащие в его вооруженных силах.

Большой опыт такого психологического воздействия был получен органами психологической войны накануне и в ходе Второй мировой войны. Так, в 1939 г. в Польше проживало значительное количество беларусов, украинцев, литовцев, евреев и других национальных меньшинств (39 % от общей численности населения страны). В отношении их власти проводили политику насильственной полонизации, дискриминации в экономическом, культурном и религиозном плане. Поэтому они в своем большинстве оказались предрасположены к восприятию советской пропаганды, делавшей упор на необходимость обеспечения социальной справедливости для всех граждан, независимо от национальности и вероисповедания.

В ходе советского вторжения в Польшу (известного как "освобождение Западной Белоруссии и Западной Украины") в 1939 г. главной задачей органов спецпропаганды стало разложение польской армии по национальному признаку. Благодаря правильному выбору объекта психологического воздействия, жители Польши из числа национальных меньшинств встречали советские войска цветами, а солдаты польской армии украинской и белорусской национальности переходили на сторону Красной Армии. После бегства польского правительства в Румынию, польская армия оказалась полностью деморализованной. Практически она перестала оказывать сопротивление Красной Армии.

Психологически воздействуя на национальные формирования в составе войск противника, необходимо правильно выбирать объект воздействия.

В 1939 г. во время советско-японского конфликта в районе реки Халхин-Гол этого сделано не было. Органы советской специальной пропаганды ориентировались в основном на японских солдат, отличавшихся высоким боевым духом и крепкой дисциплиной. В то же время национальные формирования маньчжур и баргутов, обладавших намного более низкими боевыми и морально-политическими качествами, остались без достаточного внимания.

Между тем, они участвовали в боях лишь под угрозой расправы с их семьями, а в тылу расположения их национальных формирований находились японские карательные отряды. Этот факт оказался вне поле зрения органов спецпропаганды. В итоге общая эффективность воздействия этих органов на японскую армию в данном конфликте оказалась крайне низкой.

Во время Великой Отечественной войны данный опыт был учтен, воздействию на национальные формирования противника уделялось должное внимание. Влияние советской пропаганды в целом зависело от "человеческого фактора". Чем выше был уровень боевого духа и групповой сплоченности военнослужащих противника, тем меньше они воспринимали психологическое воздействие с советской стороны. В этом плане наиболее трудными объектами воздействия среди союзников фашистской Германии являлись финны и венгры.

Что касается румынских, итальянских, словацких, испанских солдат и офицеров, то с ними работать было намного легче. Причем самым слабым звеном в группировке противника были румыны, пропаганда на них давала наиболее ощутимые результаты.

Кстати, во время гражданской войны большевики весьма эффективно оказывали психологическое воздействие на национальных формирования в составе белых войск. Например, в 1918 году "организатор политического разложения терского казачества" Г.К. Орджоникидзе, пообещав выселить казаков с их земель, тем самым вдохновил ингушей напасть на казачьи станицы в тылу казачьих войск. Это предопределило поражение казаков в данном районе. В 1919 году обещанием национальной автономии большевикам удалось склонить к измене белогвардейцам башкирскую бригаду, а затем киргизов.

В период боевых действий в Афганистане, как свидетельствует зарубежная печать, советским органам специальной пропаганды нередко удавалось провоцировать межплеменные конфликты, ослабляя тем самым силы вооруженной оппозиции. Следует отметить, что и в настоящее время, когда советские войска давно уже выведены из этой страны (в феврале 1989 г.), противоречия между афганскими племенами не только не ослабли, а, наоборот, значительно усилились. Там идет жестокая война на межнациональной, межплеменной и межрелигиозной основе, конца которой не видно.

В ходе арабо-израильской войны 1973 г. органы психологической войны Израиля использовали факт гибели сирийского подполковника Р. Халава для разжигания в Сирии межрелигиозной розни и травли общины друзов, выходцами из которой являются многие сирийские офицеры.

Мероприятия по снижению боевого духа противника в ходе оборонительных и наступательных операций

Во время ведения оборонительных действий органы психологической войны осуществляют мероприятия с целью снижения наступательного духа противника, обеспечения благоприятных условий для своих контратак, морального разложения вклинившихся и окруженных группировок противника, его тактических воздушных десантов.

В ходе наступательных действий основными формами психологического воздействия на противника выступают "беспокоящие действия" и устрашение.

"Беспокоящие действия". Под ними обычно понимают меры, направленные в первую очередь на снижение боевого духа противника и в целом его способности сражаться. Для этого можно применять незнакомые противнику новейшие образцы оружия и боеприпасов, полеты реактивных самолетов на бреющей высоте над его войсками и населенными пунктами, рейды у него в тылу подразделений спецназначения и многое другое. "Беспокоящие действия" осуществляют главным образом для создания паники среди населения и в войсках. Так, в ходе психологической операции вооруженных сил Израиля в Ливане "Дин взехешбон" (1993 г.) были убиты всего лишь 200 человек, тогда как 300 тысяч ливанцев в панике покинули свои дома.

Новые типы вооружения широко использовали американцы во Вьетнаме.

Причем основное внимание они уделяли средствам, способным вызвать тяжелые телесные повреждения, сильные болевые ощущения, глубокие психические расстройства, шок. Среди таких средств были автоматическая винтовка А-15, поражавшая стреловидными элементами длиной 2,5 см; кассетные осколочные бомбы; отравляющие вещества; напалм; биологическое оружие.

Использование подобных средств преследовало цель не столько физически уничтожить людей, сколько вызвать у них боязнь оказаться жертвой такого оружия. Аналогичные цели преследовали бомбардировки Северного Вьетнама (на него сбросили около 8 млн. тонн бомб, ракет, контейнеров с напалмом). Их проводили для внушения страха перед военной мощью США. Теперь уже известно, что ядерные взрывы в Хиросиме и Нагасаки в 1945 г. тоже имели пропагандистский характер, так как не были обусловлены военной необходимостью.

Советские войска осуществляли в Афганистане ковровые бомбардировки, использовали мощные средства массового поражения (вакуумные бомбы, реактивные системы залпового огня "Ураган", мины-ловушки и т.д.).

Вот характерный пример "беспокоящих действий" американских войск против окруженных панамских гарнизонов (декабрь 1989 г.). Последним в ультимативном форме предлагали вывесить белые флаги и сдать оружие. В случае невыполнения ультиматума американское командование использовало прием, названный "ограниченным применением боевой силы". По вызову командира подразделения, осуществлявшего блокаду гарнизона, прибывал вертолет огневой поддержки, который, атакуя с бреющего полета, демонстрировал серьезность намерений американцев. Затем по радио звучал призыв сдать оружие, повторявшийся неоднократно и назначалось новое время.

Если и в этот раз гарнизон продолжал оказывать сопротивление - прямой наводкой из 152-мм пушек открывали огонь танки "Шеридан", что оказывало сильное психологическое воздействие на панамских солдат.

Еще один способ осуществления "беспокоящих действий" заключался в трансляции через звуковещательные станции рок-музыки на большой громкости.

Панамского диктатора - генерала Норьегу - удалось "выкурить" из резиденции папского нунция в Панаме именно путем максимально громкого круглосуточного вещания рок-музыки, сделавшего пребывание всех в резиденции невыносимым.

Устрашение. Под ним обычно понимают мероприятия с целью оказания максимального эмоционального давления на противника, возбуждения у него чувства страха, панических настроений, пробуждения инстинкта самосохранения и, как результат, прекращения сопротивления.

К устрашению врага прибегали еще древние полководцы. Например, монгольский предводитель Чингиз-хан, карфагенский полководец Ганнибал. Причем, как первый, так и второй до сражения преднамеренно распускали слухи о "новом секретном оружии" - боевых слонах, других животных, "огненных змеях", ядовитом дыме и т.д. Все это использовалось главным образом для подрыва морального духа противника, его способности отважно сражаться. К устрашению врага огромными потерями с большим успехом прибегали русские полководцы в Кавказских войнах.

Вопрос об использовании средств и приемов устрашения против войск и населения противника западные специалисты психологической войны решают по-разному. Одни считают использование угроз совершенно недопустимым.

Другие допускают их применение, но с большой осторожностью. По мнению последних, устрашение действенно только в том случае, если оно становится последним толчком для солдата, уже подготовленного к сдаче в плен предыдущим пропагандистским воздействием, и если угроза подкреплена боевым воздействием (мощным артиллерийским налетом, бомбардировкой с воздуха и т.п.).

Применение устрашения, как считают англо-американские военные психологи, наиболее эффективно для воздействия на окруженные и отрезанные подразделения. В этом случае оно сочетается с естественным чувством страха, которое, по их мнению, неизбежно возникает в окруженных частях (вследствие обоснованной неуверенности в своем ближайшем будущем). Анализируя исследования психологов, показавшие, что неизвестность страшит человека больше, чем вполне конкретная опасность, они сделали вывод, что поначалу следует воздерживаться от устрашения окруженных частей. И только после того, как страх перед неизвестностью сделает окруженных восприимчивыми к пропаганде, имеет смысл прибегнуть к угрозам, чтобы окончательно сломить их волю к дальнейшему сопротивлению.

Значительно эффективнее устрашение действует на гражданское население, особенно в прифронтовой полосе. Так, 3 июля 1943 г. (т.е. за шесть дней до высадки войск союзников в Италии) на Рим были сброшены листовки с предупреждением о том, что город подвергнется бомбардировке.

Особого смятения, вопреки ожиданиям союзников, это предупреждение не вызвало, как не вызвало его и повторное предупреждение в листовках, сброшенных 8 июля. Однако сравнительно легкая бомбардировка Рима на следующий день привела к совершенно неожиданному результату. Паника, охватившая город, приняла такие размеры, что возникла вполне реальная возможность свержения правительства "дуче" (диктатора) Муссолини.

Антифашистские силы воспользовались сложившейся обстановкой и всего через пять дней, лишенное возможности подавить нараставшее подобно лавине движение, правительство Муссолини пало.

Выделяют следующие способы устрашения:

1. Устрашение новыми видами оружия и оружием массового поражения.

2. Устрашение нарастающими потерями войск противника в наступлении.

3. Устрашение противника безнадежностью его положения в обороне.

4. Устрашение неотвратимым возмездием.

5. Иррациональное устрашение.

Иррациональное устрашение, использующее глубоко укоренившийся в психике обычного человека страх перед сверхъестественным, и воздействующее прежде всего на его подсознание, широко применяли американцы во Вьетнаме.

Оно сочеталось с действиями сил специального назначения.

Иррациональное устрашение янки производили на "научной" основе. В качестве теоретического обоснования, как повествовал журнал "Army", был взят доклад "Колдовство, чародейство, магия и другие психологические феномены и их значение для военных и паравоенных операций в Конго", представленный на одной из конференций в Пентагоне. Например в листовках, составленных в соответствии с требованиями доклада, подчеркивалось, что убитые вьетнамцы не будут похоронены на земле предков ровно через 49 дней (срок поминовения умерших во Вьетнаме). На населенные пункты, где проживали родственники погибших бойцов Вьетконга (ФНОЮВ), сбрасывали листовки с "небесными угрозами". Начало боевых операций как правило планировалось на те дни, которые по вьетнамским народным повериям являлись неблагоприятными.

В устном вещании на местное население американцы использовали вопли ужаса, отчаянный женский и детский плач, буддийскую погребальную музыку, крики диких зверей. Для психологического истощения бойцов Фронта национального освобождения Южного Вьетнама нередко устраивалось громкое звуковещание на определенный район в течение всей ночи. Его программы готовили в виде обращений к своим близким "блуждающих душ" непогребенных партизан. Практиковалось также сбрасывание по периметру деревни магнитофонов с часовыми реле, которые включали и выключали их в течение всей ночи. Число перебежчиков с началом применения подобных методов, отмечает журнал, возрастало в три раза.

Побуждение противника к сдаче в плен

Побуждение противника к сдаче в плен, пропаганда плена - одно из самых перспективных и эффективных направлений психологической войны.

Однако, как считают специалисты, очень важно при этом выбирать правильные формы и средства воздействия:

* не приукрашивать и не идеализировать пребывание в плену;

* сообщать конкретные факты, призванные рассеивать страх перед неизвестностью плена и его трудностями;

* подводить военнослужащих к мысли о целесообразности сдачи в плен во имя конечной цели - вернуться домой живым.

Результативность этого направления психологических операций можно проиллюстрировать на примере войны во Вьетнаме. За период боевых действий примерно 250 тысяч вьетнамцев добровольно перешли на сторону противника. По подсчетам зарубежных специалистов, расходы американской армии на то, чтобы убить одного бойца Вьетконга составили в среднем 400 тысяч долларов (!), в то время как убеждение сдаться обходилось всего-навсего в 125 долларов на человека.

Какой бывает пропаганда плена, показывают агитационно-пропагандистские материалы, распространявшиеся с этой целью.

Так, в советской газете "Front Illustrierte" (№ 5, осень 1941 г.), рассчитанной на немецких военнослужащих, пребывание в плену безбожно приукрасили. Фотография изображала немецкого офицера и советского комиссара в дружеской беседе за кружкой пива. Понятно, что поверить в вероятность подобных взаимоотношений между врагами могли только безнадежные идиоты.

Немецкая пропаганда во время Второй мировой войны распространяла целую серию листовок, объединенных общим сюжетом под заглавием "Военнопленным хорошо в Германии". Листовки предназначались французским и английским солдатам. Однако в действительности отношение к военнопленным указанных стран не было одинаковым. Если французы еще могли надеяться на соблюдение по отношению к ним Женевских конвенций, то с английскими пленными, правительство которых эти конвенции не подписало, гитлеровцы обращались достаточно сурово.

Листовки с призывами к сдаче в плен очень распространены и важны.

Они завершают собой работу по деморализации противника, проводившуюся в предыдущее время с помощью различных пропагандистских средств, а также ударов своих войск.

Использование же листовок с подобными призывами против имеющего военный успех или не подготовленного соответствующим образом противника не приносит результатов. Примерим таких ошибочных действии может служить пропаганда японцев в юго-западной части Тихоокеанского ТВД в годы Второй мировой войны. Японцы начали сбрасывать такие листовки тогда, когда положение американцев стало явно улучшаться и когда уже было ясно, что вряд ли американские солдаты будут думать о сдаче в плен как средстве личного спасения.

В практике психологической войны широко использовались и используются листовки-пропуска, гарантирующие жизнь сдавшимся в плен военнослужащим. Обычно такие листовки оформляют как официальный документ, что увеличивает их субъективную ценность и побуждает к сохранению.

Рис.15.

ДЛЯ ПРЕКРАЩЕНИЯ СОПРОТИВЛЕНИЯ ПОСТУПАЙ СЛЕДУЮЩИМ СПОСОБОМ

* Отсоедини магазин от своего оружия.

* Повесь оружие на левое плечо стволом вниз.

* Подними руки над головой и медленно приближайся.

* Подними кусок белой ткани, платок или эту листовку, чтобы показать, что ты хочешь спастись.

* Все войска, входящие в состав многонациональных сил, знают эти условные знаки, которые являются свидетельством твоего мирного намерения.

Рис. 16.

На рис. 15 изображена листовка-пропуск времен Второй мировой войны, использовавшаяся советскими войсками. На рис. 16 приведена листовка-пропуск, подготовленная органами психологической войны США во время операции "Буря в пустыне".

Содержащиеся в ее тексте "рекомендации по сдаче в плен" не являлись лишними. Необходимость подобных рекомендаций возникла после ряда "недоразумений", закончившихся гибелью иракских солдат, пытавшихся сдаться в плен американцам.

Особое внимание необходимо обращать на стиль листовки, призывающей к сдаче в плен. Например, во время войны во Вьетнаме слабой стороной многих вьетнамских листовок был "приказной тон". Их стилистические и языковые особенности не учитывали того факта, что листовки предназначались иностранцам. Листовки адекватно передавали суть того, что хотели сказать авторы, но для иностранного читателя звучали по меньшей мере обидно. И дело не в том, что листовки были написаны на плохом английском языке (хотя это тоже имело место): в них чувствовалась враждебность.

Например, в листовках систематически подчеркивалось, что обращение с пленными будет "снисходительным и гуманным". Именно эти слова снижали эффективность обращений, ибо из них следовало, что вьетнамская сторона считает американцев преступниками, которые заслуживают наказания, но к которым противник обещает проявить снисхождение. Вряд ли подобное обещание могло подвигнуть солдата на сдачу в плен, ведь по сути оно означало, что пленный не имеет права на достойное обращение с ним.

Другой слабой стороной вьетнамских листовок являлся чрезмерный акцент на политической аргументации, на повторении в них антивоенных заявлений некоторых американских политических деятелей, а также общеполитических призывов.

Американский солдат был прежде всего заинтересован в том, чтобы сохранить свою жизнь. Ему же толковали в первую очередь о политике. Чтобы покончить с войной, утверждали листовки, США должны вступить в прямые переговоры с Фронтом национального освобождения Южного Вьетнама. Но реально ни один солдат не мог чем-либо посодействовать этому. Наконец, слабой стороной вьетнамских листовок были элементы самовосхваления, уместные, может быть, во внутренней пропаганде, но совершенно неэффективные в обращениях к американцам.

Обращение к солдатам противника должно быть уважительным, учитывать национально-психологические особенности их восприятия. Так, в американских листовках-пропусках, предназначенных для иракских военнослужащих, эти требования всегда соблюдались. А сами листовки назывались не "пропусками", а "пригласительными билетами". Вот типичный текст:

ПРИГЛАСИТЕЛЬНЫЙ БИЛЕТ

Благодаря радушию Командования объединенных сил на ТВД, ты приглашен присоединиться к объединенным силам и тебе полностью гарантируются арабское гостеприимство, безопасность и благополучие, медицинское обслуживание, и возвращение к родным сразу же после выхода из положения, в которое поставил нас Саддам.

Мой брат иракский солдат.

Это приглашение открыто для тебя и для твоих братьев-воинов.

Мы просим принять его, когда тебе позволит удобный случай.

Командующий объединенными силами на ТВД

Грубые языковые и стилистические ошибки в содержании информационно-пропагандистских материалов, незнание особенностей восприятия объекта воздействия обычно приводят к обратным результатам, т.е. к так называемому "эффекту бумеранга".

Так, крупной ошибкой советской пропаганды на войска противника в начальный период Великой Отечественной войны, нанесшей ей глубокий урон и подорвавшей ее авторитет, стало указание начальника главного политического управления Красной армии Л.3. Мехлиса (позже был расстрелян НКВД) издать листовки сексуальной направленности. Факт их распространения позволил фашистской стороне называть советские листовки "классово-порнографической пропагандой". Содержание этих пропагандистских материалов вызвало крайне негативную реакцию военнослужащих вермахта.

Другой пример грубой ошибки - корейская листовка 1952 г. в виде неоконченного письма убитого американского солдата своей матери. В подписи говорилось, что оно было получено адресатом. Подобная ситуация позволила читателю усомниться в реальности письма, т.к. очень трудно представить, чтобы убитая горем мать переслала его в соответствующий орган КНДР.

Одним из приемов побуждения военнослужащих к сдаче в плен является их "подкуп", т.е. предложение денежного вознаграждения или различных льгот за сдачу в плен, предоставление определенных сведений о боевой технике и вооружении и т.д.

Еще во время гражданской войны большевики предлагали немалые по тем временам суммы в виде поощрения тем, кто при сдаче в плен приводил с собой коня (за него платили примерно семь месячных окладов служащего).

Во время боевых действий в Афганистане по предложению советских советников правительство ДРА опубликовало указ о том, что оно будет закупать у вооруженной оппозиции ракеты "Стингер" по миллиону афганей за единицу. "Только наглый чиновничий бюрократизм - предложение вместо установленной государством суммы всего лишь шестисот тысяч афгани - отпугнул моджахедов, желающих продать свои ракеты", - писала одна из зарубежных газет. В результате аналогичной психологической операции вооруженных сил США на Гренаде в 1983 году за денежное вознаграждение было сдано 17 тысяч единиц оружия - от пистолетов до бронетранспортеров.

В то же время распространение листовок с целью подкупа военнослужащих Российской императорской, позже Советской Армии явилось характерной ошибкой австрийской и немецкой пропаганды периода Первой мировой войны, финской в 1940 г. Фашистская Германия позже отказалась от этого метода, уделяя основное внимание идеологическим призывам ниспровержения существующего строя (тоже неэффективным в тех условиях) и пропаганде сдачи в плен.

* * *

Особое внимание органы психологической войны уделяют работе с военнопленными. Основная ее цель - изменить их враждебное отношение к стране противника и склонить к сотрудничеству.

Показательны исторические примеры, иллюстрирующие важность этого направления. Японские военнопленные, возвращавшиеся из СССР домой после войны, были настолько распропагандированы в "коммунистическом духе", что довольно долго представляли собой объект серьезной заботы японского правительства. Многие из них стали активистами коммунистической партии Японии. Американские оккупационные власти создавали даже специальные лагеря для японцев, возвращающихся из СССР.

И это не случайно. Кропотливая многогранная работа с японскими военнопленными в лагерях предполагала как трансформацию тех традиций, что существовали в японской армии, так и учет их национальной психологии.

Сначала офицеры советской специальной пропаганды организовывали и обучали актив из числа прогрессивно настроенных японских солдат и офицеров. Потом этот актив боролся за отмену обязательных поклонов в сторону императорского дворца, а также пяти милитаристских лозунгов, которые в японской армии принято произносить хором после вечерней переклички.

Во время войны в Корее (1950-1953 гг.), корейцы вполне эффективно работали с военнопленными в лагерях. Политическое и военное руководство США было обеспокоено тем, что многие из 7 тысяч американских солдат, попавших в плен, поддались влиянию пропаганды противника. По свидетельству американского социолога Ю. Кинкидса, "почти каждый третий американский пленный в Корее был виновен в сотрудничестве с врагом, а 23 из них, побывавшие в лагерях китайских добровольцев, даже отказались вернуться на родину".

Основными мероприятиями по работе с военнопленными являются:

* различные пропагандистские мероприятия: митинги, собрания, доклады, лекции, дискуссии с привлечением активистов лагерной группы;

* создание различного рода организаций, союзов, кружков военнопленных, ведущих пацифистскую и антиправительственную пропаганду;

* привлечение военнопленных для выступлений по радио (телевидению) на аудиторию противника, для выпуска информационно-пропагандистских материалов;

* опросы военнопленных с целью получения информации о морально-политическом состоянии противника, другой разведывательной информации;

* склонение военнопленных к участию в боевых действиях на своей стороне.

В годы Великой Отечественной войны советская спецпропаганда эффективно использовала демократические организации пленных: румынскую "Национальный блок", итальянскую "Союз гарибальдийцев", национальный комитет "Свободная Венгрия", австрийский антифашистский союз и в особенности национальный комитет "Свободная Германия", созданный в 1943 году, а также "Союз немецких офицеров" во главе с генералом Зейдлицем.

Движение "Свободная Германия", получившее признание во многих странах, было самым массовым и влиятельным. Его отделения и группы действовали во всех 300 лагерях военнопленных. К 1945 г. почти 90 процентов немецких солдат, более 7 тысяч офицеров и 51 генерал присоединились к этому движению.

Центрами работы с военнопленными стали тыловые лагеря. Для работы в них были направлены агитбригады, в состав которых входили писатели, художники, кинооператоры. Они проводили индивидуальные и коллективные беседы с военнопленными, организовывали вечера вопросов и ответов, читали лекции, распространяли политическую и художественную литературу. Большую помощь оказывали эмигранты из Германии. Так, должности воспитателей в лагерях были укомплектованы в основном немецкими антифашистами. Совместно с ними члены агитационных и пропагандистских бригад проводили с военнопленными собрания, митинги, конференции.

Эффективность деятельности немецких антифашистов значительно повысилась после привлечения к ней сдавшегося в плен генерал-фельдмаршала Ф. Паулюса. Первоначально он высказывался против таких действий своих соотечественников, которые, по его мнению, порочили честь и достоинство солдат и офицеров. Но затем под влиянием событий на фронте и в мире он был вынужден, как впоследствии признавал сам Паулюс, "выйти за узкие рамки военного мышления и задуматься над общими политическими взаимосвязями".

8 августа 1944 г. Ф. Паулюс впервые публично выступил с заявлением, в котором сказал: "Считаю своим долгом заявить, что Германия должна устранить Адольфа Гитлера и установить новое государственное руководство, которое закончит войну и создаст условия, обеспечивающие нашему народу дальнейшее существование и восстановление мирных и дружественных отношений с нынешним противником". Это заявление, широко распространенное на фронте и в Германии, привлекло пристальное внимание военнослужащих вермахта. Как свидетельствовали сами пленные, повсюду в частях солдаты и офицеры обсуждали его вопреки строгому запрету командования.

Тем не менее следует отметить, что главное влияние на отношение пленных к советской пропаганде оказывало не столько содержание полученной информации, сколько факторы, связанные с военно-политическим положением в мире, их продовольственным снабжением, изменением их социального статуса в лагере и т.д.

Специалисты психологической войны пришли к выводам, согласно которым:

* в некоторых случаях целесообразно изолировать актив от остальной части пленных;

* необходимо изолировать офицеров от солдат, чтобы не допустить восстановления отношений подчиненности, препятствующих восприятию пропагандистского воздействия в плену.

Кроме того, следует широко использовать военнопленных для обращений к личному составу вооруженных сил противника. Сегодня для этого есть все возможности. Во время войны во Вьетнаме захваченный американцами боец Вьетконга мог уже через 20 минут обратиться к своим товарищам через звуковещательную станцию установленную на самолете или вертолете.

Психология bookap

Аналогичным образом поступали англичане в ходе англо-аргентинского конфликта за Фолклендские острова (1982 г.). Так, радиостанция "Голос Южной Атлантики", установленная на острове Вознесения, вела передачи для аргентинских войск на испанском языке. Перед микрофоном часто выступали пленные, которые рассказывали о корректном обращении с ними в английском плену. Передачи этой радиостанции в значительной мере содействовали преодолению страха аргентинских военнослужащих перед сдачей в плен. Той же цели послужило сообщение о репатриации еще до конца боевых действий в Уругвай более тысячи аргентинских военнослужащих.

Одной из форм работы с военнопленными является их обратный отпуск. Во время войны с Польшей в 1939 г. всех сдавшихся в плен рядовых солдат, проживавших на территории Западной Украины и Западной Белоруссии, освобождали и отпускали по домам. Узнав об этом, многие другие солдаты отказывались воевать с РККА и сдавались в плен. Обратный отпуск военнопленных советские войска практиковали также во время Великой Отечественной войны, но в ограниченных масштабах, в основном с целью склонить к сдаче в плен окруженные группировки противника.