Отрывки из книги Филипа Капло «О доброте человеческой»

Сколь многие из нас отдают себе отчет в том, что 95% из миллионов яйценоских кур в США находятся в так называемом «интенсивном» или «конвейерном» режиме содержания? На практике это, как правило, означает, что четыре взрослые птицы втиснуты и заперты на всю свою недолгую жизнь в то, что принято называть «клетки-батареи». Эти клети размером в 3045 см не имеют насеста и сделаны из витой проволоки, чтобы помет проваливался сквозь пол. За неимением жесткого настила, который можно скрести, когти у птиц отрастают чрезмерно длинными, вплетаясь и зачастую намертво застревая в проволоке. Это приводит к тому, что стальная проволока врезается и со временем врастает в подушечки на лапах. В дополнение к этому, свет в «клетках-батареях» включен 18 часов в сутки, чтобы вынудить кур нестись безостановочно. В среднем такая курица несет яйцо каждые 32 часа в течение 14 месяцев, после чего она забивается.

На сегодня типовая птицефабрика в «развитой» стране является на практике не чем иным, как камерой пыток для своих обитателей. В отсутствии какого-либо пространства, чтобы порыть землю; устроить насест, искупаться в пыли, расправить крылья или просто пошевелиться, все природные инстинкты кур безжалостно подавляются. Неизбежное при такой ситуации стрессовое состояние находит свой выход в агрессии, направляемой на соседа. Так, более сильные птицы атакуют тех, что слабее, и последние, лишенные права спастись бегством, нередко становятся жертвами внутривидового каннибализма. Для борьбы с этим явлением кур «обес-клювливают». Калечащая процедура, при которой клюв – этот наиважнейший орган птицы, состоящий из кости, чувствительной и роговой ткани, – безжалостно удаляется либо раскаленным ножом, либо приспособлением, напоминающим гильотину. Иногда в жизни курицы эта процедура проводится дважды.

Пожалуй, наибольшие муки животные испытывают в процессе доставки их на скотобойню. Это начинается с процесса погрузки, выполняемой грубо и в спешке. Животные, которые в страхе и смятении срываются со скользких погрузочных мостков, зачастую остаются брошенными медленно умирать От полученных увечий. Внутри перегруженных грузовиков первые жертвы происходят от давки и удушья в результате нагромождения тел.

Зачастую животные проводят до трех суток в фургоне грузовика без корма и воды, до самого момента разгрузки. К изнуряющей жажде и голоду нередко прибавляется климатический фактор: зимой – леденящий ветер приводит к общему переохлаждению и локальным обморожениям, летом – палящий зной и прямые солнечные лучи в совокупности с отсутствием воды вызывают обезвоживание организма. Страдания же телят, лишь несколько дней назад перенесших кастрацию и отъем от матери, пожалуй, наиболее ужасны.

Стоит сказать несколько слов о кастрации, которая, как признаются сами фермеры, крайне болезненна и надолго повергает животное в состояние шока. В США, где обезболивание обыкновенно не применяется, процесс проходит следующим образом: животное растягивают на земле и ножом рассекают мошонку, обнажая семенники. Каждый из них затем вырывается вручную с обрывом крепящих связок и жил.


«Поистине, человек – царь зверей, ибо своей жестокостью он намного превосходит их. Мы живем ценой жизни других. Наши тела – ходячие кладбища! Придет время, когда люди будут смотреть на убийцу животного так же, как они смотрят на убийцу человека».

Леонардо да Винчи


ТОРЖЕСТВО АБСУРДА

«КАК НЕ ВПУСКАТЬ в себя негатив? Я пробовала переключать каналы ТВ, но потом поняла: избегать чего-либо – это то же создание избыточного потенциала. Негатива как будто даже больше становится. Принимать к сведению, как информацию с другой планеты? Но как пройти мимо событий в Беслане? Какая-то реакция должна быть, мы же не каменные».

Не впускать в себя негативную информацию – значит держаться по отношению к ней отстраненно. Не принимать близко к сердцу, не избегать, не выступать против и не защищаться, а пропускать мимо себя. Только не надо путать два совершенно разных понятия: отстраненность, и равнодушие.

Со слов великих: вся наша жизнь – игра. Если вы с головой погружаетесь в эту игру, то попадаете во власть обстоятельств и становитесь марионеткой – вами можно управлять. Жизнь в этом случае подобна бессознательному сновидению – она с вами случается. Но если вы участвуете в игре отстраненно, как играющий зритель, то обретаете способность видеть реальное положение вещей и распоряжаться судьбой по своему усмотрению.

Для того чтобы превратить жизнь в осознанное сновидение, которым можно управлять, необходимо, прежде всего, выйти из игры, одновременно оставшись в ней. Играть свою роль, но смотреть на все происходящее со стороны, чтобы не стать исполнителем чужой воли. Другими словами, нужно поддерживать осознанность. В противном случае, вы – не хозяйка своей судьбы, и ваша жизнь развивается по сценарию, который выгоден кому-то, но не вам.

Стать играющим зрителем очень легко: нужно всего лишь отдавать себе отчет, в чьих интересах ведется игра. Мы живем в мире, который представляет собой иерархию маятников – энергоинформационных сущностей, выступающих в качестве надстроек над своими материальными структурами. Любая игра, как правило, ведется в интересах того или иного маятника.

Несмотря на кажущуюся сложность процессов, которые происходят в нашем мире, все они сводятся к двум фундаментальным: с одной стороны, идетпротивоборство – битва маятников, а с другой – стремление каждого маятника к укреплению своей структуры. Чем бы маятник ни занимался, свою структуру он стремится упрочить, а чужую – уничтожить. Вот и все, что происходит: стабилизация и разрушение – ничего более.

Теперь, если смотреть на любые события через эту призму, все становится ясно. Одновременно с пониманием ситуации на смену поэтическим иллюзиям приходит осознание прозаической действительности. Сколько раз, встречаясь с жестокостью, несправедливостью и абсурдом, люди недоумевали: почему? Ведь общечеловеческие ценности для всех очевидны: мир, чистая экология, милосердие, равноправие, справедливость. Когда же восторжествует голос разума?

Никогда. Потому что в мире маятников все делается для блага структуры, а не для людей – ее элементов. Декларируется, конечно, совершенно обратное. Но, поскольку все человечество пребывает в бессознательном сновидении наяву, им можно внушить любой бред, начиная с того, что вечеринка без «Клинского» немыслима, и кончая тем, что экологически чистый двигатель на водороде неэффективен.

Наивно думать, что кто-то там, в верхах власти, печется о счастье и благополучии сограждан. И не потому, что во главе стоят одни циники, – вовсе нет – они искренне убеждены в том, что честно служат своему отечеству. Но на самом деле, будучи у-власти, они остаются невластными в своих поступках. Структура вынуждает всех – как рядовых элементов, так и лидеров, – невольно действовать в ее интересах. Все происходит само собой – структура самоорганизуется.

Для того чтобы заставить элементы работать на структуру, необходимо поместить их в единое информационное пространство: СМИ, Интернет, связь. Попадая в такое пространство, люди сами загоняют себя в ячейки. Людям только кажется, что они самостоятельны в своих мотивах и действиях. Отчасти – да, но лишь отчасти. Дело в том, что энергоинформационная структура заставляет человека хотеть именно то, что выгодно ей. Если вы не желаете превратиться в марионетку, нужно отличать просто сведения, как беспристрастные факты, от намеренной интерпретации, которую вам пытаются навязать с определенной целью.

Рассмотрим трагедию в Беслане с точки зрения двух упомянутых выше процессов. И с той, и с другой стороны люди были использованы как пушечное мясо в конфликте двух противостоящих-структур. Битва необходима обоим маятникам – в ней они черпают энергию и реализуют намерение истребить друг друга. Поэтому одна структура сначала подпускает другую, позволяет ей разжечь конфликт, а затем уничтожает. Это процесс разрушения. По ходу дела, разворачивается мощная информационная кампания, которая объединяет мысли большого числа людей в одном направлении. Под эгидой укрепления безопасности, производится реорганизация власти. Это процесс стабилизации. Далее, всех призывают сплотиться для борьбы с терроризмом – снова стабилизация с целью подготовки к очередной битве.

Обратите внимание: все, что здесь происходит, – это не война идей и принципов, а противостояние двух структур. Любая идеология, религиозная или политическая, – всего лишь декорация. Ни тому, ни другому маятнику нет дела до каких-то там моральных и этических норм. Воюют не люди, а структуры, их поработившие. Люди – лишь орудия войны. Фанатики-террористы не отдают себе отчета в том, что их сознание им уже не принадлежит. Они являют собой образцы того материала, в который превратится человек, когда станет элементом матрицы. Жертвы и зрители тоже не осознают, что их, так или иначе, используют.

Так что, не нужно питать иллюзий по поводу якобы неизбежной победы здравого смысла и гуманизма. Если вы являетесь свидетелем вопиющей несправедливости или полного абсурда, не возмущайтесь и не спрашивайте, почему. Лучше задайтесь вопросом, какой процесс здесь имеет место: разрушения или стабилизации.

Как я уже говорил, реальность имеет две стороны: физическую и метафизическую. На физическом уровне мы наблюдаем войну структур. На метафизическом – это битва маятников. Суть в том, что битва не окончится до тех пор, пока иерархия маятников не замкнется на вершину одной пирамиды. Когда это случится, мир превратится в матрицу. Как это будет выглядеть, остается только гадать.

Бессмысленно и наивно делать ставку на голос разума, торжество справедливости и надеяться на благие намерения кого бы то ни было. В последнее время ситуация сильно изменилась: современная война – это уже не то, что ранее понималось под защитой родины. Борьба с терроризмом – в любой форме – представляет собой битву маятников в чистом виде. Принимать участие в такой войне, значит, подчинять всю свою жизнь интересам структуры.

Как участие, так и сопротивление, играет на руку воинствующей стороне. Маятники становятся сильнее от реакции любого знака: положительной или отрицательной – неважно. Единственное средство против деструктивных маятников состоит в раскрытии их подлинных мотивов. Они всегда прикрываются религиозными, демократическими, патриотическими, гуманными и прочими лозунгами. Маятник, лишенный всех своих благопристойных декораций, теряет нити, с помощью которых ему удается удерживать сознание приверженцев.

Когда вам предлагают совместно что-то строить или за что-то бороться, то есть заниматься «общим делом», можете быть уверены: здесь преследуются интересы структуры. Маятнику жизненно необходимо, чтобы мысли и действия его приверженцев были направлены в одну сторону. А для этого нужно «общее дело» преподнести как личную выгоду: «Давайте все вместе сделаем вот это, и тогда каждому будет хорошо». Но в таком случае личные интересы всегда отодвигаются на задний план, и, независимо от типа идеологии, получается, как в той песне: «Сегодня не личное главное, а сводки рабочего дня».

Идея всеобщего согласия, мира и благоденствия – это утопия, что не раз подтверждалось самым объективным судьей – историей. Личное счастье нельзя построить, занимаясь строительством счастья всеобщего. Всеобщее счастье – чистая абстракция – оно может быть только индивидуальным. К этому вопросу нужно подходить совсем с другой стороны. Если каждый займется исключительно своим личным благополучием, тогда благоденствие станет всеобщим. В противном случае, всякая деятельность будет сводиться лишь к одному – созиданию структуры.

Ближе всего к решению этой проблемы подошла Анастасия, известная по книгам Владимира Мегре. Но даже ее идеи утопичны, потому что она не учитывает, до каких масштабов разрослось влияние маятников. Раздать всем людям по гектару земли, чтобы каждый мог основать свое родовое поместье? Да кто ж им, родимым, даст! Красивая, гуманная и справедливая идея. Вот здесь бы власть предержащим и проявить на деле свою заботу о благосостоянии народа.

Но, конечно, никто не даст. И даже не потому, что земля стоит денег. Ведь позволили же горстке алигархов прибрать к рукам общенародную собственность по принципу «было общее – стало его». Дело в том, что для структуры гораздо удобней держать под контролем небольшую группу шахматных фигур, нежели всю массу граждан. А главное, если каждый, прекратив батрачить на структуру/займется заботой о своем благополучии, что с ней станется?

Для любой системы, личная свобода ее элементов не то что невыгодна, а просто губительна. Но вот что интересно: законы системы издаются и воплощаются не конкретными людьми, стоящими у власти, а самой системой. Все получается само собой. Фавориты маятника не свободны в своих поступках, а рядовые приверженцы – в своих желаниях. Структура самоорганизуется таким образом, что все ее элементы выполняют назначенные функции, и при этом каждый убежден, что реализуют свою волю. Элементу структуры лишь кажется, что он свободен. Более того, если он не готов принять свободу, то и не сможет ею воспользоваться.

Что будет делать человек с гектаром земли, если своим сознанием он уже наполовину врос в матрицу? Нет смысла будить спящего, коли сам он не желает просыпаться. Немногочисленные «проснувшиеся» пытаются растрясти своих сонных собратьев: «Открой же глаза! Посмотри – ведь ты в ячейке матрицы!» А те сквозь сон отмахиваются: «Да отвяжись, мне и так неплохо».

Вот вам живой пример. Когда в интернет-рассылке зашла речь о натуральном питании, кое-кто сильно разволновался. Нашлись даже активные противники, встретившие эту информацию в штыки. Дескать, не по теме это. Лучше, как прежде: «Мы будем спать, а ты нам рассказывай про наши сновидения, не буди только». Мне так и хотелось воскликнуть: «Ага, вот вы и попались!» Я ведь предупреждал, что никого с собой не приглашаю: ни за стол, ни в сновидение. Трансерфинг – это не сказка для сладких грез, а холодный душ для пробуждения. Спите себе спокойно и не читайте вредные для сна книги.

«Спящие», недовольные тем, что их потревожили, не осознают, что структура «пасет» своих питомцев на «ферме» и заставляет выступать против всего чуждого. Элементы системы находятся в наркотической зависимости от ее продуктов, а потому им кажется, что они сами того хотят. Вот и получается, что структура использует «спящих» для достижения своих целей, вовлекая их в процессы стабилизации и разрушения.

«Разбуженные», но «не проснувшиеся», не осознают даже того, что они несвободны от самого Трансерфинга. Если человек действительно стряхнул с себя паутину наваждения, он обретает способность решать самостоятельно, что и как ему делать. «Проснувшемуся» больше нет нужды искать истину во внешних источниках – ее он находит в себе самом, и даже Трансерфинг ему не указ.

Здесь речь не о том, чтобы отказаться от продуктов системы и уединиться где-нибудь в горном ущелье. Напротив, любая мечта может быть реализована только в рамках той или иной структуры. Вопрос лишь в том, кто в чьей упряжке скачет: либо вы у маятника, либо он у вас. Следует отдавать себе отчет: я работаю в структуре на себя или я работаю на структуру. Саму систему, а так же ее продукты можно и нужно использовать в своих целях, если делать это осознанно. Вот ради этого и стоит проснуться.

Первого сентября было много нарядных и озабоченно-радостных детишек с цветами. Почти всех провожали родители, у многих были роскошные букеты и дорогая форма. Я тогда прогуливался по улице, в этом праздничном, чуть ли не карнавальном шествии. Многоцветная реальность слилась в единую картину: «все хорошо, все идет как надо, все так и должно быть» – в результате я «заснул».

Разбудило меня одно необычное обстоятельство. Особняком от всей этой праздничной толпы шла девочка лет восьми. Одета она была не то чтобы неопрятно, но очень бедно и незатейливо, что сразу бросалось в глаза. Туфли на ней были такие, будто их подобрали на свалке, а в руках несколько жалких цветочков, явно сорванных с клумбы. В ее глазах застыла какая-то недетская отрешенность. Было очевидно, что праздник ее не радует, а со своей участью она давно смирилась и больше не ждет от мира никаких подарков.

Скорей всего, ее родители сильно задолжали системе, которая охотно предоставляет своим элементам ссуду в виде алкогольной эйфории, чтобы те спали еще крепче. Систему не интересует трагедия этой девочки, как и многих тысяч ей подобных. Совершенно равнозначно, структуру не волнует и трагедия в Беслане. А если она изображает озабоченность, значит, имеет на то свои особые виды.

Я все это говорю к тому, что любая информация от структуры – как позитивная, так и негативная – дается не просто так, а с определенной целью, каким бы «свободным» ни был источник. Абсолютно свободных и независимых источников информации не существует в принципе, потому что все они представляют собой отдельные звенья одной системы – иерархии маятников. А у маятника, повторяю, цель состоит в том, чтобы свою или вышестоящую структуру стабилизировать, а чужую – разрушить.

Психология bookap

Нужно не забывать про свою осознанность и различать: когда вам пытаются что-то сообщить, а когда – внушить. Если информация идет от маятника, можете не сомневаться – это его структура преследует какие-то свои цели. Маятник убедительно проповедует, красноречиво разглагольствует и доверительно шепчет: «Победи чужих – это они во всем виноваты!», «Поддержи своих – они сделают тебя счастливым!» А главное: «Не отставай от жизни, будь таким же успешным, как вот эти люди с рекламной заставки!», «Делай, как я!».

Даже если информация не имеет идеологической ориентации, она решает одну очень важную для маятника задачу – завлечь внимание большой массы людей в петлю захвата. Когда мысли людей синхронизированы в одном направлении, их сознанием легче манипулировать. Главное – завладеть вниманием, остальное – дело техники внушения. Так вот, для того чтобы не поддаться зомбирующему воздействию маятника, необходимо поддерживать осознанность и отделять факты от интерпретации. Иначе однажды можно проснуться в ячейке матрицы, либо вообще никогда не проснуться.