КНИГА ВТОРАЯ Становление Учителя

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ


...

• 2 •

Вечером в пятницу Рейджен вскочил с кровати, думая, что он только что лег. Он подошел к комоду. Денег, которые он даже не помнил, как украл, не было. Он подбежал к шкафу, схватил пистолет и стал обыскивать квартиру, ногой открывая двери в поисках грабителя, ворвавшегося, пока он спал. Но квартира была пуста. Попытавшись связаться с Артуром и не получив ответа, Рейджен разбил копилку, взял двенадцать долларов и ушел, чтобы купить бутылку водки. Вернувшись, он выпил и выкурил «косяк». Все еще думая о неоплаченных счетах, Рейджен понял: что бы он ни сделал, чтобы достать те деньги, он должен сделать это опять.

Рейджен принял несколько таблеток амфетамина, пристегнул ремнем пистолет, надел спортивную куртку и сверху ветровку. Он вновь направился в западную часть Коламбуса и утром около 7.30 уже был на стоянке Вайсмен Университета штата Огайо. Вдалеке виднелось подковообразное здание футбольного стадиона штата Огайо. За спиной он увидел вывеску на современном здании из стекла и бетона напротив стоянки – Апхэм-холл.

В дверях появилась круглолицая, небольшого роста, медсестра. Цвет лица у нее был смуглый, высокие скулы, длинные волосы связаны в пучок на затылке. У Рейгана появилось ощущение, что он узнал ее. Кто-то – наверное, Аллен – много лет тому назад видел ее в постоянном месте студенческих тусовок, которое называлось «Замок».

Рейджен отвернулся, но прежде, чем он успел отъехать, Адалана вытеснила его с пятна…


Донна Уэст чувствовала себя без сил после восьмичасовой смены в психиатрической клинике при университете. Она сказала своему жениху, что позвонит ему из клиники, чтобы позавтракать вместе, но после ужасной ночи ей пришлось задержаться на работе, и все, что она хотела, – это поскорее уйти. Она позвонит Сидни, когда приедет домой. На пути к стоянке мимо нее прошла подруга, помахала рукой, поздоровалась. Донна направилась к своей машине, как всегда, предусмотрительно припаркованной в первом ряду, напротив Апхэм-холла.

– Эй! Подождите минутку! – крикнул кто-то. Донна подняла голову и увидела молодого человека в джинсах и ветровке, который махал ей рукой с другой стороны стоянки. Симпатичный, подумала она, похож на артиста, чье имя она не могла вспомнить. На мужчине были солнцезащитные очки. Она подождала, пока он подошел и спросил, где находится главная стоянка.

– Послушайте, это трудно объяснить, – сказала Донна. – Я как раз еду в том направлении. Вы можете сесть ко мне, и я вас довезу туда.

Мужчина сел рядом с водителем. Пока Донна разворачивалась, незнакомец вынул пистолет.

– Вперед, – сказал он. – Ты мне поможешь. Через несколько секунд добавил:

– Будешь делать то, что я скажу, останешься целой. А жаль: уж больно хочется шлепнуть кого-нибудь!

«Вот оно что, – подумала Донна. – Значит, я умру». Она почувствовала, как краска залила ее лицо, сосуды сжались, желудок свело. О боже, почему, прежде чем уйти, она не позвонила Сидни? По крайней мере, он знал, что Донна должна ему позвонить. Может быть, он обратится в полицию?

Похититель дотянулся до заднего сиденья и взял сумочку. Вынул портмоне, посмотрел водительское удостоверение.

– Давай, Донна, гони на север, по Интерстейт-71.

Он достал из ее кошелька десять долларов. У нее сложилось впечатление, что все это спектакль: мужчина взял деньги, с таинственным видом сложил купюры и положил их в карман рубашки. Затем он вынул сигарету из ее пачки и поднес к ее губам.

– Держу пари, ты хочешь покурить, – сказал он и поднес к сигарете прикуриватель.

Донна заметила, что его руки, даже под ногтями, чем-то запачканы, но это была не грязь, не сажа и не масло. То, что он старательно стер отпечатки с прикуривателя, привело Донну в ужас: значит, перед ней профессионал, знакомый с полицией. Парень заметил ее реакцию.

– Я член группы, – сказал он. – Некоторые из нас – политические активисты.

Ее первое впечатление было, что он намекает на «Метеорологов», хотя на самом деле он не упоминал этого названия. Раз ее заставили ехать на север, по автостраде И-71, Донна решила, что он направляется в Кливленд, чтобы скрыться. Похоже, он из городских партизан.

Она удивилась, когда, доехав до округа Делавэр, мужчина приказал ей свернуть с И-71 и ехать обратно. Донна видела, что грабитель расслабился, словно местность была ему знакома, и когда им перестали попадаться на пути машины, он приказал ей остановиться.

Когда Донна Уэст увидела, насколько пустынна эта местность, она поняла, что ее похищение не имеет ничего общего с политикой. Ее собирались изнасиловать или убить, а может, и то и другое. Похититель откинулся на сиденье, и Донна уже знала, что сейчас случится что-то действительно плохое.

– Посижу минутку, соберусь с мыслями, – сказал он. Донна сидела, положив руки на руль и глядя прямо перед собой. Она думала о Сидни, о своей жизни и гадала, что сейчас будет. По ее щекам потекли слезы.

– Что такое? – спросил он. – Боишься, что я тебя изнасилую?

Эти слова и его саркастический тон поразили ее. Она посмотрела на него и призналась:

– Боюсь.

– Да ты чертовски глупа! Тебе бы о жизни подумать, а ты о заднице своей беспокоишься!

Это отрезвило Донну, и она перестала плакать.

– Ей-богу, – сказала она, – вы абсолютно правы. Я действительно беспокоюсь о своей жизни.

Его глаза были почти невидимы за очками, но голос вдруг смягчился:

– Распусти волосы.

Донна продолжала сидеть, ухватившись за руль.

– Я сказал, распусти волосы.

Она подняла руку и сняла берет. Мужчина развязал шнурок, стал гладить ее волосы, говоря, какие они красивые. Потом он снова переменился, заговорил громко и много.

– Дура ты все-таки, – сказал он. – Ну сама погляди, как ты попала в эту ситуацию.

– И как же я в нее попала?

– Посмотри на свою одежду, на волосы. Ты должна понимать, что можешь привлечь внимание кого-нибудь вроде меня. Что ты делала на стоянке в полвосьмого утра? Дура несчастная!

Донна подумала, что грабитель в чем-то прав. Это она была виновата, предложив подвезти его. Она должна была винить себя за то, что сейчас случится. До нее вдруг дошло, что он собирается ее проучить. Нет, она не попадется на эту удочку. Но с другой стороны, когда ты беспомощна и до смерти напугана, парню с пистолетом легко заставить тебя чувствовать себя виноватой.

И она решила: «Будь что будет. Ну что ж, изнасилование – не худшее, что могло со мной случиться».

– Кстати, – сказал он, прервав ход ее мыслей, – меня зовут Фил.

Донна продолжала смотреть прямо перед собой и не повернулась, чтобы посмотреть ему в лицо. Он заорал на нее:

– Я сказал, что меня зовут Фил! Донна покачала головой:

– Мне все равно, как вас зовут. Не думаю, что хочу это знать.

Фил приказал, чтобы Донна вышла из машины. Обыскивая ее карманы, он заметил:

– Готов поклясться, что ты как медсестра можешь достать много «спида».

Донна не ответила.

– Садись на заднее сиденье, – велел он. Усаживаясь в машину, Донна быстро заговорила, надеясь отвлечь его внимание.

– Вы любите искусство? – спросила она. – А я люблю. Я занимаюсь гончарным делом. Работаю с глиной.

Она все говорила и говорила, но парень, казалось, не слышал. Он заставил ее спустить колготки, и она была почти благодарна ему за то, что он не унизил ее еще больше, заставив раздеться совсем.

– У меня нет никаких болезней, – сказал насильник, расстегивая молнию.

Донну поразило то, что он сказал об этом. Она хотела крикнуть ему: «Зато у меня есть болезни. У меня есть все болезни!»

К этому времени Донна почувствовала, что мужчина психически болен. И она боялась раздразнить его еще больше. Болезни – это самое последнее, что ей пришло в голову, лишь бы все поскорее кончилось.

Донна удивилась и обрадовалась, как быстро он все сделал.

– Ты супер, – сказал мужчина. – Ты меня заводишь. Он вышел из машины, огляделся и приказал, чтобы она снова села за руль.

– Я впервые кого-то изнасиловал. Теперь я не только партизан, но и насильник.

Помолчав, Донна сказала:

– Можно мне выйти из машины? Я хочу в туалет. Мужчина кивнул.

– Я не могу, когда кто-то смотрит на меня, – сказала она. – Не могли бы вы уйти?

Он сделал, как просила Донна, и, возвратившись, она заметила, что поведение насильника изменилось. Он чувствовал себя свободно, шутил. Но потом вдруг опять стал другим, вновь обретя командный тон и ведя себя так же, как перед изнасилованием: пугая ее своей вспыльчивостью и сквернословием.

– Сядь в машину! – крикнул он. – Выезжай на шоссе и гони на север. Я хочу, чтобы ты обналичила чеки и дала мне денег.

Мысли проносились у нее в голове с бешеной скоростью, она хотела как можно быстрее оказаться на знакомой территории.

– Послушайте, – сказала она, – если вам нужны деньги, то вернемся в Коламбус. Вы же не думаете, что в субботу можно за городом получить деньги по чекам?

Донна ждала его реакции, говоря себе, что, если он будет настаивать на том, чтобы она продолжала ехать на север по И-71, ей придется разбить машину и убить их обоих. Донна ненавидела то, что он сделал с нею, и хотела быть уверенной, что насильник не воспользуется ее деньгами.

– Ладно, давай на юг по И-71,– сказал мужчина. Надеясь, что он не заметил ее облегчения, Донна решила действовать дальше.

– Почему бы нам не поехать по трассе 23? По этой дороге много банков, и мы сможем доехать до какого-нибудь, пока они не закрылись в полдень на обед.

Мужчина снова согласился, и хотя она все еще опасалась за свою жизнь, у нее появилась надежда остаться в живых.

– Ты замужем? – вдруг спросил насильник. Донна кивнула, полагая, что ему лучше думать, будто кто-то ждет ее и заметит ее отсутствие.

– Мой муж доктор.

– Какой он?

– Он сейчас в интернатуре.

– Я не это имею в виду.

– А что вы имеете в виду?

– Какой он?

Донна уже готова была описать Сидни, но вдруг поняла, что он хочет знать, каков он как мужчина.

– Вы значительно лучше, чем он, – сказала она, понимая, что, если она похвалит насильника, тот смягчится. – Похоже, у моего мужа проблема. Секс у него занимает значительно больше времени. Просто невероятно, насколько вы быстры.

Донна видела, что эти слова доставили ему большое удовольствие, и была более чем уверена, что этот молодой человек – шизофреник и не имеет представления о реальности. Продолжая ублажать его, ей, возможно, удастся выйти из всего этого.

Мужчина снова проверил ее сумочку, взяв кредитную карточку, удостоверение медсестры и чековую книжку.

– Мне нужно двести долларов, – сказал он. – Кое-кому требуются деньги. Заполни чек и поезжай в свой банк в Уэствилле. Войдем туда вместе, но если сделаешь хоть какое-то движение, пеняй на себя – я буду стоять за твоей спиной с пистолетом.

Идя в банк, Донна вся дрожала. Трудно было поверить, что кассиры, мимо которых она проходила, ничего не замечают, ведь она отчаянно пыталась мимикой и глазами привлечь их внимание. Но никто ничего не заметил. Донна по кредитной карточке сняла два раза по 50 долларов, пока автомат не показал, что ее кредит исчерпан.

Когда они отъехали, грабитель тщательно порвал банковские квитанции и выбросил обрывки в окно машины. Донна взглянула в зеркало заднего обзора и чуть не поперхнулась: она увидела, что за ними едет полицейский патруль. «О боже, – подумала она, прижав кулак к виску, – нас заберут за мусор на дороге».

Видя ее возбуждение, мужчина повернулся и тоже увидел патруль.

– Черт! Пусть только эти свиньи приблизятся, я им головы разнесу! Очень жаль, что тебе придется увидеть все это, но ничего не поделаешь. Я пущу их в расход, и если ты что-нибудь выкинешь, то будешь следующей.

Донна мысленно скрестила пальцы, надеясь, что полиция не видела бумажки, выкинутые из окна. Она была уверена, что парень начнет стрелять.

Полиция проигнорировала их, и Донна с облегчением откинулась назад, все еще дрожа.

– Поищем другой банк, – сказал грабитель.

Они были в нескольких банках, потом в магазинах, и все безуспешно. Донна заметила, что перед тем как войти в очередной банк, мужчина был возбужден и агрессивен. Но как только они оказывались внутри, становился веселым, словно все это была только игра. В магазине Крогера в Рейнтри-центре он обнял ее за плечи, делая вид, что он ее муж.

– Нам действительно нужны деньги, – сказал он клерку. – Мы уезжаем из города.

Донна наконец смогла получить сто долларов по автомату.

– Интересно, – заметил мужчина, – все ли компьютеры соединены друг с другом?

Когда она сказала ему, что, по-видимому, он много знает о банковских операциях, он ответил:

– Мне приходится знать такие вещи потому, что это полезная информация для моей группы. Мы делимся информацией. Каждый вносит свой вклад в группу.

Донна снова подумала о «Метеорологах» или о какой-то другой радикальной организации. Она решила отвлечь парня разговором о политике и о последних решениях правительства. Когда насильник перелистывал журнал «Тайм», который поднял с пола машины, Донна спросила его, что он думает о голосовании по поводу договора о Панамском канале. Грабитель смутился и заволновался. Донна сразу же поняла, что он вообще ничего не знал, о чем пишут в газетах и говорят в телевизионных новостях; вообще не был политическим активистом, каким хотел казаться.

– Не вздумай идти в полицию, – вдруг сказал насильник. – Я или кто-нибудь из наших будем следить за тобой. Вероятно, я буду в Алжире, но кто-нибудь за тобой приглядит. Так мы работаем. Наше братство тебя достанет.

Донна хотела, чтобы он продолжал говорить, тем самым отвлекаясь, но решила, что о политике, пожалуй, говорить не стоит.

– Вы верите в Бога? – спросила она, считая, что об этом люди могут говорить часами.

– А ты веришь, что есть Бог? – закричал он, направив пистолет прямо ей в лицо. – Много тебе твой Бог помогает? Вот сейчас, а?

– Нет, – открыла она рот от удивления. – Знаете, вы правы. Бог мне сейчас не помогает.

Он вдруг успокоился и стал смотреть в окно.

– Не силен я в вопросах религии. Ты не поверишь, но я еврей.

– Вот как! – отреагировала Донна, не думая. – Интересно. Но вы не похожи на еврея.

– Мой отец был еврей.

Парень говорил много и сбивчиво, уже успокоившись, но потом он вдруг сказал:

– Вся эта религия – чушь собачья.

Донна молчала. Похоже, тема религии тоже была выбрана неудачно.

– Ты знаешь, – сказал он мягко, – ты мне нравишься, Донна. Плохо, что мы познакомились с тобой при таких обстоятельствах.

Донна решила, что он не собирается ее убивать, и стала думать, как помочь полиции поймать его.

– Было бы хорошо, – сказала она, – если бы мы с вами еще встретились. Позвоните мне, напишите письмо или пошлите открытку. Если не хотите подписываться своим именем, можете поставить просто «П» – «Партизан».

– А как же твой муж?

«Он на крючке», – подумала Донна.

– Не беспокойтесь о моем муже, – сказала она. – Я все устрою. Напишите мне или позвоните. Мне бы не хотелось терять с вами связь.

Мужчина заметил, что бензин на исходе, и предложил заправиться у ближайшей бензоколонки.

– Нет, все в порядке. Еще достаточно.

Она надеялась, что бензин в конце концов кончится и он вынужден будет выйти из машины.

– Слушай, мы далеко от того места, где встретились утром?

– Недалеко.

– Довезешь меня туда?

Донна кивнула, думая, как хорошо вернуться туда, откуда все началось. Когда они почти подъехали к Стоматологическому колледжу, парень попросил остановиться. Прощаясь, он настоял на том, чтобы оставить ей пять долларов на бензин. Она не дотронулась до денег. Тогда он сунул их за солнцезащитный козырек и с нежностью посмотрел на нее.

– Мне жаль, что мы встретились при таких обстоятельствах, – снова прошептал мужчина. – Ты мне действительно очень нравишься.

Он крепко обнял Донну и выпрыгнул из машины.

Была суббота, час дня, когда Рейджен возвратился в квартиру, опять ничего не помня о грабеже. Он положил деньги под подушку, а пистолет – на стол рядом с собой.

– Эти деньги останутся со мной, – сказал он и пошел спать.

Психология bookap

Поздно вечером Аллен проснулся, нашел под подушкой двести долларов и удивился, откуда они взялись. Но, увидев пистолет Рейджена, он все понял.

– Да, – промолвил он, – похоже, парень повеселился. Аллен принял душ, сбрил трехдневную щетину, оделся и вышел, чтобы где-нибудь пообедать.