МАТЕРИАЛ РЕЧИ.

Прежде чем говорить, нужно иметь, что сказать. Чем больше знаешь, тем больше в состоянии что-нибудь сказать. Конечно, из этого вовсе не следует, что большие познания уже служат ручательством хорошей речи. Если бы это было так, то все наши великие ученые были бы хорошими ораторами. Но в действительности как раз этим ученым очень трудно сообщить из запаса своих знаний что-нибудь такое, что произвело бы действие. Это объясняется просто: кто годы, десятки лет вращается в какой-нибудь области науки, тот склонен предполагать запас познаний в этой области также у всех других. Объяснения, основанные на подобных предположениях, не возбуждают у тех, у которых этих познаний нет, ни интереса, ни разумения. С другой стороны, играют жалкую роль те, над которыми Гете насмехается, как над людьми „с короткой кишкой", людьми, у которых заметно, что то, о чем они говорили вечером, они сами восприняли только утром.

Без основательного знания материала никто не может сказать действительно хорошую речь. Человек, в основательных знаниях которого слушатели убеждены, произведет впечатление даже в том случае, если форма не вполне совершенна. В этом смысле уже Аристотель говорит в своей «Риторике»: «Только доказательства существенны, остальное дополнение». И старик Каток, который ненавидел эллинское красноречие, казавшееся ему только игрой слов, предостерегал: «Будь господином материала; тогда выражение само собой найдется». Кто действительно владеет материалом, у того мысли и слова сами по себе располагаются в должном порядке. То, что оратор действительно понимает, он может, обыкновенно, и выразить понятно. Слушатели в большинстве случаев тонко чувствуют, есть ли в мельнице речи зерно или она стучит так громко лишь потому, что она пуста.

Кто в качестве оратора хочет поучать других, тот, прежде всего, должен учиться сам, должен неустанно работать над своим самообразованием.

Самообразование имеет своей базой книгу. Читать книгу надо умеючи. Поверхностное, механическое, чтение принесет мало пользы. При чтении нужно соблюдать следующие правила: 1) Продумать и уяснить себе прочитанное.

2) Составить конспект книги, то есть кратко изложить ее содержание своими словами.

3) Выписать основные положения автора. При каждой выписке нужно делать пометки, откуда она взята. Выписки надо сохранять, так как они могут когда-нибудь понадобиться. Лучше всего делать их на отдельных листках одинакового форматами, по мере накопления, группировать по однородным вопросам.

Особенно в двух областях каждый, желающий принять участие в общественной жизни, должен иметь определенный запас материала: в области собственной профессии и в области народного хозяйства.

Ваше слово, как в тесном кругу ваших товарищей по работе, так и в более широких кругах ваших сограждан будет иметь совершенно иной вес, если каждый, даже ваш противник, должен будет признать, что в своей профессии вы дельный человек и что вы в состоянии свое личное хозяйство держать в порядке. В противном случае, вам справедливо скажут горькие слова Гейбеля: «Вы хотите мир носить на плечах, а не в состоянии держать в порядке свой собственный очаг».

Что же касается области народного хозяйства, то это такая область, в которой постоянно старая связь разрушается и заключается новая,— область, которую можно в продолжение всей жизни изучать, не достигая все же вполне исчерпывающего суждения обо всех отдельных явлениях.

Однако не следует страшиться выступать с речью в какой-либо области лишь потому, что, может быть, существует в данной области какой-нибудь вопрос, который еще не вполне изучен.

Гражданин не обязан и даже не имеет возможности быть совершенным знатоком в каждой области. Если он уяснил себе главные, основные мысли и умело изложил их слушателям, то этого вполне достаточно, так как слушатели обыкновенно и не требуют, чтобы оратор излагал что-либо со всеми подробностями.

По этому поводу иной осторожный человек возразит: «Конечно, в лекции нет необходимости говорить обо всех подробностях; но что мне делать при свободном обмене мнений, если меня спросят о подобной подробности»? Из-за боязни перед такой возможностью нередко оставляется серьезная попытка, за которой при удаче последовали бы еще многие хорошие работы. Это возражение неправильно. Кто добросовестно работал в той или иной области, тот знает обыкновенно больше, чем большинство слушателей, и поэтому может не опасаться вопросов о каких-либо подробностях.

Если же действительно зададут такой вопрос, на который оратор не может ответить, то он должен откровенно признаться в этом. Если в речи, в общем, даны доказательства хорошего знания дела, то такое признание нисколько не повредит оратору.

К этому прибавляется еще одно замечательное явление, которое, наверное, все действительно хорошие ораторы наблюдали: некоторые затруднения, которые при подготовке мучили и казались совсем непреодолимыми, часто с быстротой молнии освещаются и разъясняются сами собой во время лекции. Произнесенное слово действует не только извне, но и внутрь; оно, придавая мыслям, так сказать, телесную жизнь, разделяет и соединяет эти мысли и часто самым неожиданным образом выясняет всю их связь.

При выборе материала оратор должен сообразоваться с тем, какую цель преследует его речь. Есть три вида речей:

1) Речи, действующие только на ум слушателя и преследующие цель разъяснения предмета. (Сюда относятся, например, научные лекции, информационные доклады, отчеты и т. п.)

2) Речи, имеющие целью привлечение сторонников. (Сюда относится большинство так называемых парламентских речей).

3) Речи, ставящие своей задачей подействовать на волю и чувства слушателей и побудить их к определенным действиям.

(Примером таких речей могут служить так называемые митинговые речи).

Следует, однако, заметить, что строгого разграничения между указанными видами не существует. Если мы рассмотрим речь, принадлежащую к какому-нибудь одному из этих видов, то в большинстве случаев увидим, что в ней содержатся также и элементы, свойственные другим видам. Нельзя, конечно, установить шаблон, какого вида речь (1-го, 2-го или 3-го) нужно выбрать. Здесь главную роль играет темперамент оратора. Один имеет такие способности, что он лучше умеет произносить свою речь спокойно-поучительно, между тем как другой, приводя практические примеры, делает свою речь крайне занимательной, наглядной и легко понятной или, вплетая в нее историю, рассказы и несколько сильных боевых лозунгов, с легкостью проводит своих слушателей через некоторые „мертвые" пункты речи.

При собирании материала для речи первого вида оратор должен обратить особое внимание на то, что бы найти доказательства для выдвигаемых им положений. Чтобы получить необходимый материал для доказательств, оратор прежде всего должен рассмотреть свою тему со всех сторон. Важно, чтобы он, во всяком случае, имел в виду могущие возникнуть возражения и противоречия и подумать об их опровержении.

Если собран остов речи, следовательно, то, что оратор хочет сказать слушателям, если расположены в порядке тяжелые балки доказательств, то нужно будет собрать и пополнить материал для постройки своей речи.

Прежде всего оратор должен дать определение того предмета, о котором он хочет говорить. Если предмет сам по себе выяснен, то нужно будет стараться изобразить его в связи с другими предметами. Прежде всего, нужно будет ближе выяснить причину и следствия по отношению к предмету. Иногда бывает полезно сравнить предмет, о котором идет речь, с другими предметами.

Если, таким образом, собран и просеян материал, которым целесообразно будет пользоваться для речи 1-го вида, то еще раз нужно будет сделать общий обзор и еще раз продумать весь материал, затем получше усвоить его и только тогда делать дальнейший шаг, а именно найти те средства, которые нужно применять при речах второго вида, то есть при речах, в которых желаешь привлечь слушателей к какому-нибудь делу.

Какие ораторские средства применяются в речи, чтобы привлечь слушателей? Прежде чем ответить на этот вопрос, мы должны подумать: почему нельзя ограничиться логическими доводами, вытекающими из познания истины по отношению к какому-нибудь предмету, но нужно стараться еще расположить слушателей в пользу дела?

Если бы человек руководствовался только разумом, то достаточно было бы показать ему истину, чтобы тотчас убедить его согласиться с требованиями, которые ставит нам познание истины. Однако, оратор должен бороться не только против невежества и заблуждений, выясняя истину, но и против сопротивления воли. Поэтому он нуждается в дальнейших средствах.

Бели оратор хочет воодушевить каким-нибудь делом и привлечь к нему, то ему, прежде всего надо заручиться расположением слушателей. Трудно добиться успеха, если слушатели не уважают оратора и не имеют к нему никакого доверия. Если оратор хочет приобрести и сохранить это доверие, то он должен стараться, чтобы характер его речи был во всех отношениях нравственно безукоризненным. Кроме того, он должен иметь еще так называемый ораторский такт.

Ораторский такт требует, чтобы в речи не было ничего такого, что могло бы оскорбить чувства слушателей, Этого, конечно, нельзя влить, как через нюренбергскую воронку; ораторский такт должен быть прирожденным. Не требует особого подчеркивания, что, безусловно, нужно избегать в речи личных колкостей, которые оказывают свое действие часто только после речи.

Ораторское -приличие требует, чтобы избегали этих подводных камней, которые становятся большой опасностью для многих ораторов. Тщеславие оратора, стремление блеснуть и нравиться, некоторая напыщенность и деланность в голосе, в мине[5], в игре жестов[6], часто отталкивают, в то время, как оратор, может быть, думает, что этим он дает своим пораженным слушателям что-то особенное.

Оратор должен при своей лекции всегда помнить, какое положение он занимает. Он не должен ни в чем унижаться, но также не должен быть и высокомерным. Особенно важно, чтобы оратор говорил по возможности меньше о самом себе. „Я слышал - говорит Цанбрехер — об одном ораторе, которому очень хотелось, чтобы крестьяне выбрали его делегатом. Может быть, бессознательно он говорил во время своей речи о своих заслугах, которые он, будто, уже имеет в области сельского хозяйства (он не особенно долго служил в каком-то сельскохозяйственном обществе) и говорят, что в конце речи он совершил ту неосторожность, что выставил себя в качестве самого подходящего представителя избирательного округа. Хотя ему, в его присутствии, из вежливости говорили комплименты, но, наверное, он был бы не очень обрадован, если бы ему пришлось услышать истинное мнение, которое потом высказывалось о нем. Если бы этот человек проявил немного побольше скромности, то он оказал бы себе и своему делу большую услугу. Не следует думать, что крестьянские слушатели — наивные люди; тот, кто знаком с деятельностью крестьянских собраний и прочими видами общения крестьянства, с его обычаями и привычками, воззрениями, и суждениями, согласится со мной, если я скажу, что здесь неловкостью можно испортить столько же, как и в собрании образованных людей".

Оратор должен сообразоваться со своими слушателями, с их положением, национальностью, обычаями, наклонностями, образованием и т.д. Нельзя говорить перед крестьянами, как в Академии Наук, но было бы большой ошибкой, если бы оратор в какой бы то ни было форме дал понять, что он говорит, ведь, „только перед крестьянами".

Иногда приходится возражать против мнений присутствующих противников, выставляя эти мнения неправильными. В данном случае необходимо самым тщательным образом сохранить ораторское приличие и воздержаться от грубых выходок. В обращении с противником узнается тонко чувствующий оратор.

Ораторское приличие должно быть верховным, основным законом также в речах о личностях, при похоронах, юбилеях и т. п. Подобно тому, как слушатель отталкивается речью, которая содержит одни ходульные похвалы, нельзя ожидать ничего хорошего также и от речи, содержащей чрезмерное порицание в неподходящем месте. Чувство меры и благородный такт никогда не должны быть упущены из виду.

Вместе с ораторским приличием, не должна оставаться без внимания также и ораторская осторожность. Осторожность необходима, например, в тех случаях, когда приходится порицать слушателей. Оратор гораздо скорее достигнет цели, если из порицания будет проглядывать не враждебность, а любовь и благожелательность по отношению к порицаемому слушателю.

Особая осторожность требуется в том случае, если среди присутствующих имеются противники дела, которые не принимают каждое слово на веру, а следят за речью, как строгие критики.

К средствам возбудить и привлечь относится, прежде всего, возбуждение личного интереса; особенно ясно нужно подчеркивать важность темы для слушателей, для их материальных и идейных интересов.

Перейдем теперь к рассмотрению средств третьего вида. Относительно этих средств, прежде всего надо заметить, что они не должны применяться по одному шаблону. Напротив, вид речи, состав аудитории, особенности самого оратора, время и другие обстоятельства не должны быть упущены из виду, ибо, как раз при применении средств 3-ей категории легко могут получиться результаты, противоположные тем, к которым стремились.

Какие средства имеет оратор в своем распоряжении, чтобы воодушевить? (Кое-что о возбуждении душевных эмоций[7] у слушателей). Уже раньше было указано, что оратор должен действовать не только на у и слушателя, но также и на его волю. Если средства второго вида имеют уже целью привлечь и заинтересовать слушателей, то ораторские средства третьего вида должны вызвать эмоцию и направлять их волю.

Различают сильные и мягкие эмоции, между которыми, конечно, существует много оттенков. При выборе душевных эмоций нужно быть очень осторожным, чтобы не вызвать, как уже было сказано, противоположное тому, к чему стремились.

Аффект[8] должен быть приспособлен к особенностям и к таланту оратора, а также и к особенностям слушателей. В одном случае слушатели горячего темперамента, в другом трезвы, холодны, расчетливы и свободны от всяких страстей. Было бы ошибкой произносить горячую, полную темперамента речь перед людьми, которые по своему характеру крайне спокойны, даже недоверчивы.

Если вы намереваетесь вызвать в слушателях эмоции, то нужно, прежде всего, заботиться о том, чтобы не начинать страстную речь вдруг (без перехода), но подготовить к дальнейшему слушателей постепенным повышением аффекта.

Иногда бывает необходимо побороть или понизить душевные эмоции, уже существующие в слушателях. Это можно сделать двояким образом: или постараться вызвать у слушателей противоположные эмоции, которые положат преграду эмоциям существующим, или же, если слушатели возбуждены, обратиться к простому, ясному языку разума, избегая всяких страстных выражений; тогда возбуждение слушателей, наверное, понизится.

Важным ораторским средством является возбуждение любви, удивления или благодарности к лицу, которое уже имеет большие заслуги (прямые или косвенные) по отношению к слушателям. Но при этом нужно, прежде всего, иметь в виду то, что упоминание с похвалой о каком-нибудь за служенном человеке не должно выливаться в форму лести, так как, в противном случае, слушатели могут легко прийти к тому выводу, что оратор, вероятно, имеет какую-нибудь особую причину для этого.

Особенно удачно можно применять аффекты: желание, радость и надежду. Если слушатели уже долгое время стремились к чему-нибудь и если возбудить в них еще более горячее желание и сильную надежду, что желаемое будет достигнуто, то, наверное, это вызовет эмоцию в слушателях. Конечно, не нужно возбуждать никаких ложных надежд; здесь опять надо соблюсти верховный закон ораторского искусства—говорить только правду.

Если известно, что в той или иной местности, среди того или иного круга людей достигнуто что-нибудь особенно дельное, то целесообразно сообщить об этом слушателям, чтобы вызвать в них стремление к подобным же достижениям.

Вместе с этими радостными эмоциями существуют также и такие, которые имеют своим источником какое-нибудь зло. Сюда относятся: ненависть, страх, гнев, недовольство, возмущение, сожаление, стыд, раскаяние, презрение и т. п. Возможно, что с точки зрения ораторского искусства, возбуждение, вызванное последними душевными чувствами, гарантирует больший успех речи; однако, не следует из личного тщеславия вызывать у слушателей дурные эмоции.

Ненависть возбуждается указанием на то, как неблагороден, позорен и опасен поступок.

Страх возбуждается указанием на угрожающую опасность, гибельные следствия для счастья, чести и жизни.

Ненависть, недовольство или возмущение — чувства, вызванные дурным действием или состоянием, которое нужно устранить. Например, возмущение недостойными поступками человека, его нравственным упадком, незаслуженным уважением и благополучием, которым он пользуется, в то время как нередко более достойные люди живут в несчастии и унижении. Здесь очень часто дело переносится на личности, и процессы об оскорблении являются «милыми" последствиями подобных ораторских отступлений.

Более прекрасная эмоция, чем вышеуказанные, есть возбуждение сострадания, то есть огорчения по поводу несчастного положения другого. Сожаление особенно легко возбуждается указанием на то, что достойный сожаления человек не по своей вине попал в несчастье.

Возбуждение стыда и раскаяния есть аффект, который, хотя и очень редко, все же помогает исправлению случайных соучастников из среды слушателей. Конечно, в этом случае оратор должен выступать крайне тактично и осторожно, чтобы не навлечь на свою голову гнева собрания. Очень трудно порицать кого-нибудь, не вызывая озлобления, и поэтому крайне необходимо, чтобы порицание было произнесено в форме, в которой легко замечается, что оратором руководила любовь к своим слушателям и стремление устранить нежелательное явление. Но, прежде всего, порицание должно быть кратким и серьезным и не должно быть вколачиванием морали, результаты чего могут оказаться противоположными желаемому.

Как уже было упомянуто раньше, возбуждение эмоций не должно быть внезапным, непосредственным, а должно вводиться медленно и постепенно. Оратор должен стараться всегда создавать переход к отдельным аффектам, чтобы его речь не оказалась «ухабистой».

РАСПОЛОЖЕНИЕ МАТЕРИАЛА

После основательного изучения материала для речи следует приступить к распределению этого материала. Без определенного распределения материала у речи не будет необходимой ясности, основательности и краткости. Оратор будет говорить то о том, то о другом; в конце концов, все перепутает и вынужден будет прекратить свою речь.

Распределение определяется целью речи. Какую цель преследует моя речь? Дайте себе ясный и твердый ответ на этот вопрос. Все, положительно все в предстоящей работе находится под этим знаком. Если вы строитель, то вы, прежде всего, должны знать, что вы хотите строить: дом для торговли, дворец или обыкновенный дом для жилья: Тогда только вы можете приступить к составлению строительного плана. Конечно, и тут вы можете сделать грубые ошибки: или начертить слишком мало окон, или ошибиться местом, где надо устроить лестницу; или нанести на план комнаты слишком малыми или слишком большими. Ошибки при таком распределении не могут быть исправлены потом даже тончайшим исполнением отдельных частей. Еще более подходящим будет сравнение оратора с полководцем. Полководец, прежде всего, должен выяснить, какой план у него в данный момент: стычка или решительное сражение, кавалерийская разведка или генеральный штурм. Соответственно этому должны быть распределены отдельные части войска. Правильно говорит Гердер: „Я готов простить всякие ошибки, но только не ошибки диспозиции".

При распределении материала следует придерживаться определенного метода. Методом называется то распределение ряда мыслей о каком-нибудь предмете, которое лучше всего способствует нахождению новых истин, подтверждению старых и закреплению их и памяти. Всякий метод бывает или синтетическим или аналитическим.

Синтетический метод начинает с частей материала и постепенно переходит к разъяснению целого. Он начинает с простейших принципов и общих истин и из них выводит свои заключения.

Аналитический метод, напротив, берет целое, расчленяет его на отдельные части, производит исследование их по отношению причин их развития и специальных особенностей, а затем переходит к познанию и изложению целого. В то время, как синтетический, метод кладется в основу, обыкновенно, при изучении какой-нибудь науки, аналитическим методом пользуются большей частью для отыскания новых истин.

Если мы хотим лучше познакомиться с отдельными частями какого-нибудь предмета или облегчить познание его, то мы должны, прежде всего, рассматривать их (части предмета) отдельно, а затем стараться познать их путем сопоставления частей с целым. Так мы поступаем в грамматике, где мы, прежде всего, знакомимся с буквами, затем составляем из них слоги, затем образовываем из слогов слово и, наконец, переходим к составлению предложений и ряда мыслей[9].

Если, наоборот мы лучше знакомы с целым, чем с его отдельными частями, то мы расчленяем целое на его части. Таким образом, мы изучаем, в общем, что такое растение и минералы и познаем (благодаря химии) соли, серу, воду и другие составные части исследуемого предмета. Таким же образом общее познание человеческого тела предшествует анатомическому познанию его, которое мы приобретаем благодаря анатомированию, знакомящему нас подробнее как с внутренними, так и с внешними частями нашего тела.

Конечно, нет необходимости при каждой речи держаться этого строгого порядка. Часто потребуется большее или меньшее отступление, но начинающий оратор поступит хорошо, если он прежде всего запомнит точный методический ход своих доказательств. Если он затем, после более или менее продолжительного упражнения, приобретет большую свободу своей речи, то он может допустить исключение и расположить свою речь, сообразуясь более с обстоятельствами, чем с требованиями строгой методики.

Не следует, однако, забывать, что методическое расположение материала имеет всегда то преимущество, что оно в значительной степени помогает слушателю понять и запомнить речь, потому что в этом случае все легко вытекает одно из другого и каждая отдельная часть находится в зависимости одна от другой. Этим вызывается и закрепляется связь идей, которая облегчает запоминание фактов и предупреждает всякие неясности и недоразумения.

Начинающий оратор должен руководствоваться следующими испытанными на практике правилами:

1. Материал речи должен быть строго ограничен. Если речь продолжается больше часа, то в этом заключается ее большой недостаток. Спросите сами себя, — расположены ли и способны ли вы следить внимательно за течением мыслей дольше часа? Бывают, конечно, исключения, но в большинстве случаев речь, продолжающаяся пол часа произведет лучшее действие, чем речь, которая продолжается больше часа. Краткость речи — ее достоинство. На 9 жалоб, что речь была слишком длинна, едва ли придется одна жалоба на слишком большую краткость речи. Во всяком случае, для каждого ораторам выгоднее то, чтобы с ним расставались с пожеланием послушать его еще раз, чем то, чтобы у слушателей осталось чувство досады, вызванное чрезмерной продолжительностью речи. Простое, по-видимому, правило - строго ограничить материал — требует большой самодисциплины. Вы работали в какой-нибудь области; приобрели в этой области некоторые познания; вам хотелось бы показать, как много вы знаете — и вот... приходится ограничиваться и подвергаться опасности, как бы тот или иной из слушателей не подумал, что к тем мыслям, которые вы уже высказали, вам нечего больше добавить. Очень многие не могут устоять против соблазна, говорят слишком долго и этим обесценивают свою речь. Желая исчерпать тему, они исчерпывают лишь терпение слушателей... Не забывайте, что в течение часа можно наговорить очень много: приблизительно от 20 до 25 страниц формата этой книги. Поистине, достаточно духовной пищи для одной речи. Кроме того, после речи вам предоставляется возможность отвечать на вопросы и возражения, а также изложить дополнительно в заключительном слове отдельные мысли, которые кажутся вам важными.

2. Все отделы речи должны служить одной цели. Без единства цели даже самая содержательная речь становится кучей случайно собранных мыслей, а не войском, способным бороться и победить.

3. Предложения, которые должны служить принципами и на которых основаны доказательства, нужно рассмотреть со всех сторон, чтобы не вкралась какая-нибудь ошибка, которая может умалить силу доказательности доводов. Поэтому старайтесь при всех определениях и описаниях внести ту ясность и точность, которая соответствует предмету. Затем старайтесь, чтобы в последовательности отдельных частей вашей речи был строгий порядок и чтобы общие главные положения, на которые вам, быть может, придется опираться, были ясны и точны, чтобы они находили одобрение тех, суждению которых они преподносятся. Но, прежде всего, не упускайте из виду внутренней связи между причиной и следствием и выводите свои заключения из общих принципов и фактов со строгой научностью и добросовестностью. Кто не соблюдает этих правил, тот подвергает себя, опасности, что умный противник легко сможет уничтожить его длинные рассуждения, основанные на сомнительных принципах.

4. Главнейшие пункты доказательств, как бы они ясны и понятны ни были, следует изложить слушателю поотчетливее и с этой целью остановиться на них подольше, прежде чем идти дальше. Если слушатель вполне освоится с ними, то оратор сможет с гораздо большей свободой выводить из них следствия и придать своей теме гораздо более разнообразия в изложении, чем в том случае, если он, лишь поверхностно коснется главных пунктов.

Психология bookap

5. При развитии речи необходимо обосновывать каждый шаг, каждое новое положение. Всякое звено в цепи доказательств должно быть в состоянии выдержать давление, ибо, если какое-нибудь звено слабо и ненадежно, то эта слабость сообщается всей цепи.