Глава четырнадцатая. О головной боли — забыть навсегда!


...

«Наследственная» мигрень

О том, что хронические головные боли передаются в семье от поколения к поколению, известно давно; а вот какую роль в этом играет наследственность, сказать трудно. Не исключено, что она всего лишь обеспечивает «конституциональную» преемственность, сохраняя счастливому потомству те самые физические и личностные качества, которые для мигрени, очевидно, необходимы. Разумеется, усвоить некоторые из них можно и посредством идентификации. Неосознанно драматизируя родительские черты, ребёнок не только очень легко развивает в себе маниакальную любовь к порядку, но и приобретает способность к воспроизведению самых настоящих приступов.

Воспитание здесь — также фактор немаловажный: чистота и аккуратность в таких семьях культивируются буквально с младенчества. Кроме того, всякие проявления детской строптивости пресекаются здесь родителями очень сурово: с ранних лет ребёнок узнаёт, что злость, раздражение, гнев — это «плохие чувства», и ни в коем случае нельзя выпускать их на волю.

Психология bookap

Жертва мигрени живёт под постоянным гнётом самоконтроля. Но «приручить» себя и некоторые свои вещи — это одно, а совладать с окружающим миром, населённым к тому же совершенно непредсказуемыми существами, — совсем другое. Ощущение бессилия перед бушующей вокруг стихией порождает в женской душе ужас и предчувствие катастрофы; разумеется, и эти чувства очень послушно уходят «в песок» подсознания. А загоняет их туда другой мрачный «страж» — боязнь собственных негативных эмоций; женщина твёрдо знает: стоит ей только сорваться — и беды не миновать.

Наконец, что есть педантичность, если не изнаночная сторона неуверенности в себе, одно из проявлений комплекса неполноценности? Ощущение собственной ущербности, которое за этим скрывается, в свою очередь, служит источником внутренней ярости; та, конечно же, подавляется — и многомерный порочный круг замыкается навсегда. К обрисованной нами мрачной картине остаётся добавить лишь несколько штрихов. Жертва мигрени отличается необычайной чувствительностью; она мнительна, постоянно обижается по пустякам, но при этом во всех прегрешениях, мыслимых или немыслимых, винит только себя. «Это я во всём виновата!» — таков её жизненный девиз.