Глава 3. Доверяйте бессознательному.

Я бы научился многому.

Когда я подошел к Эстабруксу, профессору психиатрии Нью-йоркского "Освего Колледж", он сказал мне: "Я включил тебя в расписание семинаров, и ты сегодня вечером проводишь встречу с учителями". Я знал, что придут еще и многие желающие и что мне предстоит проделать много не связанной с лекцией работы, прежде чем я войду в аудиторию. Однако это меня не беспокоило, потому что я знал, что могу говорить, и я знал, что могу думать, и я знал, что научился многому за эти годы.

В этой небольшой зарисовке и в двух последующих Эриксон формирует отношение доверия к долговременной памяти и к бессознательно накопленному знанию. Он подчеркивает тот факт, что бессознательное является хранилищем воспоминаний и навыков, которые можно вызвать спустя много лет. Он очень любил цитировать Вилла Роджерса: "Нам создает проблемы не то, чего мы не знаем. Нам создает проблемы то, что оказывается не таким, каким мы его знаем". И Эриксон обычно добавлял: "То, что мы знаем, но не знаем о том, что мы это знаем, создает нам еще большие проблемы".

Легкий снег.

В деревне Ловелл, штат Висконсин, первый снег выпал осенью, двенадцатого ноября, около четырех часов дня. А ребенок, сидевший на третьем ряду, на третьем месте, прямо у окна, спрашивал себя - как долго я буду помнить это?

Мне тогда было просто интересно знать. Я знал точно... Я знал, что это было 12 ноября 1912 года. Тогда шел легкий снежок.

Нарвал.

У нас на ферме были две книги - история Соединенных Штатов и полный энциклопедический словарь. Я читал словарь от корки до корки, несколько раз, снова и снова. И у меня был огромный запас слов. Гораздо позже, когда я выступал с лекциями в МокТане, один врач пригласил меня к себе домой провести вечер. Когда мы седели, он достал очень необычный спиралевидный предмет и спросил: "Вы знаете, что это?"

Я сказал: "Да, это бивень нарвала". "Вы первый человек, который, посмотрев на эту вещь, узнает ее , - сказал он .Мой дед был китобоем и, добью нарвала, взял этот бивень. Он хранился в нашей семье. Я никогда никому не рассказывал об этом. Я даю людям возможность подержать и поразглядывать его, и они удивляются, удивляются, удивляются. Как вы узнали, что это бивень нарвала?"

Я ответил: "Когда мне было пять или шесть лет, я видел его на картинке в энциклопедическом словаре".

Он будет говорить.

Много людей беспокоилось из-за того, что мне уже было четыре года, а я все еще не говорил, в то время как моя двухлетняя сестренка уже говорила. И она все продолжает говорить, хотя так до сих пор ничего не сказала. Многие были сильно огорчены тем, что я был четырехлетним ребенком и не мог говорить.

Моя мать говорила, успокаивая: "Когда придет время, он заговорит". Эта последняя история бросает свет на глубокое убеждение Эриксона в том, что "бессознательному" можно довериться и оно среагирует правильно и в нужное время. Когда эта история рассказывается пациенту, только начинающему входить в гипнотический транс, она может побудить его терпеливо ждать моментам когда желание говорить проявится само собой или когда он сможет раскрыть то, что хочет сообщить "бессознательное" без помощи слов.

Как почесать свинью.

Однажды летом я продавал книги, чтобы заплатить за свое обучение в колледже. Около пяти вечера я зашел во двор фермы и завел разговор с фермером о покупке книг. И тогда он сказал мне: "Молодой человек, я не читаю ничего. Мне не нужно ничего читать. Я просто люблю возиться со своими свиньями".

Я спросил его: "Вы не будете против, если я постою рядом и поговорю с вами, пока вы ими занимаетесь?"

"Болтай, сколько хочешь, парень, - сказал он, - хотя проку тебе от этого не будет никакого. Я не собираюсь обращать на тебя внимания. Ты же видишь, я занят и кормлю свиней".

И вот, я начал рассказывать про свои книги. Будучи фермерским мальчиком, я машинально поднял с земли пару камешков, которые валялись рядом, и начал, разговаривая, чесать ими спины свиней. Фермер посмотрел на меня, остановился и сказал: "Будь кто угодно этот человек, но если он знает, как почесать свинье спину так, чтобы ей это понравилось, он уже мне интересен. Как насчет того, чтобы поужинать со мной сегодня вечером? И ты можешь остаться ночевать. Денег не нужно, и не беспокойся, я куплю твои книги. Ты любишь свиней. Ты знаешь, как они любят, чтобы их чесали".

Здесь Эриксон вспоминает, как он бессознательно действовал наилучшим способом, чтобы достичь своей цели - в данном случае, чтобы продать книги. Он подчеркивает тот факт, что он "машинально" поднял камешки и, разговаривая с фермером, стал чесать свиньям спины, А фермер бессознательно среагировал на человека, у которого, как он чувствовал, была добрая душа.

Конечно, Эриксон не учит продавать книги или манипулировать людьми. С фермером он говорил совершенно искренне, отчасти потому, что сам вырос на ферме. Действие, оказавшееся столь эффективным - чесание свиней по спинам - стало возможным потому, что Эриксон мог свободно выражать себя. Он побуждает слушателя доверять своему бессознательному, как доверял ему он сам и как доверял своему бессознательному фермер, общаясь с молодым Эриксоном.

Эта история также иллюстрирует принцип, который я назвал: "Присоединитесь к пациенту".

Эриксон рассказал мне эту историю в августе 1979 года после того, как я спросил его, почему он выбрал именно меня в качестве автора предисловия к своей книге "Гипнотерапия". Перед тем как начать рассказывать историю о чесании свиней, он ответил мне: "Ты мне нравишься и ты подарил моей жене золотую лягушку". (Я впервые посетил Эриксона в 1970 году, когда возвращался из Лос-Анджелеса в Нью-Йорк с коллекцией живых змей, ящериц и лягушек. Я подарил ему тогда красивую желтую лягушку.)

Он продолжал: "Ты произвел на меня хорошее впечатление. Ты мне понравился. Ты настоящий. Ты честный. Ты вдумчивый. Ты сообразительный, и ты смог поехать из Нью-Йорка в Сан-Франциско или в Лос-Анджелес только потому, что тебе нравились лягушки! Здесь, в этой комнате, у меня возникло такое впечатление - парень любит резьбу по дереву. Такое впечатление ты на меня производишь. Парень действительно любит резьбу. И у него за душой есть нечто большее, чем просто сидеть в кресле психоаналитика и делать доллары. У него есть и другие интересы. Лягушки - это достаточно далеко от психоанализа, психиатрии, литературы и тому подобного. У тебя разносторонние интересы". В конце рассказа он подчеркнул свою мысль, посмотрев прямо на меня своими ясными и добрыми глазами, и сказала "Мне нравится, как ты чешешь свинью". Он дал ясно понять, что в выборе сотрудников он доверяет своему бессознательному, точно так же, как и в других вопросах.

Семь "звездочек".

Один из моих подопечных был замечательным человеком, с которым мы проделали много экспериментальной работы. Он был психологом. У него была степень магистра, но он действительно не мог определиться относительно своего будущего. Мы поэкспериментировали с ним, и он осознал, что у него есть бессознательное. Я дал ему почитать свои медицинские книги, и он поступил в медицинское училище. На последнем курсе один из профессоров, который очень любил его, как-то сказал: "Артур, как по-твоему, как ты сдашь мой экзамен?" И Артур ответил: "У меня не будет никаких проблем с вашим экзаменом. Вы будете задавать только десять вопросов, а именно..." - и он стал перечислять все десять вопросов.

Профессор сказал: "Да, ты точно знаешь вопросы, которые я собираюсь задавать! Ты даже назвал их мне в том порядке, в котором они у меня значатся. Уж не забрался ли ты ко мне в кабинет и не снял ли там копию?"

Артур сказал: "Нет, я просто знал, что вы будете спрашивать на курсовом экзамене".

Профессор сказал: "Меня не устраивает твой ответ. Мы пойдем к декану и поговорим с ним".

Декан выслушал рассказ и сказал: "Артур, это правда? Ты действительно знаешь вопросы?"

Артур ответил: "Конечно, я знаю вопросы. Я посещал его курс и слушал его лекции".

Тогда декан сказал: "Так или иначе, распечатка с вопросами все же побывала в твоих руках. Если ты не сможешь доказать обратного, то мне придется вычеркнуть тебя из списка сдающих экзамен и ты не получишь диплома, из-за проявленной нечестности".

Артур сказал: "Вы хотите доказательств того, что я знал, какие вопросы будет задавать профессор, прежде него самого. Вы можете послать кого-нибудь сходить в мою комнату за конспектами, которые я вел на его лекциях. И тогда вы увидите, что некоторые записи отмечены звездочками. Все вопросы, которые профессор собирается задать, отмечены семью звездочками. Вы увидите, что номера 1, 2, и 3 отмечены разным количеством крестиков. А поскольку профессор имеет обыкновение задавать только десять вопросов, то я выбрал десять тем, которые отмечены у меня семью звездочками, поскольку именно им профессор уделял наибольшее внимание, как в течение года, так и на сессии по завершении курса".

Итак, они послали одного из учащихся за конспектами и обнаружили, что некоторые записи Артур помечал одной звездочкой, некоторые двумя, некоторые тремя, некоторые четырьмя, или пятью или шестью, но отмеченных семью звездочками было только десять. Пометки были пронумерованы цифрами от 1 до 10, причем бессистемно, так что, в середине страницы могла оказаться цифра 1, а вверху - 9 и так далее.

Тогда декан сказал: "Тебе не нужно сдавать экзамен. Ты действительно слушал и уловил особую интонацию, с которой преподаватель читал эти темы".

Когда вы слушаете лекцию и обращаете внимание на интонацию, которой преподаватель выделяет отдельные темы, вы можете выбрать то, что он включит в экзаменационные вопросы. Артур был замечательным человеком, у него был прекрасный слух и чувство ритма, поэтому он всегда знал заранее, какие темы будут включены в экзамен. Преподаватель сам выдавал это. Преподаватели всегда выделяют главное, они всегда хотят, чтобы студенты знали, что является главным. Но иногда им кажется главным то, что на самом деле важным не является. Будьте внимательны и запомните такие темы. Они будут включены в вопросы на экзамене. Коммуникация - это очень сложная вещь. Выражение нашего лица, глаз, то, как мы держим тело и двигаем им, как двигаем руками, ногами и головой и так далее, движения отдельных мускулов - все это выдает массу информации.

В этом рассказе молодой психолог - студент медицинского училища - научился не только доверять бессознательному, но и развил свою наблюдательность до довольно значительной степени. Как утверждал Эриксон: "Артур был замечательным человеком". Конечно, большинство из нас не обладает столь развитым восприятием. И все же, если мы будем знать, что это возможно, то это побудит нас приложить усилия в этом направлении, особенно когда мы получаем ясные сообщения в сновидениях или через ассоциации.

В этом рассказе преподаватель бессознательно показывал студентам, что именно им следует выучить. Эриксон советует нам прислушиваться к этим бессознательным подсказкам. В рассказе студент смог довести свои бессознательные впечатления до сознания. А читающие или слушающие эту историю могут, однако, среагировать на заложенную в подтексте мысль Эриксона, даже не осознавая этого. Фактически, он и предлагает им это сделать.

Вызывая и используя состояние транса, Эриксон побуждает нас к тому же - доверять своему бессознательному. Вот как он объясняет это психотерапевтами
Видите ли, вызывание транса не должно быть трудным. Нужно только, чтобы ваш голос звучал уверенно. Самым главным является просто ваша уверенность в своей способности вызвать транс. Любой человек может войти в транс - даже параноик - если, конечно, вы будете аккуратно работать. Я не советую вам вводить в транс параноиков, потому что в трансе они могут сохранить паранойяльное состояние. Но экспериментально я установил, что все пациенты могут войти в транс - это может любой человек.

Теперь, нужно ли знать, что вы находитесь в трансе? Нет, не нужно. Насколько глубоким должен быть транс? Достаточен любой уровень транса, который дает возможность вашему бессознательному мысленно увидеть, что происходит. С помощью таких мысленных представлений и такого понимания вы узнаете гораздо больше, чем с помощью сознательных усилий. И вы должны использовать свое бессознательное даже тогда, когда работает ваше сознание.

Любопытная.

Одна женщина ходила в колледж, всегда прикрывая рот левой рукой. Когда она отвечала урок, то также держала левую руку у лица, закрывая ею рот. Она выходила на улицу тоже, закрыв рот рукой. В ресторане она тоже ела, закрывая левой рукой рот. И когда она отвечала на уроке, и когда она шла по улице, и за едой в ресторане она всегда держала левую руку так, что рта не было видно.

Однажды это меня заинтересовало. Я поставил себе целью познакомиться с ней. После долгих уговоров она рассказала мне о страшном происшествии, которое ей довелось пережить в возрасте десяти лет. Во время аварии ее выбросило из машины через ветровое стекло. Это действительно страшно для десятилетнего ребенка. Ее рот был разрезан осколками стекла, и на капоте машины растеклась лужа крови. Количество крови, так напугавшее десятилетнюю девочку, могло на самом деле быть совсем небольшим, но ей оно показалось огромным. Она росла с мыслью, что у нее изувечен рот, и поэтому закрывала его рукой, чтобы никто не видел этот ужасный шрам.

Мне удалось сделать так, что она прочла историю косметологии и оттуда узнала об искусственных "мушках" - пятнышках в форме кружочков, полукругов, звездочек и так далее. Она прочитала о том, как женщины наклеивали таких "мушек" на лицо, чтобы подчеркнуть те части, которые считали привлекательными. Я попросил ее нарисовать мне несколько "мушек". Затем я добился того, чтобы она, оставшись в комнате одна, сделала копию своего шрама в натуральную величину - он оказался в форме пятиконечной звезды размером как раз с "мушку". Но все же он продолжал казаться ей больше, чем все ее лицо. Итак, я уговорил ее пойти на свидание с одним из студентов. Она должна была нести две тяжелые сумки, чтобы руки были заняты. Во время этого и последующих свиданий она обнаружила, что если она позволяла молодому человеку поцеловать себя на прощание, то он неизменно целовал ее в ту часть рта, на которой был шрам. Даже не смотря на то, что можно было поцеловать в левую или правую часть рта, молодой человек всегда, неизменно целовал ее туда, где был шрам. Она назначила свидание другому мужчине, но у нее не хватало нервов довести дело до прощального поцелуя. Следующий мужчина поцеловал ее в правую половину рта. То же самое сделали и все последующие - третий, четвертый, пятый и шестой. Чего она не знала, так это того, что она любопытна и когда ее разбирало любопытство, она всегда наклоняла голову немного влево, так что мужчина мог поцеловать ее только в правую половину рта! Каждый раз, когда я рассказываю эту историю, я смотрю вокруг. Вы все знаете о подсознательной речи, но вы не знаете о подсознательном слышании. Когда я рассказываю эту историю, каждая женщина собирает губы "трубочкой" - и я не знаю, о чем она думает.

Понаблюдайте, когда соседка зайдет посмотреть на младенца. Следите за губами. Вы точно заметите, когда она захочет поцеловать ребенка. Заметив особенность девушки наклонять голову в определенную сторону, Эриксон предположил, что она также наклонит голову и перед поцелуем. Он учит тому, насколько важно использовать информацию, бессознательно раскрываемую пациентом. Эриксон помог ей открыть для себя то, что он уже давно обнаружил, а именно, что она наклоняла голову, когда возбуждалось ее любопытство. Чтобы помочь ей сделать это открытие, он не дал ей возможности воспользоваться ее обычным защитным механизмом, прикрыванием рта левой рукой. И когда несколько человек поцеловали ее в ту половину рта, на которой был шрам, она смогла понять, что на самом деле он не уродлив.

Эриксон использует трюк, хорошо известный фокусникам. Он направляет наше внимание в одну сторону в то время как реальное событие происходит совсем в другом месте. Например, он уводит нашу мысль в сторону, заставляя думать, "почему она закрывает рот левой рукой"? На самом деле это не важно. Он наблюдает то, как она наклоняет голову. И это действительно важно.

Профессор Родригес.

Я вхожу в состояние транса для того, чтобы стать более чувствительным к интонациям и изменениям в речи пациентов. Для того, чтобы лучше слышать и лучше видеть. Я вхожу в транс и забываю о присутствии окружающих. И люди видят меня в трансе.

У меня был пациент, Родригес, профессор психиатрии из Перу. Он написал мне письмо, в котором выражал желание пройти у меня психотерапию. Я знал его по отзывам других. Я знал, что он образован гораздо лучше меня. Я знал, что у него гораздо более острый ум, чем у меня. Я считал его гораздо умнее себя. И вдруг он хочет приехать и стать моим пациентом.

Я удивлялся: "Как я буду работать с человеком, который сообразительнее, образованнее и умнее меня?" Он был испанцем из Кастилии, очень заносчивым - заносчивым и жестким человеком, с которым трудно иметь дело. Я назначил ему встречу на два часа дня. Я записал его имя, адрес, адрес, по которому он остановился, семейное положение, общие данные. Затем я поднял глаза, чтобы спросить его: "Как вы представляете себе свою проблему?" Кресло напротив было пусто.

Я посмотрел на часы, ожидая, что сейчас что-то около двух. Было четыре часа дня. Я заметил, что передо мной лежит папка с исписанными листами бумаги. Тогда до меня дошло, что, расспрашивая его, я впал в гипнотический транс.

Затем, однажды, после двенадцати или четырнадцати часов психотерапии Родригес вскочил и сказал: "Доктор Эриксон, вы в трансе!" Я пробудился и сказала "Я знаю, что вы сообразительнее меня, более умны и более образованны. И что вы очень заносчивы. Я чувствовал, что не справлюсь с вами и думал, как бы мне это сделать. И только в конце нашей первой беседы я узнал, что за дело взялось мое бессознательное. Я знаю, что у меня в папке лежат листы бумаги с записями. Я их еще не читал. И прочту их только после того, как вы уедете".

Родригес сердито посмотрел на меня и сказал, указывая на фотографию; "Это ваши родители?" Я сказал: "Да".

Он спросил: "Кем работает ваш отец?" Я ответил: "Он в прошлом фермер, но сейчас уже не работает".

Родригес презрительно поморщился: "Крестьяне!" Но мне было известно, что он прекрасно знает историю, и я сказал: "Да, крестьяне. И насколько мне известно, кровь незаконных детей моих предков течет и в ваших жилах". Он знал о том, что Викинги прошли по всей Европе.

После этого он был паинькой. Потребовалась очень быстрая работа ума, чтобы найти решение: "кровь незаконных потомков моих предков, викингов, может оказаться в ваших жилах".

Я знал, что Родригес уехал из Англии, не заплатив Эрнсту Джойсу за психоанализ. Я знал, что он покинул Дьюкский университет, наделав массу долгов. Поэтому, когда на прошлой неделе мы начали работать, я сделал так, что Родригес назвал мне имена всех важных лиц, которых он знал. Я записал их адреса. Он был очень доволен, что сделал себе такую саморекламу. Я записал все это и потом сказал: "Как вам удобнее заплатить, наличными иди чеком?" "Вы провели меня", сказал он. "Я полагал, что это необходимо. Я заработал свою плату", ответил я ему.

Таким образом я получил свои деньги. Зачем еще мне могли понадобиться имена и адреса всех его влиятельных друзей? Он сразу распознал угрозу, когда услышал ее.

Это была одна из любимых историй Эриксона, с помощью которой он наглядно показывал, насколько важным может оказаться для психотерапевта состояние транса, когда он пытается найти наилучший и наиболее эффективный способ работы с пациентами. Этот рассказ требует небольшого комментария. Он показывает, насколько важно, чтобы психотерапевт был "на высоте", когда он имеет дело с заносчивым пациентом. Эриксон добивается этого тем, что сперва перечисляет те сферы, в которых Родригес действительно имеет перед ним превосходство. Это только подчеркивает эффективность его последних слов. В рассказе содержится еще один смысл: даже несмотря на то, что мы можем чувствовать себя "ниже" другого человека, даже несмотря на то, что мы можем ощущать собственную неадекватность, нужно только покопаться в своем бессознательном, и тогда мы найдем силы выровнять ситуацию или даже обернуть ее в нашу пользу. Мы можем даже "выкопать" своих предков, как это сделал Эриксон, но это тоже неплохо. Эриксон, конечно же, не стал бы лишать нас унаследованных сил и ресурсов. Он верил в те возможности, которые у человека есть, - во все имеющиеся у него возможности.

Хью Дан, Льюи Дам и Лун Дан.

Мне нужно было написать очень сложный абзац. Я начинал снова и снова, но так и не мог закончить. Однажды я сказал себе: "Что же, у меня есть два часа до того, как придет следующий пациент. Я, пожалуй, откинусь в кресле, войду в транс и посмотрю, что скажет мое бессознательное об этом куске текста".

Я ждал, пока до прихода пациента не осталось пятнадцать минут и тут с удивлением обнаружил, что взгляд мой упал на стоявший поблизости ящик со смешными книгами, принадлежавший детям. На столе тоже лежали две стопки смешных книжек. Пациент был уже здесь, поэтому я убрал книжки обратно в ящик и вышел в другую комнату встречать пациента.

Недели через две я подумал: "А ведь ответ относительно моего куска текста я так и не получил". У меня было немного времени, поэтому я взял карандаш и тут же у меня в голове пронеслось: "И Дональд Дак сказал Хью Даку, Дьюи Даку и Лун Даку..."и я с удовлетворением понял, что "Утиные истории" заставляют думать не только детей, но и взрослых. Они написаны кратко, ясно и поучительно. Итак, я написал параграф. Мое бессознательное знало, откуда взять пример.

Вот еще одна история, которая показывает, каким хорошим помощником может быть бессознательное при решении проблем. Эриксон рассказал мне эту историю после того, как я попросил его помочь мне при составлении графика приема пациентов и в написании книги. Было очевидно, что он подсказывал мне войти в транс, оставив для этого, как он делал, достаточно времени, и прислушаться к своему бессознательному. Я последовал этому совету и нашел несколько решений. Однажды я испытал творческий срыв - я не мог написать ни строчки. С помощью самогипноза я вошел в транс, предварительно задав себе вопрос: "Как мне "разблокировать" себя?" Вдруг я почувствовал, что у меня начинают чесаться пальцы правой руки: ногтевые фаланги большого и среднего пальцев и подушечка указательного пальца. Вскоре я понял, что чешутся как раз те места, которыми я держу авторучку. Мое бессознательное говорило мне, чтобы я начал писать рукой, а уже потом переходил к диктовке текста. Я так и поступил и вскоре преодолел "блок", не дававший мне писать.

Прогулка вдоль по улице.

Вы идете вдоль по улице, вам столько лет, сколько сейчас, вы стараетесь идти по прямой линии твердым шагом, и вот вы почувствовали голод. И вы автоматически замедляете шаг, проходя мимо первого же ресторана. Если вы женщина, вы можете автоматически завернуть к ювелирному магазину. Если вы спортсмен, вы автоматически остановитесь у витрины "Спорттоваров". Если вы долго не лечили зубы, хотя и знали, что уже давно пора сходить к стоматологу, но так и не удосужились это сделать, то вы также машинально ускорите шаг, проходя мимо зубной поликлиники.

Однажды я облюбовал себе наблюдательный пункт напротив женской консультации, чтобы можно было видеть молодых женщин, проходящих мимо. Когда у них так км иначе изменялась походка, замедлялся шаг, изменялся ритм размахивания руками, появлялось на лице умиротворенное выражение, когда они проходили мимо, то я переходил улицу и спрашивал: "Результаты анализам были положительными?" Еще не успев подумать, они отвечали: "Первого - да", или "Надеюсь, что да".

Одна молодая женщина тоже изменила шаг, стала по-другому махать руками, изменилось и выражение ее лица. Можно было видеть реакцию страха. Вот тут надо быть осторожнее - она не замужем!

Каждый, будь то мужчина или женщина, независимо от возраста, автоматически замедляет шаг, как будто воздух становится густым и вязким, не давая двигаться вперед. И знаете возле чего? Возле булочной! Обонятельный раздражитель очень сильный, и он автоматически срабатывает, замедляя ваш шаг.

Это был еще один пример того, что большая часть нашего поведения определяется бессознательным. Эриксон часто вставляет ссылки на "автоматическое" поведение. Таким образом, данный рассказ полезен для того, чтобы помочь пациенту раскрепостить свои автоматические реакции в гипнотическом трансе. Перечисления в рассказе могут легко привести к возникновению гипнотического транса, особенно если слова произносятся в определенном ритме.

Разумеется, эту историю можно использовать и с целью диагностики. Вы можете понаблюдать за реакцией пациента, когда упоминаете различные элементы рассказа - ювелирный магазин, спорттовары, зубную поликлинику. Озабоченность беременностью может проявить себя в реакции на эпизод с молодой женщиной, которая проходила мимо консультации, озабоченная этой проблемой. Комментарий к эпизоду с булочной может очень легко пробудить ранние детские воспоминания, связанные с запахами стряпни или приготовления пищи.

Я удивлялся, почему Эриксон особо подчеркнул факт, что "каждый автоматически замедляет шаг", проходя мимо булочной. Наконец, я понял, что смысл его слов был обращен ко мне: "Не торопись, Розен)". Он обращается ко всем, кто его слушает - не торопитесь, уделите время обучению и сенсорным ассоциациям.

Автоматическое письмо.

Не следует упускать из виду ни малейшего движения. Очень часто путем написания слова "да" можно ответить на вопрос. Девочка может задать вопрос: "Действительно ли я влюблена?" И я спрошу ее: "В кого, по-твоему, ты влюблена?"

"О! У меня есть Билл, Джим, и Пит, и Жорж". Тогда я задаю вопрос: "Это Билл?" Она пишет: "Да". "Это Жорж?" "Да".

"Это Джим?" "Да".

"Это Пит?" "Да".

Но если, написав "да", она при этом так нажимает карандашом, что делает в бумаге дырку, то тогда это именно тот мальчик. И, тем не менее, она не хочет знать этого.

Однажды в Мичиганском Государственном Университете доктор Андерсен читал лекцию по гипнозу на факультете психологии -для всего факультета. Доктор Андерсен спросил меня, не хочу ли я продемонстрировать что-либо. Я сказал, что у меня нет испытуемого и я хотел бы проверить несколько добровольцев. Позвали нескольких студентов и спросили, не желают ли они участвовать в опыте. Несколько человек изъявили желание. Я выбрал девушку по имени Пегги. Среди прочего доктор Андерсен хотел продемонстрировать автоматическое письмо. Я попросил Пегги отойти к дальнему концу длинного стола, а мы все стали у противоположного конца.

Я ввел Пегги в транс. Она осознавала, что мы все сидим за дальним концом длинного стола, а она сидит за противоположным. Она что-то автоматически написала. Затем она автоматически сложила листок, потом сложила его еще раз и так же автоматически сунула его в свою сумку. Она не заметила ничего из того, что сделала. Мы все заметили. Я снова ввел ее в транс и сказал ей, что когда она пробудится, она автоматически напишет: "Сегодня прекрасный июньский день". На самом деле был апрель.

Она написала это, и после того, как я показал ей написанное, она сказала, что не писала этого и что это не ее почерк. Конечно же, почерк был не ее.

Когда наступил сентябрь, она позвонила мне из другого города и сказала: "Сегодня приключилась забавная вещь, и я думаю, что без вас тут не обошлось, - поэтому я вам расскажу, в чем дело. Я сегодня чистила свою сумку. Там я нашла сложенный лист бумаги. Я развернула его и увидела, что на одной стороне было написано странным почерком: "Выйду ли я замуж за Гарольда?" Я не знаю, как этот лист попал ко мне в сумку. И я чувствую, что вы как-то связаны с этим. А единственное, что меня связывает с вами, это лекция в Мичиганском Государственном Университете, которую вы читали в апреле. Вы можете как-то объяснить происхождение этого листка?"

Я ответил: "Я читал лекцию в университете в апреле, это правда. А теперь скажите, не были ли вы тогда помолвлены с кем-либо?" "Да, конечно, я была помолвлена с Биллом". Я сказал: "У вас тогда не возникали сомнения относительно своей помолвки?" "Нет, не возникали".

"А не возникали ли такие сомнения вообще когда-либо?"

"О, в июне мы с Биллом расстались". "И что произошло с тех пор?" "В июле я вышла замуж за человека по имени Гарольд".

"Вы давно были знакомы с Гарольдом?"

"О, я просто видела его несколько раз в течении короткого периода во втором семестре, но мы никогда не встречались и не разговаривали. Никогда, пока я случайно не встретила его в июле".

Я сказал: "Эту фразу: "Выйду ли я замуж за Гарольда?" - вы написали автоматически в состоянии транса. Ваше бессознательное уже знало, что вы порвете с Биллом и что Гарольд есть тот, кто вам действительно нравится". Ее бессознательное за много месяцев знало, что она разорвет свою помолвку. Сложить и убрать листок ее заставило то, что тогда в апреле она на уровне сознания не могла принять лицом к лицу этот факт.

Первые опыты с автоматическим письмом надо начинать очень осторожно и терпеливо. Ваши испытуемые, пока вы не дадите им самим явным образом убедиться в их защищенности, будут скованы в своем письме, поскольку при этом выражаются вовне очень интимные, личные вещи, с которыми они еще не готовы встретиться лицом к лицу. Поэтому если вы хотите использовать автоматическое письмо, то позвольте вашему пациенту сказать "я не могу" и начните учить его раскрепощать руку так, чтобы она стала двигаться, вычерчивая каракули. Постепенно, начертив какое-то количество бессмысленных каракулей, он вложит в каракули тайную информацию, которую нельзя будет прочитать (разобрать). Затем он начнет писать всякую всячину, вроде "сегодня прекрасный июньский день". Затем он может раскрепоститься и начать писать личностно важную информацию. Однажды я потратил шестнадцать часов, разбирая совершенно немыслимый почерк, что в конечном счете позволило мне понять всю суть дела - кажется, эта история попала в "Сборник научных работ".

Сам нажим почерка может сообщить много важного. Вот уж действительно "давалось к часу нужное", когда Эриксон предложил Пегги написать фразу: "Сегодня прекрасный июньский день". Именно в июне она порвала с тем, с кем была помолвлена - с Биллом. И конечно же, июнь - это месяц, который ассоциируется со свадьбами.

Трансы у народа Бали.

Когда Маргарет Мид, Джейн Бело и Грегори Бэйтсон отправились на Боли в 1937 году, они ставили себе целью исследование самогипноза в культуре Бали. Допустим, балиец идет на рынок. По пути он входит в состояние глубокого транса, делает покупки, возвращается домой и выходит из транса - или, продолжая оставаться в трансе, наносит визит соседу, который не находится в трансе. Самогипноз является частью их повседневной жизни. Мид, Бэйтсон и Бело изучали поведение балийцев и привезли оттуда фильм, чтобы я мог изучить его. Мил хотела знать, являются ли трансы в культуре Бали и трансы на Западе одним и тем же явлением. И вот, уже теперь, студентка Люси приняла ориентацию тела, как это делают балийцы, сложила руки, пытаясь привстать на цыпочках и разотождествляя себя с телом. Это характерно для транса.

Эта история показывает, что обычные вещи, такие как покупки или визиты к соседям, можно делать, находясь в состоянии транса. Поведение не обязательно должно быть необычным. В конце истории Эриксон сравнивает опыт трансов в культуре Бали с западным опытом, указывая на то, что движения тела психотерапевта (Люси), ориентирующие тело в пространстве его кабинета сходны с теми, которые делают балийцы, выходя из транса. Приводя этот пример с отдаленной и для многих из нас экзотической культурой, Эриксон хочет довести до нас две мысли. Первое - это то, что транс есть нечто обыденное, испытываемое всеми нами. Второе - это то, что транс есть экзотическое, чарующее переживание.