Об авторе
Французский философ Мишель Фуко (1926–1984) и через 10 лет после смерти остается одним из наиболее читаемых, изучаемых и обсуждаемых на Западе. Став в 70-е годы одной из наиболее влиятельных фигур в среде французских интеллектуалов и идейным вдохновителем целого поколения философов и исследователей в самых различных областях, Фуко и сегодня является тем, кто «учит мыслить».
Чем обусловлено это исключительное положение Фуко и особый интерес к нему? Прежде всего самим способом своего философствования: принципиально недогматическим, никогда не дающим ответов, часто — провоцирующим, всегда так заостряющий или переформулирующий проблему, что открывается возможность нового взгляда на нее, нового поворота мысли. Интерес к Фуко связан также с тем, что он ввел в сферу философского рассмотрения и тематизировал такие области существования человека, которые прежде никогда не удостаивались внимания профессиональных философов: безумие, клиника, тюрьма, сексуальность. Одной из таких областей стала область дискурсивных практик, называемая Фуко по-разному: «дискурс», «дискурс — мысль», «сказанные вещи», «архив». В какой-то момент мысль Фуко фокусировалась именно на дискурсе, который выступил в качестве независимой, самодостаточной и саморегулируемой инстанции, первичной по отношению ко всем прочим практикам и в определенном смысле ими управляющей. Этим подход Фуко отличается от всего того множества концепций языка, речи, знака и т. д., которыми богат ХХ век.
В публикуемой работе можно видеть попытку самоопределения Фуко по отношению к двум ведущим направлением гуманитарной мысли нашего времени: семиотике, с одной стороны — той, для которой первичной реальностью являются сами «сырые», неинтерпретированные знаки, и герменевтике — с другой, которая, напротив, в качестве первичной признает реальность интерпретации и осуществляющей эту интерпретацию субъективности. Сам Фуко дистацируется и от того, и от другого не только тонко и проницательно, отмечая непреходящие завоевания каждого из подходов, но вскрывая также и проблематизируя фундаментальные допущения и уловки, стоящей за ними мысли, несостоятельность которых и заставляет Фуко ставить вопрос о выделении дискурса в качестве автономной сферы, с присущими ей механизмами возникновения и функционирования, распределения и ограничения. («L'Archeologie du savoir», 1969 и «L'Ordre du discours»,1971)
Данный текст интересен своим переходным характером, он позволяет увидеть движение мысли Фуко, «кухню» его работы, В самом деле, где находится автор, когда он обсуждает герменевтику, семиологию, структурализм и т. д.? Скорее всего в том особом пространстве «археологического», или «генеалогического», как позже назовет его Фуко, анализа, который предполагает восстановление предпосылок и условий возможности тех или иных форм мысли. И здесь дистанцированность Фуко оказывается только оборотной стороной его страстной вовлеченности: опыт чтения и понимания работ Фуко с несомненностью показывает, что с наибольшей яростью его критика обрушивается каждый раз на то, со стороны чего он испытывает наиболее сильное влияние. Известны признания Фуко о его намерениях написать «археологию герменевтики», равно как и указания на то, какую роль сыграл для него в 60-е годы структурализм (достаточно сказать, что подзаголовок «Слов и вещей» — «Археология гуманитарного знания» — первоначально выглядел иначе: «Археология структурализма»). И вместе с тем заверения, что ни «структуралистом», ни «герменевтом» он никогда не был… Археологический анализ, как можно предположить и был для Фуко кроме прочего, а может быть и прежде всего, способом «разотождествления», или говоря его языком: «открепления» от всяких «временных» форм мысли, инструментом «критической работы мысли над самой собой». В этом Фуко и видел основную задачу и смысл философствования.
1 марта 1994 Светлана Табачникова
Короче, я стала уговаривать его пить Нафтусю (а она тогда не очень приятно пахла и была весьма противной, кстати, сейчас почти ничем не пахнет).
- С чего это ты заделалась поборницей нравственности? – осведомилась Валентина, ехидно улыбаясь, — Тебе, похоже, и спросить–то не о ком?
Bur разделе этой книги вы узнаете о том, как быстро проникнуть во внутренний мир другого человека, понять его приоритеты, чувства и эмоции. Этот подход можно применить к любому человеку, всегда и везде. Например, вы сможете за считанные минуты распознать истинные интересы вашего собеседника...
Многие люди имеют несколько прозвищ, и каждое из них, похоже, связано с принадлежностью к определенной группе. Двое друзей или, скажем, небольшая группа приятелей могут иметь особые прозвища друг для друга, которые не позволено использовать больше никому, но в более широкой группе они в...
Вот, вкратце, что такое двухпалатный разум. У меня нет времени обсудить различия между двухпалатными теократиями, но все они были основаны на строгих и стабильных иерархиях, как я уже указал. Как минимум некоторые из таких цивилизаций можно сравнить с колониями общественных насекомых, где вместо...
В письме к другу от декабря 1793 года он пишет, что несколько лет собирает шотландские песни, но что "немногие из них – мои собственные".
Итак, чтобы стать целителем Рейки любой ступени необходимо, чтобы лично с вами при непосредственном общении или дистанционно мастер Рейки провел особый процесс посвящения.
А тут еще ко всему прочему добавляется и наказание ребенка за плохие отметки (по крайней мере, за это ругают), т. е- за то, в чем ребенок, по сути дела, еще не виноват — он еще не умеет учиться, его никто не научил. Стоит ли после этого удивляться, что большинство детей в нашей школе неспособных!
Вряд ли можно лучше прокомментировать легендарное гипнотическое воздействие Гитлера на массы. Если евреи представляли униженную часть его детского Я, которую он всеми средствами пытался уничтожить, то покорившийся ему немецкий народ — в данном случае его олицетворял Кубичек — воплощал в себе...
Стоит ли заниматься маскировкой? Решайте сами. На одной чаше весов — обман окружающих и уклонение от дел. На другой чаше — успех, победа, вера в себя, достижение намеченных целей, простота и отсутствие необходимости врать и что-то придумывать. Если у вас действительно есть такая проблема, просто...
Теперь разгадаем задачку, заданную нам самой Матушкой-Природой. Чем была «винтовка с оптикой» для этого моего пациента в Афгане? — спасительницей, защитницей, единственной опорой и надежей (помните давнюю воинскую песенку: «Наши жены — пушки заряжены, вот кто наши жены!»)? Теперь же, два года...
Вторая линия ценностей связана с развитием. В основе способностей, интеллекта лежит такая ценность, как совершенство. В основе совершенства судьба. В основе судьбы будущее. Если человек делает целью линию любви к людям и к миру, появляются болезни ревности, и лечатся они предательством, ссорами...