3. Теория и практика холотропной терапии


Изложенное нами новое понимание причин расстройств имеет большое влияние на процесс лечения. О подходе, основанном на изучении необычных состояний сознания и на их целительных возможностях, можно говорить как о «холотропной психотерапевтической стратегии». Эта стратегия представляет собой важную альтернативу как всем тем разнообразным методам глубинной психологии, что делают упор на обмене словами между терапевтом и пациентом, так и терапии переживания, проводящейся при сохранении обычных состояний сознания.

Основное положение холотропной терапии состоит в том, что симптомы эмоциональных расстройств представляют собою попытку организма освободится от старых травматических отпечатков, исцелить себя и упростить собственную работу. То есть, эмоциональные расстройства не просто раздражают и осложняют жизнь, но также несут в себе важнейшую благоприятную возможность для излечения. Поэтому действенная терапия будет заключаться во временной активизации, усилении и последующем разрешении этих симптомов.

Подобное правило холотропной терапии свойственно также и гомеопатии. Ведь врач-гомеопат должен подобрать и применить снадобье, которое у здоровых индивидов вызывает такие же симптомы, что проявляются у пациента. Холотропное состояние сознания склонно действовать по типу универсального гомеопатического снадобья в том, как оно активизирует любые существующие симптомы и выводит вовне те симптомы, которые оставались скрытыми.

Такое понимание применимо не только к неврозам и психосоматическим нарушениям. Оно распространяется на многие состояния, которые конформистки настроенные психиатры диагносцируют как психотические и как симптомы серьезного душевного заболевания. Западная психиатрия, ограниченная послеродовой биографией и индивидуальным бессознательным, не может признать целительные возможности столь необычайных состояний. И потому переживания, которые выпадают за пределы этой узкой схемы, относятся к патологическим процессам неизвестного происхождения. А расширенная картография психики, включающая околородовую и надличностную области, предоставляет естественное объяснение содержания и силы этих состояний.

Другое важное положение холотропной терапии состоит в том, что вся деятельность среднего человека нашей культуры протекает на уровне, который намного ниже его действительных возможностей и способностей. Подобное обеднение происходит из-за нашего отождествления себя исключительно со своим физическим телом и своим Я. Следствием оказывается не подлинный, нездоровый и неплодотворный образ жизни, а также развитие эмоциональных и психосоматических нарушений психологического происхождения. И появление тревожных симптомов, не имеющих органической основы, может рассматриваться как указание на то, что индивид достиг какой-то точки, на которой становится очевидно: старый способ существования в мире для него невыносим.

Когда же рушится направленность индивида на внешний мир, то в сознании начинает проявляться содержание бессознательного. Подобный слом может происходить в какой-то отдельной сфере жизни, такой как брак или половая жизнь, профессиональная деятельность или преследование разнообразных личных честолюбивых устремлений, либо же поразить одновременно все стороны жизни индивида. Размеры и глубина подобного слома приближенно соотносятся с развитием невротических и психотических явлений. Складывающееся вследствие этого положение представляет собою не только кризис или обострение, но еще и, как мы убедимся, важную благоприятную возможность.

Поэтому главная задача холотропной терапии состоит в том, чтобы активировать бессознательное, высвободить связанную в эмоциональных и психосоматических симптомах энергию и превратить эти симптомы в поток переживаний. Задача же помощника или терапевта при холотропной терапии заключается в том, чтобы поддерживать протекание переживаний с полным доверием к их исцеляющей природе, не пытаясь каким-либо образом направлять или нагружать их. Ведь все действие ведется только собственным внутренним исцеляющим разумом индивида. Для терапевта важно поддерживать развертывание переживания, даже если рассудком он не может его постичь. Здесь понятие «терапевт» употребляется мною в смысле греческого слова JerapeuthV — «лицо, прислуживающее при ходе исцеления», а не активного деятеля, чья задача состояла в том, чтобы «починить» пациента.

Некоторые мощные исцеляющие и преображающие переживания могут и вовсе не иметь никакого конкретного содержания: они состоят из череды напряженного накапливания эмоций или физических напряжений, последующего их высвобождения и глубокого расслабления. Зачастую конкретное содержание и интуитивные озарения возникают уже потом, либо во время этого же сеанса, либо даже в последующих сеансах. В некоторых случаях разрешение происходит на биографическом уровне, в других же — через околородовое содержание или надличностные темы. И подчас волнующее исцеление и преображение личности, обладающие далеко идущими последствиями, становятся следствием переживаний, которые вовсе не поддаются разумному пониманию.

Хотя самым мощным методом вызова холотропных состояний с целью излечения является употребление психоделических растений или веществ, в настоящее время существует лишь несколько официальных исследовательских программ, привлекающих эти вещества, и психоделическая терапия повсеместно недоступна где-либо в мире. Потому я сосредоточу наше внимание на подходе, который обладает свойством вызывать холотропные состояния не фармакологическими средствами и не связан со сложными проблемами политического, административного и юридического характера.


Холотропное дыхание


За последние двадцать лет мы с моею женою Кристиной разработали метод лечения и самоосвоения, который мы назвали «холотропным дыханием». В нем необычайно мощные холотропные состояния вызываются сочетанием чрезвычайно простых средств: ускоренного дыхания, побуждающей музыки и методом телесной работы, помогающим избавиться от биоэнергетических заторов. И в теории, и на практике этот метод объединяет различные составляющие древних и первобытных традиций, восточных духовных философий и западной глубинной психологии


Дыхание, душа, дух

Использование различных техник дыхания с религиозными и лечебными целями можно обнаружить на самой заре человеческой истории. В древних и современных не западных культурах дыхание играло очень важную роль в космологии, мифологии и философии. Оно выступало как важное орудие в обрядовой и духовной практике. С самого начала истории, в сущности, каждая значительная духовно-психическая система, стремящаяся постичь природу человека, рассматривала дыхание как решающую связь между телом, умом и духом.

Это ясно выражают слова, которыми многие языки обозначают дыхание. В древнеиндийской литературе слово прана означает не только физическое дыхание и воздух, но также священную сущность жизни. Точно также в традиционной китайской медицине слово ци относится как к космической сущности и к энергии жизни, так и просто к воздуху, которым мы дышим. В Японии соответствующее слово — ки. В духовной практике и в воинских искусствах ки играет чрезвычайно важную роль. В Древней Греции слово рпеита означало как «воздух» или «дыхание», так и «дух» или «жизненную сущность».

Также считалось, что дыхание тесно связано с душой. Греческое слово phren употреблялось и для обозначения диафрагмы, самой широкой мышцы, участвующей в дыхании, и для обозначения ума (как видно по понятию «шизофрения»). В древнееврейской традиции такое же слово — ruach обозначало и «дыхание», и «творящий дух», ибо они считались тождественными. В латыни для обозначения духа и дыхания также употреблялось одно и то же слово — spiritus. А в славянских языках слова «дух» и «дыхание» имеют один и тот же лингвистический корень.

На протяжении веков было известно, что на сознание можно повлиять методами дыхания. Приемы, которые использовались с этой целью различными древними и еще существующими туземными культурами, охватывают широкий диапазон методов: от решительного прекращения дыхания до тонких и изысканных упражнений различных духовных традиций. Так, первоначальный способ крещения, практиковавшийся ессеями, включал погружение посвящаемого под воду на продолжительный период времени, что приводило к мощному переживанию смерти и возрождения. В иных группах новообращаемые наполовину удушались дымом, сдавливанием горла или сонной артерии.

Глубокие перемены в сознании могли вызываться как гипервентиляцией и продолжительной задержкой дыхания, так и их сочетанием. Необычайно утонченные и развитые методики подобного рода можно найти в древнеиндийской науке дыхания — пранаяме. Особые техники, включающие напряженное дыхание или задерживание дыхания, также являются частью различных упражнений в кундалини-йоге, в сиддха-йоге, в тибетской ваджраяне, в практике суфиев, буддистских бирманских и даосских способах медитации и множестве других традиций.

Буддизм сото дзэн и некоторые даосские и христианские практики используют более тонкие техники, которые делают упор скорее на особом осознавании дыхания, нежели на изменениях в дыхательных движениях. Косвенно на глубину и ритм дыхания сильно влияют такие художественно исполняемые обряды, как балийское обезьянье пение или кетжак, горловая музыка эскимосов-инуитов, пение киртанов, бхаджанов или песнопения суфиев.

В материалистической науке дыхание утратило свое священное значение и было оторвано от его связи с душой и духом. Западная медицина свела его к важной физиологической функции. А все физические и психологические проявления, которые сопровождают различные изменения в дыхании, были объявлены патологией. И психосоматическая реакция на учащение дыхания, так называемый «синдром гипервентиляции», рассматривается скорее как состояние патологическое, нежели как действие, обладающим огромными целительными возможностями. А когда гипервентиляция происходит непроизвольно, она подавляется назначением транквилизаторов, внутривенными инъекциями кальция и наложением на лицо бумажного пакета.

За несколько последних десятилетий западные психологи и психиатры вновь открыли целительные возможности дыхания и развили методики, их использующие. Мы сами испробовали различные подходы, включающие дыхание, во время наших месячных семинаров Эсаленского института в Биг Суре, в Калифорнии. Они заключали в себе как дыхательные упражнения древних духовных традиций, проводимые под руководством индийских и тибетских учителей, так и методы, разработанные западными терапевтами. Каждый из этих подходов выделял нечто особенное и использовал дыхание по-своему.

При наших поисках действенного метода, который использовал бы целительные возможности дыхания, мы старались упростить его, насколько это было возможно. И мы пришли к выводу: чтобы вызвать необычное состояние сознания, достаточно дышать просто быстрее и глубже, чем обычно, с полным сосредоточением на своих переживаниях. Вместо того, чтобы придавать значение какой-то особой технике дыхания, в этой сфере мы придерживаемся как раз общей стратегии холотропной работы — доверие к внутренней мудрости тела и следование внутренним путеводным нитям. При холотропном дыхании мы побуждаем людей начинать сеанс с несколько более учащенного и глубокого дыхания, связывающего вдох и выдох в непрерывном круговороте дыхания. А по ходу дела, погрузившись в происходящее, они уже находят собственный ритм и способ дыхания.

Нам неоднократно доводилось подтверждать наблюдения Вильгельма Райха, что с ограниченным дыханием связаны различные виды психологического сопротивления и защиты. Дыхание является самостоятельной функцией, но также может подвергаться и воздействию воли. Умышленное увеличение скорости дыхания, как правило, ослабляет психологическую защиту и ведет к высвобождению бессознательного (и сверхсознательного) содержания. Но пока кто-либо сам не стал свидетелем этого или не пережил это состояние, ему трудно поверить в силу и действенность этого метода лишь на основе теории.