Часть вторая: Свидетель терапии.

8. Гештальт в действии.


. . .

Фриц и Фрейд.

(В горячем стуле сидит Барбара - молодая женщина, лет тридцати восьми, очень неуверенная в себе. По профессии она - социальный работник; она работала с Фрицом раньше).

Барбара: Я хотела быть хорошей девочкой, и у меня был для тебя великолепный сон со множеством вкусностей. Я не устраивала этого специально, но что-то произошло, и может быть это тоже хорошо. Прошлой ночью в постели со мной произошло вот что, - со мной иногда, хоть и не часто, такое бывает, - я оказалась совершенно парализованной; я вообще не могла пошевелиться. Я не могла пошевелить пальцем, не могла открыть глаза, - ничего не могла сделать. Я была совершенно парализована. Я очень испугалась, но потом это прошло. Казалось, что это длилось очень долго, но я думаю, что на самом деле прошло несколько минут, а может быть даже и меньше. Но это было похоже на состояние, когда я ничего не могу сделать, и это заставило меня подумать о, м, моей неспособности обходиться с собой, когда я пугаюсь или сержусь. (Делает длинную затяжку сигаретой). Я становлюсь совершенно неподвижной, - так что я такая наяву, какой была во сне, я по-прежнему парализована.

Фриц: Хорошо. Не можешь ли ты пересказать всю историю снова, представляя себе, что ты отвечаешь за все, что происходит. Например: "Я парализую себя."

Барбара: М-м, хорошо. М-м, я парализую... я парализую себя ... Я делаю себя неподвижной. Я не разрешаю себе ничего чувствовать или вести себя каким-либо образом, если только я не уверена, что это хорошо и так принято. Я не даю себе убежать, когда я испугана; я не говорю людям, что боюсь; я не позволяю себе, м-м, защищаться, если я сердита или обижена. Я даже не даю людям узнать, что у меня есть дурные чувства. (Начинает плакать). Я не позволяю им увидеть, что иногда я их ненавижу, или что я испугана до смерти и м-м... Иногда я привожу себя, в наказание, в состояние паники, когда я боюсь делать что бы то ни было, Я боюсь даже дышать, и тогда я мучаю себя всеми теми дурными вещами, которые могут со мной случиться. Это все, что я могу придумать прямо сейчас.

(Шмыгает носом). Фриц, я не хочу плакать, потому что мне кажется, что это очень плохо для меня. Я думаю, что я прячусь за свои слезы. Но я не знаю, что я... прячу. (Барбара ударяет себя по бедру рукой, в то время как говорит).

Фриц: Не можешь ли ты сделать это снова? Правой рукой. Поговори с Барбарой.

Барбара (шлепая правой рукой по бедру и смеясь) Барбара, тебя нужно нашлепать!

Фриц: Нашлепай ее.

Барбара (продолжая шлепать): Ты плохая девочка, потому что ты фальшивая и нечестная! Ты лжешь себе и всем остальным, и я устала от этого, потому что это не работает!

Фриц: И что отвечает Барбара?

Барбара (более высоким голосом) Она отвечает, что ее никогда не учили делать что-либо еще.

Фриц: Скажи это в прямой речи.

Барбара: Я никогда не училась делать что-либо еще. Я знаю, что можно вести себя иначе. Я знаю, что можно делать что-то другое, но я не знаю, как это делать.

Фриц: Скажи это еще раз.

Барбара: Я не знаю, как это делать. Я могу делать что-то другое только когда чувствую, что меня защищают и поддерживают. Тогда я могу это до некоторой степени. Но если я во внешней, холодной ситуации, сама по себе, - я слишком боюсь. И я попадаю в неприятности. Я устраиваю себе неприятности.

Фриц: Да.

Барбара: И тогда я прихожу в бешенство от себя, после того, как я устроила себе неприятности, и тогда я наказываю себя, и наказываю, и наказываю. (Снова шлепает себя по бедру). И этому кажется нет конца, я никогда не буду удовлетворена. (Начинает плакать).

Фриц: Скажи это Барбаре: "Я никогда не буду довольна тобой. Что бы ты ни делала, я буду недовольна."

Барбара: Барбара, я никогда не буду довольна тобой. Что бы ты ни делала, это никогда не может быть достаточно хорошо!

Фриц: Не можешь ли ты сказать то же самое матери или отцу?

Барбара: Мама, неважно, что я делаю или сделала, это никогда не будет достаточно хорошо.

Фриц: Не можешь ли ты также сказать это и ей? "Мама, что бы ты ни делала, это недостаточно хорошо!"

Барбара: М-м, хм. Мама, что бы ты ни делала, это недостаточно хорошо.

Фриц: Скажи ей, что она должна делать.

Барбара: Мама, ты должна постараться узнать меня. Ты не знаешь меня. Я другая, а ты заставляешь меня притворяться... ты знаешь, у меня есть целая личность, специально для тебя. И это не для меня. Я совершенно не тот человек, каким ты меня видишь.

Фриц: Что она ответит?

Барбара: Разумеется я понимаю тебя, ты же моя дочь. Я понимаю все про тебя. И я знаю, что для тебя хорошо!

Фриц: Ответь ей.

Барбара: Мама, ты не знаешь, что хорошо для меня! Твой способ жизни мне не годятся. Он мне не нравится, я не уважаю твое отношение к жизни. Я не считаю его полезным. Я вижу, что твой способ жизни делает тебя одинокой, ты никогда не сходишься с людьми близко. Ты всегда слишком неодобрительна. Ты никого не любишь. Я не хочу быть таким человеком...

Фриц: Скажи ей больше о том, что она должна делать. Каким человеком она должна быть.

Барбара: Ты должна постараться понять, каково другим людям. Они переживают жизнь иначе, чем ты. Неужели ты не можешь хоть разок попробовать узнать, что значит быть кем-нибудь другим?

Фриц: Да. Я хочу, чтобы ты сделала еще один шаг. Поговори с ней в форме императива: " Будь более понимающей," - и т.п.

Барбара: Будь более понимающей...

Фриц: Все императивы.

Барбара: Будь более эмпатичной! Будь более чувствительной! Не защищай себя до такой степени, тебе это не нужно! Не будь такой подозрительной, такой паранойяльной! Не верь в магию, это сумасшествие - верить в магию! Не будь всегда в двойной связке (double bind) (Прим.перев. Термин Грегори Бейтсона), когда ты пытаешcя быть такой хорошей, чуть ли не святой, этаким общественны образцом, матриархом, - и каждую минуту это ненавидишь Не делай этого.

Фриц: Теперь поговори таким образом с Барбарой. Толы императивы.

Барбара: Барбара, не будь беспомощной! Это сумасшествие... м-м... не бойся своих чувств! Ты должна выражать свои дурные чувства. Ты должна стоять за себя! Т должна быть реальной! Не играй в прятки, это дрянная игр (Начинает плакать). Не путайся и не играй в игры, заставлю других жалеть тебя или чувствовать себя виноватыми. И будет неудобно и они уйдут, а это не то, чего ты хочешь.

Фриц: Теперь больше подробностей. Возьми свои императивы и каждый раз давай Барбаре предписания - ч нужно делать, чтобы это выполнить.

Барбара: М-м... не будь подражалой, хамелеоном!

Фриц: Скажи ей, как ей этого достичь - не бы хамелеоном.

Барбара: Выясни, кто ты такая, и кем ты хочешь быть и что ты хочешь делать. Не пытайся найти, кому бы подражать все время. Ты подражала тысячам людей, и куда тебя это привело? Ты по-прежнему чувствуешь себя как пуст скорлупа. Тебе нужно решить, кто ты есть, и что ты хочешь делать!

Фриц: Скажи ей, как она может это сделать.

Барбара (сварливым голосом): Ты знаешь свои собственные вкусы, интересы и ценности. Ты давно уже это знаешь. Они никогда...

Фриц: Расскажи ей в подробностях, каковы ее интерес

Барбара: М-м, тебя интересуют тысячи вещей...

Фриц: Например?

Барбара: Например... ты любишь работать с людьми тебе хорошо, когда ты чувствуешь, что ты полезна, что даешь использовать себя продуктивным образом на пути других людей. Занимайся этим! И выясни, как это делать, чтобы ты чувствовала себя успешной и полезной. Фриц: Продолжай, начни это выяснять. Барбара: Ну, ты должна развить в себе... ты должна делать две вещи. Ты должна делать реальные усилия, чтобы учиться у других людей, которые опытнее и искуснее тебя, и в то же время ты должна быть собой. Ты не можешь подражать Фрицу или Вирджинии Сатир, или д-ру Делчампу, или другим консультантам с последнего семинара, на котором ты побывала. Не делай этого, это плохо! Потому что ты - не они, и ты не можешь делать точно такие же движения, как они, и говорить то, что они говорят, и быть полезной кому-нибудь. Они почувствуют, что ты фальшивишь.

Фриц: Ты упомянула мое имя. Скажи, что я такое? Что моего ты копируешь?

Барбара: Фриц, ты - человек, который работает с людьми и дает им использовать себя. Ты даешь людям использовать себя, чтобы расти.

Фриц: Гм.

Барбара: Я тоже хочу это делать, и я думаю, что то, что ты делаешь, действительно работает... но я не могу изображать Фрица. Это не будет работать, потому что я - не ты, и это было бы просто подражанием.

Фриц: Дай мне посмотреть, как ты подражаешь мне. Сыграй Фрица.

Барбара (смеется) Хорошо. Я буду работать с тобой?

Фриц: Да.

Барбара: Хорошо (смеется). (Длинная пауза) Ты хочешь работать?

Фриц: Да.

Барбара: Ты хочешь, чтобы я работала? С тобой?

Фриц: Да.

Барбара: Я не могу, Фриц. Я не могу работать с тобой.

Фриц: Конечно же, ты можешь.

Барбара: Нет.

Фриц (с огоньком в глазах): Ты - Фриц, ты знаешь все. (Смех) Ты так мудр.

Барбара: Это неправда. Я не знаю всего, и я не так мудра. Работу нужно делать тебе.

Фриц: Хорошо. Я очень стараюсь. Я бы хотел работать, но я не могу. У меня появился блок (бурное веселье при каждом ответе Фрица).

Барбара: Побудь своим блоком.

Фриц: Но я не вижу моего блока.

Барбара: Ты меня не слушаешь.

Фриц: Да-да, я слушаю очень внимательно, я как раз услышал, как ты сказала: "Ты меня не слушаешь".

Барбара: Хорошо, давай попробуем что-нибудь еще. Притворись, что ты где-то там.

Фриц: Там?

Барбара: М-м, гм.

Фриц: Где? Здесь, здесь, или здесь, или здесь? (Указывает на разные места в комнате)

Барбара: Выбери, что хочешь.

Фриц: Выбери за меня.

Барбара: Мне кажется, что ты смеешься надо мной. Может быть, ты пытаешься...

Фриц: Я? Смеюсь над тобой? Как бы я посмел! Ты так знаменит, я таю от почтения. Я бы не посмел смеяться над тобой. Как можно?

Барбара: Давай тогда попробуем что-нибудь. Можешь ли ты станцевать свое почтение ко мне?

Фриц: О да. (Смех) Но я пока не могу. Ты должна дать мне музыку.

Барбара: М-м, попробуй услышать музыку у себя в голове.

Фриц: Но, видишь ли, я немузыкален.

Барбара: Мы все музыкальны.

Фриц: Тебе это удалось! (смех)

Барбара: Я заметила, что чтобы ни происходило, дело возвращается ко мне. Что бы я ни предложила, ты говоришь "нет, сделай это за меня, я не знаю, как это делать."

Фриц: Конечно. Если бы я не был таким неспособным, я бы не был здесь. Это моя болезнь, разве ты не видишь?

Барбара: Поговори со своей болезнью.

Фриц: Но моей болезни здесь нет. Как я могу говорить со своей болезнью? И даже если бы я мог ей что-то сказать, болезнь не стала бы меня слушать, потому что в этом и состоит болезнь.

Барбара: Я буду слушать. Получил ли ты свою болезнь от кого-то?

Фриц (медленно) Да.

Барбара: От кого?

Фриц: От Зигмунда Фрейда. (В этот момент в группе слышно много смеха).

Барбара: Мне кажется, что Зигмунда здесь нет, он...

Фриц: Но за семь лет я заразился.

Барбара (хихикая): О, у меня на три года больше, потому что я провела с аналитиком десять лет. Не говори мне, как это плохо! Можешь ли ты поговорить с Зигмундом?

Фриц: О нет, не могу. Он мертв.

Барбара: Ты изменился. Впервые ты ускользаешь. Что ты сознаешь сейчас?

Фриц (сдержанно): Большую печаль, что Фрейд умер, прежде чем я действительно мог поговорить с ним как человек с человеком.

Барбара (мягко): Я полагаю, ты все же можешь поговорить с ним. Не хочешь ли ты это сделать?

Фриц: Угу.

Барбара: Хорошо. (Пауза) Я бы хотела послушать.

Фриц: Теперь я завяз. Мне хотелось бы сделать это. Мне бы хотелось быть твоим пациентом в этой ситуации, и... (говоря очень медленно). Профессор Фрейд... великий человек... но очень больной... вы не можете никому позволить к себе прикоснуться. Вы получили возможность говорить, как обстоит дело, и каждое ваше слово - святое писание. Я хотел бы, чтобы вы меня послушали. В определенном смысле я знаю больше, чем вы. Вы разрешили вопрос о неврозе. И вот теперь я здесь... простой гражданин... милостью Божьей обнаруживший простой секрет, что то, что есть - есть. Даже не я это открыл. Это открыла Гертруда Стайн. Я только копирую ее. Нет, "копирую" - это неправильно. Я обрел тот же способ жизни, думания, как она. Не как интеллектуал, но как человек-растение, человек-животное. Именно здесь вы были слепы. Вы морализировали и защищали секс, вырывая его из контекста жизни. И вы упустили жизнь.

В комнате несколько мгновений стоит тишина. Затем Фриц поворачивается к Барбаре:

Твоя копия Фрица была недурна (Целует Барбару). Ты нечто для меня сделала.

Барбара: Спасибо, Фриц.