ГЛАВА 6

Горячий привет от Марса и Венеры

В историях со счастливым концом, рассказанных любящими парами, лейтмотивом звучит одна тема — как важно узнать, что мужчины и женщины дарят любовь и принимают ее по-разному. Понимание того факта, что мужчины — выходцы с Марса, а женщины — с Венеры, стало ключевым моментом для немедленного улучшения любых взаимоотношений. Если бы вам пришлось отправиться на другую планету, то определенно вы начали бы с изучения языка, культуры и традиций ее обитателей. Без этой жизненно важной информации вы станете постоянно и неосознанно оскорблять других, портить ваши отношения. Чтобы успешно донести приветы с Марса и Венеры и жить в любви на Земле, мы должны прежде всего понять, что на самом деле нужно нашему партнеру.

Когда вы любите кого-то, то, естественно, обращаетесь с ним так, как сами хотели бы, чтобы относились к вам. Эта любовная тен- денция становится непродуктивной, как только ваши желания вступают в противоречие с желаниями вашего партнера. В любовных отношениях практически неосознанно мы даем нашему партнеру то, чего бы нам хотелось самим, однако он в этом не обязательно нуждается. Ясное понимание наших различий дает нам толчок к уважению и изучению потребностей партнера, вместо того чтобы автоматически утверждать, дескать, мы лучше знаем, что для них хорошо.

Без глубокого понимания того, как давать и принимать любовь, мы продолжаем испытывать разочарование, раздражение. Так легко забыть о том, что наиболее важно для наших партнеров, когда в нас природой заложены другие потребности и приоритеты. После прочтения книги «Мужчины — выходцы с Марса, женщины — с Венеры» мужчины понимают, почему так важно, чтобы женщина чувствовала себя особенной, любимой, уважаемой и понимаемой. Женщины учатся доверять, принимать и хвалить мужчину («Я благодарна тебе»), а те, в свою очередь — концентрировать внимание на том, чтобы совершать поступки, говорящие: «Я люблю тебя».

Перед вами истории пар, объединенных взаимной любовью, и примеры из жизни, которые не только вдохновляют, но и еще раз напоминают нам, как по-разному и разнообразно мы любим наших партнеров.

Он заставляет меня почувствовать себя особенной

Дебби описывает брак, который удался с самого начала. «Еще до нашей свадьбы Спенсер говорил по телефону с моей бабушкой. Она сказала ему: «Вы не знаете, какая Дебби особенная и замечательная…» Спенсер прервал ее: «Бабушка, я буду обращаться с ней, как с королевой». Так он и поступает. С мужем я чувствую себя совершенно особенной.

Я уже была один раз замужем за человеком, который совершенно мне не подходил. Он был нежным и милым, но мы являлись абсолютной противоположностью друг другу. Практически во всех аспектах жизни. Я потом узнала, что на нашей свадьбе гости заключали пари — как долго продержится этот брак. Все заранее видели то, что я заметила только спустя год супружества.

После развода я была самой счастливой разведенной женщиной в Америке, оттого что это закончилось! Я не могла встретить другой женщины, которая бы так радовалась одиночеству. Все они были несчастны и стремились замуж. Но мне хотелось только встречаться. Я отлично проводила время. Мужчины, с которыми я знакомилась, становились все лучше и лучше. Я их изучала, и каждый следующий партнер оказывался более подходящим. Но тут я начала встречаться с человеком, который был абсолютно мне недоступен. Он нравился мне, и я его хотела куда больше, чем следовало. Именно тогда я решила обратиться в брачное агентство.

Брачное агентство — это отличный способ знакомиться с людьми. Вы говорите, чего вам хочется, полностью контролируя ситуацию. Я знала, чего хотела — мужчину, с которым бы встречалась по вечерам в пятницу и в субботу после обеда, на Новый год, ходила на свадьбы, праздники бар мицва[!Еврейский праздник посвящения, для мальчиков в 13 лет, для девочек в 12 лет. — Прим. перев.!] и похороны. Может быть, мне даже понравилось бы проводить вместе одну ночь в неделю.

Он сказал мне, что готов к браку, и хотел дать обязательство на все время.

Но когда я познакомилась со Спенсером, он сказал мне, что готов к браку. Он хотел дать обязательство на все время. Спенсер развелся около полутора лет назад после тридцати лет брака и снова желал связать себя брачными узами. Я сказала: «Нет уж, мне этого не хочется». Тогда он заявил мне, что просто побудет рядом некоторое время и посмотрит, вдруг я передумаю.

В каком-то смысле я почувствовала: меня шантажируют. Но получилось так, что мне понравилось, когда он рядом. И захотелось встречаться с ним чаще, чем это указывалось в моих первоначальных требованиях. До сих пор все так мило, потому что стоит нам пойти на свадьбу или похороны, Спенсер всегда интересуется, подходит ли он для выполнения той или иной миссии, и отлично со всем справляется!

На самом деле я довольно скоро поняла, что именно за этого человека могла бы выйти замуж. В каком-то смысле должна поблагодарить за это своих родителей. У них был несчастливый брак, и они просто остались вместе «только ради детей». Я умоляла их расстаться. Когда они спросили нас, чего бы нам хотелось к Рождеству, мы ответили: «Чтобы вы развелись!» Благодаря родителям я поняла, что мне следует развестись с первым мужем, что этот брак не будет работать. И так же осознала потом, что Спенсер подойдет мне в качестве супруга. И брак удался. Я никогда не представляла, что подобный брак может существовать, поскольку никогда не видела ничего подобного. Но я знала: происходящее «правильно».

Я никогда не представляла, что подобный брак может существовать, так как не видела ничего подобного.

Это забавно. Многие читают книги Джона Грея, потому что у них есть проблема, которую они хотят решить. Но когда я наткнулась на книгу «Мужчины — выходцы с Марса, женщины — с Венеры», она привлекла меня по другой причине. Книга подтвердила: то, что мы делаем со Спенсером, на самом деле срабатывает. И я увидела, почему мы поладили. Само название заставило меня осознать, что да, мы с разных планет, и не только этот мужчина не похож на меня, но и все остальные тоже. Именно так обстоят дела, и следовательно, главное — это принять реальность и не пытаться все время ее изменить. Такого рода смирение на самом деле подходит нашим характерам. Это то, о чем мы думали, изучали в нашей духовной жизни, применяли на практике.

Речь шла еще о навыках. Возможно, самое главное для общения, о чем говорил Джон Грей, это умение слушать. А в лице моего мужа я имею как раз мужчину, который просто и естественно слушает. Я считаю, что мне необыкновенно повезло со Спенсером. Меня вдруг услышали. Это так не похоже на движение с мужчиной по параллельным рельсам, которые никогда в действительности не пересекаются. Мы со Спенсером сели в один поезд. Но вершина всего — это хранящийся в бумажнике список тех вещей, что он хочет мне подарить, чтобы доставить удовольствие. Муж так внимательно слушает, о чем я говорю не только ему, но и другим людям, что улавливает эти легкие намеки и записывает, чтобы не забыть. «О, я видела забавную вещь, — говорю я. — В таком-то магазине такая милая елка» или «Как мне нравится эта песня». И Спенсер запишет эту «елку в магазине» или название какого-то диска. Он всегда балует меня сюрпризами, записками и особенными вещами, поэтому мне приходится внимательно следить за тем, что я говорю.

Он улавливает эти легкие намеки и записывает, чтобы не забыть.

И Спенсер прислушивается к тому, что меня беспокоит. Есть одна вещь, которую я ненавижу, — крошки в постели. Муж купил метелку и повесил ее со своей стороны. Он заботливый, романтичный. Его действия служат подтверждением тому, что он на самом деле внимает моим словам.

Что мы делим друг с другом? О, велосипедные и пешие прогулки, игры, веселье и смех. Стараемся найти способ рассмешить друг друга, мы оба оптимисты, что очень помогает. Есть и еще, что связывает нас, — это стремление выразить нашу благодарность. Например, мы начали благодарить друг друга перед ужином, и теперь у нас есть возможность высказать нашу благодарность не только за пищу, но и за то, что мы вместе, что у нас достаточно денег, чтобы помогать тем, кто нуждается. Один раз в неделю мы с мужем выполняем миссию добровольцев — работаем в бесплатной столовой и делаем кое-что еще, чтобы отдать наш долг обществу. Мы рады, что можем выполнять это вместе. Это помогает нам стать ближе, поскольку все переживания и эмоции способны разделить друг с другом. О да, я благодарю Бога каждый день.

Не имею ни малейшего представления о том, каким будет наше будущее. Спенсер старше меня почти на двадцать лет, его карьера идет к закату, тогда как моя на подъеме. Впереди у него больше времени для отдыха, чем у меня. Я уверена, что со временем так и будет, и все-таки с оптимизмом смотрю в завтрашний день. Не знаю, что мы будем делать через пятнадцать лет, но что вместе — не сомневаюсь.

Спенсер очень любит меня, отчего моя душа переполняется благодарностью. Он идет на все, чтобы доставить мне удовольствие, сделать меня счастливой. Это заставляет меня быть осторожной и не просить слишком многого, но одно сознание того, что он любит меня, вселяет в меня уверенность. Природа предназначила женщин, чтобы выражать благодарность, как говорит Джон Грей, и я рада, что Джон учит этому людей.

Сознания того, что я любима, достаточно, чтобы вселить в меня уверенность.

Я благодарю Бога каждый день, но, пожалуй, больше всего за то, что Спенсер умеет меня выслушать.

Не стоит и говорить о том, что мы встречаемся каждую пятницу, субботу и на Новый год!»

Мы не могли прекратить ссориться

Шери рассказывает: «Мы с моим мужем Дейвом посещали консультанта по семейным вопросам не потому, что не любили друг друга, а из-за того, что не могли прекратить ссориться. Как ни глупо, но мы ссорились из-за пустяков. Перебранки в большинстве случаев возникали из-за недостаточного общения. Хотя у меня степень магистра по вопросам семьи и брака, мне оказалось трудно найти причину наших ссор. В конце концов, мне следовало лучше знать. Верно? Неверно! Это старая история о заболевшем враче, который обратился за помощью к дураку.

Что ж, я не могла вылечить нас, и поэтому мы пришли к консультанту. Как-то раз, давая задание на неделю, психоаналитик предложил нам прочитать вашу книгу. Стоило мне начать читать, и я не могла дождаться, когда мы начнем обсуждать ее. Скоро мы с Дейвом уже ссылались на книгу, когда разговаривали друг с другом.

Мы стали произносить фразы типа: «Мне кажется, ты в своей „пещере". Скажи мне, когда выйдешь оттуда», или «Со мной все в порядке, я просто в моей „пещере", или «Давай говори, я знаю, это штучки уроженок Венеры». Даже странно, насколько легче стала наша жизнь. Узнав совсем немного о том, как каждый из нас функционирует, мы неожиданно сумели предотвращать большую часть из наших старых ссор. И вскоре смогли расстаться с консультантом.

«Мне кажется, ты в своей „пещере". Скажи мне, когда выйдешь оттуда».

Прошлым летом мой работодатель устроил встречу в Пуэрто-Рико. Я должна была на ней присутствовать, моего мужа тоже пригласили. В первый день пребывания там мы наняли морское такси и отправились на частный остров за «весельем на солнце». Как только мы сошли на берег, то встретили моих сослуживиц с их спутниками, так что договорились обследовать остров вместе. Следовало бы сказать, договорились все, за исключением Дейва.

Мой муж просто бродил в одиночестве. Он опередил нас и свернул на другую тропинку. На какое-то мгновение мне захотелось последовать за ним и все ему высказать. «Как жестоко с твоей стороны уйти и оставить меня одну. Мои подруги могут подумать, что тебе не хочется быть с ними или со мной. Я на самом деле оказалась в неловком положение и т. п.»

Но я остановила себя, поняв вдруг, что Дейв отправился в свою «пещеру», и для него хорошо побыть одному. Возможно, его ошеломило происходящее, и ему нужно время, чтобы приспособиться. Я знала — стоит мне оставить его в покое, и по возвращении муж компенсирует свой уход. Он будет в отличном настроении, станет еще больше гордиться собой, так как я представлю его коллегам в лучшем свете.

Я поняла, что он отправился в свою «пещеру», и для него хорошо побыть одному.

Пока я гуляла со своими друзьями, завела разговор о книге «Мужчины — выходцы с Марса, женщины — с Венеры» и о том, как она изменила нашу жизнь. Один из парней заметил, что я умно поступила, позволив Дейву уйти одному, и что, вероятно, в этом он как раз и нуждался. Я лишь кивнула и почувствовала своего рода самодовольство. Будучи марсианином, мой знакомый понял то, что наконец-то осознала и я. Я это поняла, прочтя книгу. А он знал об этом, поскольку был мужчиной. Этот простой жест доверия, веры, разрешения, понимания — называйте это как хотите — совершенно изменил наше путешествие. В конце концов Дейв вернулся и присоединился в группе. Остальные дни прошли как на сказочном острове. Мы даже не ссорились!

Один из парней заметил, что я умно поступила, позволив Дейву уйти одному, и что, вероятно, в этом он как раз и нуждался.

Сейчас мы с мужем до сих пор руководствуемся книгой. Это стало частью нашего повседневного общения. К настоящему моменту наши друзья тоже прочли ее, и мы все ссылаемся на нее. Как раз в прошлый уик-энд мы с моей лучшей подругой решили отправиться в долгое путешествие по магазинам. Дейв сказал мне: «Вам, девочкам, надо проводить время вместе. Я понимаю, это все ваши штучки уроженок Венеры. Можешь бродить столько, сколько захочется. К твоему возвращению я буду дома». Ни одна женщина не может просить о большем!»

Секс и любовь

Алиса говорит о своей улучшившейся сексуальной жизни. «Мой муж Эндрю — сильный, молчаливый человек. Ему очень трудно выразить свои эмоции. Раньше мне было тяжело из-за этого, потому что я не чувствовала связи с ним, не ощущала себя любимой.

Через некоторое время даже расхотелось заниматься с ним любовью. Мне нужно очень много любви, чтобы я возбудилась и почувствовала себя готовой отдаться в сексуальном плане. А также необходимы заверения в моей привлекательности. Не понимая молчаливого марсианина, я была просто беспомощной.

Прочитав книгу «Марс и Венера в спальне», я ощутила, что смогу получить всю необходимую мне любовь и внимание. Мне удалось выяснить, что Эндрю располагает всей той любовью, которой я жажду, но эта любовь находится по другую сторону горы. Этой горой является сексуальное выражение нашей любви.

Теперь все это кажется захватывающим, полным приключений путешествием, которое понадобилось мне, чтобы отказаться от некоторых моих желаний, пока мы не переберемся через гору. После секса мой муж становится нежным, душевным и любящим. Это просто другой человек! Он даже говорит внушающие любовь слова, как например: «Ты отличная любовница!» или «Ты такая красивая!» Эндрю обнимает меня, гладит мою спину и частенько откровенничает со мной, пока мы лежим в объятиях друг друга.

Он обнимает меня, гладит мою спину и частенько откровенничает со мной, пока мы лежим в объятиях друг друга.

Мне необходимо складывать эти воспоминания в воображаемой «копилке», чтобы я могла почувствовать возбуждение для следующего путешествия через гору!

Для разнообразия, которое нравится нам, женщинам, — об этом я тоже узнала из книги! — я иногда представляю своего мужа запертым в огромной золотой клетке. Секс — тот ключ, который необходим для того, чтобы освободить его. Это срабатывает!

Да! Теперь я полная желания сексуальная партнерша, потому что узнала, насколько непохожи наши желания и реакции».

Мы наконец нашли любовь

Виктория делится своей историей. «Мне тридцать шесть лет, а Эдварду сорок шесть. Это мой второй муж, я его третья жена. Хотя мы оба пережили много боли в наших отношениях, мы наконец нашли любовь.

Я знаю, что мой бывший муж по-своему любил меня, но я всегда оставалась для него на втором месте. На первом были его друзья. Когда мне хотелось большего, он рассматривал мои желания как помеху. Чтобы справиться с проблемами в наших отношениях, мы пошли к психоаналитику, и вскоре я ушла от мужа. Ни разу не пожалев об этом впоследствии и никогда не оглядываясь назад.

Когда я впервые встретила Эдварда, то меньше всего на свете мне хотелось завязывать новые отношения. Нас представили друг другу друзья, когда он приезжал в гости из Южной Африки. Я была начеку, да и у Эдварда была подруга. И все-таки после его возвращения домой мы нередко говорили по телефону, а когда его отношения с той женщиной сошли на нет, он прислал мне билет, чтобы я прилетела к нему в гости.

Мы знали, что не совсем подходим друг другу. Но год спустя Эдвард приехал ко мне, и все было иначе. В это время я читала книгу «Мужчины — выходцы с Марса, женщины — с Венеры», а он только что ее закончил читать. С нами произошло нечто необъяснимое, невероятное и неизбежное. Мы слились, как два океана, поскольку были просто готовы к этому и не могли выбрать лучшего времени. С этого момента мы стали неразлучны.

Я думаю, тот факт, что мы не сразу влюбились друг в друга, оказал нам огромную помощь. Начали медленно и стали друзьями, возводя фундамент для более длительных отношений. И мы поняли, что у нас так много общего, что это просто пугало. Эдвард — мужчина, о котором мечтает каждая женщина, — добрый, честный, чувствительный и в то же время стойкий, любящий, нежный, умный, ответственный, внимательный, понимающий, привлекательный, веселый, дружелюбный, легкий в общении… Список можно продолжать бесконечно.

Он относится ко мне с уважением, как к равному партнеру.

Он относится ко мне с уважением, как к равному партнеру. Мы обнимаемся так часто, как этого хочется, прижимаемся друг к другу, говорим обо всем на свете. Стараемся разделить каждую секунду нашей жизни и наслаждаться ею. Срабатывает то, что мы оба прислушиваемся к желаниям и потребностям другого.

Одно из пожеланий Эдварда — чтобы я встречала его у дверей со словами «рада видеть тебя» и обнимала, когда это только возможно. Потому что для меня приятно видеть его в конце дня или после поездки. А кроме того, его любовь становится крепче, если я не игнорирую его пожелания. Когда я иду им навстречу, это приносит удовлетворение не только Эдварду, но и мне самой. Наша любовь друг к другу не зависит от обстоятельств и растет день ото дня.

Вы можете подумать, что этот мужчина слишком хорош, чтобы существовать на самом деле. Но вам достаточно познакомиться с Эдвардом, и вы поймете, что он очень простой, приземленный, добрый и нежный парень, который отдает много любви и внимания и столько же получает в ответ. Все-таки и у нас бывают тяжелые моменты. Да, мы ссоримся, как и все остальные. Повышаем голос и, вероятно, не очень нравимся друг другу в этот момент. Я сержусь до тех пор, пока временами он не скрывается в своем убежище. Но мы не долго злимся и стараемся не забывать, что наша любовь сильнее любой ссоры, поэтому достаточно быстро остываем.

Теперь после четырех лет брака я на седьмом месяце беременности. Беременным женщинам хочется, чтобы их еще больше любили, заботились и оберегали, как никогда раньше. И Эдвард с этим справляется. Он постоянно поглаживает мой живот и разговаривает с будущим ребенком. На днях он предложил мне после родов переставить мебель так, чтобы ему удобнее было вставать к малышу по ночам. Я знаю, что он будет замечательным отцом. Эдвард не возражает против того, чтобы убирать, мыть посуду, менять пеленки… Даже когда я нервничаю из-за моего состояния, Эдвард заставляет меня поверить, что все будет хорошо.

Нам, беременным женщинам, хочется, чтобы нас еще больше любили, заботились и оберегали, как никогда раньше.

Мы очень счастливы, что нашли друг друга и такую любовь, которую не знал ни один из нас. Как говорит пословица: „Кто ищет, тот находит". Но искать всегда надо с открытым сердцем».

Классическая марсианско-венерианская дилемма

Барбара рассказывает о переменах, произошедших в ее браке: «Мы с Роджером были женаты три года. У нас прекрасная, насыщенная и комфортная жизнь. Но так было не всегда. Пока мы не прочли книгу «Мужчины — выходцы с Марса, женщины — с Венеры», мы постоянно чувствовали это разногласие между нами. Я никогда не ощущала, что муж по-настоящему слушает меня, а он чувствовал мою постоянную неудовлетворенность. Классическая марсианско-венерианская дилемма.

Я провоцировала ссоры между нами только для того, чтобы заставить его сесть и поговорить со мной. Иногда эти разговоры затягивались до глубокой ночи, до двух-трех часов. Я искала причины для ссор только потому, что тогда Роджер станет обсуждать что-то со мной. Это давало мне неразделенное внимание мужа. Но вдобавок я получала его гнев.

Я провоцировала ссоры между нами только для того, чтобы заставить его сесть и поговорить со мной.

В конце концов я поняла, что бесполезно начинать ссору по пустяковому поводу, поскольку Роджер забьется еще глубже в свою «пещеру» после окончания дискуссии. Мне-то будет легче, когда я выплесну наружу все, что накопилось, но Роджер останется раздраженным.

Муж чувствовал себя ответственным за мои эмоции и поэтому стремился меня переделать. Но я этого вовсе не хотела, мне просто было нужно, чтобы муж выслушал меня. Как только мы погрязли в этой рутине «переделать/ просто выслушать», то ничего не могли добиться нашими дискуссиями.

Так продолжалось три года, пока я не прочитала книгу «Мужчины — выходцы с Марса, женщины — с Венеры» и не поняла разницу между нами. Я попросила Рождера прослушать запись и посмотреть видеопленку, и после этого мы стали относиться друг к другу иначе. Начали принимать тот факт, что мы неодинаковые.

Теперь, когда я чувствую, что Роджер по-марсиански уперся, я делаю «рожки» в форме буквы V из указательного и среднего пальцев, прикладываю к затылку и шутливо замечаю, что он снова стал «моим любимым марсианином».

Я шутливо замечаю, что он снова стал «моим любимым марсианином».

Теперь мы можем веселиться и смеяться по поводу тех ситуаций, которые обычно провоцировали ссоры, и наши отношения значительно улучшились. Я стала понимать, что марсианин нуждается в собственном пространстве, что уроженкам Венеры запрещен вход в его «пещеру» и в конце концов он выйдет оттуда сам, когда будет готов. А Роджер понимает, что венерианке необходимо поговорить (и говорить, и говорить) и что ее любимый марсианин должен слушать ее и не пытаться переделать.

Мы принимаем тот факт, что по-разному думаем о деньгах, детях, сексе, работе, о совместном времяпрепровождении и так далее. Если не забыть о том, что мы неодинаковые, тогда можно понять, что партнер не упирается, не упрямится и не действует нам на нервы, просто он с другой планеты.

Мы понимаем, что партнер не упирается, не упрямится и не действует нам на нервы, просто он с другой планеты.

Например, на Рождество Роджер ждет до последней минуты, чтобы купить подарки. Мне же нравится планировать заранее. Обычно из-за этого возникали трения. Я пыталась изменить мужа, а он сопротивлялся. Теперь я даю ему возможность быть марсианином и удивляюсь, как много он может купить, когда его припрут к стенке.

Раньше Роджер ждал от меня, что я стану восхищаться достоинствами его машины, стереосистемы и компьютера. Сейчас он не принимает этого близко к сердцу. Меня просто не занимает многое из того, что увлекает Роджера. Мы оба счастливы тем, что интересуем друг друга, нам нравится делать что-то вместе и в то же время иметь собственные интересы.

Главное в том, что мы позволяем друг другу быть самим собой. Например, Роджер знает, что я должна навещать своих взрослых детей и любимого внука. Он ненавидит, когда я уезжаю от него, и страшно беспокоится, как бы со мной ничего не случилось. И все-таки муж понимает, что я должна это делать, и мирится с моими поездками.

Со своей стороны, я знаю, что Роджер поглощен работой, и когда он чем-то одержим, то не может думать обо мне. Временами я расстраиваюсь и чувствую, что меня отодвигают на второй план. И все-таки я восхищаюсь его преданностью работе, хотя иногда это сводит меня с ума. Я научилась понимать, что> в конце концов Роджер вернется ко мне. Как растянутая резиновая лента, он рванется назад.

Лучше всего нам удается общение. Все слышали изречение: «Время решает все». Теперь я удачнее выбираю время, если мне нужно поговорить с Роджером о чем-либо. Когда я позволяю ему сначала выйти из «пещеры» и лишь потом начинаю задавать вопросы, это по-настоящему работает.

Я поняла также следующее: совершенное безумие говорить Роджеру, что делать. Он просто взбунтуется. Чтобы выразить просьбу, я ввела в обиход обороты типа: «не смог бы ты» вместо прямого приказа или указания. Когда я прошу Роджера помочь, то использование оборотов «ты не возражаешь?..» или «не сможешь ли ты?..» значительно увеличило мои шансы получить в ответ «да».

Я поняла, что, когда Роджер занимается своим любимым делом — смотрит спортивные передачи по телевизору, возится в гараже, решает математические задачи с чековой книжкой или счетами, — это значит, что он в своей «пещере». Я выяснила: в это время самое лучшее не просить его поговорить со мной, а дождаться рекламы, перерыва в работе красного сигнала светофора. Тогда я спрашиваю его мнение или начинаю разговор.

Когда мы с Роджером поженились, я думала, что он станет для меня «всем». Но теперь вижу, что мой партнер по браку не несет ответственности за то, чтобы быть единственным поставщиком «всего» в моей жизни. Я в ответе за удовлетворение моих желаний и потребностей, так же как и он — своих. Едва я поняла наши естественные и врожденные различия, мне стало ясно — глупо было ждать от Роджера, чтобы он стал всем для меня. Какой ношей легло на плечи Роджера мое ожидание, что он даст мне все!

Мой партнер по браку не несет ответственности за то, чтобы быть единственным поставщиком «всего» в моей жизни.

Жизнь с обитателем другой планеты — это постоянное испытание. Каждый день приносит новые проблемы из-за того, что мы общаемся друг с другом. Сохранять чувство юмора, всегда помнить о наших различиях и не принимать жизнь слишком всерьез — вот ключи к нашему здоровому и счастливому браку.

Мой замечательный муж хочет добавить только одно к этой истории. И это истинно по-марсиански коротко и по делу: «Самое главное, что нужно помнить, — говорит Роджер, — это то, что мы разные».

Остаемся вместе

Эдриэн рассказывает свою историю любви. «Когда я думаю о том, через что нам с Шоном пришлось пройти почти за двадцать лет брака, то уверена: многие другие пары этого бы не выдержали. Родители Тона прожили в супружестве сорок пять лет, а мои развелись, когда мне было одиннадцать. Вероятность успешного брака можно оценить как пятьдесят на пятьдесят, если основываться на семейной истории. Так что же держит нас вместе?

Позвольте рассказать вам небольшую историю. Мы с Шоном познакомились в колледже, ему было двадцать, мне — восемнадцать. Я получала степень магистра в области специального воспитания, а он по театральному искусству и по связям с общественностью. Мы встретились в университетском театре (так как меня интересовала сцена) и подружились.

Мне кажется, что это было первым шагом к нашему романтическому успеху. Сначала мы стали друзьями, а потом любовниками. Я доверяла Шону, а он мне. И только позже мне пришлось узнать, что, когда я ходила на свидания с его приятелями, он ждал, чтобы я обратила на него внимание.

До того как влюбиться в Шона, я решила, что с мужчинами покончено. Я чувствовала, что им нельзя доверять и им нужен от меня только секс. Мои юные романтические представления разлетелись в пыль из-за неприятного опыта. Мне было всего девятнадцать, когда Шон поцеловал меня на глазах у всех — в людном месте, на углу у спального корпуса. Я поняла, что влюблена в него, и это меня несколько удивило.

После этого поцелуя он не торопился уложить меня в постель, и я полюбила его еще больше. Через некоторое время после того, как начались наши отношения, именно я предложила ему остаться как-то вечером. Шон оказался чувственным, романтичным и очень сексуальным любовником. Когда мне исполнилось двадцать, а ему двадцать два, мы поженились.

После этого поцелуя он не торопился уложить меня в постель, и это заставило меня полюбить его еще больше.

Теперь Шону сорок два, а мне сорок, и наши дети уже почти взрослые. Я преподаватель, использующий методику Монтессори[!Монтессори Мария (1870–1952), итальянский врач и педагог, основоположник методики, призванной развивать интеллектуальные способности детей дошкольного и младшего школьного возраста, сторонница свободного воспитания. — Прим перев.!], а Шон работает менеджером в театре и на досуге пишет. С годами наша любовь стала глубже и богаче. Каждый вызов судьбы делал нас сильнее.

Работа Шона в театре долгое время заставляла его отсутствовать дома по вечерам, и мы никогда не справились бы с этим, если бы не сильная вера друг в друга. Я встречалась с подругами, так что не чахла дома. В нашем случае разлука заставляла сердце биться сильнее. Мы жили вместе, но у каждого из нас была своя жизнь. Если мы переживали суровые времена, то старались пережить их. Когда у нас возникли проблемы с сыном, мы обратились к психоаналитику. Мы читали книги, которые могли нам помочь, говорили с друзьями, признавали роли, которые играл каждый из нас, и не жалели времени на то, чтобы во всем разобраться. Юмор был важным помощником в преодолении тяжелых моментов, так же как терпение и настойчивое желание не оставлять попыток.

Сегодня мы с Шоном понимаем, что любим друг друга больше, чем в наши молодые годы. Наша сексуальная жизнь стала новой и возбуждающей, так как мы знаем друг друга очень хорошо. В наших отношениях все еще есть частичка тайны, поскольку как бы хорошо ты ни знал другого человека, он все равно может удивить тебя.

Для меня важны мелочи.

Шон знает, насколько важны для меня мелочи. Мы вместе читаем газету и обсуждаем то, что происходит в мире. Когда приближаются выборы, делимся мнением по различным вопросам и часто вместе отправляемся голосовать. Шон читает мне вслух романы и поэмы, и мне это нравится. Мы ходим на прогулки, трем друг другу спину, когда моемся, и массируем ступни. Мы с мужем любим искусство, театр, музыку, кинофильмы, музеи, совместные пешие прогулки и походы. Мы не так много путешествуем, как мечтаем, но если удается, то все заранее подробно узнаем о том месте, куда отправляемся вдвоем.

Мы всегда поддерживали друг друга в нашей работе. Шон всегда спрашивает мое мнение о рекламе, которую он написал. Я видела почти все шоу, в подготовке которых муж участвовал. Шон не пропускает ни один спектакль, устраиваемый моими учениками. Иногда он принимает участие в шоу — читает рассказ, пока мы с дочерью показываем театр теней на представлениях во время каникул. Если я попрошу, то Шон выпустит стенную газету для моего класса. Он помогал мне также в уборке класса после праздников и в сборе средств для школы.

Мы поняли: самое лучшее время для разговора наступает, когда мы оба уже отдохнули, а не в ту минуту, когда только что пришли домой с работы или находимся в цейтноте, устали или больны. Мы даем друг другу возможность сделать то, что должно быть сделано. Я научилась предоставлять Шону время в его «пещере».

Мы научились просить друг друга о том, в чем нуждаемся, причем делать это в неосуждающей манере. Мне потребовалось время, чтобы не забывать предварять просьбы выражениями типа «не мог бы ты?». Мелочь, конечно, но муж по-настоящему ценит это.

В то время, когда наша работа превращала нас в «корабли, проплывающие ночью», мы писали друг другу записки. Таким образом, нам удалось не упускать слишком многое из того, что происходило с нами и с детьми.

Мы будем вместе учиться на каждом испытании, которое пошлет нам жизнь. Скоро мы станем парой, в доме которой нет детей. Наша дочь заканчивает школу, и последний год перед тем, как она отправится в колледж, очень ценен для нас. В то же самое время мы с Шоном остались без работы со всеми вытекающими последствиями. Я чувствую, что и с этим мы справимся, поскольку у нас крепкий фундамент».

Знать, чего ты хочешь

Митци делится с нами: «К тридцати восьми годам я достигла того момента, когда поняла — если у меня не будет по-настоящему хороших отношений, то я предпочитаю быть одна. У меня были как длительные, так и непродолжительные отношения, но всегда могла сказать, будет ли у них будущее. Я действительно ценю мою интуицию и ясно осознаю, что именно ищу в отношениях.

Это — доверие, уважение, дружба, тепло и любовь. И я знала, какой человек мне нужен, чтобы построить отношения: зрелый, умный, желающий взять на себя обязательства, последовательный, открытый для новых идей, человек здоровый, энергичный, с хорошим чувством юмора, который приносил бы мне радость.

Мне действительно нравилась моя жизнь в тот период, и я не сомневалась: кто бы ни вошел в нее, он обогатит ее, мы оба обогатим жизнь друг друга. Для меня это было особенное время. Я сочетала две части моего существа: эмоциональную и интеллектуальную. Могла рассматривать различные уровни моей личности и думать о партнере, который ее дополнит. Вместе мы создадим замечательную жизнь.

Мне действительно нравилась моя жизнь в тот период, и я не сомневалась: кто бы ни вошел в нее, он обогатит ее.

В этот прекрасный период вместе с моей близкой подругой я отправилась в галерею на вернисаж. И там встретила Фрэнка. Он просто подошел к нам и дружелюбно заговорил. Помню, что через пару минут подумала: он очень умен, образован, вдумчив. В ту же секунду подруга возбужденно прошептала мне: «Это отличный парень для тебя, Мици. Как только он подошел, я сразу же представила вас вместе». Я была удивлена и продолжала разговор с Фрэнком.

Мы немного поболтали, а потом разошлись, но на улице увиделись снова. Я сказала Фрэнку, что собираюсь с друзьями послушать джаз. Там мы встретились, и после концерта он сказал: «Ты знаешь, что сегодня полнолуние? Не хочешь прогуляться по пляжу?» На меня произвело впечатление то, что ему было известно о полнолунии.

Итак, мы прогулялись по пляжу, а потом, при расставании, Фрэнк оставил мне номер телефона и назвал свою фамилию. «Если захочешь встретиться со мной снова, — сказал он, — пожалуйста, позвони мне». Со мной такого никогда раньше не случалось. Я подумала, что Фрэнк решил, что для него не интересно встречаться с женщиной, если она по-настоящему им не интересуется. Это в самом деле зависело от меня — захочу ли я с ним увидеться снова. Совершенно неожиданно я почувствовала себя ответственной, словно наши отношения были в моих руках. А что, если все пойдет не так? Меня пугал и одновременно завораживал такой аспект ситуации.

Но мне показалось, что Фрэнк настоящий, и хотелось, чтобы в моей жизни был настоящий человек. Я решила попытать счастья и позвонила Фрэнку. Мы договорились встретиться и уже не разлучались. С тех пор прошло пять лет.

Я не знала, что Фрэнк ходил на семинары к Джону Грею и они ему понравились. Услышав, что Грей собирается на Гавайи, Фрэнк подумал, что мне будет интересно побывать на этих занятиях как с профессиональной точки зрения — я консультант по вопросам семьи и брака, — так и с личной. Мы отправились вместе и с тех пор не пропустили ни одного семинара. Во время первого посещения мы в некотором роде поссорились и никак не могли из этого выбраться. Тогда я предложила еще одну вещь — технику Джона Грея, и мы перепробовали все — от разговоров до объятий. Уже через пару минут нам удалось избавиться от боли и гнева и с уважением отнестись к мнению друг друга. Потом мы заснули.

Благодаря объятиям через пару минут мы избавились от боли и гнева.

Замечательным в наших отношениях было то, что в первый год мы только пребывали в безделье и приходили в себя. Меня излечивало присутствие Фрэнка, я почувствовала себя дома. У меня были страхи и тревоги по поводу обретения нужного партнера, так что этот первый год, проведенный вместе, мы расслаблялись, совершали небольшие ритуалы, играли в разные игры, слушали музыку. И множество вещей из прошлого исчезло. После этого мы снова начали встречаться с друзьями, и каждый круг принял новичка, что я сочла замечательным признаком.

Меня радует то, что в наших отношениях был естественный прогресс. Мы двигались своим собственным темпом к более серьезным обязательствам, к большему теплу и к большей любви. Это был непрекращающийся поток энергии, который я ощущаю все сильнее. Я верю в наше будущее. Я очень верю Фрэнку.

Вероятно, в предыдущих отношениях я сомневалась, что человек может сам управлять своей жизнью, и боялась быть целительни-цей, учителем, матерью, не важно кем. Но я очень доверяю компетентности Фрэнка, его способности справиться со всем, что случится, верю в то, что он выберет наилучший способ. Я узнала, что любить мужчину — значит доверять ему и принимать его. Научившись доверять и позволять ему быть самим собой, я смогла лучше к нему относиться. И знаю, что Фрэнк очень это ценит.

Это настоящая роскошь, когда можно быть самим собой и на этом уровне общаться с другим человеком. В конечном счете было бы здорово, если бы все чувствовали себя так, но те или иные причины не позволяют людям открыть их истинное «я» и показать себя другому человеку. Но если вы можете просто обнаружить, кто вы на самом деле, и знать, что с вами все в порядке и вас примут, — это замечательно.

Б лагодаря участию в семинарах Джона мы нашли общий язык, на котором обычно общаемся. А когда думаем о наших отношениях, то настраиваемся на единую волну. И это не трудно, не смущает и не является некоей абстракцией. Это очень понятно, и получаемая нами информация может быть использована и применена на практике немедленно.

Мы нашли общий язык, на котором обычно общаемся, а когда думаем о наших отношениях, то настраиваемся на единую волну.

Я оглядываюсь на свои прошлые отношения, когда начала задумываться над тем, что «мужчинам нужно». И теперь вижу: несмотря на самые лучшие побуждения и попытки делать то, что надо, я причинила вред этим отношениям. Благодаря Джону Грею я поняла, в чем действительно нуждаются мужчины и женщины и что для них важно во взаимоотношениях. Поверьте мне, я привнесла эту информацию как в мою работу, так и в личную жизнь. Мы создали то, что будет работать в отношениях, вот что главное.

Произошедшее между мной и Фрэнком было похоже на естественный поток, и я не чувствовала необходимости что-то подталкивать и чем-то манипулировать. Я верила: то, что нужно, произойдет в свое время. Так и случилось».

Преодолеть страх перед обязательствами

Фрэнк рассказал эту историю со своей точки зрения: «Я женился в двадцать один год. Моей даме было семнадцать. Она приехала из Австралии, и частью ее планов было выйти замуж, чтобы остаться в стране. Я почувствовал: меня толкают к браку, и ощущал, что это неправильно. Но я не был достаточно уверен в себе, чтобы пойти своей дорогой. И брак превратился в настоящую катастрофу. Когда нашей дочке было три недели, я обнаружил, что жена завела роман с моим лучшим другом. Это стало кошмарным испытанием, и брак невозможно было восстановить.

После этого я решил, что меня никогда больше не заставят жениться, никогда.

После этого я решил, что меня никогда больше не заставят жениться.

Примерно до сорока лет моя личная жизнь отличалась разнообразием. Я бывал одинок, иногда встречался с очень привлекательными женщинами, порой влюблялся. В середине третьего десятка жил с очень интересной француженкой, которая знала, как создать романтическую атмосферу — свечи, благовония, музыка Баха. Это меня очень возбуждало. Но когда однажды за ужином она спросила: «Не могли бы мы пожениться?» — вилка застыла у меня на полдороге ко рту. Брак казался разумным шагом, она была потрясающей женщиной, но я помнил данное самому себе обещание, что меня никогда не заставят жениться. И нашим замечательным отношениям наступил конец.

Около года спустя, походив немного на свидания, я встретил девушку, привлекшую меня. Мы начали жить вместе, и у нас сложились хорошие, крепкие отношения. Она помогала мне воспитывать мою дочь. А потом во время романтического путешествия в Сан-Франциско я был поставлен перед выбором: или поженимся, или она уйдет. Это напоминало биологические часы. Я испытывал сильную душевную боль, потому что любил девушку, и мне нравилась ее семья. Но нарушить свое слово не мог, и мы расстались.

Тогда я решил: буду веселиться. Я знал, что не хочу вступать в брак — может быть, потому, что желал других женщин, — но и не собирался быть неверным. Поэтому решил отдохнуть от своего бизнеса и насладиться жизнью. Так я и поступил. Этот год, проведенный с моими друзьями и множеством невероятно красивых женщин, оказался самым веселым.

Поверите ли вы, но это окончилось весьма болезненно. У меня была подружка, юная немка, и однажды она объявила, что влюблена в моего лучшего друга. Это оказалось почти зеркальным отражением моего первого брака. Я не знал, что делать, все мои теории оказались исчерпаны.

Немного позже я отправился в художественную галерею на вернисаж и там встретил Мици. Мы дружески поговорили, а потом решили выпить вместе по чашке кофе и отправились в кафе-эспрессо, где она должна была встретиться с друзьями. Эта женщина показалась мне теплой, любящей и очень милой.

В кафе-эспрессо Мици принесла несколько своих фотографий, снятых на Хеллоуин. На открытии выставки она была в длинном платье, но на фотографиях предстала в узком бикини и лифчике с чашечками, похожими на раковины моллюсков. Я увидел, что у нее потрясающее тело, и вдруг почувствовал сильное влечение к ней. В ее планы, вероятно, это не входило, но я все же подумал: «Ого! Это очень привлекательная женщина». Мне ненавистно признавать это, но для меня это стало первым толчком.

Мы отправились на пляж. Дальше нескольких поцелуев дело не зашло. Я дал ей свой номер телефона. «Если захочешь встретиться, позвони мне,» — сказал я, предоставив Мици возможность действовать самой. Через пару дней она позвонила, и я понял, что меня тянет к ней во всех отношениях. Смотрите, я приближался к сорока и понял, что однажды умру, и мне не хотелось превратиться в одинокого парня, который бродит кругами и только и ждет, чтобы его кто-нибудь утешил.

Я понял, что однажды умру, и мне не хотелось превратиться в одинокого парня, который бродит кругами и только и ждет, чтобы его кто-нибудь утешил.

А с Мици все было легко. Так же как и я, она придерживалась здорового питания. У нее был по-настоящему милый дом. Хотя и не высшего качества, но она устроила все очень уютно, с разными ее любимыми вещицами на стенах. Она умела сделать вещи красивыми. Мне нравилось приходить домой с соляных шахт, где я работал по контракту, к зажженным по всему дому свечам, божественной музыке и к женщине, которую интересовало все, что я делаю. Да ей и самой было о чем рассказать. Просто это устройство гнездышка получалось у нее естественно. К тому же она была искренней в своих убеждениях. Это значило, что наши отношения могли пойти дальше фраз: «Что на ужин? Сколько ты заработал в прошлом году?». Духовное развитие партнера — вот что я тайно искал во взаимоотношениях.

Мне нравилось, что Мици всегда помогала людям, они постоянно ей звонили. Довольно необычным было то, что Мици не хотела иметь детей. Она любила их, играла с ними, но не создавалось впечатления, что она желает иметь собственного ребенка. Для меня это тоже не являлось главным, поскольку у меня уже была дочь, для которой я не был посторонним и которую любил.

После того как я пригласил Мици посещать семинары Джона Грея, мы постоянно пользовались его методами, чтобы смягчить острые углы и не дать отношениям взорваться. Очень помогало то, что мы помнили о наших различиях и о том, что нет ничего неправильного в наших непохожих взглядах на вещи. Это также помогло мне понять, что на самом деле нужно Мици и важно для нее.

Мне нравится женственность Мици. Но из семинаров Джона Грея я узнал, что с возрастом женщины становятся более мужественными, и им необходимо сохранять контакт с их женственностью. В отличие от тенденции мужчин утрачивать с годами свою мужественность, меня это напугало в большей степени. Я сказал Мици: «Я боюсь думать, что в конце концов ты превратишься в ворчливого старика. Давай работать над тем, чтобы этого не случилось». И мне необходимо подпитывать потребности ее женственности.

«Я боюсь думать, что в конце концов ты, дорогая, станешь ворчливым стариком».

Но мои старые планы никуда не делись. После первой недели, проведенной вместе, я сообщил Мици: «Не жди, что я на тебе женюсь. Я в это по-настоящему не верю». И никаких проблем не было. После этого мы никогда даже не обсуждали наш брак.

Перенесемся теперь к тому моменту, когда мы уже прожили вместе пять лет. Мы отправились в путешествие в очень отдаленную долину на острове Кауаи. Помню, что это был день моего рождения — двадцатое августа. Я проснулся, совершенно не представляя, что произойдет. Мы планировали совершить прогулку с несколькими старыми хиппи, называвшими себя «Вне закона», с которыми мы познакомились.

Немного побродив, мы очутились в самом красивом месте, какое я видел в своей жизни, — несколько водопадов, над которыми поднимался туман. Так, должно быть, выглядел подлинный Эдем. Мы с Мици дошли до самого верхнего водопада и вместе бросились в воду. Нас освещало солнце, а вокруг падали потоки воды. И вдруг сумасшедшая мысль, без всякого предупреждения, появилась у меня в голове: мне следует попросить Мици выйти за меня замуж.

Я абсолютно свободен в своем решении. Рядом со мной женщина, которую я так люблю. Сегодня день моего рождения, и мы в самом красивом месте на земле.

Но слова не шли с языка. Три или четыре минуты я задыхался от волнения, а потом наконец мне удалось спросить ее, выйдет ли она за меня замуж.

«Что?» — спросила она, и я повторил предложение еще раз.

«Конечно», — сказала Мици.

С тех пор мы несколько раз говорили об этом, а на Рождество разослали письма, в которых сообщали о нашей помолвке. Я хорошо себя чувствую, потому что принял такое решение без всякого давления. И мы будем всегда вместе».

Научиться открываться

Рассказывает Кайли: «Около трех лет назад мне позвонила подруга и сказала: «Сюда приехал тот парень. Его зовут Джон Грей. Я знаю, что вы с Гэри ходили к консультанту по вопросам семьи и брака, и считаю, что вам обоим пойдет на пользу…» Ее распирало от возбуждения. Подруга рассказала мне, насколько эта информация отличалась от всего слышанного ею раньше. «Мужчины — выходцы с Марса, женщины — с Венеры», это название книги меня заинтересовало, поэтому хотя и с большим трудом, но я уговорила моего мужа отправиться вместе со мной на семинар. Он сказал: «Если это еще одно мероприятие по развенчиванию мужчин, я уйду».

«Если это еще одно мероприятие по развенчиванию мужчин, я уйду».

Мы оба были открыты и хотели научиться, но когда Джон заговорил о том, насколько женщины нуждаются в том, чтобы о них заботились, я была сбита с толку. В то время я не знала, насколько сильно это действует, когда о тебе заботятся как о женщине, поэтому бросила Джону вызов. «Мы можем сами о себе позаботиться! У нас для этого более чем достаточно способностей. Мы можем делать все, что делает мужчина!» — воскликнула я, и меня поддержали многие женщины в аудитории. Я слышала их одобрительные восклицания.

Джон был добр ко мне. Он попросил меня повернуться и показать всем мою блузку. У меня на груди черными буквами было написано: «Сука, сука, сука». По аудитории прокатился смех. Тогда Джон начал объяснять, помогая мне найти важную часть головоломки. Он сказал, что часть моей женственности подавляется, поэтому я не могу позволить себе, чтобы обо мне заботились. Я даже не представляла себе, сколько обид ношу в моем мешке печалей. Когда я была ребенком, отец грубо обращался со мной и физически и морально. Он не любил меня и не заботился обо мне, поэтому, чтобы выжить, я должна была развить в себе мужские навыки. И таким образом я потеряла равновесие.

Поскольку я видела, что с моей матерью обращаются также плохо, то мое поведение только укрепилось. Вступив в брак, я взяла на себя часть обязанностей моего мужа в наших отношениях. Поэтому его потребности не были удовлетворены. Он меньше чувствовал себя мужчиной, тогда как я, не отдавая себе в этом отчета, старалась лишить мужчин их власти, чтобы мне больше не причиняли боль. Все это основывалось на страхе, а любовь не может появиться из страха. Джон помог мне найти ключ к этим чувствам. После того как я побывала на нескольких лекциях и семинарах, прослушала записи и прочитала книги Джона, постепенно начала преображаться.

То, что обо мне заботятся, стало огромным подарком для женской стороны моей натуры. Это излечило мою душу. Теперь муж делает для меня то, что я по-настоящему могу оценить. И чем больше я высказываю ему благодарность, тем больше ему хочется сделать. Он теперь на меня «пашет», и вместо того чтобы ощущать неловкость и считать, что я должна все делать сама и не иметь слабых мест, я поняла, что действительно чувствую себя любимой, когда обо мне заботятся. Суть в том, что я должна была позволить этому ощущению появиться, научиться доверять и сбросить свои доспехи.

Вместо того чтобы ощущать себя неловко и считать, что я должна все делать сама и не иметь слабых мест, я поняла, что действительно чувствую себя любимой, когда обо мне заботятся.

Я стала расцветать, так как начала доверять мужу. А затем увидела, что и он расцветает. Подбадривая его, я обнаружила, что он поднялся на новые вершины, и мое восхищение им становилось все сильнее и сильнее. Муж начал считаться со мной и поддерживать меня, и мое самоуважение взлетело ввысь. Я снова поймала женскую часть моего существа и наслаждалась ею, как солнечным теплом. Даже не представляла себе, что могу так замечательно себя чувствовать. Джон научил нас раскрывать наши обоюдные желания, и это помогло нам обоим вырасти в любви. Я обнаружила, 'что не существует никакого заговора с целью держать женщин в подчинении и контролировать их. Просто у мужчин и женщин разные потребности. Нам просто не обходимо захотеть увидеть эти различия и считаться с ними.

Я обнаружила, что не существует никакого заговора с целью держать женщин в подчинении и контролировать их.

Пока я училась предоставлять время Гэри для его «пещеры», муж постигал науку Джона слушать меня, не предлагая решения вопроса. Он сказал мне, что для него это оказалось труднее всего. Его работа состояла в том, чтобы предлагать ответы, поэтому когда Гэри только начинал учиться быть просто слушателем, он на самом деле крепко закрывал себе рот рукой. Для него это было по-настоящему болезненно, а я находила это забавным. Мы практиковались, Гэри учился, и теперь, когда я попадаю в свое самое глубокое, самое темное место, называемое колодцем, Гэри слушает и успокаивает меня. Благодаря его поддержке и пониманию моих нужд я необыкновенно быстро снова поднимаюсь на вершину, исполненная любовью и благодарностью к мужу больше, чем когда-либо. Ведь он выслушал меня.

Я понимаю лучше не только мужчин, но и себя саму. Разрушив мои оборонительные сооружения и пропустив Гэри внутрь, я могу теперь принимать его любовь и делить с ним мою. Это очень ценный подарок. Для меня огромное удовольствие поделиться моими несущими свет переживаниями во время путешествия в страну Джона Грея».

Начать сначала

История Роберта напоминает нам, как мы должны ценить то, что имеем. «С Дорин я познакомился в 1991 году у себя дома, когда устраивал барбекю. К тому времени я десять лет был в разводе и жил один. Мне исполнилось пятьдесят три, и я был готов встретить подругу, чтобы разделить с ней мои достижения, встречать рассветы и закаты. У Дорин тридцать пять лет прошли в браке, который она называла кошмарным и ужасным. Когда мы встретились, она была в разводе около года. «Я пока не готова к взаимоотношениям», — сказала она.

Отлично. Я человек терпеливый.

Через три недели после этого барбекю мы жили вместе и довольно скоро поженились. В наших отношениях не было никаких скрытых планов, никакой потребности в поддержке. Мы оба отдавали друг другу то, что имели. Относительно материальной стороны, у нас все было в двойном размере — дома, машины, мебельные гарнитуры. Нашей целью было доставить друг другу удовольствие, наслаждаться жизнью и нашими золотыми годами. И в финансовом отношении мы чувствовали себя уверенно и спокойно.

Я работал на силовой установке, а Дорин в качестве защитника пациентов на испытательном стенде. Мы оба являлись профессиональными посредниками. Дорин была практикующей медсестрой, очень умной женщиной и лидером по натуре. Очень быстро нам в голову пришла блестящая идея отказаться от поездок на автобусе предприятия и ездить на работу и с работы вместе. Дорин отвозила меня на работу утром и забирала после обеда. Это было здорово, потому что мы могли в это время поболтать. Мне доставляло удовольствие видеть, как Дорин подпрыгивает в своем «джипе», спускающемся по дороге.

«Ты ходил когда-нибудь в оперу?» — спросила меня Дорин вскоре после свадьбы. «Нет, но хочу пойти», — ответил я. «Ты меня спас! — воскликнула она. — Я никогда не могла найти того, кто составил бы мне компанию». Первой оперой, которую мы слушали, была «Женитьба Фигаро». Меня зацепило — я отправился в магазин и купил два смокинга. И позвольте мне добавить, что после смерти Дорин «Сан-Диего Опера Компани» посвятила представление «Макбет» ее памяти, памяти их подлинной почитательницы.

Когда Дорин чего-нибудь хотела или у нее возникало желание чем-нибудь заняться, я никогда не мог отказать ей. Если это было в моих физических, материальных и моральных силах, мы это получали. И я знаю почему — потому что я был с ней так недолго. Мы прожили вместе всего три года, но если бы мне кто-нибудь сказал, что это будут три дня, три часа, три секунды, я бы все равно согласился, поскольку нас связывала настоящая любовь. Я думаю, что причина кроется в нашей зрелости. Мы знали, чего хотели и что можем дать друг другу. Бывший муж Дорин говорил, что они не в состоянии позволить себе то или иное, поэтому она одна отправлялась в отпуск. И со мной раньше происходило то же самое — все, что я делал, я делал один.

Мы прожили вместе всего три года, но если бы мне кто-нибудь сказал, что это будут три дня, три часа, три секунды, я бы согласился, поскольку это была настоящая любовь.

Поэтому мы начали путешествовать. И пережили замечательные, потрясающие поездки — на Фиджи, в Новую Зеландию, в Австралию, в Кабо Сен-Лукас. И ближе к дому начали искать место, где могли бы жить. Дорин больше не хотела оставаться в Калифорнии, поэтому мы купили фургон и отправились в путь. Аризона, Нью-Мексико, Колорадо… Мы везде побывали. А потом я вспомнил о Седар-Сити, штат Юта, где бывал раньше, и мы поехали в это место. Там как раз проходил шекспировский фестиваль. Дорин влюбилась в Седар-Сити. Когда мы ехали по шоссе, Дорин заинтересовал недостроенный трехэтажный деревянный дом, стоящий на вершине холма. Мы попросили риэлтера заняться этим и выяснили, что владелец в отчаянном положении. Мы предложили ему восемьдесят тысяч долларов, и дело было сделано. Таким образом получили этот дом.

В июне было продано жилье Дорин в Калифорнии, а в июле — мое. И в августе мы вступили во владение собственностью в Седар-Сити, наняли подрядчика и превратили дом в фантастическое место, единственный дом в Юте, где было биде.

Четырнадцатого сентября Дорин поставили диагноз — полиомиелит.

Одиннадцатого декабря, так и не увидев нашего достроенного дома, Дорин умерла.

Мне это показалось жестокой шуткой. Потеряв Дорин, я лишился смысла жизни. У меня исчезло всякое представление о какой-либо цели. Дорин похоронили шестнадцатого декабря, а двадцать первого приехали рабочие, чтобы перевезти мои вещи в новый дом. Со дня смерти жены и почти до июля я целыми днями смотрел по телевизору процесс по делу О.Дж. Симпсона. Я набрал сорок фунтов и в талии прибавил пять дюймов. Мне ничего не хотелось делать. Моим единственным компаньоном стал наш кот Бобби, мой замечательный друг. Но я был полностью опустошен.

Мне помогло то, что я услышал по радио о группе поддержки для тех, кто лишился близких. Я посещал занятия дважды в неделю и понял, что горевать, страдать, словом чувствовать это нормально. Нормально сердиться, говорить с Дорин на ее любимом дереве, забираться в ее «джип» и плакать, даже писать ей письма. Такие вещи причиняют боль, но как замечательно понять, что ты способен чувствовать.

Мне кажется, горе — это переживание, которое очищает. В течение года я жил как отшельник на горе, в трех с половиной милях от города — двадцать акров земли, полное одиночество. Я позволил горю, словно огромной волне, накрыть меня с головой. Все это время я никак не развлекался, не общался с людьми. Я горевал и излечился.

Я позволил горю, словно огромной волне, накрыть меня с головой.

А потом в компании с Бобби и при поддержке группы смог двигаться дальше и снова открыться навстречу жизни. Я продал дом, переехал в Юджин и не оглядывался назад. Там я встретил женщину, и с тех пор горе и траур ослабели, хотя Дорин до сих пор живет в моем сердце.

После смерти Дорин мне попались книги «Мужчины — выходцы с Марса, женщины — с Венеры» и «Марс и Венера в спальне». Спустя пять месяцев я смог сосредоточиться и прочесть их. И в этих книгах я абсолютно ясно увидел нас. Дорин и вправду использовала некоторые из понятий, которые употреблял доктор Грей, например «ходить по яйцам», я увидел ее волнообразные циклы. Смог также вспомнить, когда удалялся в свою «пещеру». И я знал, что был «решателем проблем», марсианином с копьем, мечом и щитом, всегда готовым прийти на помощь столь беспомощной прекрасной девице. Но Дорин не была слабой, и когда я читал книгу, то думал: «Господи, теперь-то я понимаю».

Дорин всегда говорила мне, что я был единственным мужчиной, который слушает ее. Таким образом, я понял: кое-что я делал правильно. Но иногда мы так мило беседовали, лежа в постели, и вдруг все превращалось в ледяную антарктическую зиму. А я гадал, что случилось?

Это происходило потому, что мое марсианское эго говорило: «Не волнуйся, я это исправлю». Это не срабатывало, и книга объяснила мне почему. Мне стало ясно, что это не являлось проявлением нашего эгоизма. Просто мы не были посвящены в искусство слушать. Вместо того чтобы слышать вашего партнера, надо слушать. Это мне показала книга.

Книга и слова — очень сильный растворитель. Они проясняют, смывают любой тип внешнего «я» и уничтожают ощущение, будто чувствовать грешно. Мне они помогли осознать, что ощущение горя было совершенно нормальным. Когда вы теряете вашего партнера, то ощущаете, что в вас больше не нуждаются и вас не любят. И именно так я и чувствовал себя, мне недоставало ощущения собственной нужности. Теперь я это признаю. То, что я узнал у доктора Грея, отлично действует в моих новых отношениях. В основном это наука слушать. Моя новая подруга признает, что это ценно. Она тоже хочет, чтобы ее просто выслушали. «Я так устала. Я простудилась. Это был трудный день». Я подавляю синдром Мистера Улажу-все и просто слушаю. И тогда она смотрит на меня и восклицает: «Боб, ты такой невероятно понимающий!» А я говорю про себя: «Спасибо вам за это от нас двоих, доктор Грей».

Постскриптум: В этом году я женился на этой милой леди, о которой говорил выше. В нашем доме есть две книги для жизни — Библия и «Мужчины — выходцы с Марса, женщины — с Венеры».