22

На вопрос, откуда родятся дети, нашим детям дают «объяснение», будто их кормилица достает из колодца, в котором дети плавают наподобие рыб. Таково же теологическое объяснение возникновения органических, вообще естественных существ. Бог есть глубокий или прекрасный колодец фантазии, в котором заключены все реальности, все совершенства, все силы, где, следовательно, все вещи плавают в готовом виде, подобно рыбам; теология есть кормилица, извлекающая вещи из этого колодца, но главное лицо – природа, мать, в муках рождающая ребенка, которого она носит под своим сердцем в продолжение девяти месяцев, – совсем не принимается во внимание при этом объяснении, бывшем некогда младенческим, ныне ставшим ребячливым. Во всяком случае это объяснение красивее, уютнее, легче, удобопонятнее и убедительнее для божьих детей, нежели объяснение естественное, которое только постепенно, через бесчисленное количество препятствий пробивается из мрака на свет. Но ведь и тот способ, каким наши благочестивые отцы объясняли град, падеж скота, засуху и грозу действиями магов, волшебников и ведьм, гораздо «поэтичнее», легче и убедительнее еще и теперь для необразованных людей, чем объяснение этих явлений из естественных причин.