XV. ДОЛОЙ ЯКОРЯ РАЗРУШЕНИЕ ОСНОВНОГО ЯКОРЯ

Однажды несколько лет назад меня попросили провести лекцию с демонстрацией в психологическом классе Калифорнийского Государственного Университета в Нортридже. Перед лекцией профессор, очень симпатичный человек, сказал мне, что он не верит в гипноз и что гипноз нигде не работает, но он считает, что его класс должен иметь возможность познакомиться с этим феноменом. Видимо, он хотел, чтобы я оказался этаким символическим ненастоящим гипнотизером. Чтобы сделать происходящее еще более интересным, он даже не представил меня и мой предмет, а вместо этого приготовил длинную речь о своем неверии в гипноз, одновременно заявляя, что готов дать кому угодно возможность сказать о том, во что он верит. Это выглядело так, как будто он говорил аудитории, что перед ними тот, кто спроектировал «Титаник» и собирается доказать, что он не утонул.

Я решил, что для спасения своей репутации, я должен продемонстрировать что-нибудь драматичное и при том на профессоре. Из предварительного разговора я знал, что он пережил очень болезненный развод и испытывает(по его словам) сильную депрессию, когда бы «ни подумал об этом». Я поблагодарил его за вступление и, когда он сел на длинную скамью перед лекционным залом, подошел к нему и начал говорить, обращаясь якобы к залу. Я сказал, что очень благодарен профессору за то, что он пригласил меня и представил, несмотря на то, что переживает очень трудный период в своей жизни. Его выражение лица немедленно начало меняться, он взглянул вправо вниз (кинестетика, см. системы) и явно испытывал дискомфорт. В этот момент я сжал рукой его правое плечо и сказал: «Это очень неприятно, не так ли?» Он медленно кивнул. Затем я убрал руку и сказал резко: «Сколько времени вам потребуется, чтобы вспомнить теперь… (сказано медленнее и более низким тоном голоса: встроенное внушение, чтобы вспомнить теперь) время, когда вам не было еще 20 лет, и вы испытывали что-то очень хорошее и знали, что все идет замечательно». (Думаю, что все мы до 20 лет делали или испытывали что-либо замечательное.) Он поднял голову, глаза его двинулись влево вверх (визуальное воспоминание), лицо начало расслабляться и медленно перешло в улыбку; он покраснел и громко сказал: «Я могу вспомнить». В этот момент я протянул руку к его левому плечу и начал мягко сжимать его. Без каких-либо объяснений я старался установить два якоря: прикосновение к правому плечу для болезненных переживаний, и прикосновение к левому плечу для счастливых переживаний. Затем я проверил, что получилось. Я сказал: «Это ощущение лучше, чем то, другое, не так ли?» (Все еще продолжая сжимать его левое плечо.) Он улыбнулся и энергично кивнул. Я продолжил: «Гораздо лучше, чем это неприятное ощущение» (здесь мой голос звучал печально, а лицо приняло печальное выражение), при этом я сжал его правое плечо. Перемена была весьма драматичной! Он снова выглядел так, как будто его мир подходит к концу: глаза вправо вниз, голова опущена, губы дрожат. Затем я переключился на его левое плечо и сказал: «Вы предпочитаете эти чувства, правда?» (Сказал улыбаясь, счастливым тоном.) Он сразу взглянул вверх, глубоко вздохнул, улыбнулся и сказал: «Какого черта вы со мной делаете?» Я ответил: «Растерянность – это познание нового», и затем сжал одновременно оба плеча. Его глаза остекленели, он уставился прямо вперед и выглядел совершенно растерянным. Затем я дал ему следующие инструкции: «Вы можете закрыть глаза и все хорошо прояснится^ (сказано медленно, низким тоном). Около трех минут он сидел совершенно неподвижно, глубоко дыша, а затем открыл глаза и спросил, что происходит. Я протянул руку к его правому плечу, чтобы убедиться, что якорь удален. Он не проявил никакой реакции, кроме, может, вопросительной, но без «депрессии», и попросил подумать о болезненной ситуации и поделиться с нами, не изменилось ли что-нибудь в его внутренних реакциях. Он взглянул на долю секунды влево вверх (визуальное воспоминание), затем влево вниз (аудиальное) и вправо вниз (кинестетическое), затем посмотрел на меня и сказал: «Это больше не действует на меня так, как прежде, и почему-то я чувствую себя сильнее и знаю, что все будет о'кей! Что вы со мной сделали?» Я ответил:

«Ничего. Такой вещи как гипноз не существует, так что, должно быть, вы галлюцинировали». (Видимо, что произошло, помогло ему изменить его систему веры. Он посетил два моих семинара «Клинический гипноз. Инновационные методы (R)» и стал поклонником гипноза и бессознательной перестройки).