Я НЕ ПРОСИЛ МЕНЯ РОЖАТЬ…


...

Новые виды услуг

Теперь понятно, что «Я не просил меня рожать!» не просто детский истерический выплеск, а можно сказать, «итоговое заявление», имеющее под собой крепкую идейную базу. Фундамент, кирпичики которого плотно пригнаны один к другому. А параллельно, пока закладывался этот новый фундамент, методично, тоже по кирпичику, разрушался старый, традиционный.

И к концу ХХ века роль отца в так называемых «развитых странах» сплошь и рядом стала сводиться к биологической — без мужчины зачатие (пока еще!) невозможно. В остальном же современное общество вполне обходится без института отцовства. Где-то (например, в Швеции) половина детей рождается вне брака и часто не знает имени своего отца. Другие, будучи рождены в законном браке, после развода родителей или вовсе лишаются общения с отцом, или приобретают так называемого «воскресного папу», который не воспитывает, а развлекает и дарит подарки.

Но и в полных семьях отец сплошь и рядом не имеет должного авторитета: кто из-за пьянства, кто из-за низких заработков, кто из-за своего инфантилизма (часто слышишь от женщины: «У меня не муж, а еще один ребенок»), кто по десятку иных причин. Какое там главенство, когда и о равенстве речи не идет. Уважать такого отца, а тем более, благоговеть перед ним, разумеется, очень трудно.

Теперь настал черед матерей. Тех, чей авторитет, напротив, должен был бы непомерно вырасти, чтобы компенсировать утрату отцовского влияния. До последнего времени так оно и было. Мать оставалась главной и, по существу, единственной надежной опорой для своего ребенка. Но как все неестественное, искажающее Богом данную иерархию, сверхзначимость матери обернулась ее низвержением с пьедестала. Будто он не выдержал такой громоздкой фигуры.

Сперва выяснилось, что общество, поклонившееся идолу феминизма, готово прославлять женщину — ученого, женщину — космонавта и даже президента, при этом совершенно не готово не то, что поклониться многодетной матери, но и просто ее поддержать. Помните, в самом конце 80–х — начале 90–х гг., когда власть уже собиралась обобрать народ, вдруг пошли разговоры об иждивенцах? И нашлись люди, которые удивительно легко причислили к таковым… многодетные семьи! С бесстыдной злобой, пользуясь какой-то кроличьей лексикой, дескать, расплодились тут за наш счет, они принялись порицать женщин за самый что ни на есть женский труд — труд материнства.

Затем пренебрежение распространилось на всех матерей. В том числе, на неповинных в многодетности. Не поздоровилось даже тем, кто эту многодетность осуждал. Наверное, не всем нашим взрослым читателям знакомо выражение «биологическая мать». Во всяком случае, они о своих матерях так никогда не думают и не говорят. А вот подростков начала XXI в. уже просветили, и они вполне могут (пускай в запальчивости) поставить маму на место словами: «Какое право ты имеешь диктовать мне, как жить?! Ты всего лишь моя биологическая мать!»

Ну, а теперь и у «биологической матери» отнимается право на эксклюзивность. В «Книге для трудных родителей», изданной в 1994 г., мы написали о случаях суррогатного материнства во Франции. Тогда большинство наших сограждан и слыхом не слыхивали об этой заморской диковинке. А услышав, не верили и ужасались. Сегодня к нам на психологический прием уже порой приводят детей — не заморских, а отечественных — зачатых в пробирке и выношенных в «живом инкубаторе» — утробе посторонней женщины.

Суррогатная мать — новый бизнес. Так тоже можно зарабатывать деньги. Эту мысль сейчас потихоньку внедряют в сознание женщин. Глянцевые журналы выносят тему суррогатного материнства на первые страницы обложки как нечто сверхактуальное, животрепещущие. Звезды эстрады, наши сегодняшние эталоны, охотно рассказывают в интервью о том, как они воспользовались услугами суррогатной матери, и это нисколько не повредило ни здоровью ребенка, ни отношениям с ним. Пока, правда, такой способ обзаведения детьми (чуть было не сказали «их покупки») доступен только вышеописанным «новым лучшим», тем из них, которые еще не готовы вовсе отказаться от потомства. Аренда чужой утробы почти что на год большинству не по карману. Но со временем число предложений может увеличиться, и цены упадут.

Мы, во всяком случае, не удивимся, если количество «арендаторов» с падением цен резко возрастет. Этические и психологические предпосылки к этому уже налицо. Так, по свидетельству акушеров, женщины зачастую просят сделать им кесарево без каких бы то ни было показаний — просто «чтобы не мучиться». И врачи, получающие дополнительные деньги за операции, их не отговаривают, хотя знают, что кесарево отнюдь не безвредно и не безопасно как для матери, так и для ребенка. Зато об опасности беременности говорится непомерно много. Это и угроза невынашивания, и тяготы токсикоза (с ним теперь могут положить в больницу как с серьезной патологией!), и неизгладимые растяжки или даже рубцы на коже, уродующие женскую фигуру, о чем сообщается девочкам не только в подростковых журналах, но и в школьных учебниках.

И это еще что! Передовая Англия, законодательница прогресса, пошла дальше. Там, как сообщает немецкая газета «Форум», выходящая на русском языке, «по заказу врачей конструкторы спроектировали жилет, имитирующий беременность. Надев его, испытываешь на себе всю тяжесть материнства. В скором времени школьников заставят <курсив наш — авт.> носить изобретение на переменах… Чудо инженерной мысли напоминает бронежилет. Только с большим животом и грудью третьего размера. Весит все хозяйство около 15 килограммов. Носить его, в целях безопасности для здоровья, рекомендуют не более получаса. Дальше может заболеть сердце, станет тошнить… Псевдобеременный <так в тексте! — авт.> чувствует увеличение веса, изменение осанки, возникает давление на внутренние органы, повышается артериальное давление. По задумке ученых, после примерки на себя „тяжелых“ симптомов материнства школьницы задумаются, надо ли им повторять такое испытание не 10 минут, а 9 месяцев… Жилет включен в обязательные <курсив наш — авт.> школьные программы. Носить его будут на переменах в общей сложности 3 часа все школьники <вероятно, и мальчики, чтобы впоследствии они помогали своим партнершам не попадать в интересное положение — авт.> от 11 до 17 лет.» («Форум» 12 (16), декабрь 2003.)

Не надо быть крупным психологом, чтобы понять: после таких тренингов многие девушки согласятся вынашивать ребенка только под дулом пистолета. Так загодя формируется обширный рынок «суррогатных услуг», которые будут оказывать женщины из беднейших слоев населения — бедным ведь всегда приходится делать то, что больше никто делать не желает.

А там и клонирование подоспеет, тогда вообще напрягаться не обязательно. Как теперь принято говорить: «Заплати налоги и живи спокойно». Зачатие (как естественное, так и искусственное) станет попросту неактуальным. В общем, все эти кошмары давно описаны в футурологической беллетристике. Например, в романах Станислава Лема, которые чем дальше, тем больше напоминают не спонтанные провидческие озарения, а литературные иллюстрации вполне реальных проектов глобалистской перестройки мира.