Я НЕ ПРОСИЛ МЕНЯ РОЖАТЬ…


...

От благословения к проклятию

Следующий этап — отвержение детей в принципе — в нашей, отстающей от мировой цивилизации стране пока не наступил. Хотя кое-какие сигналы из недалекого будущего до нас доходят. Несколько лет назад при поддержке компании «Юкос», начал выходить и бесплатно распространяться в молодежной среде глянцевый журнал «Fakeл». Журнал не просто для новой молодежи, а, если можно так выразиться, для «новых лучших», которые с высокомерной иронией взирают на простецкую молодежь. Во всех публикуемых материалах видны потуги создать что-то вроде высокой моды на сверхсовременный стиль жизни. Это кредо выражено уже в названии на обложке. Три первые буквы по-английски означают грязное ругательство, но это юмор для посвященных. Всем же остальным, в случае чего, можно попенять на испорченное воображение.

Под стать и содержание журнала. Такую грязь, как метко выразился когда-то К.И.Чуковский, «без калош читать нельзя». Но зато все с претензией на оригинальность. Это, кстати, часто бывает у маргинальных меньшинств.

Ну, так вот. В №6–7 за 2003 г. помещена, можно сказать, программная статья на тему детей (А.Вяземская «Я никогда не буду одна»). «Дети? — Неизбежное зло, — говорит одна моя подруга. „Я с ужасом поняла, что больше никогда не буду одна“, — написала мне, родив, другая. Третья, падая и плача от недосыпа, шепчет в трубку онемелыми губами: „Эта сволочь не спит“… Или другой перл из той же статьи: „Вот он, твой малыш. Такой милый, хороший, ходит под себя, беспрестанно орет, пускает слюни и пучит глаза“.»

Читаешь и поражаешься: надо же, такие заявки на оригинальность и одновременно такой беззастенчивый плагиат! В журналах родоначальницы «планирования семьи» Маргарет Зангер еще в 20–30–е гг. прошлого столетия ребенок изображался «орущим куском мяса»!

И подобные пассажи не новы: «Хочешь нести ответственность за наличие корки засохших соплей у него под носом и регулярность его физиологических отправлений? Может быть, хочешь запаривать по вечерам чернослив и впихивать ему в рот под дикий визг, а он в ответ будет плеваться в тебя коричневой гадостью?»

Вот — вот! Сторонники Зангер, описывая младенцев, тоже старались вызвать к ним отвращение и брезгливость.

Другое дело, что в нашей стране до сих пор так публично не изъяснялись. Равно как не было принято признаваться на страницах печати в желании умертвить своего ребенка. В этом смысле, безусловно, Вяземская — новатор. «Родив дочь, — пишет она, — я долгое время думала, что я моральный урод. „Знаешь, я когда ее купаю, — говорила я своему тогдашнему другу, — мне иногда страшно.“ „Ты думаешь, что стоит вот так опустить в воду, немножко подержать, и все это кончится?“ — спрашивал он в ответ.»

Какое же взаимопонимание бывает порой у любящих сердец! Правда, отзывчивость, «тогдашнего друга» объяснялась еще и сходством ситуации: «Наши дети были ровесниками — им было месяца по три». «Но даже подобные пугающие прорывы не могли отвратить нас от процесса, номинально вроде бы напрямую связанного с деторождением, — сообщает нам журналистка с бесстыдством примата. — Немного развеявшись, мы возвращались к супругами и колыбелям, ванночкам, клизмам, клеенкам, коляскам.»

И ладно бы это были просто автобиографические заметки «морального урода»! (Хотя все равно им место не на страницах журнала, а в истории болезни.) Так эти помои еще и преподносятся как совершенно нормальные общечеловеческие переживания! Только плебс их пока скрывает, а элита ведет себя более естественно, более натурально.

«Знаете, почему Триер не получил Канн за свой гениальный „Догвилль“? — вопрошает Вяземская и спешит ответить: — Мне кажется, лишь потому, что в финале там выстрелом в упор убивают грудного ребенка. И зал радуется, не успев спрятать своих настоящих эмоций».

Радость, когда в упор убивают младенца, — вот она, эталонная реакция «новых лучших». Ну, а те, кто еще не дорос до таких высот, могут, конечно, заниматься идиотизмом: рожать, нянчиться, воспитывать. Но только пусть от детей ничего не требуют: «Забудь… о какой-либо благодарности. Это был твой личный выбор, значит, и ответственность только твоя. Наши дети нам ничего не должны… Они нас их рожать не просили»<курсив наш — авт.>.

Так выстраивается новая идеология, новое мировоззрение, в котором дети — уже не благословение, а проклятие. И тот, кто его на себя навлек по своей дурости и безответственности, пусть помалкивает в тряпочку.