«НЕ УЧАСТВУЙТЕ В ДЕЛАХ ТЬМЫ» (Еф.5:11)

Беседа с психологом Изяславом Адливанкиным

Многие люди среднего и старшего возраста плохо представляют себе суть наиболее распространенных подростково-молодежных субкультур. Апологеты этого явления уверяют, что речь идет о совершенно нормальных неформальных объединениях. Дескать, у подростков свои интересы. Может быть, несколько экстравагантные, но такое нынче время; потом дурь пройдет, и все нормализуется. Однако психолог Изяслав Александрович Адливанкин, много лет занимающийся в Душепопечительском центре святого праведного Иоанна Кронштадтского, что на Крутицком подворье в Москве, реабилитацией наркоманов, игроманов, людей, затянутых в тоталитарные секты, и прочих жертв современной «культуры», не разделяет столь беспечного оптимизма.

— Изяслав Александрович, скажите, пожалуйста, современные субкультуры и те, что были в моде у молодежи лет 20–30 назад, вполне сопоставимы, или в нынешних есть нечто принципиально новое, неожиданное?

— Пожалуй, нужно отметить две существенные особенности субкультур, о которых мы будем с вами говорить: стремительную быстроту и объем охвата ими человеческой личности, а также их… религиозность. Да — да, религиозный компонент играет все более серьезную роль в подростковых увлечениях! Каков он — особый вопрос. Еще одна принципиальная особенность — это то, что в таких субкультурах участвуют новые люди.

— Что же тут такого неожиданного? Вполне естественно, что всякими новыми веяниями интересуется, прежде всего, молодежь.

— Я имел в виду не возраст, а некие сущностные характеристики. Представители многих современных молодежных субкультур (прежде всего «готов» и «эмо») — это не просто новое поколение. Это именно «новые люди», выражаясь в терминологии известных социальных утопий. Причем хочу сразу подчеркнуть, что особое отличие такого «нового человека» от предшествующего человечества в фатальной духовной и культурной дезориентации. Но обо всем по порядку. Мне кажется, сейчас важнее говорить не столько о конкретных субкультурах или новомодных культах, сколько о том, что у значительной части молодежи уже сформировано, так сказать, на «бытовом уровне» мировоззрение, которое совершенно спокойно позволяет войти в самый экстремальный культ и буквально потеряться в нем. Дойти до момента практически полной утраты различения граней между культурным увлечением и реальной оккультно-магической практикой, имеющей место в субкультурах, о которых идет речь. Если с этой точки зрения посмотреть на то, какую музыку, литературу, досуг и прочие составляющие культурного поля предпочитают современные подростки, то обнаружится удивительная картина. То, что для нас было субкультурой, неким дополнением к классической и общепринятой современной культурам, для молодых людей теперь является настоящей и единственной культурой, которая формирует их в целом как личности. Другой они просто не знают и знать не хотят. Все их интересы и увлечения находятся в конкретном субкультурном пространстве.

На наших глазах выросло принципиально новое поколение. Поскольку субкультуры — это реальность наших дней, то молодым людям уже не требуется переступать известные этические барьеры, чтобы войти в какую-то группу, противопоставляющую себя общепринятой культуре. Раньше, в предыдущих поколениях, вхождение в «неформальное культурное пространство» предполагало серьезную мировоззренческую ломку. Сейчас — нет. Сознание уже готово к восприятию самых неадекватных составляющих современных субкультурных увлечений. Ну, а дальше существует большое количество рычагов, посредством которых человек затягивается в глубину субкультуры. Причем люди, находящиеся на периферии культа, часто не знают о том, что творится внутри. А ведь в большинстве случаев, если речь идет об известных «темных» культах, их псевдокультурная периферия со всеми ее увлечениями имеет единственной целью ввести человека в область, в которой затем предполагается провести коренное изменение его сознания. Впрочем, сейчас это зачастую бывает лишь некий последний штрих, поскольку коренное изменение сознания происходит значительно раньше. К моменту попадания человека в тот или иной культ оно уже нередко бывает изменено.

— И это облегчает процесс вхождения в глубину «темного» культ?

— Безусловно. Сами посудите: идет борьба за душу человека. Аскетический опыт, открывая нам некоторые стороны этой борьбы, учит, что для темных сил крайне важно ввести человека в область, где он будет дезориентирован. И что сделать это не так-то легко. Для сил, борющихся против человека, это всегда было серьезным процессом. Но в отношении современной молодежи тут особой трудности нет! Вырастая и формируясь в субкультурном поле, они уже находятся в мире, где отсутствуют четкие ориентиры. Те контркультурные явления, которые мы с вами обсуждаем, являются сферой темной, их природа сугубо демоническая, инфернальная. Некоторые из них нисходят в своих глубинах к откровенному сатанизму, некоторые представляют собой перевертыши, где за детскими страшилками — шутками кроется тот же опасный, но для многих, увы, привлекательный мир тьмы. «Готы», например, сами признаются, что их субкультура — это культ тьмы. Но как разобраться в культе тьмы, если ты не знаешь, что в духовном отношении означает истинный свет? Или хотя бы его «проблески» на уровне культуры в целом?!

Помню, как одна девушка долго доказывала мне, что разницы между православным монашеством и «готикой» не существует. Там скорбь по миру — и здесь скорбь по миру. Там черные одеяния — и здесь черные одеяния. И так далее и тому подобное. Сколько я ни пытался ей что-то объяснить, все было без толку. Она искренне не понимала того, что для нас с вами абсолютно очевидно безо всяких объяснений. Я говорил с человеком, который родился и живет в одном мире со мной, но сформировался в каком-то ином его измерении.

— И чем дело кончилось?

— Я все же нашел выход из положения. Когда мы заговорили о монашеских одеяниях и об одежде «готов» — хотя даже то, что возникает такое сравнение, согласитесь, странно! — я обратил внимание на ее перчатки из тонкой лайковой кожи с ажурными вставками и на черные ажурные чулки в «готическом» стиле. «Ты можешь представить себе монашку, у которой под полой длинного черного одеяния такие чулки, как у тебя?» — спросил я. Девочка была разумная, поэтому после некоторого размышления сказала: «Нет… никак». Таким необычным образом мы с ней все-таки определили некоторую разницу между «готами» и монашеством. Но с большим трудом, после нескольких часов обсуждения! Поэтому сейчас, говоря о субкультурах, необходимо говорить не только о некоей культурной аномалии, но, еще раз повторюсь, о том, что в этой аномалии существует и действует поколение, которое в ней же было и воспитано.

Да, может быть, современные молодые люди еще не носили с детства клыки и не играли в вампиров, но они смотрели соответствующие фильмы, читали соответствующие книжки. А нынешние дети уже с пеленок приобщаются к откровенно демонической субкультуре. Причем эта субкультура порой искренне воспринимается молодежью как альтернатива тому реальному злу, в котором мы живем. Узнавая о ведущихся в мире войнах и о прочих негативных явлениях, многие молодые люди видят в субкультурах выход. Расхожий аргумент «готов» звучит так: «Зато я не шатаюсь по улицам, не пью с утра до вечера пиво, не наркоманю, не хожу с голым животом, а имею строгое черное одеяние». И как доказать им, что в этом может быть скрыто больше опасности, чем даже в обычном разгульном, отвратительном образе жизни? Мы имеем дело с очень опасной подменой.

Там, где существует откровенная эскалация зла, разрушения, человеческая душа, как в чуждой себе природе, долго находиться не может, и, вырываясь оттуда, человек ищет иной мир, духовно противоположный. И таковой есть, его можно увидеть, четко обозначив, что там, где ты был, — зло. Там же, где зло предлагается под видом некоего добра, противостоящего злу, возникает самая большая проблема. Наверное, именно через подобные подмены когда-нибудь и придет под видом Христа антихрист.

Добро с дьявольским клычком

— Что особенно сильно влияет на формирование такого «смещенного» мировоззрения?

— Для подростков я бы, прежде всего, назвал жанр фэнтези, ставший необычайно популярным в литературе (начиная с Р. Толкиена и кончая «Гарри Поттером»), в кино, в компьютерных играх. Он значительно затрудняет формирование традиционных ценностных ориентиров у человека, который еще не имеет своего культурного опыта, сформированного образованием, воспитанием и всем культурным образом жизни. Через литературу такого рода очень активно продвигается подмена добра и зла. Подмена тонкая, лукавая, далеко не всегда легко опознаваемая и потому наиболее опасная.

— Пожалуйста, поясните, что вы имеете в виду.

— В качестве характерного примера возьмем известный детский фильм в жанре фэнтези «Волшебный корабль». Он очень красивый, увлекательный. Я бы и сам смотрел его в детстве с восторгом. Сюжет обычный: мир зла против мира добра. В мире зла оно (зло) показано, как положено: с хвостами, зубами и прочими атрибутами. В мире добра властвуют король и королева, и за кадром постоянно указывается на то, что пока «они с нами, добро непобедимо». И вот близким планом показывают королеву, этакую красивую унифицированную Барби. И камера, скользя по улыбающемуся лицу, на мгновение демонстрирует нам… ее небольшой клычок. Он совсем небольшой, но он больше, чем у нормального человека. И он показан очень наглядно! А ведь трудно представить себе более разрушительного для ребенка перевертыша, чем образ предводительницы сил добра с дьявольскими клыками. Пусть и маленькими…

— Нас уверяют, что фэнтези типа «Гарри Поттера» учат добру, самоотверженности, самоотдаче и многим другим качествам, которые помогут сформировать хорошего человека.

— Да, эта мысль часто звучит из уст апологетов. Но тут есть один очень серьезный нюанс. Я всегда, когда это слышу, прошу привести мне исторические примеры великой самоотверженности. И сам в ответ вспоминаю, к примеру, о декабристах. Разве они не были самоотверженны? Были! Но именно это состояние души и привело их к идее цареубийства! А разве не о том же можно говорить, вспоминая бесчисленные «подвиги» большевиков?! А в мировом масонстве разве эти человеческие качества не были развиты? Так что нельзя брать качества в отрыве от цели, ради которой они проявляются. И если речь идет не об обычной сказке, а о жанре, претендующем на некую религиозность, но там совсем нет Христа, тогда это духовно очень опасно. Исходя из опыта, я задался вопросом, почему толкиенисты, бывшие (по крайней мере, в нашем культурном пространстве) в определенном смысле предшественниками «готов», с таким трудом выводятся из того тяжелого духовного состояния, в которое они впали под воздействием своего увлечения. А подчас и вообще не выводятся. Конечно, человек, увлекавшийся романами Толкиена, вовсе не обязательно становится сатанистом. Но я не знаю ни одного сатаниста, который бы в свое время не увлекался романами Толкиена! А у меня практика по этой части весьма обширна. Так вот, я задался вопросом, каким образом многие люди, которые начали увлекаться подобными вещами, быстро повреждаются как личности? Это очень серьезная проблема, своего рода феномен. И в какой-то момент я, как мне кажется, докопался до сути.

— Что же вы поняли?

— Произошло это, когда, изучая биографию Толкиена, я узнал, что он запретил переводить имена своих героев, героев своих демонических миров, на другие языки, а требовал сохранить такое же их произношение и написание, как в оригинале. Тут для меня кое-что стало проясняться. Не буду здесь давать этому серьезную богословскую оценку, это требует большого времени. Отмечу лишь кое-какие моменты, чтобы читатель задумался. Толкиен создавал космогонию. В его произведениях перед человеком разворачивается удивительное пространство миров, населенных некими сверхъестественными существами. Причем это не просто плоды авторской фантазии. Толкиен был профессиональным историком и лингвистом — исследователем. Поэтому он не столько изобретал, сколько реконструировал историю и очень многое черпал из древних культов, которые изучал очень внимательно. По сути, его фантазийная реконструкция была прямым отражением той языческой реальности, которая когда-то имела место в реальной истории. Многие его герои носят имена древних богов, то есть, с точки зрения Православия, демонических существ. Как и, в общем, его построения соответствуют определенным культам, которые он лишь слегка интерпретировал через призму своей фантазии.

Иными словами, его фантазия зиждется на той духовности, которая в свое время была побеждена христианством. Чтобы перевести разговор в совсем уж понятную плоскость, приведу такое сравнение. Представьте себе, что современный христианин вдруг начнет призывать на помощь, скажем… бога Аполлона. И не шутки ради, а на полном серьезе. И будет с этим долго заигрывать, причем не в комедии. Конечно, существуют поэтические образы, аллегории. Мы не будем тут углубляться в вопрос, где грань между человеческой фантазией и реальной связью с определенным духовным миром. И, конечно, представить себе христианина, всерьез апеллирующего к некоему демоническому существу под именем «бог Аполлон», который был побежден христианской проповедью, довольно трудно. Но если все-таки это сделать и не считать выдумками возможность реальной связи с миром падших духов, то ситуация будет не столь уж безобидной. Нечто, называемое «богом Аполлоном», разве совсем исчезло из зримого и незримого мира? Разумеется, нет. Идол был побежден проповедью Христа, но не исчез, потому что весь духовный мир существует вне рамок земного времени. А устремление человека в ту или иную духовную область — выражусь аккуратно — образует некие связи. И если мы сегодня говорим о современных людях и о Толкиене, который реконструировал определенные миры, давая им новую жизнь и вводя в них героев, которые изображают демонических существ из древних культов и даже носят их имена, то эта темная духовность тоже активизируется.

Представим себе молодого человека, который глубоко погрузился в эти фантазии. Погрузился настолько, что ему захотелось поучаствовать в их инсценировке. И вот во время ролевой игры он принимает на себя имя и свойства одного из таких, по сути, демонических существ. Совсем ли это безобидно и безопасно для духовной жизни такого молодого человека? Я, например, не думаю, что это совсем безобидно. Напротив! На мой взгляд, это совсем небезобидно.

— Но все-таки про Аполлона пример немного нереальный…

— Хорошо. Давайте я приведу другую, вполне реальную аналогию. Ко мне нередко обращаются люди, пострадавшие от восточных культов. Прежде, чем наметить стратегию реабилитации, я всегда стараюсь скрупулезно изучить, какой именно духовной практикой человек занимался. Это совершенно необходимо для успеха реабилитации. К примеру, имеет смысл поинтересоваться, читал ли человек так называемые мантры. Во многих восточных культах есть такая духовная практика.

Расскажу один типичный случай. Женщина — педагог пришла к нам в тяжелейшем состоянии. Я долго выяснял нюансы ее духовных исканий. Мне было понятно, что она попала в какую-то деструктивную религиозную область, но она не могла рассказать ничего существенного. Не потому, что скрывала, а потому, что «ничего такого» она вроде бы не делала, ни в какую секту не ходила, да и вообще религией практически не интересовалась. Но наконец я все-таки докопался. Оказалось, она где-то взяла некую книгу и читала из нее мантры «на удачу», «на успех» и тому подобное. Когда она принесла книгу в наш центр, я опешил: это была одна из самых опасных областей восточных практик! Мантры были построены из имен демонов. Иными словами, эти мантры представляли собой призывание индуистских богов, которые для нас, православных, суть демоны. И вот простая русская женщина, педагог, никакого отношения к Индии не имевшая, начала, сама того не подозревая, призывать демонов, надеясь, что эти заклинания принесут ей пользу. Больше она ничего «такого» не делала, но стала глубоко поврежденным человеком. Настолько глубоко, что в итоге ей был назначен чин присоединения к православной вере как отпавшей от Христа и Его Церкви. Когда я принялся ей расшифровывать, что означают эти имена и за какие отрасли духовной жизни «отвечают» существа, которых она так долго к себе звала, конечно, ей стало не по себе.

— Значит, фэнтези — не обычные сказки, только для взрослых, как уверяют нас любители этого жанра?

— Да. Это не обычные сказки. Правда, жанр фэнтези очень разнообразный, и все произведения стричь под одну гребенку нельзя. Но те направления, которым положил начало Толкиен, всегда разворачивают перед человеком некую систему миров. Там всегда, как и в сказках, существует противостояние добра и зла. Однако принципы, на которых зиждутся представления о добре и зле и об их борьбе, в жанре фэнтези сильно отличаются от традиционных сказочных и тем более от христианских представлений. Если их систематизировать, то мы увидим несомненное сходство с теософской доктриной, получившей наиболее яркое воплощение в учении Рерихов и Е. Блаватской. В книгах Рерихов, кстати, тоже очень романтично и возвышенно говорится о борьбе добра и зла и о самоотверженности человека. Но при этом Рерихи никогда не скрывали, что их этика — это этика революционеров. А революционеры, как мы знаем из своей недавней истории, являют собой далеко не самые лучшие примеры для воспитания молодежи. К чему привели их пламенные призывы, истории известно. Проникаясь подобными представлениями о жизни, человек вступает на путь заблуждения. Порой оно оказывается чуть ли не тотальным. Есть и еще одно кардинальное различие между сказками и фэнтези.

— Какое?

— Разве сказки когда-либо становились реальностью нашей жизни? Нет, конечно. Они воспринимались всеми, даже детьми, как нечто условное. «Сказка — ложь, да в ней намек, добрым молодцам урок». А фэнтези часто становятся реальностью для тех, кто ими увлекаются.

— В каком смысле?

— Увлекаясь фэнтези, подросток проникается мировоззрением, характерным для литературы этого рода. Конечно, не в полной мере, но это формирует его взгляд на мир. В каком-то смысле слова это является началом формирования оккультного миропонимания. Дело в том, что когда человек принимает за правду некое ложное духовное откровение, это настоящая духовная катастрофа. И не восходящее ко Христу добро тоже может обернуться катастрофой для любого человека! Если под воздействием книг типа «Гарри Поттер» у ребенка разовьется склонность к мистицизму, то в итоге это стремление, даже существующее подсознательно, способно привести к поиску соответствующих переживаний. Они, в свою очередь, будут еще больше способствовать развитию сенситивности в данной области. А это рано или поздно привлечет к ребенку определенные силы, которые в итоге сформируют вокруг него некую среду, позволяющую ему достичь того, чего он подсознательно хочет. Причем необходимо иметь в виду, в каком обществе мы сейчас живем. Для советских детей мистицизм был условностью, сказкой. Сейчас же религиозность вновь становится внутренней потребностью человека. Мистика уже не воспринимается как некая выдумка. Колдуны, экстрасенсы открыто предлагают свои услуги. Многие фильмы, компьютерные игры, литература формируют у людей оккультное мировоззрение. Мы, даже если в детстве мечтали стать волшебниками, не знали, как это сделать. А сейчас можно пойти на курсы магии, можно позвонить по телефону, договориться и пройти инициацию. Мы живем в мире, который пронизан мистицизмом. Его практическая сторона открыта и доступна. Поэтому сейчас погружение ребенка в мир магии крайне опасно.

— Что еще влияет на формирование мировоззрения современных подростков?

— Конечно, рок-музыка. Причем тут большую роль играет научно-технический прогресс. Предыдущие поколения слушали музыку периодически. Нынешнее нередко слушает ее целый день, не расставаясь с наушниками ни на минуту. В субкультурах всегда существует некий специфический музыкальный жанр. Но мы бы не говорили о серьезном влиянии музыки на подсознание, если бы ее прослушивание было кратковременным. Даже о духовной составляющей можно было бы тогда не говорить. В конце концов, мало ли что ты слышишь по радио! Но если это занимает подавляющую часть времени да еще сопровождается соответствующими текстами, более мощного инструмента воздействия на психику просто не существует. Я своими глазами видел людей, у которых начиналась натуральная ломка, и они чуть ли не в кому впадали, когда у них забирали наушники. Отец одной девочки вечером позвонил мне и сказал, что она бьется в истерике, у нее идет пена изо рта. Он ее в таком состоянии никогда не видел. Понимаете, что это значит? Длительное слушание современной музыки вызывает зависимость! И духовную, и даже нейро-физиологическую. Роль этого фактора пока недооценивают. Кажется, что на фоне всего остального пристрастие молодежи к рок-музыке несущественно. А все как раз наоборот.

Я работал с одной девочкой — подростком, которую мне удалось вывести из группировки сатанистов, а потом, частично, из «готов». Но я никак не мог понять, почему она не порывает окончательно с культом смерти, с культом мертвого тела. И понял это только тогда, когда снял с нее наушники. Все сорок песен, которые она постоянно слушала, были этакими мантрами сатаны: «Следуй за мной… умри… кладбище… мертвец…» Разве можно было что-то кардинально изменить, пока существовал такой постоянный допинг? Я думаю, что очень большой процент нынешней молодежи зависит от подобного допинга. Это очень серьезное влияние на психику, на личность человека, ведь есть ребята, которые не только слушают рок с утра до вечера, но и спят в наушниках.