НЕОБЪЯВЛЕННЫЙ МАРШРУТ


...

Сухая статистика

В начале статьи мы привели несколько красочных примеров того, какие плоды приносит ЮЮ на Западе. Теперь немного сухой статистики. В Европе за последние десять лет число преступлений, совершенных несовершеннолетними, возросло на 30 %. С начала 1990–х показатели детской преступности в 16 странах выросли более чем в два раза. Даже в благополучной Швеции за последние полвека число таких преступлений увеличилось в 20(!) раз (в то время как показатель взрослой преступности вырос лишь в четыре раза). Каждый третий британский подросток в возрасте от 14 до 15 лет признался, что хотя бы раз в жизни совершал правонарушение. Лидер подростковой преступности — США. Здесь убийства, совершаемые подростками, происходят в 70 раз чаще, чем во Франции или Англии, и в 10 раз чаще, чем в Канаде. В США, правда, достаточно свободно продается оружие, и его, по данным американского Министерства образования, имеет при себе каждый пятый школьник. Если бы такая свобода была в Европе, то не обязательно Америка лидировала бы по шкале убийств. Поэтому, когда нам навязывают западные модели ЮЮ при том, что она там дала такие горькие и гнилые плоды, волей — неволей напрашиваются психиатрические аналогии. Ведь это типичное расщепление сознания!

«А у нас все по-другому!» — не теряются ювеналы. И бодро рапортуют, что в пилотных регионах подростковая преступность снижается, а рецидивы так вообще падают до нуля. Ну как тут не вспомнить анекдотичный случай, происшедший с советским дипломатом на встрече с английским коллегой! Британец спрашивает: «Скажите, пожалуйста, какая смертность в Советском Союзе?» Наш, заподозрив подвох, от ужаса ляпнул: «Практически нулевая». И чтобы не остаться в долгу, тут же вернул вопрос: «А в Англии?» «Практически стопроцентная», — с неподражаемым английским юмором ответил представитель туманного Альбиона.

Ну, а если без юмора, то глянцевые показатели пилотных регионов, заставившие нас вспомнить вышеприведенный курьез, вызывают большие сомнения. Не будем долго утруждать читателя, приведем всего несколько цифр. В 2007 году первый заместитель начальника УВД по Ростову-на-Дону Сурен Симоньянц заявил, что количество преступлений, зарегистрированных в Ростовской области, с начала года увеличилось, по сравнению с аналогичным периодом прошлого года, на 12 %. При этом на 20 % снизилось количество правонарушений, совершенных подростками53.


53 http://www.rosbalt.ru/2007/10/24/425058.html


Другой чиновник, начальник управления организации деятельности участковых уполномоченных милиции и подразделений по делам несовершеннолетних МОБ ГУВД Ростовской области Сергей Жуков в том же году сообщил на пресс — конференции, что подростковая преступность снизилась на 5,6 %. И при этом добавил, что 22 территории Ростовской области, в том числе Таганрог (где с 2004 года действует ювенальный суд), Каменск, Мясниковский, Милютинский, Куйбышевский, Волгодонский и Октябрьский районы имеют сегодня рост преступности54.


54 http://www.taganrog.su/node/4232


В начале 2008 года прокуратура Ростовской области, подводя итоги прошедшего года, отметила, что преступность растет, а раскрываемость падает. Последнее, может быть, тоже способствует улучшению ювенальной статистики?

А еще через три месяца, обнародовав статистику борьбы с преступностью за первый квартал 2008 года, ГУВД Ростовской области доложило, что количество преступлений, совершенных несовершеннолетними, увеличилось. В 2007 году было 707 эпизодов, а стало 772. Рост, как нетрудно посчитать, составил 11 %!55


55 http://www.rostov.ru/town/comments/2008/04/22/115158/


В начале же 2009 года заместитель генерального прокурора России Иван Сыдорук выразил обеспокоенность тем, что в Ростовской области увеличилось количество преступлений экстремистского характера и преступлений, совершенных группой лиц56. (От себя добавим, что такие преступления, в основном, совершаются юношеством.) Еще он сказал, что преступления на территории области в 2008 году снизились на 5 %, но отметил, что число преступлений на ее территории больше, чем в целом по Южному федеральному округу (по официальным данным, 2046 преступлений на 100 тысяч населения в Ростовской области, а в Южном федеральном округе — 1466). Разница, согласитесь, существенная. Как-то не чувствуется облагораживающего влияния ювенальной профилактики.


56 http://www.kavkaz-uzel.ru/articles/149471


А прокурор области Валерий Кузнецов, в свою очередь, заявил, что процент снижения преступности, о котором говорят сотрудники официальных органов, на деле гораздо ниже57.


57 Там же.


Впрочем, не будем далее «грузить» читателей цифровыми сводками. По этому поводу очень точно, на наш взгляд, высказался старший оперуполномоченный по особо важным делам ГУУР СМК МВД России полковник милиции В.Е. Рабунский. «Не стоит обманываться якобы наметившейся в последнее время тенденцией к снижению преступности несовершеннолетних, — несколько лет назад предупреждал он, — за последние 13 лет несовершеннолетнее население России сократилось на 10 миллионов(!). Если говорить о какой-то тенденции в состоянии преступности несовершеннолетних, то это тенденция неимоверного роста особо тяжких и тяжких преступлений (здесь и ниже выделено нами. — И.М., Т.Ш.)! Только число убийств, совершенных несовершеннолетними, выросло за 13 лет более чем в три раза!»

Еще определенней высказался заместитель генпрокурора РФ С.Н. Фридинский: «К сожалению, появился и негативный опыт этой работы (речь шла о ювенальном „реабилитационном“ подходе к решению проблем подростковой преступности. — И.М., Т.Ш.). В частности, в Москве, когда появились эти программы социальной реабилитации, договоры заключались и с судебными органами, и с органами внутренних дел, а деятельность так называемых координаторов фактически сводилась к примирению потерпевших с виновной стороной в любом случае. Этот опыт не направлен на повышение правосудия. Этот опыт был направлен на разваливание уголовных дел и, я убежден, на получение денег».