МЕДИА — НАСИЛИЕ: ДЕТЯМ ПРИВИВАЮТ СТРАСТЬ К УБИЙСТВУ

Интервью с подполковником Дэвидом Гроссманом, бывшим рейнджером американской армии, автором книги «Не учите наших детей убивать»

Подполковник в отставке Дэвид Гроссман в соавторстве с Глорией де Гаэтано в 1999 году выпустил в свет книгу «Не учите наших детей убивать: Объявим поход против насилия на телеэкране, в кино и компьютерных играх» (Нью — Йорк: изд-во «Рэндом Хауз»). Бывший рейнджер американской армии, подполковник Гроссман занимается подготовкой военных, полицейских и медиков для отрядов службы спасения, действующих по всей стране. В прошлом профессор Арканзасского университета, ныне он возглавляет группу специалистов по изучению психологии убийства.

Услышав выступление подполковника на конференции «Шоковое насилие», организованной Ассоциацией психологов Нью — Джерси, корреспонденты еженедельника «Air» Джеффри Стейнберг и Деннис Спид взяли у него интервью.

Интервью печатается в сокращении.

Дж. Стейнберг: Давайте начнем с Вашей книги с довольно вызывающим названием — «Не учите наших детей убивать». Пожалуйста, расскажите немного о ней и о том, что Вас побудило за нее взяться.

Д. Гроссман: Мне хотелось бы сначала вспомнить о моей первой книге. В ней речь шла о том, как сделать убийство психологически более приемлемым… не для всех, конечно, а для военных. В конце же была небольшая главка, в которой говорилось, что методики, применявшиеся в армии для обучения солдат, сейчас растиражированы безо всяких ограничений и используются для детской аудитории. Это вызвало тогда очень — очень большой интерес. Кстати, ту книгу стали использовать в качестве учебника по всему миру: и в силовых ведомствах, и в армии, и в миротворческих программах.

Потом я вышел в отставку и вернулся домой. Это было в феврале 1998–го. А в марте того же года в нашем городке двое мальчишек — одиннадцати и тринадцати лет — открыли пальбу и убили 15 человек. А я тогда как раз проводил тренинг с группой психиатров, и меня попросили поучаствовать в допросе учителей. Так сказать, по горячим следам, спустя всего 18 часов после того, как они оказались в эпицентре самого массового убийства в школе за всю историю Америки.

Я понял, что молчать больше нельзя, и выступил на нескольких конференциях, посвященных вопросам войны и мира. А потом написал статью «Наших детей учат убивать». Ее удивительно хорошо приняли. Как раз сегодня мне сообщили по электронной почте, что в Германии разошлось 40 000 экземпляров этой статьи на немецком языке. У нас она была напечатана в таких известных изданиях, как «Christianity Today» («Христианство сегодня»), «Hinduism Today» («Индуизм сегодня»), «U.S. Catholic» («Католики США»), «Saturday Evening Post», и переведена на восемь языков. Прошлым летом одной лишь «Christianity Today» разошлось 60 000 экземпляров. Подобные вещи свидетельствовали, что люди открыты для обсуждения данной темы.

Поэтому я замыслил новую книгу, пригласив к соавторству Глорию де Гаэтано, одного из ведущих экспертов в данной области. Спустя год, когда произошло массовое убийство в школе Литтлтона, книга уже была готова, и мы как раз искали издательство, которое бы ее напечатало… Нам удалось заключить договор с «Рэндом Хауз»30. Книга вышла в твердом переплете, за три месяца, с октября по декабрь, было продано 20 000 экземпляров…


30 Крупнейшее американское издательство.


Дж. Стейнберг: В первой главе Вашей книги недвусмысленно дается понять, что все сколько-нибудь серьезные медицинские и прочие исследования, проведенные за последние 25 лет, свидетельствуют о тесной связи роста насилия в обществе с показом насилия в СМИ. Вы не могли бы рассказать об этом подробней?

Д. Гроссман: Тут важно особо подчеркнуть, что речь идет именно о зрительных образах. Ведь литературная речь ребенком до восьми лет в полном объеме не воспринимается, она как бы отфильтровывается рассудком. Устная речь по-настоящему начинает восприниматься после четырех лет, а до этого кора головного мозга фильтрует информацию прежде, чем она дойдет до центра, заведующего эмоциями. Но мы-то говорим о зрительных образах насилия! Их ребенок в состоянии воспринимать уже в полтора года: воспринять и начать подражать увиденному. То есть в полтора года агрессивные зрительные образы — неважно, где появляющиеся: на телеэкране, в кино или в компьютерных играх — проникают через органы зрения в мозг и непосредственно попадают в эмоциональный центр.

В конце книги мы в хронологическом порядке перечисляем открытия в этой области. Данным вопросом занимались Американская ассоциация медиков (АМА), Американская ассоциация психологов, Национальный институт психического здоровья и так далее и тому подобное. Есть обширное исследование ЮНЕСКО. А на прошлой неделе я получил материалы Международного комитета Красного креста, свидетельствующие о том, что повсеместно распространившийся культ насилия, особенно жуткие, варварские методы ведения современной войны, прямо связан с пропагандой насилия в средствах массовой информации. В исследовании, которое было проведено в 1998 году в рамках ЮНЕСКО, также говорилось, что насилие в обществе подпитывается насилием в СМИ. Накопленные данные настолько убедительны и их так много, что спорить с ними все равно что доказывать, будто бы курение не вызывает рака. Однако находятся бесстыжие специалисты — в основном, проплаченные теми же СМИ — которые отрицают очевидные факты. На заключительном заседании конференции в Нью — Джерси, где присутствовали вы с Деннис, вдруг один такой тип встал и заявил: «А вы не можете доказать, что насилие на экране ведет к росту жестокости в обществе. Это неправда, таких доказательств нет!»

Напомню, что конференцию проводила Ассоциация психологов Нью — Джерси, филиал Американской ассоциации психологов, центральный совет которой еще в 1992 году постановил, что дебаты на эту тему окончены. А в 99–ом Ассоциация выразилась еще определенней, сказав, что отрицать влияние экранного насилия на бытовое — это как отрицать закон земного притяжения. Говорить в присутствии членов Ассоциации то, что сказал этот человек, равносильно тому, чтобы встать на заседании «Бнай Брит» и заявить: «А вы не можете доказать, что Холокост был! Его вообще не было!»

Дж. Стейнберг: Да такого «специалиста» нужно было бы сразу лишить диплома!

Д. Гроссман: Совершенно с Вами согласен.

Дж. Стейнберг: Теперь немного поговорим о компьютерных «стрелялках». Я был потрясен, узнав из Вашей книги, что компьютерные симуляторы, которые используются в американской армии и в большинстве силовых ведомств, ничем практически не отличаются от некоторых наиболее популярных аркадных игр.

Д. Гроссман: Тут нам придется сделать небольшой экскурс в историю. Во время Второй мировой войны вдруг обнаружилось, что большинство наших солдат неспособно убивать противника. Неспособно из-за изъянов военной подготовки. Дело в том, что мы оснастили армию великолепным оружием, однако солдат учили стрелять по нарисованным мишеням. А на фронте таких мишеней не было, и вся их выучка пошла насмарку. Очень часто солдаты под влиянием страха, стресса и прочих обстоятельств просто не могли применить оружие. Стало ясно, что солдатам необходимо прививать соответствующие навыки. Мы ведь не сажаем летчика в самолет сразу же после того, как он прочитал учебник, говоря: «Лети». Нет, мы ему дадим сперва поупражняться на специальных тренажерах. Даже во Вторую мировую войну уже существовало множество тренажеров, на которых пилоты подолгу отрабатывали технику полета.

Соответственно, возникла потребность в создании тренажеров, на которых солдаты учились бы убивать. Вместо традиционных мишеней нужно было использовать силуэты человеческих фигур. Такие тренажеры оказались чрезвычайно эффективными. В последние годы стало понятно, что даже необязательно выезжать на стрельбища. То есть, конечно, полезно пострелять из настоящего оружия, но это слишком накладно: тут и расход свинца, и экологические проблемы… Для стрельбищ нужно много земли, много денег. Зачем, если можно использовать симуляторы? Вот армия и перешла на них. Морская пехота получила лицензию на право использовать в качестве тактического тренажера игру «Дум». В сухопутных войсках взяли на вооружение «Супер-нинтендо». Помните, была такая старая игра в утиную охоту? Мы заменили пластмассовый пистолет пластмассовой штурмовой винтовкой М–16, а вместо уток на экране появляются фигурки людей.

Теперь у нас по всему миру несколько тысяч таких тренажеров. Они доказали свою эффективность. В данном случае наша цель — научить солдат правильно реагировать на угрозу. Ведь если они не смогут открыть огонь, запаникуют, то могут произойти страшные вещи. То же самое относится и к полицейским. Поэтому я считаю такие тренинги полезными. Раз мы даем солдатам и полицейским оружие, мы должны научить его применять.

Впрочем, по этому поводу в обществе нет единодушия. Некоторых людей шокируют репетиции человекоубийства, даже когда они проводятся солдатами и полицейскими. Что уж тогда говорить о неограниченном доступе детей к таким симуляторам! Это куда ужасней.

Когда разбиралось дело Маквея, меня пригласили в качестве эксперта в Правительственную комиссию. Защита пыталась доказать, что это служба в армии и война в Персидском заливе превратили Тимоти Маквея в серийного убийцу. На самом же деле все было с точностью до наоборот. По данным Бюро судебной статистики, ветераны войны попадают в тюрьму гораздо реже, чем не — ветераны того же возраста. Что немудрено, ведь у них срабатывают серьезные внутренние ограничители.

Д. Спид: Какие?

Д. Гроссман: Во-первых, мы сажаем за такие тренажеры взрослых людей. Во-вторых, в армии царит суровая дисциплина. Дисциплина, которая становится частью твоего «я». А тут симуляторы убийства даются детям! Для чего? Только для того, чтобы научить их убивать и привить им страсть к убийству.

Нужно иметь в виду и следующее обстоятельство: навыки, полученные в стрессовой ситуации, потом воспроизводятся автоматически. Раньше, когда у нас еще были револьверы, полицейские ездили на стрельбища. Из револьвера можно было сделать за один раз шесть выстрелов. Поскольку нам неохота было потом собирать с земли стреляные гильзы, мы вытаскивали барабан, ссыпали гильзы в ладонь, клали в карман, перезаряжали револьвер и стреляли дальше. Естественно, в настоящей перестрелке так делать не будешь — там не до этого. Но представляете? И в реальной жизни у полицейских после перестрелки карманы оказывались полны стреляных гильз! Причем ребята понятия не имели, как это получилось. Учения проходили всего два раза в год, и полгода спустя копы автоматически клали пустые гильзы в карман.

А ведь дети, играющие в агрессивные компьютерные игры, стреляют не два раза в год, а каждый вечер. И убивают всех, кто попадет в поле их зрения, пока не поразят все цели или не выпустят все патроны. Поэтому, когда они начинают стрелять в реальной жизни, происходит то же самое. В Перле, в Падуке и в Джонсборо — везде малолетние убийцы сначала хотели убить кого-то одного. Обычно подружку, реже учительницу. Но они не могли остановиться! Они расстреливали всех, кто попадался им на глаза, пока не поражали последнюю мишень или у них не кончались пули!

Потом полиция их спрашивала: «Ну, ладно, ты убил того, на кого у тебя был зуб. А других-то зачем? Ведь среди них были и твои друзья!» И дети не знали, что ответить!

А мы знаем. Ребенок за игрой — стрелялкой ничем не отличается от пилота за авиасимулятором: все, что в них в этот момент «закачивается», потом будет воспроизведено автоматически. Мы учим детей убивать, подкрепляя убийство чувством удовольствия и призами! А еще учим ликовать и потешаться при виде реалистично изображенных смертей и человеческих страданий. Ужасает безответственность производителей игр, снабжающих детей армейскими и полицейскими тренажерами. Это все равно что дать в руки каждому американскому ребенку по автомату или пистолету. С точки зрения психологии — никакой разницы!

Д. Спид: А помните шестилетнего убийцу из Флинта, в штате Мичиган? Вы написали, что это убийство было противоестественным…

Д. Гроссман: Да. Желание убить возникает у многих, но на протяжении всей истории человечества на это оказывалась способным лишь небольшая горстка людей. Для обычных, здоровых членов общества убийство противоестественно.

Скажем, я — рейнджер. Но мне не сразу дали в руки М–16 и перевели в разряд суперкиллеров. На мою подготовку ушло много лет. Понимаете? Нужны годы, чтобы научить людей убивать, привить им нужные навыки и желание этим заниматься.

Поэтому, столкнувшись с детьми — убийцами, мы должны ответить на очень трудные вопросы. Потому что это новое, Деннис. Новое явление! В Джонсборо одиннадцати— и тринадцатилетние мальчишки убили пятнадцать человек. Когда этим детям исполнится двадцать один год, их выпустят на свободу. Этому никто не в силах помешать, ведь наши законы не рассчитаны на убийц такого возраста.

А теперь еще и шестилетка. Они в Мичигане думали, что застраховали себя от неожиданностей, снизив возраст уголовной ответственности до семи лет. Даже семилетние, решили мичиганские власти, должны отвечать перед законом как взрослые. А там возьми и появись шестилетний убийца!

Ну, а через несколько дней после расстрела во Флинте ребенок в Вашингтоне достал с верхней полки ружье, сам его зарядил, вышел на улицу и дал два залпа по гулявшим детям. Когда в полиции поинтересовались, где он научился заряжать ружье — наверно, думали, что папаша сдуру показал — мальчик простодушно заявил: «Да я от телевизора научился».

А если вернуться к ребенку из Флинта… Когда шериф рассказал о случившемся его отцу, который сидит в тюрьме, тот ответил: «Я как услышал — меня мороз по коже продрал. Потому что я сразу понял: это мой парень. Потому что мой парень, — добавил он для усиления эффекта, — просто обожал садистские фильмы».

Видите? Совсем крошка, а уже свихнулся от насилия в СМИ. А свихнулся он потому, что отец сидел и смотрел кровавые сцены, радовался, хохотал и потешался над смертью и человеческими страданиями. Обычно в два, три, четыре года, да и в пять — шесть лет дети жутко боятся подобных зрелищ. Но если хорошенько постараться, то к шести годам можно заставить их полюбить насилие. Вот в чем весь ужас!

Во вторую мировую войну японцы использовали классический метод выработки условного рефлекса, приучая людей получать удовольствие от вида смерти и человеческих страданий, чтобы потом эти люди могли совершать чудовищные зверства. Японцы действовали по методике Павлова: показывали юным, еще не обстрелянным солдатам жестокие казни, фактически бойню китайских, английских и американских военнопленных. Причем заставляли не просто смотреть, а смеяться, издеваться, глумиться над этими мучениками. А вечером японским солдатам устраивали роскошный ужин, лучший за многие месяцы, поили саке, приводили девиц. И у солдат, как у собачек Павлова, вырабатывался условный рефлекс: они приучались получать удовольствие при виде чужих мучений и смерти.

Наверное, многие читатели Вашего журнала видели фильм «Список Шиндлера». И надеюсь, никто из них не смеялся во время просмотра. А вот когда такой просмотр устроили для старшеклассников в пригороде Лос-Анджелеса, кинопоказ пришлось прервать, потому что дети хохотали и потешались над происходящим. Сам Стивен Спилберг, потрясенный таким поведением, приехал, чтобы перед ними выступить, но они и его засмеяли! Может, конечно, это только в Калифорнии так реагируют. Может, они там все «с приветом». Но ведь и в штате Арканзас, в Джонсборо, было нечто похожее. Бойня произошла в средней школе, а рядом, за соседней дверью, учатся старшеклассники — старшие братья и сестры детей, которых изрешетили убийцы. Так вот, по свидетельству одной учительницы, когда она пришла к старшеклассникам и рассказала о трагедии — а они уже слышали выстрелы, видели машины «скорой помощи» — в ответ раздались смех и радостные возгласы.

А девочка из школы «Чэтем» — это тоже в Литтлтоне, по соседству со школой «Коламбайн», где произошло очередное массовое убийство, эти две школы враждуют между собой — написала мне, что когда по радио объявили о стрельбе и о том, что есть жертвы, чэтемские ребята прямо-таки зашлись от восторга. Их радостные вопли были слышны на другом конце коридора, в учительской!

Наших детей учат получать удовольствие от чужой гибели, чужих мучений. Наверное, и шестилетку из Флинта уже научили. Держу пари, он тоже играл в агрессивные компьютерные игры!

Дж. Стейнберг: Да, об этом сообщалось в новостях.

Д. Гроссман: А знаете, почему я не сомневался насчет игр? Потому что он сделал всего один выстрел и сразу попал в основание черепа. А ведь это трудно, тут требуется большая меткость. Но компьютерные игры — прекрасная тренировка. Во многих из них, кстати, даются особые бонусы за выстрелы в голову. Пожалуй, лучше всего иллюстрирует мои слова случай в Падуке. Четырнадцатилетний подросток украл у соседа пистолет 22–го калибра. До этого он никогда не занимался стрельбой, а, украв пистолет, немного попалил из него на пару с соседским мальчиком за несколько дней до убийства. А потом принес оружие в школу и сделал восемь выстрелов.

Так вот, по данным ФБР, для среднестатистического офицера полиции нормальным считается, когда из пяти пуль в цель попадает одна. Маньяк, который прошлым летом проник в детский садик в Лос — Анджелесе, сделал семьдесят выстрелов. Пять детишек пострадали. А это парень выпустил восемь пуль и ни разу не промахнулся! Восемь пуль — восемь жертв. Из них пять попаданий в голову, остальные три — в верхнюю часть туловища. Поразительный результат!

Я обучал техасских рейнджеров, калифорнийских полицейских, патрулировавших скоростные трассы. Обучал батальон «зеленых беретов». И никогда, нигде — ни в полиции, ни в армии, ни в уголовном мире — не было таких достижений! А ведь это не отставной рейнджер типа меня. Это четырнадцатилетний парнишка, до той поры не державший оружия в руках! Откуда у него такая невероятная, беспрецедентная меткость? Причем, как отмечают все свидетели трагедии, он стоял, как вкопанный, паля прямо перед собой, не уклоняясь ни вправо, ни влево. Такое впечатление, что он методично, одну за другой, поражал цели, появлявшиеся перед ним на экране. Словно играл в свою поганую компьютерную игру!

Это же неестественно: выпустить в противника всего одну пулю! Естественно стрелять, пока противник не упадет. Любой охотник или военный, побывавший в бою, скажет вам, что пока не подстрелишь первую цель и она не упадет, на другую не переключаешься. А чему вас учат видеоигры? Один выстрел одна жертва, а за попадание в голову еще и бонусы.

Д. Спид: У меня по ходу нашего разговора возник вот какой вопрос. Вы, наверное, слышали о скандале, связанном с «Покемоном». Помните? В 1997 году… Процитирую тогдашний заголовок из «Нью — Йорк Пост»: «Японское телевидение отменило показ…»

Д. Гроссман: Да — да, я читал об этом…

Д. Спид: Вечером после просмотра мультфильма шестьсот детей было доставлено в больницу с эпилептическими припадками. На следующее утро — еще сто. Тогда предлагались разные объяснения случившегося, но ни одно не прояснило по-настоящему сути. Что вы об этом скажете?

Д. Гроссман: На сей счет недавно были сделаны заявления, если не ошибаюсь, Американской ассоциацией медиков… Создатели мультфильма использовали мигание разноцветных картинок на такой частоте, которая может вызвать у детей приступ эпилепсии. В этой отрасли сейчас идут активные исследования, на которые тратятся миллиарды долларов. Подбираются частоты, цвета, ритм мелькания кадров — все необходимое, чтобы поскорее «подсадить» детей на телеиглу. На это брошены все усилия, задействованы все достижения современной науки. С «Покемоном», правда, слегка переборщили и опозорились. Но в меньших масштабах подобные вещи делаются каждый день!

Нам доподлинно известно, что существует теснейшая связь между пристрастием человека к телевизору и ожирением. Об этом сообщали главные новостные каналы, и никто этого пока не опроверг. В чем тут дело? Прежде всего, человек становится зависимым от телевидения. Аддикцию вызывает клиповая смена кадров. А образы насилия действуют на детскую психику как сильнейший наркотик. Дети не могут от них избавиться…

Теперь про ожирение. Тут фокус не только в том, что человек, прилипший к телевизору, ведет сидячий образ жизни. Самые творческие, изобретательные, умные люди Америки за огромные деньги убеждают вас и ваших детей в том, что переедать хорошо, подбирая нужные частоты, нужные цвета, нужные экранные образы… Чтобы вы накупили побольше сладкого. А это чревато уже не только резким ростом ожирения, но и ростом детского диабета! Он тоже в значительной мере обусловлен телевидением.

А вот другой пример. Есть много данных о влиянии телевидения на развитие анорексии31 и булимии32. Например, на Самоа и в других таких же «райских уголках» никто не слыхал о таких психических заболеваниях, пока туда не пришло западное телевидение, а с ним — искаженный, извращенный Америкой эталон женской красоты. А как только пришло — тут же появились девочки, которые в буквальном смысле слова морили себя голодом, пытаясь соответствовать американскому стандарту.


31 Анорексия — психическое расстройство, связанное со стремлением резко ограничить прием пищи или полностью отказаться от нее из-за страха располнеть.

32 Булимия — психическое расстройство, связанное с постоянным ощущением голода и стремлением есть, что в результате приводит к ожирению.


Анорексия, булимия, ожирение — таких массовых проблем в детско-подростковой среде раньше не существовало! Это новые факторы нашей жизни.

А есть и совсем еще неизученное заболевание — синдром гиперактивности с дефицитом внимания. Однако даже те данные, что уже имеются, свидетельствуют о мощном влиянии телевидения на развитие у детей этой болезни. Представьте себе ребенка, который и так-то плохо умеет фиксировать внимание. А тут еще телевизор… Их мозги забиваются мелькающими клиповыми образами. А когда в пять — шесть лет детей отдают в школу и учитель начинает свои объяснения, то оказывается, что дети с трудом воспринимают размеренную устную речь, потому что привыкли к быстрой смене кадров. Им хочется нажать на пульт, переключить канал… Все, они уже необучаемы.

Потом мы начинаем пичкать их таблетками. Сперва сами усугубляем их состояние, плюем на рекомендации Американской академии педиатров, Ассоциации медиков и прочих компетентных организаций, которые предупреждали нас: «Не делайте этого!» А когда дети «слетают с катушек», подсаживаем их на таблетки! Вот и получается кошмар.

Говоря о «Покемонах», мы не сказали самого главного. Да, телевизионщики усиленно манипулируют детским сознанием, специально так подбирая образы, цвета и частоту смены кадров, чтобы превратить телевидение в сильнейший психоактивный фактор, вызывающий развитие у детей зависимости. Но я хочу особо подчеркнуть то, что в основе этой зависимости лежит насилие. Детей пичкают жестокостью, а жестокость, как и никотин, вызывает привыкание. И как у никотина, у нее есть побочные эффекты. Это страхи, повышенная агрессивность и, как следствие, особо тяжкие преступления.

Д. Спид: Похоже, вы не поддались на пропаганду «Инициативы против насилия», активисты которой уверяют, что есть дети с врожденной жестокостью. И что если их вовремя выявить, тогда будет легко находить преступников. В Вирджинии даже начали строить тюрьмы «на вырост», заранее увеличивая число камер в расчете на будущий прирост численности преступников из этой категории населения.

Д. Гроссман: Я скажу так: может быть, какой-то крошечный процент населения действительно предрасположен к жестокости. Я этого не утверждаю, а просто делаю допущение. Но тогда этот процент не должен меняться с течением времени, из поколения в поколение. Ведь врожденные особенности — это некий стандарт, нечто стабильное, нормальное. Как любые генетические отклонения. Но когда вы видите взрыв насилия, имеет смысл предположить, что появился новый фактор, влияющий на естественный ход вещей. И спросить себя: «Что это за фактор? Какая переменная изменила константу?»

Поймите одну простую вещь: в разговоре о тяжких преступлениях сейчас бессмысленно опираться на статистику смертности. Современные медицинские технологии позволяют с каждым годом спасать все больше людей. Рана, от которой во вторую мировую войну умирало девять человек из десяти, во вьетнамскую кампанию уже не считалась смертельной. Уже тогда девять человек из десяти, получивших подобные ранения, оставались живы. Если бы мы жили, как в 30–е годы прошлого века, когда пенициллин, автомобили, телефон были доступны далеко не всем, смертность от преступлений была бы в десять раз выше, чем сейчас. Лучше анализировать статистику попыток убийства. В этом плане, с поправкой на прирост населения, уровень тяжких преступлений в середине 1990–х возрос по сравнению с серединой 1950–х в семь раз. В последние пару лет он чуть снизился — в основном, за счет пятикратного увеличения тюремных сроков и успехов в экономике — но все равно мы в шесть раз чаще пытаемся убить друг друга, чем в 1957 году. И не только мы. В Канаде, по сравнению с 1964 годом, число попыток убийства возросло в пять раз, а покушений на убийство (у нас такой классификации нет) — в семь. По данным Интерпола, за последние 15 лет число тяжких преступлений в Норвегии и Греции увеличилось почти в пять раз, в Австралии и Новой Зеландии — почти в четыре. В Швеции по той же категории преступлений рост трехкратный, а в семи других европейских странах — двукратный.

Причем в таких странах, как Норвегия, Швеция и Дания, уровень тяжких преступлений сохранялся неизменным почти тысячу лет! Такого, чтобы тяжкие преступления выросли в два, а то и в пять раз всего за 15 лет, вообще не наблюдалось! Это небывалый случай. Так что обязательно нужно спросить себя, что за новый ингредиент появился в старом «компоте». И понять, что этот ингредиент мы добавили сами. Мы растим убийц, растим социопатов.

В Японии за один 1997 год уровень подростковой преступности вырос на 30 %. В Индии за 15 лет количество убийств на душу населения удвоилось. Удвоилось всего за 15 лет! Только представьте себе, что это значит для такой многонаселенной страны! В чем дело? А в том, что незадолго до этого в каждой индийской деревне появился телевизор, и жители стали вечерами собираться, смотреть боевики и прочую американскую дрянь. Та же самая история произошла в Бразилии и Мексике. Там тоже взрыв преступности. Они везут к нам обычные наркотики, а мы к ним — электронные. И еще неизвестно, какие наркоторговцы гаже. Когда президента американского телеканала CBS спросили после бойни в Литтлтоне, причастны ли к случившемуся средства массовой информации, он ответил: «Если кто-то думает, что масс-медиа тут ни при чем, то он полный идиот».

Стало быть, они знают! Знают, что делают — и все равно продолжают торговать, как наркобароны, смертью, ужасом, деструктивными идеями. Кучка людей на этом обогащается, а вся наша цивилизация оказывается под угрозой…

Д. Спид: Вы много ездите по стране. Скажите, у нас многие готовы бороться с видеоимперией? Я имею в виду, легальными методами.

Д. Гроссман: Если говорить об агрессивных видеоиграх, то многие американцы против их применения даже в полиции и в армии. А уж по поводу детей вообще не может быть разномыслия: детям они не нужны. Теперь о том, как нам следует действовать. Во-первых, мы должны людей просвещать. Во-вторых, совершенствовать законодательство. Я всегда говорю: «Когда заходит речь о защите детей, даже самые либеральные из нас понимают, что необходимы законы». Нужны законы, запрещающие детям иметь оружие? Конечно, нужны. Нужны законы, запрещающие продавать детям табак, спиртное, порнографию? Да, конечно. С этим никто не спорит. Теперь скажите: в реальности дети при желании могут раздобыть у нас порнографию, сигареты или алкоголь? Безусловно, могут. Но значит ли это, что законы бесполезны? Нет, не значит. Законы нужны, но это лишь часть решения проблемы.

Нам необходимо усовершенствовать систему градаций, разработанную индустрией видеоигр. А то получается, что порнодельцы согласны с запретом продавать порнографию детям, производители сигарет, спиртного, оружия тоже не оспаривают такие запреты в отношении детей, и только производители агрессивной видеопродукции не согласны. Они говорят: «Мы продаем игры, потому что люди их покупают. Этого добра так много, потому что американцам оно нужно. Мы просто подчиняемся законам рынка».

Но на самом деле это вовсе не законы рынка, а логика наркоторговцев и сутенеров. Хотя даже наркоторговцы и сутенеры обычно не лезут к маленьким детям.

Кроме того, за медиа-насилие надо штрафовать. Да, по конституции мы имеем право пить спиртное. У нас есть специальная поправка, отменившая «сухой закон». И право на ношение оружия у нас есть. Но никто не говорит, что наши конституционные свободы в области ношения оружия или потребления алкоголя распространяются на детей. Права продавать детям спиртное или револьверы у нас нет. Нам совершенно необходимо отрегулировать систему штрафов и в области видеоигр, иначе нас ждет куча проблем.

И третья мера, помимо просвещения и законодательства, это судебные иски. После убийства в Падуке федеральное правительство предъявило производителям компьютерных игр иск на 130 млн. долларов. И судебный процесс развивается вполне успешно.

Сейчас такого рода тяжбы затеваются по всей Америке. У нас самые надежные автомобили, самые надежные самолеты, самые безопасные в мире игрушки, потому что, если нам начинают сбывать некачественный товар, мы вчиняем фирмам судебные иски. Поэтому мы просто обязаны воздействовать на производителей игр и донести эту мысль до рядовых американцев.

Перевод с англ. Татьяны Шишовой

18 / 06 / 2007

Комментарии читателей:

2010–03–02 08:24Ольга:

Все эти игры пришли к нам из Америки, для растления детей и молодежи. И не для кого сей факт не является секретом! А теперь, когда «они» добились своего результата, «они» же нам пишут статьи спасения, чтоб выглядеть такими же «пострадавшими». А не проще было бы не допускать изначально всю эту грязь, чтоб потом с трудом искоренять её из умов поддавшихся? И, к великому сожалению, пока без особых результатов.

2009–02–20 17:23Павел:

Не будешь сильным и агрессивным — тебя сьедят!!!

Будешь пассивным — тебя съедят!!!

Расслабишься — тебя съедят!!!

Будешь слабым — тебя съедят!!!

Человек чтобы выжить должен быть: сильным, умным, психически выносливым, физически выносливым, никто не должен знать о его СЛАБостях!!

2009–02–20

17:23JAROSLAV :

SILNAJA STATJA,TEPERR BUDU NA SCHJET VIDEOIGR I MULTFILMOV OSTOROZNEI,U MENJA 3~H LETNIY SIN,NE HOTELOSS BI VIRASTITT RAVNODUSHNOGO UBIITSU~SNAIPERA,SAM LJUBLJU STRELJALKI,DEISTVITELNO HOROSHIY TRENAZER.

2009–02–20 17:23Владислав Быков:

К великому сожалению положение детей в нашей стране, чрезвычайно тяжелое. Они абсолютно беспомощны перед той агрессией, которая обрушена на них информационными технологиями. Чтобы убедиться в правоте моих слов нужно хоть раз посетить интернет-клуб. Сетевые игры превращают беззащитных детей в параноиков убийства. Матерная ругань и крики стоят над полем виртульного боя, но очень редкий взрослый пытается сделать им замечание. Все эти дети приносят последние рубли из своих семей и отдают их бандитам, которые содержат эти интернет-притоны.

Заставить общество увидеть проблему, услышать набат — мне пока не удалось. Уже почти 10 лет я пытаюсь, в силу своей профессии (кинорежиссер), докричаться до продюсеров и руководителей «ТЛЕканалов». Нет беда надвинулась страшная: души детей проданы, а родители думают что их чада современные компьютерные гении! Спасать надо тех, кого еще можно спасти, но как? Вся надежда на Бога, на церковь Божию, на тех, кто вкушает уже пищу твердую. Только вот помог бы Господь сплотиться. Все мы врозь.

2009–02–20 17:23Ханна:

По-моему вполне естественно, что дети с несложившейся психикой и с неимением ещё понятия о «плохом» и «хорошем» будут по-своему реагировать на игры подобного рода. Я вижу там — я делаю здесь — всё как нельзя просто.

Запретить подобные игры, на мой взгляд, задача просто нереальная. А вот ставить «цензор» по возрасту стоит, даже на простые, элементарные «стрелялки».

Что же касается уже — не — детей, а некоторых подростков и лиц, чей возраст только что перешагнул за 18, порадовало, что находятся полезные (да — да) применения этих же стрелялок: вместо того, чтобы мылить друг другу морды, грубо выражаясь, они идут в компьютерный клуб и решают свои проблемы в виртуальной реальности.

Возможно, наше общество не так потеряно, как нам это может показаться =)

___________

Имхо: пусть ставят цензор по возрасту на подобные игры, далее остаётся надеяться только на воспитание и на самосознание нации.

С наилучшими пожеланиями, Ханна (Респ. Беларусь).

2009–02–20 17:23дима:

здраствуйте. мне 32.в виду того, что я вырос в провинци, где и компьютер то был недоступен этих проблемлем понять не могу. Элементарную компьютерную грамотность приобрел буквальнно в течение этого года.т.е. из-за возраста и бедности попросту не могу понять молодое поколение настолько тупо прожигающее драгоценную молодость. А вот вопрос всеобщего озлобления и озверения в обществе вполне понятен. Мои сверсники в 80ых увлекались кровавым и тупым видео(да и я тоже, не утаю греха), и это вело к примитивному подражанию разного рода дряни(в том числе жесткий мордобой, наркотики, таже стрельба и прочее, прочее……)Каждое поколение имеет страшные искушения на своем пути, и не стать скотиной не так просто. Хотя если вдуматься в смысл искушения Христа в пустыне извесным подлым обманщиком, то становится все на свои места. Иисус не поддался соблазнам. И наша жизнь бренная(возможно не правильно применяю слово бренная)есть постоянный выбор между тем, что нашептывает змей и возможностью остаться хотя — бы просто приличным человеком. А вот насчет всемирного американского зла не соглашусь полностью, обвинять когото далекого во всех своих глупостях и отвратительных поступках несовсем правильно. Если какаята-то задрипаная игрушка на каком-то электронном ящике способна затмить человеку разум и сознание, увлеч его всеобьемляще, — то это пожалуй говорит об изначальной духовной пустоте. Это есть некий духовный ваккум легко заполняемый страстями. А во времена гиперроста средств электронной доставки «отстоя» ситуация резко усугубляется. Т.Е. опять остро встает вопрос искушенгия и выбора. Да. Да.это вариант искушения, только на современный лад, идут столетия, меняются соблазны, не меняется только коварный обманщик…..На самом деле все просто и в эту простоту многие и не могут вникнуть…..Ведь сколькоже людей оказались перед сложным выбором, а не свернули и мы теперь можем прочесть о них, как о Святых, просто уважаемых и подающих пример через века…..

2009–02–20 17:23Родион:

Хотелось бы обратить внимание читателей на простую, но очень важную деталь — агрессивные игры использовались как тренажеры и показали свою высокую эффективность. Я занимался борьбой в подростковом возрасте и по опыту знаю что такое «быть в форме». Это когда ты спокойно смотришь в окно, а в следующее мгновение осознаешь себя нависающим над поверженным на лопатки противником и постепенно «вспоминаешь», как на плечо легла рука, тебя потянули назад, ты выполнил отработанный комплекс и вот противник повержен. А бывало, что друг, увидев тебя в толпе, подкрался и в шутку схватил тебя и … оказался лежащим в грязи.

Заложенная программа отработает раньше сознательного анализа ситуации. И не вижу удивительного в том, что стрелки, проводящие по полдня за компьютером, стреляют лучше профессиональных военных. Где вы видели солдат стреляющих по 4–5 часов в день в течение года?

Компьютерная игра — тренажер, на котором человек отрабатывает действия. Чем меньше времени на размышление и анализ, тем с большей вероятностью человек выполнит «отработанные» действия. И если для борца дзюдо победа — это лежащий на лопатках противник, то для «компьютерных бойцов» — это неподвижное тело, распростертое в луже крови…

Берегите ваши души и души ваших детей, не допускайте даже помыслов, а тем более «репетиций» действий, которые противоречат Вашей нравственности и намерениям.

Да поможет нам Бог.

2009–02–20 17:23Вера:

Пожалуйста, опубликуйте это интервью в возможно большом количестве изданий, чтобы прочитали родители, и поняли, насколько опасны эти игры. Это будет неплохой профилактикой.

Компьтер есть не у всех, интернет — тем более. Прочитать это интервью не все могут.

А игровые приставки к телевизорам — повсеместно распространены. И, соответственно, «стрелялки» имеют слишком широкое хождение.

Как бороться? Сколько сил, терпения и мудрости надо, чтобы не дать ребенку жить по стереотипу «все играют и я тоже хочу».

Господи, дай нам сил и мудрости в воспитании детей.

Вера.

2009–02–20 17:23Елена:

Огромное спасибо за такой прекрасный материал! Очень жаль, что эта и статьи такого уровня и направления очень и очень редко выходят в светской прессе и, дерзну предположить, даже в специализированных педагогических изданиях. Хотя, оно и понятно… Разве выгодно открывать людям глаза на эту печальную правду, которая, после того, как Господь откроет на нее духовные очи, становится вечной болью твоей души? И правда эта состоит в том, что сформировалось целое поколение детей «страшных дней России», которые охотно поглотили и впитали все то (или, при наличии консервативных строгих «противных» родителей, очень многое), что под видом прогрессивной культуры презентовала нам американизация, успешно претворяя в жизнь план Даллеса. Да и что им (читайте «нам», т. к. и автор этого комментария тоже принадлежит к упомянутому поколению) было делать, если практически все мы выросли если не в атеистических, то, по крайней мере, в пост — атеистических семьях? Наши родители были воспитаны на советской идеологии, которая, при всех ее страшных богоборческих сторонах, которые нельзя снимать с весов, воспитывались на чисто христианских принципах любви к ближнему, Родине, послушании родителям, традиционных семейных и нравственных ценностях. Что же касается нашего поколения, то у нас внутри сформировался своеобразный духовный, а, следовательно, и нравственный вакуум (автор комментария глубоко убеждена, что любая идеология — явление прежде всего духовного характера. Да и можно ли разделять понятия нравственности и духовности?). И самым страшным его последствием стало отсутствие какого-либо нравственного ценза. Да и откуда ему было взяться? Любой нравственный ценз возникает при наличии некой точки отсчета, которой НЕ БЫЛО. Более того, то, чему учили по старой памяти родители, во многом, за исключением лишь некоторых, также сильно изменившиеся после перестройки в «прогрессивную» сторону (вспомните время, когда стало модным платить детям за элементарные обязанности по дому, оценки в школе — ведь должны же у ребенка быть деньги на карманные расходы! А что уж говорить о том, что стало нормой совместное обсуждение и просмотр фильмов с откровенными сценами, кровавейших боевиков, присутствие детей при ТАКИХ разговорах взрослых, о которых, по словам ап. Павла, «срамно и глаголати»), нивелировалось принципами свободы слова в СМИ, в школах, да и просто в обыденной жизни. Только душа, которая, как оказалось, по природе христианка, переодически подавала слабые признаки жизни, выражающиеся в какой-то неизъяснимой тоске по Духу среди повсеместной жестокости и разврата (в широком смысле этого слова). Для тех, кого Господь, по Своей неизреченной Милости, приводит в Церковь, через некоторое время, когда в доме выключается телевизор, выбрасывается суетная и прочая душевредная литература, замолкают разбалансирующие любую, даже самую крепкую, нервную систему ритмы, становится понятным, что компьютерные игры — только одно из звеньев страшной цепи, направленной на формирование строго определенного стереотипа сознания, которым легко управлять, задействуя в этом самые отвратительные человеческие страсти, как-то так называемый «инстинкт убийцы» и ощущения себя владыкой, если не мира, то, хотя бы, ситуации (к этой же категории вполне можно отнести и современные психотренинги, воспитывающие из проходящих их «хозяев собственной судьбы» и пр.), что и ложится в основу практически любой популярной военизированной компьютерной игры. Упомянутые в статье случаи и стали отражением программирования психики, что на детях и подростках, в первую очередь, сработало просто по причине неустойчивости и незащищенности их психики и идентификации себя с героем игры — «громилки». Думаю, автор статьи не ошибся с объемами финансирования проектов манипуляции сознанием: на это тратятся и будут тратиться колоссальные деньги! Безусловно, необходимо всеми возможными законодательными мерами пытаться противостоять такому насилию зла, но не в человеческих силах сдержать этот натиск, по крайней мере, потому что кроме поборников духовности и морали существуют весьма и весьма влиятельные слои общества, зарабатывающие на этом общечеловеческом преступлении баснословные суммы. И ничто и никогда не сможет нас окончательно защитить от этого яда, льющегося отовсюду, как только Божественная Благодать Церкви Христовой, «немощная врачующая и оскудевающая восполняющая», воссоздающая человека из греховных руин окамененного нечувствия и жестокости.

2009–02–20 17:23George:

Ya rebenok,mne 13. David molodet on stal horoshim chelovekom. E on pravilno sdelal chto napisal knigu.

2009–02–20 17:23Сергей:

Полностью согласен с автором книги, т. к. если посмотреть, что происходит в наших компьютерных клубах, то становиттся тревожно. Все играют в одну и ту же «стрелялку», да еще сопровождают это нецензурной бранью, а ведь основная масса — это дети. А дома все играют по сети и «убивают», «убивают», «убивают»…

2009–02–20 17:23Сергей:

Статья хорошая, кое-что из неё я почерпнул и для себя лично. Но факт остаётся фактом: случаи убийств людей подростками после после игры на компьютере в т. н. «шутеры» начали фиксироваться и у нас в России. Вспомнить хотя бы случай убийства подростком своей матери(!). Но на наше современное молодое поколение влияние оказывают не только масс-медиа и компьютерные игры. Проблема наверно скорее всего заключается в малочисленности хорошо подготовленных молодых кадров при приходских церквях, которые проводили бы разъяснительную работу среди родителей и подростков по данному, и многим другим вопросам. Приходским священникам одним, просто не охватить такой объём работы. Так что работа с молодёжью остаётся широким полем для совместной деятельности общественности и РПЦ.

Спаси, Господи!

С уважением ко всем,

Корягин Сергей.

2009–02–20 17:23Андрей:

Хочу высказать свою точку зрения на «засилие» насилия (уж извините за коломбор) в компьютерных играх. Считаю, что эта проблема больше надуманна. Родители не сумевшие воспитать нормального ребенка, увидев у него(нее) наркотики, уличив в насилии не торопятся корить себя. Это тяжело, легче найти того кто во всем виноват. Так появляются подобные статьи. Именно на родителях лежит ответственность научить ребенка различать игру и реальность. Легче легкого оставить свое чадо на 10–12 часов перед компьютером — пусь сидит и нам не мешает. А потом, свалить всю вину на «гадкий» компьютер. Дескать это он плохой нашего мальчика(девочку) испортил. Во автор ссылается на случай массового убийства подростками людей. И что? Разве в этом «DOOM» виноват? НЕТ и еще раз нет. Виноваты родители. Именно по их вине детям стало доступно оружие, стало скучно, дети не понимали что это не игра. Вот и произошла трагедия. А переваливать вину на других это не новость. Сначала винили во всем «влияние улицы» (60–е годы), потом хиппи и битлз (70–е годы), потом западное влияние ну т.д. Найти виноватого всегда могли, а вот реально понять что никто кроме нас самих не виноват сил не хватало. Вспомните: в начале 90–х, в начале массового появления плееров (тогда еще кассетных) в газетах развернулась истерия о том, что подросток слушающий плеер через наушники на улице глохнет, не замечает окружающих, попадает под машины. Сегодня, оглянитесь, до 90 % ходят с плеерами (слушают музыку, книги, изучают языки). Ну и где те миллионы оглохших, попавших под машины?. Такая же ситуация с компьютерными играми

2009–02–20 17:23Михаил:

Я считаю что статья правильная, и некоторые писали что цензуру надо ввести. согласен, но только НЕ жесткую, а нормальную и обдуманную. Хотя вопрос о жесткости цензуры это уже отдельный вопрос, т. к. неизвестно какую именно цензуру автор считает «жесткой», но… мое общение с компьютером и с компьютерными играми началось примерно в 11–12 лет (!), до этого в нашей семье собственного компьютера и вообще подобных описанных игр не было вообще. Если вводить цензуру, то она должна быть все таки разумной, а не отсекать все подряд из-за малейших проявлений насилия. Кое — где я прочитал одну статью автор которой хотел бы запретить показывать детям почти все западные мультфильмы, а также компьютерные игры из-за проявлений насилия. Насилие должно оставаться в разумной форме, причем в строго разумной, потому — что оно увы в этом мире к сожалению есть, каждый человек и в том числе наши дети должны понимать что мир все таки не идеален, и что он все таки (увы) жесток. В этом мире есть и жестокость, и зло, и насилие, и ложь, и обман и наша задача показать все это детям в самой мягкой в самой безобидной форме таким образом чтобы им не навредить, а тупой запрет (жесткая цензура) в итоге может дать обратный эффект, дети вырастив думая что этот мир добр в итоге окажутся жертвами плохих людей (кстати не только людей, но и обстоятельств), т.к. они просто не знают что такое может произойти с ними. Дети должны научится видеть и распознавать (что немало важно!) где «хорошее доброе», «а где плохое, злое, похабное» Построить идеальный мир, где все абсолютно «все доброе и все хорошие» к сожалению невозможно, а вот приблизить его к этому идеалу можно. Это значит сделать так что бы с самого рождения человека окружало только все самое доброе, чтобы он сам был направлен на то чтобы делать добро, но при этом он также должен УМЕТЬ «ДОБРО» ЗАЩИТИТЬ, иначе этот мир его просто раздавит и все, а для этого он должен знать все то что может произойти включая всё то что я перечислил выше. Указать что же плохое, а что хорошее должна ПРЕЖДЕ ВСЕГО ЕГО СЕМЬЯ, чтобы человек понял «так поступать нельзя…». Если речь уж зашла о СМИ о телевидении то родители должны сказать «вот как вот этот вот поступает так нельзя». Должны четко определить что КИНО это КИНО, а жизнь — ЭТО НЕ КИНО… далеко не КИНО, что там «все что угодно может быть, а в реальной жизни далеко может не так и не все». То есть они четко должны отделить развлечения от обучения, что на ТВ и кино и играх не учатся, что его смотрят только чтобы просто провести время и не более.

А теперь о знаменитом «Doom», первый раз я начал играть примерно во столько во сколько выше написал: в 11–12 лет, когда я первый раз за него сел у меня были мысли не о том «чтобы всех замочить», а самой первой моей мыслью было «А выход из уровня то где?», в некоторых уровнях там двери были закрыты ключами пришлось «перелопачивать» весь уровень. Монстров я естественно убивал, иначе от меня бы ничего не осталось, но стрельба, кровь… взрывы… это было все второстепенно — главное было просто пройти уровень («выбраться из этого безнадежного положения»). В итоге я вспоминаю эту игру когда я сталкиваюсь с жизненными препятствиями у меня на пути, НО… я вспоминаю не как я стрелял, не кровь вспоминаю, а вспоминаю как я иногда долго мучился не находя ключа к двери, пытаясь открыть дверь, с каким трудом искал выход из уровня и после долгих поисков я его находил. Меня учили состраданию, идти до конца, а не убивать, поэтому я думал не о том как «всех замочить», а как просто пройти уровень и справится с трудностями.

Так что если что-то менять, вводить цензуру, вводить надо разумно а не «лечить насморк, отрезанием носа».

2009–02–20 17:23Сергей:

Скажу, что во многом, конечно, не согласен с данной статьей. Но, скажем так, игры, несмотря на то что они все больше имитируют жизнь, воздействуют на человека только в одном, чувственном плане, именно, что имитируют жизнь.

Человек, погруженный в виртуальную реальность, во многом становится роботом, реагирующим на ситуации в соответствии с очень узкой программой действий, которую предлагает ему игра.

Если в жизни человека все продиктовано так же единственно только нужной и правильной в данной системе реакцией на события, он перестает понимать разницу между реалом и игрой, принимает те правила игры, которые ему удобнее, а главное, более знакомы и привычны.

Бездушие и бездуховность — беда виртуальных миров, если в них начинают жить бездуховные люди. Именно они, возвращаясь в реальность, становятся убийцами.

Это — одно из доказательств того, что человек, в котором нет живого нравственного закона, нет любви, подчиняемый только внешним законам, правилам и условностям, поменяет их в угоду себе как только представится возможность.

Проще сказать, что виртуальность — это еще одна среда обитания человека. Не стоит вешать на нее всех собак. Да, есть убийства других игроков, но дети всегда играли в войну. Только они всегда знали, что это всего лишь игра.

2009–02–20 17:23Владимир:

Позвольте с вами не согласится, ибо я считаю что насилие в жизни не не коим образом не связанно с насилием на экране монитора. И ваша борьба против игромании не к чему хорошему не приведет. Направляйте свои силы на борьбу с родителями которые родили чадо и не то что не могут дать ему правильное воспитание а просто не знают как это сделать. Ведь причина не в играх а в людях. Когда маленькими были ничо играли же мы в войнушку и бегали с палками и делали вид что стреляли друг в друга, но тока почему из нас (нельзя сказать что никто)не выросли маньяки с пушками.

2009–02–20 17:23Елена:

Хорошая статья и главное актуальная. Возможно, именно такие материалы нужны для вразумления современной молодежи. Слова священников ими уже не воспринимаются, так как сознание зашорено атицерковными кливетническими клише либеральной прессы. Могу сказать по своему опыту — мне потребовалось четыре года, с момента осознания всей пагубности компьютерных игрушек в процессе воцерковления, когда я увидела себя со стороны и во что я превращаюсь, чтобы бросить играть. Игромания это та же наркомания с ломками, срывами и т. д. Сразу бросить практически невозможно. Но с Божией помощью, при частой исповеди и причащении можно. Я говорю о тяжелой форме, какая была у меня когда на игры в день тратится больше 10 часов времени.

А тем кто не видит вреда для своей психики, лучше сказать души, следует указать на то, что в темноте шахты и шахтеры не видят что все испачканы с ног до головы, грязь становится заметна только на солнечном свете, когда выходят на поверхность. Так и тут. Пока человек не обратился к Богу и не просветился Божией Благодатию, то и не видит своего нравственного убожества и душевной поврежденности.

Помоги Бог всем кто решился избавиться от этой душепагубной страсти.

2009–02–20 17:23Андрей Трунов:

Давно пришёл к твёрдому убеждению, что другие страны как хотят, а нам необходимо жить своим умом. Нудно срочно вернуть цензуру. Жёсткую. Во всех областях массового влияния на сознание людей. Если Россия не возьмется за телевидение, рекламу, книгопечатание, видео и т. п., то ни о каком возрождении нашей страны не может быть и речи. Экономикой дело не решишь. Можно лишь создать общество сытых идиотов. Один поход в книжный магазин навевает мысль о безвыходности положения нашего народа. Неправославному человеку выйти оттуда не повредившись практически невозможно. Сколько язычества, лжи, откровенного сатанизма лежит на полках. В городах (более — менее крупных, как Самара, например) на улице из-за рекламных щитов с баннерами не видно домов. Нас со страшной силой зомбируют. От пошлой болтовни диджеев на любом практически радио становится противно. В тексты песен лучше не вслушиваться! Кругом царит безумие. Полное отсутствие здравого смысла. Всё строится по чьёй-то злой воле. Не могу поверить, что власти этого не знают. Недоумеваю по поводу их бездействия. Судить нельзя, молчать — тоже.

В общем, цензура нужна!

2009–02–20 17:23Николай:

Написано совершенно верно. Этот материал нужно распространять не в интернете, а в других средствах массовой информации, целевая аудитория не столько дети, сколько их родители, не имеющие знаний в компьютерной области и не понимающих природы опасности.

2009–02–20 17:23Natalia Zarzhitsky:

Golubi pod dozhdem

For dear children from Columbine and their parents with my broken heart, love and respect
Belie golubi yletaut v seroe nebo,
Potoptavshis nemnogo na pushistom kovre.
No teper pered nimi lezhit v nebo doroga,
Slovno belie tochki taut tam v vishine ….
Belii golub! Kyda ti? Zaderzhis na minutu.
Materinskomy serdtsy dai minutu esche
Ne rasstatsya s toboi, ne poverit momentu,
Ne smiritsya a razlukoi nelepoi takoi.
Materinskoe serdtse ne mozhet poverit.
Chto Gospod razluchil, ved On — nezhnii takoi….
Pochemy zhe nad dulom pistoletnogo zhala
Zlo cinichno smeetsya nad veroy svyatoi?
Pochemu zlom ispolnilas eta planeta?
Chto meshaet nam, ludi, zhit po Bozhiei Lubvi?
Eskadriliya vdali ischezaet poslednim salutom
Etim dusham svyatim, chto teper v nebesa otoshli.
Tolko siloi voennoi mi dobro ne dokazhem,
Nam na zlobu vozmozhno lish dobrom otvechat.
I togda mozhet Zemlu pokidaya odnazhdi,
Smozhem Boga v prostranstve i mi povstrechat.

Denver, Colorado — April–1999

Farewell ceremony.

Natalia Zarzhitsky

Dear Friends!

I'm so sorry I can't print this sad poetry on the Russian keyboard. But may be one more poetry or one more article is not so important.

What does is important: to realize, that our time is demanding, our life, our reality is changing dramatically.We all are responsible for our children future and this is a real War for the next generation. Something should be done, otherwise our children future would be unpredictable.

Thanks for opportunity to talk about the situation.

Sincerely Yours Natalia Zarzhitsky.

2009–02–20 17:23Новик:

Отлично! Автор сам всю жизнь только тем и занимался, что готовил потенциальных убийц, а тут прозрел… Но и это здорово! Побольше бы таких. Чем больше людей откажутся от пьянства, от наркотиков, от спорта и прочих зависимостей, чем активнее они будут бороться с тем, чем переболели сами, тем больше людей смогут сохранить свое физическое и духовное здоровье.

А вот если бы автор еще и про то вспомнил, как детей и взрослых приучают к насилию и агрессии в спорте, то еще лучше было бы!

Кстати — на мировом уровне уже неоднократно проводили конференции о насилии в спорте. Осуждает его и РПЦ.

Прямо убивать в спорте не учат, разве что в японских БИ и т.п., но… Все виды спорта — это имитации боевых действий, или необходимых для совершения убийства навыков. Но самое страшное то, что в спорте учат побеждать, т.е. подавлять сопрерника! До практического убийства остается один шаг…

Спорт — это самый наглядный пример нарушения заповеди Христа о любви к Богу и любви к ближнему как к самому себе.

Когда христианство окончательно утвердилось в Европе как основная религия, от сразу же были запрещены гладиаторские бои и олимпийские игры. Но … Олимпийские игры в позапрошлом веке возродили, а гладиаторские бои, правда не такие жестокие, но то же возобновляют.

Если кого интересует подробнее о том, как в спорте трансформируют жизненные цели и ценности, как приучают к нарушению христианской морали, то см. www.atletika.chpgroup.ru

Мир Вам.

2009–02–20 17:23Пётр:

Сильно! Особенно впечатляет, что автор — специалист по обучению убийству!!

2009–02–20 17:23 — Я удивлён, какие интеллектуалы есть в американской армии, как они болеют за свою родину… Не всё у них продаётся, к сожалению у нас таких патриотов становится всё меньше и меньше.

О влиянии масс-медиа — кто хозяин — такова и продукция… задача — оболванить людей и превратить их в стадо баранов, которых козёл отведёт на заклание…

2009–02–20 17:23Валерий:

Поздно спохватились, уже два поколения детей на этом воспиталось, и третье доучивается… Только вот один маленький вопросик сверлит в мозгу: играют и у нас. и не меньше, но пальба — только у них. Нужно искать еще факторы — игрушками тут дело не то что не исчерпывается, — дело совсем в другом. Групповая направленность их общества — убивать, искать врага. Взрослые имеют нравственные, психологические барьеры, а на детях эта тенденция и всплывает. Так что не с того боку ренжер взялся (или попросили взяться). Все ихнее общество готово убивать налево и направо, только все это скрыто пока за вежливыми деловыми улыбками, а дети с их непосредственностью просто скрывать не могут. Интересная статья, но не более

Спаси вас Господь!

2009–02–20 17:23Дмитрий:

Отличная статья! Спасибо! Буду искать исходник на английском языке. Кстати, большая просьба, пожалуйста, давайте ссылки на исходные материалы, очень сильно облегчит жизнь!

Есть несколько замечаний:

«В этой отрасли сейчас идут активные исследования, на которые тратятся миллиарды долларов.»

Автору наверно виднее, но «миллиарды» вызывают сомнения, далеко не у каждой телекомпании есть такие деньги, не говоря уже о студиях — изготовителях ТВ программ и мультфильмов (даже голливудские блокбастеры еще даже не приблизились к миллиарду бюджета).

Еще. В США существует система рейтингования фильмов и видеоигр. На каждом диске с фильмом или игрой, обычно стоит указание с возрастными ограничениями. Т.е., в принципе, существует система, позволяющая препятствовать продаже жестоких фильмов и игр детям. К сожалению, в России такой системы пока нет, но необходимость ее создания давно назрела.

2009–02–20 17:23Евгений:

Полностью согласен с автором. Сам прошел через эти вещи (привязанность к играм — стрелялкам)и пришел к таким же выводам. Правда от рецидивов еще не избавился окончательно:(.

В первый раз стал об этом задумываться после игры «Doom» (это где-то начало 90–х). Для информации — там космический герой игры от первого лица боролся со всякой нечистью которая практически всегда была не в человеческом обличье. В основном там были демоны и, скажем так, «мегадемоны». И из простого пистолета или пулемета эти демоны (хоть и не сразу), но «убивались». А ты, чтобы их победить, мог стать неубиваемым (для этого нужно набрать специальные фразы — коды, в некоторых играх для этого было ключевое слово god — Бог), или иметь постоянно пополняемые ресурсы — патроны, оружие и пр.

Но при этом, все же оставалось осознание, что реальные Святые Отцы Церкви, были весьма далеки от подобных «героев». И демоны, наверное, все же не так просты и легкоубиваемы.

А потом стал осознавать, что сама демонская сила этой игры в том, чтобы увлечь душу от реальности — сморти, вот ты выстрелил, и «плохой» демон от выстрела умрет, в ты — «хороший» «очистишь» Землю от нечисти.

В реальности конечно же, все было совсем наоборот — ты привязываешься к игре и этому «миру» и мысли твои совсем далеки от реальной жизни. Появляется прелесть в Церковном ее понимании!

Далее, становились игры все более «лучшими» — красочными, динамичными, «реалистичными». Становилось понятно, что стрельбой по демонам игры не остановятся, начнут стрелять и по людям, но обязательно по «плохим». Так и получилось — появились игры, где главные герои стали бороться с мафией различных национальностей, террористами различных мастей и просто со всеми плохими, кто на тебя «хорошего» нападает. Причем, думать о том, что может оружие — это «последный довод», было просто некогда. Или ты или тебя.

Другой аспект — это то, что у всех подобных игр были всегда сетевые варианты, где ты мог всегда с другом побегать, пострелять нечисть или же так, в шутку «уложить» друг дружку.

Когда ты часами проводишь за этим занятием свое время, то перестаешь воспринимать мир в реальном его понимании. Более того, молодой и малоопытный (в духовном плане тоже) организм не может отличить искусный вымысел от реальность. Появляются страхи и видения, ночью снятся те же игровые эпизоды и ты пол — ночи бегаешь с автоматом наперевес, не имея возможности отдохнуть. А общение с друзьями по игре сводится к веселым разборкам взаимных убийств друг друга.

Далее, игровая индустрия поняла, что люди (читай молодые люди в возрасте 11–25) лучше всего воспринимает того, что можно «примерять» на себя, или то, о чем ты знаешь больше или лучше. И пошли потоки компьютерной стрельбы и реки крови в близлежащих к тебе городских кварталах или домах, или из известного тебе оружия советского или отечественного производства. Зато, ты «устраиваешь» мир во всем мире, и борешься со вселенским злом!

А кроме того маленький аспект, многие игры мировых производителей затрагивают события, которые были на территории бывш. СССР, но глазами иностранцев. То есть, показана скажем Великая Отечественная Война, но либо глазами немцев, либо русских, но в весьма далеких от реальности эпизодах. А осознать где правда, а где красивая ложь молодые люди не всегда в состоянии.

Сейчас стал понимать, что практически нет популярных и неагрессивных компьютерных игр. Из — за того, что практически вся продукция пиратско-бесплатная, найти динамичную, классную (считай кровавую) игрушку — не проблема. А очень юным и молодым хочется себе и другим доказать, что ты тоже достаточно «суров» и «крут». Только вот реальность всегда говорит об обратном:(.

Игромания — это страсть. И борьба с ней должна вестись как и с любой другой страстью. В первую очередь постараться разобраться, отчего ты любишь игру, а не реальную жизнь, компьютерных героев, а не реальных людей, окружающих тебя, победу над врагом, а не смирение перед людьми и т. д.

Могу сказать, что если не начать борьбу с настоящими демонами, а не компьютерными, и теми средствами, которыми Православная Церковь за многие века выработала, избавиться от этой страсти наверное и невозможно. Как и от других «сопутствующих» страстей. Ваш сайт кстати очень сильно помогает в этом, за что ему огромная благодарность! Прошу у Вас прощения за некий сумбур, но думаю, что смог поделиться некоторыми своими взглядами на подобные вещи.

Да сохранит Вас всех Господь от подобных искушений и соблазнов и да спасет Вас всех по милости своей!

2009–02–20 17:23karondash:

Можно привести ряд примеров и исследований превышающий во много раз обоснования и детализацию вышенаписаного, в пользу обратного.

Психология bookap

Вот я например, когда был маленьким выстрелил из самопала сторожу детского сада в ягодицу за то что он бил резиновым шнуром моего дружбана. За то что мы рвали липу, а лип этих в детском саду было видимо невидимо. Мне тогда было 8, и знаете, что я ощутил после выстрела? Услышав вопли жестого деда (кстати погоняло было у него резина) Я начал ликовать и радоваться мол Резина получил своё!

Сейчас мне 25 и я являюсь миролюбивым гражданином никого не трогаю и не убиваю!