ПРИОРИТЕТЫ


...

КАК ЭТО ДЕЛАТЬ?

Я убедился, что лучший способ отдать себя в полное и безраздельное владение своему ребенку – это установить определенные часы, которые вы будете проводить наедине с ним. Возможно, вы уже задумывались над тем, как это сложно. И это действительно сложно. Найти время, чтобы побыть наедине с подростком, отключась от всех забот, – это я считаю самой сложной из родительских обязанностей. Ее нельзя игнорировать – требуется много времени, чтобы быть хорошим родителем.

Однако найти свободное время в наш гипердинамичный век нелегко еще и потому, что у подростка множество других интересов, с которыми родителям приходится конкурировать. Все это только подтверждает тот факт, что безраздельное внимание родителей крайне необходимо для подростков, особенно учитывая дурное влияние извне, которое сегодня сильно, как никогда прежде.

Понятно, что выкроить время из наших загруженных рабочих графиков чрезвычайно трудно. Но если вы все же сделаете это, вы будете вознаграждены сполна, ибо нет ничего прекрасней, чем видеть своего подростка счастливым, знать, что он в безопасности, что он умеет ладить со сверстниками и взрослыми, что он хорошо учится и хорошо ведет себя. Но все это не приходит само собой, родители должны платить за это. Нам следует выделять время, чтобы побыть наедине с каждым из наших детей.

Я знаю, как трудно правильно распределять время. Что касается меня, я всегда старался оставлять его для детей как можно больше. Например, когда вечером по понедельникам у моей дочери Кэрри были уроки музыки неподалеку от моего офиса, я так планировал свои деловые встречи, чтобы иметь возможность забирать ее после этих уроков. Обычно мы шли в какой-нибудь ресторан и вместе ужинали, и за такими ужинами, когда времени было достаточно и никто нас не прерывал, я был полностью предоставлен ей и выслушивал все, что она хотела мне рассказать.

Только при подобных обстоятельствах, один на один, без посторонних, могут возникнуть те особые близкие отношения, которые так нужны каждому ребенку, чтобы справляться со всеми жизненными неурядицами. Дети очень дорожат такими моментами и вспоминают о них, когда им приходится трудно, особенно в полные конфликтных ситуаций подростковые годы.

Родителям также важно знать, что, предоставляя своим детям безраздельное внимание, они должны стремиться и к физическим, и к зрительным контактам с ними, потому что именно в такие моменты эти контакты приобретают особое значение для ребенка.

Также важно не упускать возможности использовать и другие, непредусмотренные обстоятельства, чтобы побыть со своим подростком. Например, вы очутились с ним наедине. Воспользуйтесь этим, чтобы пополнить его эмоциональную емкость и тем самым предотвратить сложности, которые могут возникнуть из-за эмоционального вакуума. Пусть этот период будет очень коротким – даже минутка-две безраздельного внимания могут творить чудеса!

Здесь на счету каждое мгновение, так как ставки слишком высоки: что может быть хуже строптивого и своенравного сына или дочери? И что может быть лучше уравновешенного, гармонично развивающегося подростка!

Без сомнения, постоянно уделять детям безраздельное внимание трудно, на это расходуется много времени, а подчас это становится и невыносимым для измотанных проблемами родителей. Но такое внимание – самое лучшее средство для поддержания эмоциональной емкости вашего подростка в хорошем состоянии.

По мере взросления ваших детей время, которое вы уделяете им, тоже должно увеличиваться. Детям болеестаршего возраста необходимо больше времени, чтобы расслабиться, разомкнуться и почувствовать себя готовыми делиться самыми сокровенными мыслями, особенно теми, которые внушают беспокойство.

Когда дети входят в подростковый возраст, их тяга к семье возрастает, а не наоборот. Обычно считается, что, как только наши дети становятся независимыми, они хотят как можно больше находиться вне семьи, и, значит, родители могут проводить с ними все меньше времени. На самом же деле это одна из самых грубых ошибок родителей. Когда их дети превращаются в подростков, родители все чаще используют свое свободное время в личных интересах. Между тем, все подростки, с которыми я имел дело, истолковывали это так, будто родители отталкивают их и становятся безразличными к ним.

Как видите, в этот период внимание родителей необходимо подросткам как никогда. Ежедневно они подвергаются различным влияниям, чаще всего, к сожалению, вредным и даже пагубным. Если вы хотите, чтобы ваш подросток сумел выстоять в сегодняшнем мире, вам надо больше бывать с ним, наполняя его положительными эмоциями; особенно это важно, когда в его душе смятение. Если вы все же найдете время, чтобы удовлетворить все его эмоциональные потребности, он обретет уверенность и мужество и найдет для себя те ориентиры, которые помогут ему в жизни. Он станет сильнее и сможет преодолеть влияние тех, кто хотел бы использовать его в своих интересах.

Все это может показаться неисполнимым, особенно если ваш ребенок погружен в себя и не расположен общаться, что очень часто встречается среди подростков младшего и среднего возраста. Нужно запомнить один секрет: защитные реакции подростка крайне обострены, и ему требуетсявремя,чтобы их преодолеть, настроиться на искреннюю беседу и поделиться тем, что накопилось в душе. Вы уловили, что здесь самое главное? Время.

Я вспоминаю, когда нашей Кэрри было 14 лет. Что за возраст! В ней происходили типичные для подросткового периода перемены, и она частенько общалась только с помощью мычания типа «угу», «у-у», «у?».

За это время я сделал два замечательных открытия. Первое: бесполезно и даже вредно пытаться заставить ребенка говорить. Хотя меня так и подмывало засыпать ее вопросами, я понял, что это было бы ошибкой и только ухудшило бы ситуацию. Второе: если я проводил с Кэрри хотя бы 20 или 30 минут без какого-либо давления на нее, не заставляя ее поддерживать разговор, ее защитные реакции мало-помалу ослабевали, и тогда мы действительно начинали беседовать, делиться мыслями и чувствами.

Одним из самых эффективных способов достичь этого было пойти с ней в ресторан. Обычно я выбирал тот, где было самое медленное обслуживание, и вел туда Кэрри в такое время, когда клиентов было больше всего и нужно было долго ждать своей очереди. Порой я по нескольку раз просил официантов вернуться попозже: «Мы еще не готовы заказывать». Ел я медленно, потом заказывал десерт, чего я не делаю обычно, потом не спеша выпивал чашку кофе.

Вы, конечно, понимаете, что моей целью было продлить время, когда никто не понуждает Кэрри говорить и она чувствует себя комфортно в моем присутствии. Ожидание своей очереди в общественном месте как раз то, что нужно. Другой подходящей обстановкой может быть рыбалка, охота, поход, прогулка (долгая или короткая, все равно), какая-либо игра, просмотр спектакля, слушание музыки. Когда подросток находится в обществе своего отца или матери, не испытывая давления с их стороны, его защитная реакция постепенно ослабевает и он сам начинает разговор – сначала о ничего не значащих пустяках, а затем о все более серьезных вещах.

К тому времени как мы заканчивали еду, Кэрри обычно говорила уже почти свободно и рассказывала – однако еще на поверхностном уровне – о спорте, учителях, школьных делах. Потом я оплачивал счет, и мы шли к машине.

Позвольте мне вставить здесь интересное наблюдение. Когда вы сидите за рулем, а ваш подросток – в качестве пассажира, но рядом с ним находятся другие ребята, в этой ситуации вы в некотором смысле перестаете бытьличностью и на вас смотрят, как на часть машины, как на продолжение руля. Мне и моей жене чрезвычайно нравится эта способность подростков – просто удивительно, насколько она облегчает разговор. Не менее удивительно и то, как много мы узнаем за это время.

Но вернемся ко мне и Кэрри. Мы садились в машину, и, как правило, на расстоянии около мили от дома она наконец начинала говорить о том, что ее по-настоящему очень волновало. Это были, например, отношения в семье, различные проблемы со сверстниками, их предложения попробовать наркотики. Конечно, тема не могла быть исчерпана в течение пути к дому. Дело в том, что подросткам нужно чувствовать, что у них есть возможность «сбежать», когда будет открыто слишком много. Они должны знать, что всегда могут ретироваться, если родители реагируют неверно или чрезмерно. Больше всего они боятся не несогласия, а гнева, насмешки, неодобрения или неприятия их как личности. Они хотят держать ситуацию в своих руках, чтобы, если почувствуют дискомфорт, можно было оборвать разговор.

Поэтому-то Кэрри, прежде чем поделиться своими сокровенными мыслями, и ждала, пока мы подъедем ближе к дому. Таким вот образом и проходили наши самые задушевные беседы. Иногда она маскировала свои собственные проблемы, рассказывая или расспрашивая о ком-нибудь, у кого были похожие затруднения. Это излюбленная манера подростков говорить о неловких, смущающих их вопросах и ситуациях.

Иногда подростку хочется поговорить с родителями о какой-либо проблеме, но он не знает, как начать разговор. Тогда он пускает в ход намеки, которые могут принимать самые разные формы. Он может начать с чего-либо менее значительного, чем то, что его на самом деле тревожит. Например, спросить о том, что надо сделать по дому. Или поинтересоваться, как прошел ваш день. Или расскажет, как у него прошел день.

Родители должны быть настороже, когда слышат подобные ненавязчивые разговоры, потому что именно таким образом подросток обычно просит уделить ему время ивнимание. Этим они как бы «прощупывают» нас, проверяя, в каком мы настроении, чтобы понять, можно ли сейчас заговорить с нами о том, что их беспокоит.

Иногда подростки проверяют, в хорошем ли мы настроении, с помощью того, что я называю «отвлекающим маневром», или «ложным следом». Суть в том, что они сообщают нечто, что, как им заведомо известно, расстроит нас или приведет в раздражение. Превосходный способ узнать, можно ли нам доверить нечто очень важное для них в настоящий момент. Если мы реагируем слишком бурно, а особенно если злимся или начинаем критиковать, наш подросток решает, что мы точно так же отреагируем и на волнующий его вопрос. А если мы сдержимся и воспримем все спокойно, то вполне можем рассчитывать на искренность и доверие с его стороны.

Такие моменты поистине бесценны. Если мы не замечаем их или каким-либо иным образом закрываем для ребенка двери нашего сердца, ему будет казаться, что его отталкивают. Если же мы будем начеку и сумеем расслышать его робкий стук в эту дверь, мы сможем помочь ему, а заодно и показать, как любим его и насколько неравнодушны к его проблемам.

Я могу вспомнить множество подобных случаев в то время, когда Кэрри только вступала в подростковый период. Чаще всего она выбирала момент, когда я и ее мама были наверняка одни, и вероятность, что кто-то нас потревожит, была наименьшей. Можно догадаться, когда это было – как только мы с Пэт собирались гасить свет и ложиться спать. К этому времени младшие братья Кэрри уже давно спали, так что соперников у нее не было. Сперва медленно открывалась дверь, и Кэрри входила со словами, что ей нужно кое-что взять из ванной, смежной с нашей спальней. После того как она брала это и уже собиралась уходить, она поворачивалась к нам и говорила: «Ой, кстати…».

Невозможно преувеличить, насколько важно понять значение таких знакомых нам слов – «ой, кстати…» или иного их эквивалента. Вы знаете, что обозначают обычно эти слова, произнесенные подростком в подобной ситуации? Их перевод может быть примерно таким: «Я как раз хотел/хотела поговорить о том, зачем я на самом деле сюда пришел/пришла. Но сперва я хотел/хотела бы знать, расположены ли вы выслушать меня? Могу ли я рассказать вам об этой деликатной ситуации в моей жизни? Поймете ли вы меня и поможете ли мне или обратите мои слова против меня? Могу ли я вам доверять?»

Если мы не готовы предоставить себя в полное и безраздельное владение нашему ребенку, он воспримет это как отрицательный ответ на свои вопросы. Если же мы сосредоточим все свое внимание на ребенке, спокойно и внимательно выслушаем его, он поймет, что можно свободно рассказывать о том, что его гнетет. Иногда нужно быть готовым услышать те знаменитые два слова и после «отвлекающего маневра».

Насколько я помню, в такой ситуации я и сам иногда глупил и говорил Кэрри в ответ что-то типа: «Проверь, везде ли в доме выключен свет», и тогда моя жена легонько толкала меня под одеялом. Она-то сразу понимала, что стоит за словами Кэрри, и видела, что дочь пришла к нам с чем-то очень серьезным для себя.

Когда мы правильно вели себя, Кэрри всегда сама продолжала разговор, сначала говоря о пустяках, а потом шаг за шагом касалась того, что было важным для нее.

Вскоре она садилась на краешек, а еще через некоторое время уже лежала поперек в ногах кровати, говоря без умолку. В конце концов она добиралась до того, что ее беспокоило. Однажды, помнится, она сказала: «Не знаю, нравлюсь ли я еще Джиму. Он стал совсем другим». Как тяжело было Кэрри заговорить об этом! Она должна была убедиться, что ситуация вполне благоприятна для этого. Ей пришлось говорить о стольких ненужных вещах, прежде чем она поняла, что может открыть свою проблему.

Когда затрагивается сфера чувств, родители оказываются перед соблазном все упростить, ответить небрежно или шутя, как о чем-то обыденном и незначительном, тогда как следует серьезно воспринимать своих подростков. Надо вместе с ними тщательно разбираться в их проблемахи помогать им прийти к логичному и разумному решению. В этом случае мы не только поможем им справиться с их трудностями, но и, что более важно, укрепим отношения любви и доверия между нами.

Помогая подросткам решить их проблемы, мы одновременно учим их логично, здраво и последовательно мыслить. Ведь только научившись мыслить правильно, они станут способны различать хорошее и плохое и смогут выработать для себя прочную систему ценностей.