Часть вторая. ГОСПОДСТВА И ПОДЧИНЕНИЯ В ГРУППАХ

А. Г. ЧЕРНЯВСКАЯ


...
«УСТАВ» И ОБЫЧАИ МАФИИ

Управляет какой-либо общиной семья мафиозо через «коску», являющуюся объединением нескольких семей мафиози. Коска, как объединение членов семей мафии, может быть в конечном счете результатом последовательных бракосочетаний, которые, пусть и продиктованные взаимными чувствами вступающих в брак, совершаются почти всегда только между семьями мафиози.

С помощью коски мафиозо расширяет сферу своего влияния: согласно требованиям своей среды, мафиозо должен обладать собственным владением – «землей», объединение семей одной местности в коску дает мафиози возможность разыгрывать свои личные владения как козырную карту прежде всего по отношению к частной собственности нечленов мафии, то есть подавляющего большинства общества.

Коска организована на более высоком уровне и как патриархальная семья, поэтому внутри ее самостоятельность отдельного мафиозо минимальна.

Во внешнем мире коска осуществляет верховную власть.

Мафиози других косок должны просить разрешения, если интересы вынуждают их действовать на территории коски, членами которой они не являются. Отношения между различными косками, как правило, дружеские, деловые, иногда носят характер взаимопомощи. Однако когда между ними вспыхивает война, особенно если возникают спорные вопросы при определении границ соответствующих территорий, коски ведут ее до полного уничтожения соперников. Так начиналась резня, тянувшаяся порой в старой мафии годами, вовлекая в свою мясорубку даже детей.

Со всеми остальными членами общины, не состоящими в мафии, отношения основывались на авторитарной силе – власти, возникшей с помощью тех же средств, к которым прибегали и для ее сохранения, в соответствии с правилом: «Каждая власть держится на способности применять насилие».

А насилие, применяемое старой мафией, как показал антрополог Ломбарди Сатриани, имеет два лица: на одном из них сохраняется уважительное и льстивое выражение, и обращено оно в сторону господствующего класса, на который мафиози старого закала нападают, используя вымогательство, шантаж, похищения людей, молчаливую угрозу; другое, наиболее жестокое и откровенное, обращено в сторону эксплуатируемого класса, который становится жертвой насилия, непосредственно подвергаясь избиениям и попадая под выстрелы.

И обе эти формы насилия должны, пусть даже путем распространения слухов, стать достоянием гласности, так как мафиозо жаждет наслаждаться своим успехом, а также потому, что именно проводимый им террор и укрепляет его власть.

Общество, в котором царила старая мафия, было обществом насилия. Достаточно вспомнить о феодальной знати, которой вице-король Караччоло дал следующее определение: «200 человек, проглотивших остальные полмиллиона людей», или о крестьянах, у которых не было иного выбора, кроме как обречь себя на нечеловеческий труд. В таких условиях существовала тесная связь между насилием мафии и насилием в обществе.

Неистовый индивидуализм мафиозо опроверг традиционные представления о насилии. Для мафиозо «законным» считается возмущение человека действиями, наносящими ущерб его влиянию или чувству собственного достоинства, а «долгом» становится месть за понесенное оскорбление. Убийство при этом не всегда воспринималось как бесчестный поступок, хотя оно почти никогда не получало положительной оценки в общественном мнении, особенно когда убийство «по ничтожным мотивам» совершали бедняки.

И крестьян, и дворян подвергают насилию в одинаковой мере, чтобы заставить их беспрекословно исполнять приказы. Дворянам нечем защищаться, ибо свои «вооруженные» силы они уже давным-давно отдали на откуп своим слугам, ближайшим родственникам мафиози.

Для того чтобы принудить и тех и других смириться со своей властью, члены мафии, не стесняясь, применяли насилие. Насилие заставило сицилийское общество XIX века «уважать» их.

Впоследствии культ насилия как средства, открывающего новые пути к завоеванию «почетного» места в обществе, свел в новую социальную формацию (мафию) индивидов, которые с его помощью превратили в закон присущий им образ жизни.

Для мафиозо насилие – норма поведения. Оно позволяет ему заявить о себе и получить добычу. К тому же оно демонстрирует «презрение и вызов» обществу, а следовательно, служит подтверждением его мужества. Чем более «опасным и могущественным» оказывается человек, над которым совершается насилие, тем более «почета и уважения» приобретает насильник. Отсюда восхищение перед «презрением к государству», отсюда «ореол славы», окружающий убийцу, уничтожившего своего врага.

Но власть мафии этим не ограничивается.

Положение мафиозо ставит его вне системы феодальной вассальной зависимости, одобрение его действий может исходить только от «друга», который всем обязан мафии: получил должность, которую можно занимать до конца жизни; подвенечное платье, купленное в Париже, но украденное сразу же после прибытия посылки в Палермо, без которого «порядочные семьи» не могли совершить священный обряд бракосочетания; решен с помощью одного лишь намека его щекотливый вопрос…

«Благожелательность» так же, как и одобрение, население выражало мафиози тем, что молчало. Омерта (обет молчания) в сицилийском фольклоре – это единственная форма протеста, применявшаяся ранее против «чужаков», «пришельцев с Севера», которых итальянское государство отправляло на Сицилию для искоренения мафии.

Каким же правилам подчинялись члены старой мафии?

Сицилийский ученый Монтальбано писал, что «письменные уставы» возлагали на мафиози соблюдение следующих норм:

1. Обязанность помогать друг другу в кровном отмщении нанесенных оскорблений.

2. Обязанность защищать и добиваться освобождения члена мафии, попавшего в руки правосудия.

3. Право участвовать по решению вожаков в распределении доходов, полученных от выкупов, вымогательства, ограблений, краж и других преступлений.

4. Обязанность хранить тайну под угрозой смерти, назначаемой отступникам решением соответствующего судебного органа мафии".

Немецкий ученый Гесс назвал «игривой и слишком эксцентричной» гипотезу существования в мафии письменных уставов, «поскольку чем к более давнему времени мы обращаемся, тем большей становится безграмотность», почти поголовная на Сицилии.

Вероятно, однако, что уставы, о которых писал Монтальбано, – это те же правила, которые действовали в цехах и ремесленных корпорациях, сохранявших средневековые и даже римские традиции, и еще существовали в начале XIX века на Сицилии. Эти корпорации объединяли ремесленников – каменщиков, плотников и т.д. Во всех этих цехах существовали письменные уставы, утверждавшиеся властями. В этих уставах не было, конечно, никаких намеков на преступные действия, но в них были записаны определенные правила по оказанию взаимной помощи и поддержке между членами. Последние соглашались жить (вне корпорации они никогда не могли бы найти другой работы) согласно жестокой и унифицирующей внутренней дисциплине, предписанной уставами.

То же самое, по мнению Монтальбано, существовало и в мафии. Многие исследователи утверждали, что цеховые объединения – это предтечи мафии. Они были распущены около 1820 года Бурбонами, так как обвинялись в мятежах и самом настоящем бандитизме. Вполне возможно, что некоторые из письменных уставов ремесленной корпорации перешли в виде устных! правил к мафии, сохранившей предание о предшествующем письменном источнике.

Помимо письменных уставов, установить правила, которые обязан соблюдать мафиозо, можно на основании системы наказаний, применяемой за их нарушение.

В наказаниях мафии не предусмотрено содержание в заключении. Мафиози, занимающиеся похищением людей, а похищенный мог находиться в их руках в течение нескольких лет, имели все необходимые средства и возможности, чтобы заточить провинившегося мафиозо в тайных и никому не известных темницах. (Если бы они были обнаружены, то карабинеры были бы просто обязаны закрыть их, чтобы увести в «свои» тюрьмы несомненных мафиози, виновных перед правосудием.) Но у мафии нет своих тюрем.

Чаще всего налагаются легкие наказания, такие, как «предупреждение, предостережение, внушение и публичное покаяние». Последнее применялось очень редко, потому что мафиозо, решивший искупить свою вину, не может сделать это открыто, иначе он потеряет свой престиж и влияние. Однако эти наказания становятся незаметными в том шуме, который поднимается в обществе после самого сурового наказания – смертного приговора, часто выносящегося тогда, когда мафиозо отказывается понести менее тяжкое наказание.

Иногда между мафиози возникают неожиданные и яростные схватки, заканчивающиеся убийствами. Но в этом случае смерть, конечно, уже не кара, потому что акт насилия, результатом которого она оказалась, является характерной чертой, присущей поведению любого мафиозо.

Когда говорят, что какие-то главари или лица, занимающие в мафии высокое положение, были «приговорены» к смерти, надо подходить к этому с некоторой осторожностью. Мафия – это архаический организм, где противоречия могут подолгу открыто уживаться между собой. Иерархическая семья и необузданный индивидуализм, абсолютное послушание главе-отцу и неистовая жажда личного обогащения, ощущение силы от сознания принадлежности к группе и неудержимое желание завоевать влияние и проявить доблесть. Из всего этого можно сделать вывод, что иногда разговор о заслуженной «каре», которую понесли главари, всего-навсего лишь маскировка, цель которой скрыть, что убийца думал прежде всего о том, как ему добраться до командных высот и самому заменить в качестве главаря того, в чьих жилах текла родственная кровь.

Настоящая же смертная казнь по законам мафии – та, что в субкультуре насилия действительно являлась наказанием, – делится, в основном на два вида: осуществление права мести и наказание предателя.

Поскольку в основе жизни семей мафиози лежало насилие, они легко нарушали между собой перемирие. Оскорбление, ошибки, борьба за влияние на определенной территории, неоплаченный долг, обман, который мафиозо из одной семьи совершает по отношению к представителю другой, дают повод для убийства, которое в свою очередь должно быть отмщено. Это порождает целую цепочку преступлений, совершаемых на протяжении многих лет и даже десятилетий. Важно, чтобы конкретный исполнитель сознательно мстил за честь всей семьи и был уверен в том, что в случае его смерти другой кровник придет и отомстит за него. «Кровь убитых взывает к вендетте».

Предатель – это ходячий покойник. Его вина состоит в том, что он пошел против голоса крови своей семьи. Он предал интересы и дело своей организации либо соперничающей группе, либо государству. Он заслуживает только смерти, иной расплаты быть не может.

Многие связывают наказание предателя исключительно с законом молчания (омерта), который, однако, требует более подробного разговора.

Во-первых, понятие «омерта» имеет не только отрицательный, но и позитивный смысл, который никак не связан с предательством. Омерта – это не просто закон молчания; это еще и «хорошие манеры» и умение понять ситуацию; это и преднамеренный обман, сознательное лицемерие для устройства «ловушки», в которую можно с притворной добротой и любезностью заманить жертву, поставив ее в безвыходное положение; это и защита от посторонних, а потому и требование молчания, грозящее смертью за его нарушение.

Во-вторых, подчинение закону омерта со стороны мафиози весьма относительно. Вот уже сто лет как мафии посвящаются многочисленные исследования. В большинстве случаев их авторы черпают сведения исключительно из материалов судебных процессов, а кто говорит на судебных процессах о мафии, как не сами мафиози? Начиная с самого становления мафии, полиция борется против нее, пользуясь как источником информации теми мафиози, которые являются в полицию и сообщают о том, что происходит в мафии. Эти «конфиденциальные источники» часто становятся и источниками достоверной информации, то есть информации, полученной от мафиози, которые на протяжение многих лет говорят правду о мафии и, следовательно, заслуживают доверия. Иногда на основе о законе омерта мафия создавала свои тактические шедевры.

В заключение нужно подчеркнуть, что омерта, понимаемая как молчание, – это способ утверждения реальных целей мафии: ее требования важнее родственных связей либо материальных интересов какой-то группы или отдельного человека.

Система наказаний, принятая в мафии, требует существования группы лиц, обладающих правом и возможностью выносить приговоры, то есть группы, которая держит в своих руках «высшую власть». Но для того, чтобы определить эту группу, у нас слишком мало данных.

Мафия постоянно говорит о себе в присутствии зрителей. Однако люди, не причастные к мафии, возможно, из-за гипертрофированного отношения сицилийца к своему "я", слишком много внимания уделяют отдельному мафиозо и рассматривают прежде всего деятельность и «подвиги» того или иного главаря. На самом же деле, и об этом уже говорилось ранее, мафия существует только потому, что она является сплоченной группой многих.

Единственным местом, где мафиози публично говорят о мафии, становятся судебные процессы, превращаются в трибуну, которую мафия использует для того, чтобы заявить о себе.

Итальянские процессы против мафии дают достаточно определенное представление о ее внутренней структуре.

Все начинается с коски.

Коски, подобно патриархальной семье, из которой они берут свое начало, всегда авторитарны. Коска – единственная структура, которая обладает полной властью над отдельным, входящим в нее мафиозо. Только она определяет виновность отдельного мафиозо, устанавливает степень его ответственности и выносит ему приговор. У каждой коски своя четко ограниченная территория, пределы которой нельзя нарушать по собственной воле. Значение и вес каждой коски зависят от размеров и богатства подвластной ей территории.

Между различными косками устанавливаются многообразные отношения: дружеские связи, общие дела, взаимопомощь, проявляющаяся иногда в форме совместной обороны против репрессивных государственных органов; кровные связи, устанавливающиеся через бракосочетания, родство и кумовство. В основе отношений между различными косками лежит уважение, но могут возникать и трения, разногласия и ссоры. Война между косками – это не естественный путь разрешения конфликтов: убийства, вызывающие в обществе большое волнение, составляют лишь 10% всей преступной деятельности мафии.

Разрешение противоречий между косками, как правило, происходит путем переговоров. Если соглашение между ними не достигнуто, за помощью обращаются к беспристрастному судье. Этот судья выбирается из самых влиятельных главарей наиболее богатых, сильных и известных косок. Обычно он избирается в случае особо ожесточенных ссор. Однако право вершить чужие судьбы, время от времени предоставляемое какомунибудь крупному главарю, не означает для него профессионального занятия и, следовательно, стабильности функций.

Психология bookap

Постоянные отношения всей страны, в свою очередь разделенной на округа, где правят различные коски, требуют периодически вновь и вновь создавать «примирительные комиссии» на различных встречах или конгрессах представителей и главарей отдельных косок. Это может происходить на провинциальном, областном или даже национальном или международном уровнях. Как и решения отдельно суда мафиози, решения собрания касаются только тех, кто требовал его проведения.

Но мафиозо может отказаться исполнить решение, вынесенное по его делу. Приведение приговора в исполнение зависит от его восприятия заинтересованными сторонами или от того, с какой быстротой происходит его исполнение со стороны выигравшего процесс. Тот, кто стрелял первым, побеждает, потому что на деле доказывает, что он является более сильным. Суд совсем не обязательно должен заканчиваться вынесением обвинительного приговора. Он может предложить спорящим сторонам пойти на мировую, предложить свободную территорию, новый вид деятельности и т.п. Но всегда остается неизменным принцип, согласно которому ничто не может ограничивать свободу решений, принимаемых отдельной коской или отдельными мафиозо.