III. Старение: химия, буддизм и энтропия. Биология, физика и психология старения

15. Старение и буддизм


...

19. Смерть, конец?

«В жизни не следует ничего бояться. Ее нужно только понимать»

Мария Кюри

«Считать, что после смерти тела дух исчезает, это все равно, что воображать, будто птица в клетке погибнет, если сломать клетку, хотя птице нечего бояться уничтожения клетки.

Наше тело подобно клетке, а дух подобен птице. Мы видим, что без клетки эта птица летает в мире сна; поэтому, если клетка сломается, птица будет продолжать существовать. Ее чувства будут еще более мощными, ее восприятия — большими, и ее счастье возрастет»

Абду’л-Баха, Ответы на некоторые вопросы128


128 Эти слова персидского мистика-бахаиста впервые увидели свет в книге «Ответы на некоторые вопросы», опубликованной издательством «Kegan Paul, Trubner & Co Ltd» в 1908 г. Американское издание появилось в 1918 г.; последующие издания выходили в 1930б 1954 и 1981 гг.



Некоторые люди испытывают облегчение, когда смерть стучится в их дверь. Что-то глубоко внутри говорит: «Счастливый день; я освобожусь от себя и своих ограничений!». Но смерть полна парадоксов. С одной стороны, когда вы впервые понимаете, что действительно умираете, то обычно боитесь этого. Возможно, вы сначала не рассказываете об этом свои друзьям, поскольку это привело бы к еще большим волнениям. Как и вы, они живут в мире общепринятой реальности и сосредоточиваются только на неизбежной утрате физической формы.

Для вашего обыденного ума и ваших друзей, смерть обычно бывает грабителем, а не даром. Однако, если подумать, то для человека, который умирает, смерть может означать свободу от всего, в том числе, от понятия самой смерти, по крайней мере, как смерти, «конца». На пороге смерти вам, вероятно, будет сниться, что вы продолжаете жить. Казалось бы, игнорируя идею конца, многие люди видят во сне свои следующие шаги в нередко хорошо известные гиперпространства. Некоторым снится, что они учатся в «классах», не похожих ни на что, известное на земле; другим снится, что они становятся птицами, которые летают в сновидении так, будто они были птицами всю свою жизнь.

В этой книге я рассматривал беспорядки в жизни как проблемы, требующие проработки, как области жизни, скрывающие в себе другие миру и новые виды порядка и смысла. Но теперь я хочу взглянуть на беспорядок по-новому, как будто сам процесс видимого хаоса имеет глубокий смысл. То, что кажется процессом «разупорядочивания», связанным со смертью, представляет собой только конец вашей индивидуальности в общепринятой реальности. У вас больше нет какого-то одного беспорядка — болезни сердца или почек, желудка или легких, опухоли яичников, груди или простаты. Теперь все тело — гигантский беспорядок. Старение ведет к возрастанию энтропии в вашем физическом теле, но в стране грез это не конец. В сновидениях смерть нередко истолковывают по новому, как путь свободы от старого «я». Теперь возможно что-то новое.


Фазы умирания


Путь к смерти проходит много этапов. Сперва угроза смерти приходит как ворчание школьного учителя. Посопротивлявшись как школьник, вы стараетесь закончить то, что кажется вам самым значимым. Смерть говорит: «Перестань колебаться во взаимоотношениях. Исполняй свои самые великие мечты, становись полностью самим собой». Возможно, вы в своей жизни много раз стояли на пороге и колебались, вместо того, чтобы двигаться вперед. Теперь смерть дает вам необходимый толчок.

На другом этапе, угроза смерти как Смерти становится угрозой полномасштабного варианта измененного (затуманенного или спокойного) состояния, которое кажется находящимся лишь на своих начальных стадиях. В некотором смысле, полномасштабное состояние пытается случиться прямо сейчас, отказываясь ждать до конца жизни. Смерть как измененное состояние угрожает стать частью этой жизни, не только потому, что смерть приближается, а потому, что вы слишком односторонни в своем образе жизни, слишком логичны, слишком экстравертированы, слишком интересуетесь тем, что думают люди. Переживать повседневную жизнь без одновременного и параллельного осознания существования измененных состояний смерти — это все равно, что стоять на солнце, не отбрасывая тени.

«Смерть — твой величайший союзник» — заявляет шаман дон Хуан. Квантовый физик, интересующийся параллельными мирами, несомненно, сказал бы, что нет смерти без жизни.129 В том, что в радужной медицине называется страной грез, а в физике — математическим формализмом, и жизнь, и смерть присутствуют одновременно (в параллельных мирах). Ничто не может быть живым, не будучи также мертвым, и ничто не может быть мертвым в общепринятой реальности, не обладая жизнью в стране грез. Неизбежность смерти в общепринятой реальности, открывает осознание к гиперпространствам страны грез в повседневной жизни. Прибавляясь к жизни, смерть создает фантазию и отстраненность.


129 Мне, в частности, приходит на ум квантовый парадокс под названием «Кошка Шредингера», в котором кошка может быть и мертвой, и живой в квантовом мире до наблюдения. Основная идея состоит в том, что отдельные состояния жизни и смерти присутствуют как параллельные миры, даже хотя наблюдаемое в общепринятой реальности состояние жизни (или смерти) исключает эти миры.


На еще одном этапе процесса умирания, смерть становится угрозой крайних измененных состояний сознания. Смерть побуждает вас развивать вашу способность проходить через видения и страдания, олицетворяемые мирами бардо в «Тибетской Книге Мертвых». В этих измененных состояниях многие люди снова ненадолго встречаются с неразрешенными жизненными проблемами, неутоленными страстными желаниями, и своей старой косной индивидуальностью, на этот раз, возможно, в виде ужасной маски. На этом этапе жизни угроза смерти предлагает вам познакомиться с квантовым миром видений, с монстрами сновидений, и с мирами бардо.130 Судя по моему ограниченному опыту, эти видения быстро проходят или могут не появляться, особенно, если ранее в своей жизни вы уже боролись с некоторыми из этих монстров.


130 «Бардо» — тибетский термин, означающий «фаза». Бардо относится к фазам в повседневной жизни, а также при приближении смерти («свет», «голодные призраки» и т. п.) и после наступления физической смерти. Более подробно об этом можно прочитать в «Тибетской Книге Мертвых и Живущих» Согьяла Ринпоче (Sogyal Rinpoche, Tibetian Book of the Dead and Living)


В жизни смерть подобна строгому учителю дзен, стоящему перед вами с палкой. Без осознания, наилучшим вариантом прохождения через эти трудные состояния бардо, полные удивления и страдания, могут быть обезболивающие препараты и морфий. Я не осуждаю никого, кто хочет проводить свои последние дни под действием наркотиков. Однако, на основании моего опыта работы с людьми, стоявшими на пороге смерти, мне представляется, что не может быть ничего более замечательного, чем знакомство с техниками медитации и фантазии, которые дают возможность переживать некоторые из самых поразительных состояний в конце жизни. Если вы научитесь иметь дело с измененными состояниями сознания, то жизнь на пороге смерти может показаться вам похожей на чудо.131


131 См. мою книгу «Кома, ключ к пробуждению»


Когда смерть стучится в дверь, больше уже не остается никакого желания «исцелений» этого старого тела в общепринятой реальности. Человек, который слишком долго борется со смерть, может избежать обретения осознанности своей внутренней истины и самого подлинного образа. Те, кто могут открываться к таким событиям, как смерть, находят вблизи хаоса не бессмысленность, а старого Друга. В двенадцатом столетии суфийский поэт Руми так выразил эту мысль:

Если ты не можешь сделать эту работу сам, не беспокойся

Тебе даже не придется выбирать между одним способом или другим.

Друг, который знает гораздо больше чем ты,

Принесет трудности, и горе, и болезнь как лекарство, как счастье,

Как сущность того момента, когда ты побежден, когда ты слышишь приговор,

И можешь, наконец, сказать голосом Аллаха — я доверяю тебе убить меня.132


132 Rumi Daylight



Я разработал два упражнения, позволяющие увидеть, что происходит, когда ваш повседневный ум капитулирует. Первое имеет дело с творческой способностью, а второе с прохождением через коматозные состояния.