Часть II ТЕОРИЯ И ОБУЧЕНИЕ

9. КОМА И ОПЫТ ШАМАНИЗМА


...

Работа в каналах


Следовать за процессами — значит устанавливать связь с переживаниями в той модальности, в которой они выражены. Например, могут быть визуальные режимы, как в видении ангельского корабля у Джона или плана трамвайных линий Цюриха у Питера. Моя мама перед смертью была поражена видом очень яркой звезды. Другие могут видеть умерших родственников, проводников или мудрых учителей. Когда люди воспринимают свои переживания зрительно, говорите с ними, используя визуальные термины. Побуждайте их разглядывать различные формы, цвета, огни и т. д.

Дыхание коматозных пациентов — это слуховое переживание, содержащее массу информации. Торжественное пение Питера вышло из его дребезжащего кашля. Работайте со слуховыми сигналами, слушая их, отражая или повторяя их или даже добавляя к этим звукам свои собственные шумы.

Некоторые с виду неуместные движения рук Питера были сигналами, они привели к тому, что он стал дирижировать нашим пением, как заправский симфонический дирижер. Его движениям не хватало поддержки со стороны. В еще одном случае то, что женщина время от времени двигала головой направо, говорило о том, что она смотрела на своего воображаемого будущего мужа. Судороги рук маленького ребенка, умирающего от опухоли мозга, были началом процесса объятия. Фактически во многих коматозных состояниях, которые я наблюдал, движения развивались в некий процесс объятия, прикосновения и любви.

Некоторые люди испытывают телепатические переживания и ощущение, будто они находятся в различных других местах. В своих переживаниях они воспринимают свое тело летящим над землей, хотя нам кажется, что их тело агонизирует. Мы должны быть осторожными и не пытаться угадывать, что переживает коматозная личность — это редко совпадает с тем, чего мы ожидаем. Многие телесные чувства непостижимы для внешнего мира. Наши интерпретации визуальных и слуховых сигналов, таких, как лицевые гримасы или кашель, почти никогда не совпадают с телесными чувствами коматозной личности, поскольку эти интерпретации основываются на наших переживаниях в ситуации нормального функционирования нервной системы. Человеку в коме может казаться, что он улыбается, хотя мы полагаем, что он строит злые гримасы.

В полукоматозном состоянии люди могут ощущать, что мир мучает их тело. Я часто замечал, что это чувство связано с негативным отношением больничного персонала к пациенту. Кое-кто из персонала не понимает внутренних переживаний или считает, что пациент утрирует свою ситуацию. Временами подобная боль может быть вызвана чувством неполноценности или гневом, направленным против властей. Я вспоминаю молодого пациента со СПИДом, который страдал от ужасных болей в желудке. Когда он сердился на меня, ворчал и объяснял мне, каким должен быть хороший терапевт, ему становилось лучше.

В коматозном состоянии люди, как правило, не испытывают сильных болей, потому что они не отождествляют себя со своими нормальными телами. (Я объясню это более полно в следующей главе.) Выходя из комы, они снова чувствуют боль, так как восстанавливают свои прежние самоотождествления. Когда боль налицо, это происходит потому, что нам по какой-то причине нужно ее чувствовать. Я вспоминаю одну женщину, которая из глубин частичной комы бормотала, что она — могущественный лидер. Когда она вышла из комы и вернулась к нормальной самотождественности, она пожаловалась, что боль мучила ее месяцами. Я рекомендовал ей вернуться назад и почувствовать свою боль, а потом из своего чувства создать картинку. Она сделала это, и в ее видении обозначился источник боли: «дьявол» с вилами! Тогда я попросил ее думать мыслями дьявола. Она улыбнулась, но сказала, что не может этого сделать, потому что это значило бы быть слишком могущественной. В коме она была способна отождествляться со своей силой, но в нормальном состоянии эта сила была для нее запретной.

Боль указывает на то, что нам нужно интегрировать ее источник. Тот, кто создает боль, — это часть нашей собственной психологии, в которой мы нуждаемся. Если мы не улавливаем ее сознательно, она ранит нас. Существует множество способов облегчить боль, работая с фигурами, которые ее создают. Однако нам следует быть осторожными в отношении того, чтобы рекомендовать подобный психологический подход к боли всем без разбора. Некоторые люди могут не добиться успеха в психологической работе, потому что нуждаются в большей зависимости от других или просто в медицинской помощи. Кроме того, при отсутствии какой-либо формы процессуальной работы, направленной на интеграцию боли, лекарства остаются более предпочтительным средством.

Мы часто и неверно проецируем на умирающих людей убеждение, что они испытывают боль. Чтобы проверить, верна ли такая проекция, спросите пациента, испытывает ли он боль. Предложите ему ответить да/нет движением пальца, бровей или с помощью изменения частоты дыхания.