Бен–Йегуда Н. ИЗМЕНЕННЫЕ СОСТОЯНИЯ СОЗНАНИЯ В КОЛДОВСКИХ ПРАКТИКАХ: СОЦИОЛОГИЧЕСКАЯ ТОЧКА ЗРЕНИЯ[22]


...

Колдовство на Западе

Существуют солидные документальные свидетельства того, что разные стадии развития индустриального современного Запада сопровождались всеобщей и повсеместно распространенной верой в колдовство. По крайней мере, в четырех известных случаях можно говорить о том, что вся социальная система была охвачена верой в существование ведьм, колдовства и магии.

Первый из них – это, конечно, охота на ведьм в Европе, которая длилась приблизительно с 1450 по 1650 гг. [2]. Европейская ведьмовская истерия «представлялась как страшная и опасная смесь колдовства и ереси. Чары – это… все, что производит сверхъестественное воздействие через заклинания и ритуалы… Другой элемент, ересь – это… договор с дьяволом, шабаш ведьм в форме черной, извращенной, вывернутой наизнанку мессы» [21, p. 8]. (…) Наиболее интенсивно охота на ведьм происходила в Германии, Франции и Швейцарии [4; 14; 21; 24; 25; 27]. Ведьмовская истерия создала особенную социальную реальность в континентальной Европе по крайней мере на 200 лет, в которой вера в существование колдовства была глубокой, повсеместной и практически не менялась. Даже величайшие умы того времени – Ньютон, Бэкон, Бойль, Локк, Гоббс) также твердо верили в колдовство. Такая социальная реальность проложила дорогу для преследования и казни ведьм, как правило, через сожжение, и едва ли не полмиллиона «ведьм» было казнено за эти два столетия [4; 11; 24; 12, p. 16–17]. За колдовской истерией в Европе стояла социальная реальность, которая основывалась на повсеместно принятых теориях доминиканцев, которые представляли мир как поле битвы между Добром и Злом, Богом и Сатаной или «сынами света» и «сынами тьмы». Общий страх, что «сыны тьмы» могут выйти победителями из битвы и повергнуть мир в ад, не был совсем безосновательным. Некоторые ранние признания осужденных ведьм подкрепляли и усиливали этот страх. (…)

Вера в ведьм обеспечивала также решение других социальных проблем. Если врачеватели не могли вылечить какое–либо заболевание, они объявляли его причиной колдовство. Зильбург (Zilboorg) [31], Тревор Рупер (Trevor Roper) [27] и Розен (Rosen) отмечают, что колдовство в Европе было жизненно важным элементом для преодоления ужасных социальных, политических, экономических, демографических, идеологических и религиозных потрясений, имевших место вплоть до Ренессанса, а также, что преследование ведьм помогло многим европейцам переопределить для себя нравственные границы. Иными словами, социальная реальность, созданная истерией, помогала снижать уровень тревоги, вызываемой происходящими в обществе изменениями, задавать структурированность, значение и смысл для освоения изменившейся ситуации, и действовала в качестве механизма общественного контроля. В трех остальных случаях все социальные системы Запада охватывала вера в колдовство. Во–первых, это охота на ведьм в Салеме, США в 1692 г. [11]. Во–вторых, – более короткая и менее жестокая ведьмовская истерия в Англии, совпадающая по времени со II в. европейской истерии [24]. Менее известный третий случай имел место в Шотландии с 1563 по 1730 гг. [24]. Многие источники отмечают сходство ведьмовских истерий в Англии, Шотландии, Салеме с европейской истерией, несмотря на существующие объективные различия между ними. Так, например, Эриксон и Беднарски (Bednarsky) утверждают, что истерия в Салеме служила средством для установления новых нравственных границ в пуританском обществе [1].

Последнее, что мы должны обсудить, это современный интерес к «черной магии» и «оккультным наукам» в западных странах. Причины этого интереса, описанные Моуди [22] и Труззи (Truzzy) [28], аналогичны описанным выше:

«Рост веры в колдовство – попытка многих людей вновь обрести чувство контроля над своим окружением и своей жизнью… Современные сатанисты черпают чувство защищенности из идентификации с могущественными силами». Это полностью совпадает с причинами европейской истерии [22, p. 381–382].