Карлин А., Пост Р. Д., Беккер К., Алперн Л. РОЛЬ МОДЕЛИРОВАНИЯ И ПРЕДЫДУЩЕГО ОПЫТА В ОБЛЕГЧЕНИИ ИНТОКСИКАЦИИ МАРИХУАНОЙ[5]


...

Обсуждение

Прежде чем интерпретировать данные о влиянии поведенческого моделирования на интоксикацию марихуаной новичков, необходимо определить, насколько успешно были выполнены моделирующие манипуляции. Данные, подтверждающие это, носят достаточно противоречивый характер. Испытуемые не оценивали степень интоксикации помощника экспериментатора как более высокую, когда он действовал соответствующим образом, но при этом его поведение оказывало большое влияние на них, что выражалось в увеличении количества времени, потраченного на игру с психоделическими игрушками, в ослаблении памяти при приеме наркотика (эффект, созданный во многом благодаря помощнику) и в тенденции есть больше при условии НМ. Моделирование, по–видимому, влияло хотя бы отчасти, но, кроме того, новички под воздействием марихуаны слабее оценивают вызванное приемом марихуаны поведение у других.

Наивные испытуемые испытывают большее количество эффектов наркотика после потребления активного наркотика, чем плацебо, что было подтверждено полученными данными. И субъективные оценки, и результаты выполнения тестов показывают, что новички, не имеющие опыта приема марихуаны, также испытывают эффекты наркотика и также признают их.

Гипотеза, что люди без предшествующего опыта выше оценивают степень своей интоксикации и демонстрируют большее ухудшение выполнения заданий, если принимают активное наркотическое вещество (а не плацебо) и при этом наблюдают демонстрируемую им модель обусловленного интоксикацией поведения, была частично подтверждена. При этом демонстрируемая модель поведения не влияла на оценку степени своей интоксикации, а влияние демонстрации модели поведения на выполнение когнитивных тестов было подтверждено только для одного из них – задания на вербальное научение. Так, те, кто принимали наркотик и наблюдали модель, показывающую ослабление памяти, научались медленнее, чем индивидуумы, на которых влиял только наркотик. Эти данные сходны с теми, о которых сообщали Карлин и другие [3] относительно опытных курильщиков. Они обнаружили, что оценки степени собственной интоксикации не были подвержены влиянию внешних факторов, но выполнение заданий ухудшалось сильней, когда человек ожидал этого и когда обстановка вокруг более способствовала вхождению в состояние интоксикации. Выполнение оказывалось более чувствительно к влиянию взаимодействия факторов наркотика и обстановки, нежели такие показатели, как субъективная оценка своего состояния. Эти данные поднимают множество вопросов о природе оценочных шкал и процессах оценки интоксикации.

Часто предполагаются положительные, даже изоморфические корреляции между оценками степени собственной интоксикации и ее объективными показателями. Так, когда Джоунс [4] рассматривал зависимость оценки собственной интоксикации от предшествующего опыта употребления наркотика, он предполагал, что различия в оценке обусловлены различиями в интоксикации, а не просто различиями в использовании оценочной шкалы. Это весьма возможно, однако оценочная шкала является выражением субъективных норм, и уровень интоксикации оценивается скорее по ним, нежели по объективному уровню интоксикации. Если так, то обратная реверсивность, описываемая для интоксикации марихуаной, представляет собой сдвиг в нормах, по которым люди оценивают влияние наркотика на них самих.

Гипотеза может быть переформулирована: предшествующий опыт употребления марихуаны облегчает интоксикацию через процесс социализации, в котором эффектам наркотика придаются новые смыслы (meaning). Акцент смещен на понятие процесса. Оценка интоксикации может быть функцией интерпретации, а не симптомов самих по себе. Интерпретация основывается на повторном научении и опыте социализации. Индивидуумы после курения марихуаны могут пережить провалы в памяти, хихикать и быть не в состоянии завершить предложение, но не узнавать в этих симптомах признаки интоксикации, пока эти симптомы не возникнут несколько раз в контексте использования наркотика. Это происходит потому, что узнавание интоксикации является результатом дискриминативного научения, которое происходит не за один раз.

Также может существовать и второй аспект социализации. «Наивные» в отношении марихуаны индивидуумы часто имеют нереалистичные ожидания и страхи в отношении марихуаны, основанные на существующих в средствах массовой информации представлениях. Когда возникающий у человека опыт не оправдывает ожиданий, то он уверен, что не находится в состоянии интоксикации. Повторный опыт формирует ожидания, соответствующие действительности, и тогда оценки степени своей интоксикации начинают расти. Оба этих фактора, по–видимому, вносят вклад в научение различения интоксикации, заставляя предположить, что научение имеет скорее процессуальный характер, а не совершается моментально, то есть за одну попытку. Также возможно, что моделирование действительно может изменить поведение только в том случае, если испытуемый как объект моделирующего воздействия воспринимает и отличает поведение, призванное служить моделью. Можно так сформулировать новую гипотезу: предшествующий опыт с марихуаной облегчает интоксикацию через процесс социализации, в котором по–новому означиваются эффекты наркотика и изменяются субъективные оценки интоксикации.

Дополнительные данные относительно интоксикации марихуаной у опытных курильщиков были получены в ряде исследований, описанных в более ранней публикации [3]. Данные включали самооценку интоксикации, показатели выполнения и список симптомов. При обобщении данных ряда исследований, включая настоящее, были сформированы следующие группы:

• испытуемые, имеющие опыт употребления марихуаны, которые в исследовании курили сигареты с плацебо;

• опытные испытуемые, которые в эксперименте курили сигареты с марихуаной, содержащие 7,5 мг ТГК;

• «наивные» в отношении марихуаны испытуемые, которые курили сигареты с плацебо;

• «наивные» испытуемые, курящие в эксперименте сигареты с марихуаной, содержащие 7,5 мг ТГК.

Все испытуемые участвовали в исследовании, направленном на изучение влияния социальных факторов на интоксикацию марихуаной, и, в связи с этим, на их поведение воздействовали такие независимые переменные, как социальная обстановка и прием наркотика/плацебо. Для целей данного исследования фактор социальной обстановки временно игнорировался. Испытуемые рассматривались только с точки зрения наличия/отсутствия предшествующего опыта употребления наркотика, а также приема действующего наркотика или плацебо. Это задает 2 х 2 матрицу сравнения оценок реакции на наркотик или плацебо как функции опыта. Данные представлены в табл. 6. Уровень интоксикации по данным самоотчетов «наивных» испытуемых был в два раза ниже, чем уровень по оценкам опытных как для условия приема действующего наркотика, так и для ситуаций приема плацебо (фактор опыта F = 31.03, df = 1,76,p <.01; фактор наличия наркотика F = 49.54, df = 1,76, p <.01; взаимодействие этих двух факторов F = 6.06, df = 1,76, p <.05). Хотя и опытные, и наивные в отношении марихуаны испытуемые чувствовали себя более опьяненными после курения марихуаны, а не плацебо, наивные испытуемые, в целом, ниже оценивали степень своей интоксикации. Возникает вопрос: было ли обусловлено это различие неправильной техникой курения и, следовательно, меньшим количеством полученного наркотика, или отсутствием соответствующих изменений в метаболических процессах, необходимых для переработки ТГК, или же различиями в опыте социализации?

Таблица 6. Средние оценки собственной интоксикации



ris6.png


Гипотеза о различной социализации подтверждена данными о количестве отмеченных в контрольном списке симптомов, которые представлены в табл. 7, и показателями качества работы, представленными в табл. 8. Группы опытных испытуемых, одна из которых курила марихуану, а другая – плацебо, значимо не отличались друг от друга по числу симптомов, отмечаемых ими у себя после курения. По фактору порядка проведения тестового испытания было обнаружено единственное значимое различие (фактор порядка тестовой проверки F = 47.87, df = 2,76,p <.01; фактор опыта F = 2.01, df = 1,38,p <.05). Испытуемые, имевшие опыт в отношении марихуаны, значимо не отличались от новичков при выполнении когнитивных тестов. В этих заданиях значимые различия были обнаружены только между группами, принимавшими наркотик и плацебо. Эти данные подтверждают, что различия в оценках, даваемых опытными и наивными испытуемыми, объясняются их различной интерпретацией эффектов наркотика, а не физиологическими различиями в интенсивности эффектов наркотика.

Таблица 7. Среднее число отмечаемых испытуемыми симптомов, выделяемых спустя 30 минут и 2 часа после приема наркотика



ris7.png


Таблица 8. Средние значения показателей выполнения когнитивных тестов в группах опытных и «наивных» в отношении марихуаны испытуемых



ris8.png


Указана значимость различий только по фактору «наркотик – плацебо»: ** p <.05, *** p <.01.

Эти последние данные и их анализ являются апостериорными, и к ним следует относиться с осторожностью. Тем не менее они обращают наше внимание на следующий факт: симптомы и снижение продуктивности не определяют непосредственно оценку собственной интоксикации, а должны быть проинтерпретированы человеком с позиций его предшествующего опыта, чтобы он оценил свое состояние как интоксикацию. Реакция на марихуану является, по крайней мере, частично фармакологически обусловленной, но интерпретация симптомов, составляющих эту реакцию, есть решающий фактор, определяющий, переживет ли человек «выход» или просто станет забывчивым, легкомысленным и т. д. Повышение чувствительности к интоксикации марихуаной и опыт «реверсивной толерантности» являются, по–видимому, скорее когнитивным, социально обусловленным, нежели физиологическим процессом.