Способы индукции и техники вхождения в ИСС

Как уже говорилось выше, способы индукции и техники вхождения в ИСС обусловлены конкретным культурным и социальным контекстом. Самая общая классификация способов индукции таких состояний представлена в работе Арнольда Людвига [19], который выделил среди них пять основных:

1) редукция экстероцептивной стимуляции и/или моторной активности;

2) повышение экстероцептивной стимуляции и/или моторной активности и/или эмоций;

3) повышенная готовность или психическая вовлеченность;

4) сниженная бдительность или ослабление критичности;

5) наличие соматопсихологических факторов, то есть изменения в химии или нейрофизиологии тела.

Кроме того, для каждого из них он описал многочисленные техники, основу которых и составляет данный способ.

Вольфганг Жилек [6] при изучении ИСС у североамериканских индейцев подробно проанализировал (на примере церемонии «Танец

Духа») используемые в обрядах техники вхождения в данные состояния и лежащие в их основе конкретные методы индукции ИСС. К таким методам он отнес:

• сфокусированное суггестивное внимание (прикосновение к посвящаемому жезлом, имеющее огромную символическую значимость);

• болевую стимуляцию (техники истязания посвящаемого или самоистязание);

• гипогликемию* и обезвоживание* (которое технически достигается воздержанием от воды, интенсивными физическими нагрузками и потением под шерстяным одеялом);

• крайне интенсивную двигательную активность (техники бега и непрерывного танца);

• температурную стимуляцию – холодом и жарой (бег босиком по снегу, купание в ледяных реках или в зимнем океане, обливание холодной водой, перегрев под шерстяными одеялами);

• акустическую стимуляцию (техники непрерывного пения, барабанного боя и других ритмичных звуков, соответствующих по частоте тета–ритму электрической активности мозга);

• уединение и ограниченную подвижность (уединение в темноте в курительной палатке при строгом соблюдении тишины и избегании любого телодвижения);

• лишение сенсорного распознавания зрительных образов (завязывание глаз посвящаемому);

• лишение сна;

• кинетическую стимуляцию (ежедневная процедура «хватания»);

• гипервентиляцию* (от посвящаемого требуется глубоко, часто и непрерывно дышать).

М. Добкин де Риос [5] подробно изучала проблему культурно–исторической обусловленности способов, техник (она исследовала использование растительных галлюциногенов), норм, правил и самого процесса вхождения в ИСС, которые фиксируются в ритуалах, характерных для конкретной культуры. Автор подчеркивает, что ритуал являлся средством, с помощью которого общество могло контролировать употребление галлюциногенов, и обращает внимание на то, что злоупотребление начинается, когда в сообщество попадают психоактивные вещества, которые не были интегрированы в культуру. Например, у австралийских аборигенов не было зависимости от питури*, употребляемого в религиозных целях, но после прихода европейцев им стал доступен алкоголь и в их сообществе началось распространение алкоголизма.

Питер Фурст [18] исследовал способы и средства индукции ИСС у некоторых коренных народов Северной Америки и Месоамерики. Им были рассмотрены такие традиционно применяемые способы вызывания ИСС, как:

• использование природных галлюциногенов, содержащихся в животных (некоторые виды ядовитых пауков, ящериц и скорпионов) и растениях (табак*, пейотль*, мескалиновые бобы (см. «Мескаля бобы»*), ололиука*);

• членовредительство (часто в сочетании с кровопотерями);

• ритуальная паровая баня.

Как дополнительные факторы, способствующие вхождению в ИСС, он также включал сюда физические нагрузки, голодание, жажду, депривацию сна, исключение соли.

Конкретные техники вхождения в ИСС в традиционных сообществах также подробно рассматриваются в работах Р. Г. Уоссона [13; 21] (он изучал использование галлюциногенных веществ), Э. Бургиньон [2], К. Уорд [20], Р. Принса [10].

Постулируя в своем эссе «Рай и ад» огромное значение для культуры визионерского опыта и его значимость для отдельного человека (что отражается в присущей каждому потребности пережить ИСС), Олдос Хаксли [14] обращается к существующим в культуре способам индукции этого опыта.

Анализируя визионерский опыт как ИСС – его характеристики, содержание, функции, способы его индукции, Хаксли выделяет как основные следующие характеристики визионерского опыта:

• переживания яркого, сияющего цвета и ослепительного света;

• снижение уровня обобщения и переход к допонятийному мышлению;

• неузнавание видимого объективного мира, его субъективная незнакомость;

• появление ощущения необыкновенной красоты увиденного и повышенной («сверхъестественной») значимости воспринимаемого, а также зачастую галлюцинации.

При этом визионерский опыт предстает у Хаксли как «высшее» ИСС и потому имеет определенное, фиксированное содержание, которое носит кросскультурный характер. Это содержание составляют характерные для всех культурных традиций представления об «Иных Мирах» (рае, золотом веке, месте обитания богов, душ умерших и т. п.). При этом предметы, являющиеся неотъемлемыми частями (или атрибутами) этого «Иного Мира» (такие, как драгоценные камни, цветы, предметы из стекла и металла, ярко окрашенные предметы, пламя, лампады, горящие в темноте свечи, ювелирные украшения, пейзажи и др.), обладают следующей особенностью: их созерцание помогает человеку достичь визионерского переживания, то есть они выступают как средства индукции ИСС. Эти предметы нашли отражение в определенных произведениях искусства, способность которых вызывать видения анализирует Хаксли. Он обнаруживает интересную закономерность: индукция отдельного признака ИСС является способом вхождения в такое состояние. Рассматривая историю изобразительных искусств, Хаксли замечает: вхождение в моду того или иного вида искусства (например, смена витражей в церквях скульптурой) связано с популярностью в конкретный исторический момент определенного признака ИСС, индукция которого позволяет достичь визионерского переживания (то есть конкретная культура в определенную историческую эпоху санкционирует определенный способ индукции ИСС). Здесь культура выступает как совокупность форм фиксации не только общечеловеческого визионерского опыта, но и способов индукции данных измененных состояний.

Хаксли рассматривал условия, облегчающие вхождение в спонтанное визионерское состояние. К ним относятся:

• пост (и, как следствие, гипогликемия и витаминная недостаточность, из–за которой из крови выводится никотиновая кислота, препятствующая видениям);

• сенсорная депривация (которая ослабляет обычный опыт восприятия);

• истязания как эквивалент хирургического вмешательства без анестезии (из–за чего в кровь выделяются гистамин, вызывающий шок, и адреналин*, способствующий появлению галлюцинаций);

• культивирование бессонницы и постоянное распевание молитв (человек, у которого нет соответствующего навыка, при непрерывном пении стремится выдохнуть больше, чем вдохнуть, из–за чего развивается гипоксия).

Психология bookap

Хаксли отмечал, что частота встречаемости визионерского опыта является культурно–исторически обусловленной величиной. Так, его значительную распространенность в прошлом (по сравнению с современностью) он объясняет как его большей популярностью в обществе, так и особенностями социально–исторического образа жизни того времени: постоянное недоедание, авитаминоз, локальные инфекции, соблюдение постов, ограничения сна, бедность сенсорных стимуляций (причинами этого выступали религиозные убеждения, бедственное экономическое положение основной массы населения, неразвитая промышленность, низкий технический уровень, отсутствие медицинской помощи), что отражалось, прежде всего, на работе НС.

Фиксированные в предметах культуры средства индукции и конкретное визионерское ИСС предстают в работе О. Хаксли в их взаимной обусловленности: он показал, как такие состояния влияют на культуру (прежде всего, искусство) и как общество формирует их переживание.