Часть первая. Случайные встречи.


. . .

Литературные встречи.

Прощай, дон Хуан! - Моя самая первая книга называлась "Прощание с доном Хуаном" (1998г.). В ней я пересматривал свой опыт магической практики по Кастанеде. Одновременно я заметил, что литературное творчество является очень мощной духовной практикой. А один его аспект в качестве техники магического пересмотра своей прошлой жизни просто неоценим.

В этой главе я поведу речь ещё об одной своей судьбоносной встрече, о своём Учителе, об абстрактном литературном Наставнике, хотя есть у меня ещё и "муза", моя тайная, невидимая, бесплотная, творческая вдохновительница. Сейчас она живёт в сновидениях, изредка проецируя свои высокие творческие энергии в мою комнату, но, однажды, она материализуется во плоти. Спустится в явь. Мне об этом известно, ведь сокровища сновидений открывают человеку его Судьбу и будущее...

Всё смешалась в моём восприятии после магии толтеков, и сон и явь. Потому что, в действительности не существует ни сна, ни яви, а есть только неизменно излучающий свой невидимый, таинственный, духовный свет - непостижимое интеллектом, но познаваемое в опыте - СОЗНАНИЕ.

В этой главе у меня нет потребности выставить себя в качестве заслуженного, признанного писателя, - таковым я не являюсь, - мне интересно проследить своё литературное творчество с духовной, эзотерической точки зрения, как практику.

Но, прежде всего, на мой взгляд, будет очень полезно приоткрыть своему читателю некоторые загадки и "механику" литературного творчества.

Даже такие признанные гении как Л. Толстой, Достоевский, не осознавали в полной мере скрытую духовно-энергетическую суть писательского искусства.

Напрашивается: писатель - это однорогий человек-олень. Почему!?

Да, потому что вся писательская способность заключается лишь в том, чтобы свою правую, пишущую руку приставить сразу к голове, минуя плечо и шею, и записывать тут же прямо из головы возникающие мысли и образы. У обычных людей рука, как ей и положено быть, прикреплена к туловищу. У писателя она произрастает из макушки. Мысли витают в воздухе. Они опускаются вниз. Их надо уметь схватить, принять, вычленить. Хватает мысли всё тот же невидимый астральный рог. И он же тут же отправляет их на бумагу.

Вот и выходит: выглядит писатель однорогим оленем, с рукой - широкая кверху ладонь в растопыренных пальцах, - торчащая основанием из поверхности головы...

Утончённая субстанция "сознание" материализуется в словах.

"В начале было Слово".

Букв очень мало, всего 33. Слов, чтобы описать все вещи и явления мира, сам мир, - много больше. Сочетаний же слов в строчках, предложениях, абзацах, в смысловых контекстах, главах, книгах, - стремиться к бесчисленному множеству. Но и этого бесконечного разнообразия не хватает, чтобы описать, выразить словами чувства, мысли, настроения, состояния, - малую толику неуловимого Сознания! Слова всегда лишь отдалённо-приблизительны, расплывчаты, не точны...

И всё же писатель, работающий со словами, пытается найти наиболее точное сочетание слов, выражающее настроение своих героев и своё собственное. Писатель - художник, рисующий картины словами. Слова - это краски и их смешание в нужных пропорциях...

Художник слова преодолевает чудовищное сопротивление рабочего материала. Он подобно шахтёру перерабатывает груды пустой руды, расшевеливает мощные пласты, чтобы вытащить драгоценный слиток, нужный сплав из нужных слов.

Писатель лепит формы и всовывает в них содержание, смысл.

Слова - своеобразный пластилин, вязкий комок смыслов, смыслообразующих ассоциаций и понятий. Такой кусок пластилина есть рабочий материал, из которого писатель и лепит. Он ещё и скульптор. Из невидимой, тонкоматериальной глины он лепит и создаёт фигуры, портреты, образы, пейзажи, панораму, сюжет. Но и на этом творчество не заканчивается. Писатель оживляет, одухотворяет свою лепку. Он буквально вдыхает в неё свои энергии, настроения, состояния, вызывающие у читателя соответствующие реакции, чувства, ощущения...

Идеи кружатся в воздухе.

Скульптору, художнику слова приходиться работать одновременно сразу на 2-х уровнях, в 2-х пластах, в 2-х пространствах сознания.

Сначала необходимо проникнуть в мир идей, ухватить там "жирную" мысль, потом спустить её пониже, облечь в слова, материализовать, сделать, осязаемой, впечатать в неё чувства, вылепить в художественный образ и, наконец, дать новому слепку жизнь. Вдохнуть в него свою упругую энергию! (Иногда первым появляется зрительный образ, потом уже мысль...).

Автору очень важно самому во всех деталях, отчётливости и подробностях видеть, чувствовать, переживать всё то, о чём он пишет. Чем сильнее развита у писателя эта способность, тем дальше, глубже будет двигаться знакомая нам точка его сознания. И тем более мощные и реалистические энергии одновременно будут запечатываться в словах на бумаге...

Таким образом, писатель запечатывает загадочную, живую ткань сознания, при помощи слов делает своеобразный, невидимый, энергетический оттиск на бумаге.

Однажды, литературным способом запечатанные на бумаге и одновременно в духовном пространстве! образы стереть и уничтожить уже будет невозможно. Рукописи не горят! - как справедливо отметил мастер прозы М. А. Булгаков. Они не горят потому, что даже уничтоженные на бумаге и вместе с бумагой, уже являются тонко-материальной субстанцией, энергетической вибрацией, живой сущностью! Последняя продолжает пребывать в ближайших к людям пластах сознания в ноосфере Земли и стучится, попадает в мозг к этим людям.

Идеи носятся в пространстве. Они - живут собственной жизнью...

Восхваляя какого-нибудь литературного гения, восторгаясь его искусством передачи и запечатки живой субстанции сознания, люди забывают о главном. - Каждый творческий процесс является двусторонним! Писатель и читатель равноправны, равнозначны... Работа автора всегда сотворчество. Он незримо видит, обращается к тому, для которого пишет.

Связка писатель/читатель - это обоюдная взаимообратная, телефонная связь. Автор нечто диктует, передаёт в телефонную трубку. Он выстраивает, создаёт тонко-энергетический канал. Но и принимать, откликаться на другом конце провода тоже искусство!

Способность к распечатыванию, декодированию посланной творческой энергии может быть как развитой, так и низкой.

Каждый читатель неизбежно вступает в сотворчество с автором. И степень, широта, глубина художественного восприятия читателя будет зависеть от уровня его подготовленности.

Читатель может не увидеть, не понять, не разглядеть, не прочувствовать и остаться равнодушным к прочитанному. Духовная запечатка не затронет его душу, энергии не попадут и не войдут в поле восприятия. С другой стороны читательский уровень может быть выше писательского. В таком случае читателя ждёт разочарование.

Так случилось со мной, когда я прочитал одну книгу популярного и модного ныне писателя Б. Акунина. Написано хорошо, ловко, смачно, складно, завораживает, увлекает, даже гипнотизирует, но запечатанные энергии только астральные, эмоциональные, низкие, тяжёлые, отражённые. Со светоносным, сущностным источником не соединяют, высоких, просветлённых энергий не дают. Литературный камушек хорошо смотрится, играет, блестит, благородная огранка, но вот беда, - фальшивый! А значит это не высокая литература, а ширпотреб...

В любом варианте чтение книги - такое же таинство, как и её написание.

Читающий способен вместе с автором взойти, совершить путешествие, проникнуть в достаточно высокие и далёкие, скрытые, невидимые духовно-энергетические потоки. Ведомый собственным сотворчеством читатель попадает в недоступные, закрытые от него ранее пространства сознания. Таким образом, книга, чтение - всего лишь средство, способ сонастройки и подключения к нечто запредельному. А каждая книга является разумной сущностью, эзотерической вибрацией, влияющей на субъект восприятия. Более того, в мистике известны случаи, когда книга внедряется, влияет на сознание человека даже в том случае, когда он её не открывает, не читает! Существуют даже очень опасные, вредные, разрушительные книги (даже если их не читать, а только держать в своей комнате). Например, очень разрушительное (и, конечно же, такое влияние скрытное, незаметное) оказывают на сознание человека книги популярного экстрасенса С. Лазарева о "зацепках" с надоедливо-повторяемым названием "Диагностика кармы"... Не менее губительны и вредны книги Геннадия Малахова. Сознание таких книг захватнически-наступательно, агрессивно, а их вибрации откровенно злые, но большинство читателей этого не видят и не понимают, только изредка ощущая некий неясный, смутный, внутренний дискомфорт...

Как, каким способом открывает мистические, закрытые пространства сознания сам писатель?

Это связано с понятиями энергетических центров, дверей, чакр и более узких створок в рамках этих чакр - "порталов".

Основные двери писателя - венечный или коронный энергоцентр (макушечный), надбровный (или "третий глаз"), подгрудинный (астральный, чувственно-эмоциональный) и некоторые порталы в более узком значении.

Открывается дверь и образуются условия к ПОГРУЖЕНИЮ. Точка индивидуального сознания автора проскальзывает, протискивается, проникает сквозь конкретный портал в закрытое ранее пространство сознания и там - парит, летает! Оттуда она вытаскивает, организует, протягивает назад пойманные, найденные, воспринятые и обнаруженные духовные энергии. Они начинают активно работать.

Далее писатель (процесс почти одновременный) сонастроенный на собранные точкой его сознания световые волокна, пропускает их свет через соответствующий канал, который замыкается на руку (или на руки в случае набора на компьютере). После сплавления, оформления, мгновенного преобразования пропущенных писателем энергий в буквы, в слова, он таким способом запечатывает, материализует, заземляет одновременно духовную ткань сознания. И уже не важно, где находится текст, в черновике ли, в изданной книге или на экране компьютера. Энергетическая вибрация уже создана, оформлена, она присутствует, влияет, действует в незримом пространстве. На этом писательская миссия закончена, но не закончен творческий процесс!

Вступает в силу читательское творческое восприятие. Если читателю удалось свободно сонастроиться на интонации и авторские настроения, то индивидуальная точка сознания читателя попадает в тот же духовный поток. Она скользит и плывёт в нём...

А далее происходит удивительный и таинственный процесс. Необходимая, нужная энергетическая дверь открывается и у читателя! И он попадает, пролетает, проникает в то же самое пространство, измерение сознания, в котором уже был, находился, купался писатель. Писатель не выше читателя. Они равны. Просто он первый, ведущий...

Как узнать попал ли ты в поток?

Это несложно. Познающий начинает повторять чувства, мысли, состояния, откликаться на переживания автора. Он входит в глубокое со-переживание, чем более полное, тем более глубокий след, оттиск своего сознания оставил гравёр, художник слова.

Наличие необходимых и уместных точных деталей, описательных литературных подробностей способствует более гармоничной сонастройки точки сознания и углубленному читательскому погружению. Мастерски написанный этюд почти всегда приводит к ДВИЖЕНИЮ точки сознания воспринимающего!

Литературное творчество - это всегда изменённое состояние сознания автора, которое с той или иной степенью может быть повторено и пережито и читателем. Нередко читатель получает больше...

Процесс писательства - это повышенная чувствительность и тонкость восприятия, сочные краски и образы (открытие "третьего глаза"), некая, порой даже психически не совсем нормальная, творческая лихорадка, возбуждённость, активный наплыв чувств и мыслей (точка сознания осуществляет движение на уровень тела сновидений). Это водоворот и наибольшая активность ассоциативных связей. Очень многие писатели не скрывают психологии своего творчества и говорят о нём, как о неких "подключениях"...

Можно напомнить процесс и читательского погружения, при котором какая-нибудь книга настолько увлекала, что забывал о еде, усталости, сне, времени. Это ИСС - изменённое состояние сознания...

А кому не знаком процесс сладостного погружения в какой-нибудь ирреальный мир добротно сделанной фантастики или волнительного, предвосхищённого удовольствия от интригующего детективного расследования?

Увы, как и всё в нашем мире, пространства сознания могут оказаться подлинными, соподключающими, развивающими читателя и ложными, фальшивыми, поддельными.

Писатель может открыть не ту дверь и попав в бутафорную комнату, взять и привнести оттуда фальшивые энергии, которые не соединяют с духовным источником. В итоге - имитация, литературная подделка. Не попадёт никуда и ничего не приобретёт для себя в этом случае и читатель... (Пример с Б. Акуниным).

Существуют 2 этапа творческого эзотерического процесса (и любой другой духовной практики!):

1) открытие энергетической двери и проникновение сквозь и за неё; попадание в определённое изменённое состояние, переживание;

2) более высокий и продвинутый - "Горение": сама дверь и пространство за ней - горят!!!

Горение центра даёт чистую, духовную энергию и ощущается как подъём, лёгкость, крылья, творческий взлёт, вдохновение, радость и глубокое счастье.

Писатель, сгорая сам, способен возжечь своей духовной энергией и читателя. Не надо понимать духовное, активное "горение", как "сгорел на работе", "перегорел", - т. е. в отрицательном смысле.

Горение - интенсивное духовное развитие, сплавление и переплавка в единое целое различных энергий познающего, - в духовное, нетленное тело. В своей автобиографической работе "Самопознание" на переживание интенсивного "горения" указывает выдающийся русский философ Николай Бердяев...

Что представляет собой горение эзотерически?

Точка индивидуального сознания, являясь избирательным фильтром, сонастраивается на полосу восприятия утончённых, высоких, просветляющих, "горячих" (огненных) энергий и начинает их вливать в общее поле (биополе) человеческого организма. В результате происходит очищение и кристаллизация принципиально новой духовной структуры - тела Любви и блаженства. О наиболее полной включённости и погруженности в область высоких (божественных) энергий свидетельствует творческий экстаз, инсайт (ментальное озарение), сатори (малое просветление) и в своей самой высшей стадии - самадхи (полное погружение сознания в Бога, Дао, Пустоту с отключением от восприятия внешнего мира и тела).

Что необходимо предпринять, чтобы творчески воспламениться?

- Писателю писать, а читателю - читать. (Впрочем, и читатель может попробовать писать).

Из авторского дневника о состоянии творческого горения (1998 г,19 июня):

...Нечто во мне потихонечку накапливается, долго, смутно и упрямо зреет. Взращивается, пробивается, вынашивается.

Потом, вдруг! - переполнение. Этакое удивительное приятное чувство целостности, наполненности, всеобъемлемости, расширения.

Далее критический предел и... Взрыв! Возбуждение, азарт, озарение, искромётность, вдохновения, крылья! Улетаешь из фактической данности (комната, ручка, бумага исчезают), куда-то западаешь, проваливаешься, к чему-то сокровенному, высокому прикасаешься, подключаешься. Забываешь об обеде, ужине. Есть совершенно не хочется. Тебя питают, насыщают иные энергии.

Сознание влетает в неведомое до сих пор пространство и зависает там.

Тогда жадно бежишь к тетрадке (компьютеру), хватаешь впопыхах первую завалящую бумагу и авторучку и, не видя их, пишешь, пишешь, пишешь...

Энергия буйная, неуемная, колыхающаяся будто сама вливается в формы, в слова, в образы и выплёскивается на лист бумаги (на экран монитора).

Продолжаешь переживать мощный эмоциональный накал, напряжение; наслаждаешься, умиляешься, плачешь, торжествуешь...

Слова просто градом падают с неба, успевай только их хватать, расставлять и записывать! Быстрее ловить и сажать их под обложку, -побудьте здесь, родненькие, теперь не убежите!

Рука не успевает за мыслями. Бывает - стоп! - Заклинило. Обрыв. Долго не можешь найти, подобрать нужное слово. Тормоз. Экая мука... Всего лишь одно слово! Ну, чего застряли, эй, вы там наверху?! - Давай добро! Нет, не идёт. Ушёл поток, отключился...

Попробуешь "сам", - не то... Тогда уходишь гулять куда-нибудь в природу или работаешь на огороде.

Вдруг, ни с того, ни с сего - Бац! Сверху - кап! Нужное слово стремительно горячим огненным метеором как бы нехотя, непринуждённо падает в тебя и в твою голову, вонзается в мозг. - Вот же оно, такое простое, но нужное, точное слово! И в самый неподходящий момент упало!... Мгновенно упавшее словечко всё склеивает, связывает, замыкает разрыв и сюжетную нить, пробивает застой, стягивает в нужный узел и ты не можешь не бежать снова к своему столу, к своей писанине.

Бежишь, спешишь к дому, если далеко, боишься расплескать, растерять собранные мысли, картинки. А, добежав, по новой строчишь без остановки. Уже за полночь, пора спать и никак не остановиться. Заставляешь себя. Ложишься и не можешь уснуть. В твоё сознание без стука вторгаются ещё более удачные и оригинальные слова, обороты, образы, сравнения. Не выдерживаешь, вскакиваешь, делаешь дописки на каких-то обрывках вдоль и поперёк. Снова ложишься и вновь вскакиваешь, потому что такое удачное на редкость слово больше тебе может не придти - лови момент! В общем, так почти всю ночь - возбуждённый, взбудораженный, совсем не до сна. Чувствуешь жар, закипаешь, буквально не в себе - горишь...

Писательство - это болезнь, одержимость, сумасшествие, патология, подключение к неведомой энергии. Вымучивать из себя ничего не надо, будет плохо, не удачно. Нужно писать о том, что наболело, волнует, выстрадано, что само просится на бумагу. О главном.

Не единой строчкой не лгу...

Позже мне открылось, что такие состояния - длительная первичная огненная прочистка. Через несколько лет моё писательское увлечение приобрело более гармоничный и уравновешенный характер. Пламя стало более чистым...

Любопытно, как ощущается духовно-энергетический поток. Само слово - поток, ручей, река, - говорит само за себя. Тебя словно несёт. Всё получается легко, без усилий. Находятся нужные слова, организуется необходимый ритм, настроение. Творческая энергия будто сама пишет за тебя и через тебя. Она лишь использует человека как средство, как инструмент. Ощущение, что пишешь, творишь не ты, а через тебя, что нет нужды в "личном" вмешательстве и усилии, - признак попадания в центр творческого энергопотока. Вопрос только один: какова его духовная суть? У него не всегда могут быть возвышенные истоки. Вспомним в "Мастере и Маргарите" у Булгакова, кто дарует Мастеру покой? - Воланд, владыка тёмных Сил!...

Существует 2 типа писателей. Одни делают акцент в своём творчестве на вымысле, на воображении. Получается правдоподобно. Даже может выбить слезу. (Замечательный рассказ "Лёгкое дыхание" Ивана Бунина полностью выдуман). Второй сорт писателей живописует жизнь с натуры, как она есть, как они её видят и понимают.

В самом деле, чего выдумывать? Жизнь и без того предоставляет столько интересного и оригинального материала, - выдумать такое невозможно, - бери и организуй его!...

Всё, что я фиксирую в своих записках мною лично пережито. Додуматься до такого я бы не смог...

Безусловно, литературное ремесло - очень мощная духовная практика. И за твой же духовной рост, благодатные творческие переживания тебе ещё и деньги платят! А почему бы и читателю не приплачивать немного за то, что он читает?

Тем не менее, именно сам писатель имеет целый ряд дополнительных преимуществ.

Одно из них - магический пересмотр своей жизни. Воссоздавая в деталях картины своего прошлой жизни, автор обеспечивает глубокое погружение точки своего сознания в определённые энергетические матрицы и повторно их проживает, прорабатывает. Итог такого творчества - разблокировка, очищение, освобождение. Становишься всё легче, невесомее, энергетически сильнее. Тело сновидений подготавливается к абстрактному полёту в неизвестное...

Но и читатель в этом аспекте способен не отстать. Если он сильно переживает, сочувствует, откликается на нечто в прочитанной книге, то те же самые блокировки существуют и в нём, а значит действует и процесс духовного очищения. В психологии существует понятия "катарсис" - процесс психо-эмоционального воздействия на сознание человека различных видов искусства (и психологических методов) и последующая энергетическая разрядка.

Однако, писатель, заглядывая почаще в запредельные пространства, оттачивает, утончает, развивает своё духовное видение. Он может "видеть" не только образы, мысли и формы различных энергий из тонкого мира, но воспринимать их качества...

Удовольствие испытываешь от своего всемогущества, всевластия над своими героями и персонажами. (Речь уже идёт о чисто художественных произведениях). Хочу, казню, хочу милую. Писатель - хозяин целой своей творческой вселенной. Он охватывает целые широкие панорамы. Ему доступно оперировать длинными историческими периодами жизни человечества и даже целыми космическими циклами! Всё и вся вмещает в себя единичный свет сознания! Любопытно, но иногда сами герои берут власть над авторами и поступают, как им вздумается. Вмешиваются, вступают в силу реальные духовные энергии. Они стремятся к автономии и проявляются, как им нужно...

И последнее преимущество писателя, которое доступно и читателю, непосредственный акт - духовного горения...

Самую первую попытку и, я бы сказал, примерку к соподключению, Дух, тот самый неуловимый и необъяснимый Дух, о котором речь ещё пойдёт далее, произвёл со мной, когда мне было всего лет 8-9-ть...

В 3-4-ом классе мне взбрело в голову писать личный дневник, и я нацарапывал, запечатлял в тонкой тетрадочке в клеточку кое-какие события и детские впечатления. Записывал нескладно, коряво, подражая кому-то, неумело... Увлечение длилось недолго.

Далее шёл обычный, как у всех, процесс - чтение разнообразной приключенческой детской и юношеской литературы; формирование "читательского" центра, который одновременно оказывается и "писательским"...

В возрасте 18-19 лет, в период студенческой молодости. Мне как-то попала книжонка итальянского писателя Свево "Самопознание Дзено". В ней было запечатлено самоисследование. Автор, глубоко погружаясь в свой внутренний мир, беспощадно его исследовал и описывал. Подобная психоаналитика меня буквально приворожила, загипнотизировала. Я обнаружил и в своей психике точно такие же порывы, влечения, запретные мысли и желания. Я как бы ещё на очень смутном, бессознательном уровне уже предчувствовал, что за всем этим, за неконтролируемой полосой подсознательного, психического скрываются те самые внутренние, бесценные, настоящие, духовные сокровища, которые я, вдруг, обнаружу многим позже...

Неизвестный и абстрактный силуэт далёкого итальянца из прошлого указал мне своим пальцем на одну из планет. Планета называлась - литературное увлечение. Я стал, подражая Свево, составлять подобные самоисследования, обрекая их в некие литературные формы, которые претендовали на оригинальность: "дневник самоубийцы", "жадная любовь" и прочие опусы. Увлечение оказалось спонтанным, неглубоким и не длительным.

Впрочем, ещё существовал эпистолярный жанр. Я заводил дружбу со многими девушками из других городов и вёл с ними намеренную переписку. В своих письмах я всегда для самовыражения применял литературные формы и художественные приёмы. А выливать свои чувства на бумагу конкретному человеку было намного интересней и ответственнее, чем писать "в стол", для себя.

После службы в армии настал новый период моей жизни, в карманах появились денежные знаки и помимо основной, профессиональной деятельности (в сфере торговли) я стал дружить с зёлёным Змиим. Говорят, что на дне бутылки залегает некая истина. В этом есть доля правды, в особенности, если ты чувствуешь глубокую неудовлетворённость своей жизнью. По крайней мере, алкоголь уводит человека в свои привлекательные миры от будничной, повседневной, серой действительности, наделяя его сознание новыми позициями. Алкоголь в умеренных дозах даёт вначале тебе всё то, что ты хочешь: удовлетворённость, покой, равновесие, раскованность, сведение всех проблем на "нет". А главное - медитативное переживание, тонкое блаженство. Зелёный Змий - одна из форм энергии Земли, которая зашифрована в формуле С2Н5ОН (спирт), является ещё одним духовным Учителем, учителем безжалостным, жестоким, сильным. С ним я в ту пору и повстречался. В нашей стране, вообще, очень много медитирующих от вина и пива духовных практиков... Периодически обучаясь смещению точки своего сознания под руководством "зелёного" Учителя, одновременно, неудовлетворённый бессмысленностью собственного существования, я обратился вновь к составлению дневниковых записей. Читал многих писателей-классиков и периодически посещал местную городскую литературную студию. Вскоре я делаю пробу пера и экспериментирую в области рассказа и сатиры. Вино очень способствовало возникновению оригинальных идей, ярких, сочных художественных образов. (Известно, что очень многие гениальные писатели были хроническими алкоголиками). Через книги я сонастраивался, входил с некоторыми писателями в очень глубокий контакт. Моими литературными наставниками стали И. Бунин и А. Куприн. В особенности с последним я находил так много общего, так живо сопереживал его произведениям и самой жизни писателя, как личности, что даже по прочтению некоторых книг Куприна и его автобиографии плакал.

Как я сейчас вижу, алкоголь позволял мне накапливать остановки внутреннего диалога (по Кастанеде), расшатывал мою точку сознания и способствовал тому, чтобы видеть мир не как все, а со своей, уникальной, оригинальной точки зрения. (Сравните выражения: точка сборки - точка зрения. Все эти совпадения не спроста!) Энергия вина (и пива) позволяет накапливать так называемое "второе внимание" (внимание Сновидения) и служит для перемещения точки сознания на уровень энергетического двойника. А творить по-настоящему можно только с этого уровня: обострённость восприятия, повышенная чувствительность, наплыв ярких, оригинальных форм. Я - нерв, нерв в глубинке России, в её сердце...

И хотя алкоголь способствовал изменённым состояниям сознания, не смотря на некоторые оригинальные свои литературные этюды, мне нечего было по большому счёту сказать другим людям. Я писал для самовыражения, но, естественно, мечтал покорить мир своим талантом. Некоторые литературные способности у меня были, а вот таланта не было. Чтобы он появился, необходим был серьёзный труд, к которому я был не готов и не приспособлен.

Однако, я примерял себе маски хроникёра, литературного наблюдателя, описывающего жизнь, как она есть. Меня влекло обилие человеческого материала. Я был жаден до любой оригинальной человеческой истории и загадки, которую можно было подслушать в случайной пивной. У меня был отдельный журнал, где я собирал свою коллекцию литературных портретов, в которой были проститутки, "голубые", барыги, неудачники, карьеристы и честолюбцы. Жизнь, убеждён был я, надо черпать из самой жизни! А описывать надо лишь то, что пережил, увидел сам. Тогда появиться и достоверность, и образность, и художественность, и талантливость...

Ал. Куприн учил и наставлял меня в этот период и как писать и как жить: погружаться опытно во всё, искать, как ищет охотничья собака, развивать литературный нюх...

Одновременно я испытывал серьёзные внутренние противоречия, разочарования и сомнения в своих литературных данных. Полностью отсутствовали и надлежащие литературные, волевые способности. Я писал только по наитию, под напором сильных эмоциональных волнений и впечатлений. И под "бутылочку"... Алкоголь в действительности никого не смог сделать талантливым. Но, тем не менее, именно его энергия смещала мою точку сознания к первичным, неуравновешенным и буйным творческим потокам. И здесь неожиданно впервые на меня обрушился Дух!... В момент написания одного своего рассказа в полночь я вошёл в глубокое почти трансовое, творческое, эмоциональное наитие, поток понёс меня всё дальше и выше - ночь была на излёте, время для меня отсутствовало и я впервые! пережил, узнал, постиг, что такое творческий экстаз. Максимальное напряжение, вдруг, становиться пиковым и мгновенно оборачивается сладостным достижением, освобождением, счастьем, упоением, восторгом, - слёзы ручьём заливали меня, слёзы Любви и счастья... В этот момент, изливая свои чувства на бумагу, я сострадал, болел, любил и одновременно был неизреченно счастлив и свободен. Это было спонтанным потрясением...

Подобное со мною ранее не случалось. Слёзы любовного, вдохновенного восторга - это для меня было нечто незнакомое, не пережитое, неиспытанное ранее. Но первый творческий прорыв оказался всего лишь пробным "подключением"...

Постепенно мои литературные потуги потеряли для меня свою значимость. Я полностью разочаровался в своих творческих целях и в самом писательстве. А лихой зелёный змей всё чаще закручивал меня в свои грубые, давящие кольца и тиски....

Но судьба смилостивилась, и, заложив очередной вираж, подтолкнула меня к новому познанию. Остро чувствуя потребность в обретении насущного смысла своей жизни, которую ещё более разбередил зелёный Змей, получив от него постепенное избавление, я отправился в удивительный мир эзотерики на встречу с духовными Учителями, впечатления от которых и описываю здесь. И почти одновременно я возвратился к своим дневниковым записям.

Новые литературные наставники и новый период писательской увлечённости меня застали уже после встречи с самим доном Хуаном. Это было в деревне моих предков, на природе... Из своей деревне в соседний посёлок, в небольшую библиотеку я запускал свою руку и выуживал оттуда литературные золотые слитки. Я наслаждался в одиночестве, зачитывался Лесковым, Толстым, Достоевским, Чеховым, Булгаковым.... Я проникался среди русской природы русским сознанием. Я пропитывался глубиной, вибрациями и талантом проникновения в жизнь указанных классиков. Под их неусыпным вниманием я вновь стал писать сам. Мне теперь уже было, что сказать другим людям. У меня появился опыт самопознания...

Здесь и случилось то самое эзотерическое приобщение и сонастройка: открылись какие-то двери и началось "Горение"...

Удивителен процесс творческого поиска. (Он сливается с духовным). Страдания, напряжение, неудовлётворённость, вынашивание, муки, боль, - крылья, взлёт, восторг, горение, Свобода, Любовь, радость... Все эти состояния я переживал в глубоком уединении, отрешении от всей остальной жизни, но я не был одинок. Более того, временами, я переживал не просто беспричинную радость, но и упоение, восторг от собственного неприметного существования в творческих потоках. Упоительно наслаждение творческим одиночеством. Ты один, но сознанием своим способен простираться в неописуемую глубину, ширину и по всем направлениям жизни...

Иногда, очень редко я приносил свои литературные пробы, которые, конечно же, были в большей степени автобиографические, (я писал и чисто художественные вещи), соседу-алкоголику Грише, престарелому еврею, и читал ему вслух. Гриша между продолжительными запоями тоже любил читать книги и классиков в том числе...

Один признанный мастер и писатель со страниц своих книг незримо мне давал одно, другой иное в понимании техники литературного ремесла. А с эзотерической точки зрения я увидел, как они многое прозревали в человеке, "угадывали". Они близко подходили и к собственному самопознанию через своё творчество, но не осмелились двинуться дальше. Вижу своё призвание, чтобы идти в этом направлении... Так появился в моей жизни ещё один Учитель и наставник в моём творческом труде, собирательный Герой, абстрактный русский писатель. Иногда он неожиданно приходит на помощь и даёт мне свои советы. Открылись и тайны эзотерики литературного процесса и тайны духовного горения.

"Писатель" подарил мне, однажды, наиболее ценное - глубокую, непрестанную, внутреннюю неудовлетворённость тем, как я пишу. Осознанием того, что писать надо лучше, чаще, больше. Необходимо многому учиться и работать над слогом, оттачивать его. Только теперь я знаю, как надо писать. Но в своём критическом анализе у меня пока всё выглядит как-то слабо... Изданы, вышли несколько моих книг по проблемам духовного поиска и по эзотерической психологии Но я ещё не написал своих главных работ, не выразил себя.

Ещё напишешь, - слышу я голос русского Писателя. - Бог даст, напишешь...

Творчество стало одним из смыслов моей жизни. Оно приближает меня к загадочному СОЗНАНИЮ. Но как я понял, это, как и всё остальное, человеку даётся, спускается...

Жизнь человека быстротечна. Успеть сгореть в духовном, творческом огне и возродится из пепла в полном, великолепном сознании для новой духовной Жизни.

Психология bookap

Духовный свет сознания огненосен.

Огня! Огня! Огня мне! Ступаю в огонь...