Друг мой Толька - мастер иллюзий (разгадка тайны мастера).

"...На пути сновидений возможно максимальное количество иллюзий и ложного воображения."

Читатель! Я познакомлю тебя с моим другом Толькой. Причём тут Толька? - спросишь ты. Да, я признаться, и сам пока ещё не очень понимаю "причём".

На разных перекрестках судьбы жизнь сводит нас со многими людьми. Когда я первый раз встретил Тольку, он, как сейчас я вижу, переживал сильнейший, духовный кризис возраста сорока лет. Его глаза безумно двигались и вращались. Большой, лысый лоб периодически морщился и напрягался, руки дрожали. Его острый нос, бледно-синий по бокам, странным образом был похож на нос сильно пьющей женщины. Толька разговаривал вслух сам с собой: задавал себе вопросы и сам же на них отвечал.

Со стороны мой новый знакомый выглядел явно как человек не в себе, а попросту "с приветом". Но общался с людьми он вполне сносно. Хоть его и "заносило". В этот же свой период жизни он на свою беду активно читал эзотерическую литературу. Мне же в начале нашего знакомства он дал почитать своё сочинение о собственных, невыдуманных путешествиях на другие планеты с подробными описаниями инопланетян. Ознакомившись с его бредоподобным опусом, я сразу понял, что Толька - будущий клиент психиатрической больницы. Но чтобы не обижать "больного" и не усугублять его психическую несостоятельность, я похвалил его и отозвался о повествовании положительным образом.

Крыша у моего нового друга явно ехала. Точка сборки скользила по световым волокнам в неведомых потаённых лабиринтах его психики. Я был не прав! Мог ли я предположить тогда, что всё описанное Толькой - правда!? То было его духовным опытом и подлинным переживанием. Тольке, вдруг, начали сниться осознанные сны!

Но тогда от всего этого я был бесконечно далек. На начальном этапе нашего знакомства мой друг-сновидящий смело взял на себя роль великого духовного учителя, Гуру надо мной. Я не возражал, людовед и человеколюб от природы, я ещё долго и пытливо разбирался в сложных перепитиях толькиной личности. Мой новоиспеченный Гуру оказался на редкость великим мастером по части создания всяческих иллюзий, фантазёром и непревзойденным мечтателем. Хотя с ним действительно происходили странные и малообъяснимые вещи. Например, на груди и лбу выступали явные мистические знаки (пентаграммы, кресты), в сновидения приходили Боги, великие йоги... Он, как всякий потенциальный пациент ПНД (т.е. психоневрологического диспансера) легко принимал иллюзию за реальность, своё воображение за действительность и убеждал в этом других. До сих пор не знаю, сознательно ли он, начитавшись духовных книг, вводил в заблуждение других или наивно верил во всё сам и в то, что он обладает сверхъестественными, паранормальными талантами. Но в том то и дело, что такие способности тоже были!

Толик, дорогой, - уже учил его впоследствии я, - христианская традиция самая чистая. Она учит помыслы и видения не отвергать, но и не принимать.

А он, бедняга всё близко принимал!

В моём гуру невероятным образом сочетались абсолютная безответственность перед людьми в данности поручений, назначенных встреч, обязательств с вниманием к человеку в любое время к нему пришедшему. Полная лень, безволие с пытливым думаньем, интересом к духовным вопросам и кропотливой работе и талантом в области электроники. (Он занимался ремонтом всевозможных приборов на дому.)

Толька годами давал людям 100%-е обязательства, гарантии по выполнению чего-нибудь - не исполнял, и годами же вполне искренне, душевно и пылко оправдывался, делая очередные чистосердечные обещания на будущее. После многих месяцев раздражения на Тольку человек в отношениях с ним вынужден был принимать его таким, каков он есть. ( Конечно, если хотел, вообще, иметь с ним дело.) При всем этом он был человеком очень робким, застенчивым, редко выходил из дому. Сильно терялся, когда я его приглашал на прогулку. (Как я называл "прогулку с Сократом", "Сократом" был я, но лысый, сократовский лоб был у Тольки). Тогда он беспомощно и растерянно оглядывался на жену, не зная, что одеть, и, вообще, уместен ли его уход...

В начале я ходил к другу из любопытства. Он легко садился в позу лотоса. (С его то комплекцией!) И начинал мне как ясновидящий йог предсказывать грядущее. Изобличить его во лжи не составляло труда. Но он тут же, как ни в чём не бывало, повторно закатывал глаза, морщил лоб, водил своим острым носом и "корректировал" моё будущее.

С течением времени точка сборки моего друга стабилизировалась, благодаря вниманию и любви со стороны его жены и семьи в целом. Глаза сделались более осмысленными и даже проницательными. Толька стал как бы нормальным. И вскоре я убедился, что он на самом деле глубоко проникает в духовную суть вещей.

Шли годы. Быстро выросший в духовных познаниях мне полюбилось приезжать к своему другу и обсуждать духовные вопросы. Иногда споры были слишком горячими, что мы как бы ругались. И я подолгу к нему не приезжал. Вскоре я заимел опыт осознанных сновидений и мой интерес к сновидящему Толику значительно возрос. Нас в значительной мере объединяла симпатия к русскому православию - идея христианской Божественной Любви, и тенденция путешествий и волшебства обоюдного опыта Ясных снов. Но, ох, как трудно мне было отделять зёрна от плевел - его истинный опыт и видение от мастерства построения иллюзий и ложных интерпретаций. Я сердился и проявлял нетерпение в диалогах.

Добрался и до толтековской магии. Дон Хуан захватил меня целиком, как удав кролика. Я возбуждённо примчался к Тольке, притащив недавно проглоченные две первые книги К. Канстанеды, и восторгам моим не было числа. Мой гуру прочитал их, ему не понравилось, и он спустил критику на Кастанеду и заодно на меня. Это стало началом серьезного раскола в наших отношениях. Позже я не выдержал такого непонимания с его стороны и перестал к нему приезжать. Живи один, Толька, без учеников и духовных друзей!

Течет, виляет река-времечко. Случайно от общих знакомых я услышал, что мой друг-сновидящий и мастер иллюзий выписался недавно из больницы (с урологии) в плохом состоянии. У него осталась одна почка. Конечно, надо навестить и поддержать. Толька оказался в подавленном состоянии. В больнице бедный Толька лез на стенки от острой, почечной колики. Он хотел сознательно оставить своё тело, выйдя в осознанный сон навсегда, чтобы ускользнуть от мучительной боли, но ничего не получилось. У него на глазах умер человек, сосед по палате. Эта смерть что-то шепнула на ушко Тольке...

Наши отношения снова завязались. Парадоксы судьбы. Немного позже, когда я серьёзно заболел, нас стала объединять ещё одна общая тема - урология! Мысли о смерти стали придавливать к земле моего друга, и он проникся глубже христианской идеей спасения.

Надо было видеть его выпученные глаза и дрожащие руки. На-те, жил себе человек, жил, ел-спал и, вдруг, обнаружил, что надо срочно спасаться, в спешке куда-то бежать (в разные стороны) и чем быстрее, тем лучше, Иначе вот-вот близка и неминуема страшная погибель и вечные страдания.

Я подарил другу идею о создании во сне волей и воображением себе новой астральной почки. Идея была принята. Духовные возможности человека им оптимистично были осознаны и он несколько успокоился.

Но в следующий раз в беспокойном озарении к нему примчался уже я, на этот раз с идеями Г. Гурджиева. Я тоже проникся мыслями о спасении, но символически у Гурджиева они выражены в другой форме.

Пойми, ты, Толик, мир - это тюрьма! - неожиданно бросаю я, умалчивая, что мне попалась книжная новинка. И выдавая прозрение, как своё, с видом человека, открывающего великую тайну для избранного, продолжаю - человек есть страдающий узник. Он обречён на болезни, старость и смерть. Он в тюрьме мира пожизненно. Но у него есть возможность бежать, представляешь?!

Победоносно смотрю на друга, но Толька этот удивительный, странный Толька, вдруг, пропал, бесследно исчез. Почва его ума оказалась благодатным образом подготовлена и вспахана. Передо мной сидел вовсе не Толька, а чужой и не знакомый мне человек. Это был заключенный №13 в полосатом костюме и шапочке.

Обреченный, да ещё по ошибке, на пожизненное заключение, узник Толька слушал меня безропотно и покорно. Лицо его выражало тоску, вину и глубочайшую безнадёжность. Он уже не двигал глазами и не просил о помиловании. Всем своим существом он выражал немощную покорность ситуации, судьбе и томление в тюрьме мира. И вдруг, его лицо озарило понимание, засветилось жаждой свободы. Бежать! - пронзила его и тайно завладела им невероятная мысль. - Свободы! - страстно и волнующимися руками вцепился он в невидимые, толстые, стальные прутья камеры.

Бежать! - подхватил азартно я, увидев столь разительную перемену друга, солидарность и понимание.

Бежать. Но как?! По Гурджиеву сам заключённый совершить побег не состоянии. Ему должен помочь человек, который сам уже бежал и обрёл свободу. Только он может организовать тот самый побег. Независимый человек по ту сторону тюремной ограды. В нашем с Толькой окружении такого человека не было. Эх, это сладкое слово - Свобода!

Тупик. Безвыходная ситуация. Наш путь во мраке. Выход есть! - торжествую я, - осознанное сновидение!

Постепенно наши с Толиком отношения приобретали новое направление. Мы делились опытом снов, экспериментировали с совместным сновидением. И всё более ведомым становился я.

Я помчался к другу в следующий раз после буйной неспокойной ночи. В темноте кто-то дёрнул меня за астральные ноги с такой силой, что выдернул всего из тела (физического), и я на скорости вылетел в открытый космос. Уж, не шуточки ли это Толика? Надо разобраться.

Я застал мастера иллюзий в некотором смятении. Рядом с ним лежало отпечатанное на машинке описание сложной техники телепортации, перемещения на любые расстояния вместе физическим телом. По видимому, основанное на магии дона Хуана. По выражению его лица и дрожащему к верху остатку волос - антенне на голове, у меня не оставалось сомнений, что мой странный друг только что удачно совершил пробную телепортацию в Москву и обратно в свою подмосковную квартиру на девятом этаже.

Тут, наконец-то, была мною разгадана тайна личности моего друга - мастера иллюзий.

Я - Бог, - поведал мне печально Толька. - Но бывший, понимаешь? Деградированный. То есть, я в своей прошлой жизни был самым настоящим Богом, но стал опускаться, деградировать и меня в наказание отправили на землю, на более низкую ступень развития - быть человеком... Виновато смотрел на меня Толька.

Я сразу понял всё. Все мои разрозненные объяснения про нескладную личность друга, которые никак не могли ранее соединиться вместе, вдруг, замкнулись. Это похоже на правду. Да, это факт! Сумбурные, торчащие в разные стороны части существа неведомого инопланетного человека Тольки, - причесались. Не смотря на столь фантастическую гипотезу.

Вот почему долгое время я не мог разобраться в нём, просчитать, понять до конца его сложную, творческую натуру. А сочетание "деградировавший Бог" сразу всё объясняло, увязывало в одно целое, отображало его суть.

Я отчётливо представил себе, как бог Толька на небе правил небольшой, небесной сферой, восседал на золотисто-облачном троне в атласных, светлых одеждах. Он командовал слугами, стражниками и божками поменьше. Перед ним танцевали танец живота небесные феи. Постепенно он прельстился ими, вожделел. Стал злоупотреблять небесным, винным нектаром, который выпивал в немыслимом количестве. В общем, спился, перестал следить за собой, опускался, вырождался и деградировал. И однажды, тем самым, разозлил старшего бога над ним. Бог-начальник вызвал его к себе наверх, (надо думать ещё выше), стал гневно его распекать, а в конце в наказание опустил в человеческое тело на землю. Задрожал, замигал беспомощно глазами, замотал головой провинившийся бог. Не хотел Толька воплощаться на Землю. Но подул очень сильный кармический ветер.

И подул очень сильный кармический ветер, закружил, подхватил его и понёс вниз к земным утробам. Затаилась одна такая утроба близ Москвы, в Подмосковье, в городе Подольске. Не успел оглянуться Толька, как был притянут в известный дом №3 "б", в кв. №101, что по улице Мраморной. Будто боролись двое, в темноте не разобрать. Раскочевряжалась там утроба. Любопытно стало Тольке - жуть! Никак совладать с собой не мог. Сунул голову. Темно! А-яй! - успел только вскрикнуть бывший бог. Чавкнула утроба и с силой, с хлюпаньем засосала, хищно проглотила бедного Тольку. И получился сейчас такой вот лысый с округлым животиком, с растерянными, виноватыми, но озорными глазами мужичижко. В прошлом Бог, а ныне деградированный Бог - в общем обыкновенный Толька.

Что ж ты, Толька, а!?

Теперь тайна моего бывшего Гуру разгадана!

Эх, несерьёзный ты человек, Толька, опять тебя занесло. Хотя кто знает... В дальнейшем и по настоящее время я так и отношусь к своему другу. Меняя только акцент в зависимости от ситуации удивления или разоблачения, на слове Бог, или с ударением на прилагательном "деградировавший".

Дело в том, что Тольку касался и Бог-отец небесный. Я видел один раз (и больше) его в таком состоянии. Мы шли по улице, прогуливались, и с ним произошла волшебная метаморфоза. На него снизошла, спустилась благодать. Его окружила вселенская любовь, трепет, благоговение, и он всё норовил упасть почему-то передо мной на колени. И я, дабы не устыдится прохожих, вовремя пресекал его попытки.

И всё же не очень всерьёз стал я его принимать... Ну вот, и развилка дорог. Жизнь моя, куда несешься ты?

Расходились мои пути-дорожки с мастером иллюзий. Мой духовный опыт стал главной, а не второстепенной частью моей жизни, самой жизнью.

Я уже - одинокий воин. И, однажды, я пересмотрел своего друга Тольку (т.е. совершил пересмотр в отношении к нему), простился с ним и расстался навсегда.

Я спешил и растягивал время, так много хотел успеть. Но оно как резиновый экспандер сжималось. Работал с молитвой, стремительно менялся. Даже сам себя переставал узнавать. Молитва преобразовывала меня. Шли годы, а мне почему-то жалко было Тольку. Мне казалось, он оставался прежним, не менялся. Но даже и, скорее всего, продолжал деградировать и опускаться...

На одном из духовно-оздоровительных семинаров в Москве я познакомился с пожилым мужчиной, почти дедом. На вид деревня, недотёпа и лопух. Чего его сюда занесло? Разговорился с ним. Дед, оказывается, практикует осознанные сновидения, готовиться к переходу, к смерти. Вот тебе и недотёпа, вот тебе и лопух! Да он поумнее любого академика будет и доктора любых наук! Вспомнил я нашу с Толиком совместную программу спасения - побега из тюрьмы. В плане том мы даже предусматривали помощь друг другу после смерти одного из нас. Умерший первым обязан помочь при последнем переходе другому. Я подозревал тогда, что Толька умрёт первым и поможет мне, ведь он как и я - сновидящий. А теперь думаю наоборот.

Вспомнил о Толике и решил его навестить. По прежнему ли водят за нос и не дают ему зелёный свет к свободе бесы - падшие духи - посредники чёрной магии?

После звонка:

- Кто там? - слышу дрожащий толькин голос.

- Харя Кришны, - крикнул я за дверь свой постоянный пароль.

Мой старый друг и мастер иллюзий встретил меня так, словно мы расстались вчера. Он, оказывается, периодически видел меня на расстоянии и знал, что со мною происходит. На то он и гуру! Нет, Толька зря время не терял. У него новая волна. Он, вдруг, напрягся как Григорий Распутин из фильма, начал видеть какие-то далёкие места и влиять на события на расстоянии.

Когда я просил его ещё и давал своё конкретное место для возможного разоблачения его действий, он говорил - не могу больше, уже много психической силы растратил, устал...

Ты спрашивал, причём тут Толька. Нет, он уникальный человек и стоило про него написать. Вот только я в нём опять запутался. А ты, читатель, разобрался?

 

Таким был мой самый первый духовный учитель и друг.

При всем этом он оставался робким, редко выходил из дома и двигался вперевалочку как медведь.

...На этом заканчивалась некогда написанная глава. Но прошло некоторое время, а эта книга с главой про Тольку была уже издана. Я привёз её своему другу. Толька морщился и кряхтел, когда читал про себя. А дальше время дополнило эту главу следующими событиями с ощущением того, что её дописал не я сам, а мой друг.

С некого, неуловимого мною, переходного этапа Толька самым странным и непонятным для меня образом, вдруг, полностью охладел ко всякой эзотерике и всё более стал походить на обыкновенного, "порядочного" обывателя, который озабочен только земными, насущными потребностями. Ему стало не интересно обсуждать со мной любые духовные вопросы. Он стал равнодушно выслушивать мои повествования на темы духовного поиска. Я терялся в догадках по поводу столь разительной перемены моего друга, но не мог выявить причины. В свою очередь и общение с Толькой мне стало в тягость. Помню после долгого перерыва в отношениях я заехал к приятелю просто так, навестить.

Толька рассказал мне 2 своих ярких сна, и я, мгновенно прозревая их духовно-энергетическую суть, не удержался и произнёс: Толька, ты скоро умрёшь...

Ни один мускул не дрогнул на лице отступника. Казалось, он не поверил моему прогнозу, по крайней мере, он принял моё страшное предостережение внешне безразлично. Но в отличие от социальной личности существует более глубокий уровень подсознания - тело сновидений. А толькин двойник, испуганный и обеспокоенный, прилетел ко мне уже спящему в мою квартиру в эту же ночь и стал меня расспрашивать подробней. К этому периоду я достиг неплохого уровня осознания и контролировал себя во сне большую часть ночи. Я заметил прилёт друга. С уровня сновидения, с положения своего тела сновидения (общались уже наши двойники) я подтвердил смертельную угрозу для жизни приятеля.

Тольке можно было помочь, ведь он после вещего сна имел достаточно большой период оперативного времени. Эта помощь лежала именно в эзотерической, духовной сфере. Но когда я наяву последующие несколько раз ещё приезжал к нему в гости, он как-то снисходительно улыбался, обращая всё в шутку. А эзотерика его больше не волновала. Что я мог ещё сделать для спасения бывшего, воплощённого Бога?

А потом... Вообщем, приблизительно через год я случайно от общих знакомых узнал, что Толька - умер...

Из своей деревни в город мне пришлось приехать уже в начале ноября, а как мне передали, мой друг умер ещё в июне. А в июне мне снился про Тольку один странный сон под гулкий, раскатистый гул барабанов...

И вновь я длительно и с печалью размышлял о невероятности и неумолимости Смерти. Думал и о том, как непостижимо для человеческого ума исчезнование любой личности из этого мира. Был, находился. Являл себя, чувствовал, переживал, воспринимался, и, вдруг, - полностью исчез, как будто никогда не было. Как языком слизало! Страшным, громадным, шершавым языком...

Наблюдал я и то, как противится, не верит, не может поверить мой ум в смерть Тольки. Не может этого быть! Вот сейчас поеду к нему и всё будет также: знакомый, потёртый, старенький подъезд, обшарпанный лифт, 9-й этаж, звонок. И толькин неуверенный, дрожащий голос "Кто?". Харе! - А-а, это ты, заходи. И знакомый хохолок на лысине и пытливые глаза и синий нос и всё те же по комнате разбросанные, обнажённые без корпусов приборы, техника...

Сплетни, враньё всё это про смерть друга. Вот возьму сейчас и поеду, а точнее - пойду! (Я часто сочетал длительную прогулку с возможностью повидать друга). И я шёл, ходил, но при приближении к дому Тольки останавливался и возвращался домой... А, однажды, я всё-таки осмелился дойти и позвонил в дверь. Нет, не услышал я в ответ толькин голос, вышла его жена и поведала мне подробности его смерти...

Толька в самом деле и не в шутку рассердился и ушёл из этого мира. Тогда я пытался обнаружить своего бывшего Гуру во снах. Я рыскал по астралу. Не мог он пропасть полностью, мне это известно! Но как только я намеривался сонастроиться на толькин образ, меня сносили и уводили в сторону какие-то горячие и резкие астральные ветра. Я так и не обнаружил бывшего, деградированного бога.

Психология bookap

Где же ты, Толька?

Вернулся ли ты на свою некогда любимую планету, где некогда жил, или же твоё тело сновидений бесследно растворилось, рассеялось в бескрайнем, чёрно-синем, холодном космосе? Мне об этом до сих пор неизвестно...