Сновидение наяву.

Стою внутри церкви подле колонны. Полумрак обволакивает позолоту украшений и сгущается по углам, загоняя туда тайну. Огоньки маленьких свечек разбросаны по пространству. Справа гробы с покойниками - отпевание. Продолжается служба. Людей мало. Жалобное пение девичьего тонкоголосья попеременно с мужским, одиноким речитативом приближают меня к себе самому.

В предощущении чудесного вспомнил почему-то о нагвале Розендо (недавно перечитывал Кастанеду), который запер своих учеников в шкаф. Дал команду своему союзнику сместить их точки сборки в другой мир. Но коварный союзник, соединив энергии подопечных нагваля, забросил их вместе с физическими телами в невообразимую далёкую неизвестность. Нагваль Розендо открыл шкаф - там было пусто...

...Отче наш. И же, еси на небесех... - тянет священник. Протяжный хор подхватывает и смещает мою точку сборки в сторону лёгкой печали. Стало грустно, что линия легендарного дона Хуана окончилась навсегда. Закончилась ли?!

Нагваль Себастьян, вообще, работал в церкви, пока его не разыскал Арендатор, и это неспроста...

Мой двойник, оставаясь в теле, осторожно, тайком стал вышагивать куда-то глубже внутрь меня. Он стал вышагивать в любовь! Сделалось сладостно, умилённо, восторженно. Я стал пить небесный нектар. В душе моей открылся поток благодарности. Жизнь моя, судьба, как я благодарен вам, что вы открываете мне столько тайн! Господи, как мне ответить тебе за то, что ты спускаешь, осыпаешь меня несметными дарами, что ты дал мне великий смысл жизни! Бог, тебя так много, тебя бесконечно много, блаженство твоё неисчерпаемо! Моя жизнь стала великим захватывающим и бесконечно интересным, духовным приключением и путешествием внутрь себя!

Незачем было что-то выдумывать, но я расфокусировал взгляд и "сел" на молитвенный звук - точка сборки сдвигалась! Этот звук, ритм действуют волшебным образом. Я нашёл ключ к тайной позиции! А что творит полумрак! Я посмотрел на покойников. Стояло 3 гроба. Покачивающиеся блики теней от свеч, разрежённый и плотный клочками воздух, насыщенный запахом и невидимым дымком ладана, трогал лежащие тела, их лица. Оживлял их. Нет, да они не умерли! Они просто спят. Они притворились умершими - сразила меня догадка. Это - игра. Эта жизнь такой абсурд, глупость и игра! Один покойник стал морщить лоб, ему снится плохой и беспокойный сон. Другая старуха - усталое лицо - только что заснула. Устала от жизни и заснула. Живые покойнички-то! - рявкнул мерзко кто-то над ухом. (Ну вот, без беса никак не обойтись. Он то, подлец, и сдвигает точку сборки дальше).

Лица мертвецов в гробах задвигались. Контуры тел стали размытыми, темнее, зашевелились. Пение, на котором я "сидел", стало гулким, раскатистым. Огни свеч насыщеннее, росли, превращались в большие, многоцветные шары, переливающиеся друг в друга.

Молитвенный голос обратился резким и стал звенеть "по краям". И одновременно я увидел всю глупость и абсурдность происходящего, какие могут быть только в самом беспечном сне. Будто кто-то наверху навёл ручку настройки изображения в другую перспективу. Я увидел, что от лежащих в гробах людей ничего не осталось: ни сознания, ни энергий, ни точек сборок. Они перестали быть людьми. Это были пустые, грубые, затвердевшие, холодные оболочки. (Двойники их остались в своих квартирах, а один даже был на прежней работе). Не было уже разницы между тем, что лежит безжизненным в гробах, и самими гробами. Всё вместе правильнее было назвать вещью, предметами. А они, родственники умерших, стоящих подле, ещё живые люди, относились по инерции к покойникам как к живым. К ним, как к живым, они направляли всё своё внимание, все свои печальные, молчаливые чувства потери и даже продолжающейся заботы(!) Парадоксальность, несоответствие, глупость и абсурдность такого отношения, чрезмерно торжественного внимания живых людей, к уже неодушевленным, бесполезным и ненужным вещам достигло гротеска. Такое возможно только во сне! Да, это и есть сон! - осенило меня...

Я попал в сновидение наяву! И, как часто бывает во сне, я не мог долго оставаться на одном месте. Моё тело снов увлекало меня в движение, и я в целом задвигался вместе с ним.

Я вышел из церкви и прошёл мимо нищих с протянутыми руками. Они все притворялись, они играли роли нищих! Я полностью отдавал себе отчет, что я нахожусь в привычном, физическом, обыденном для меня мире, и был одновременно - во сне! Я ощущал и видел, что всё вокруг сон. Но и я сам себе снился! Свернул за угол дома недалеко от церкви и по инерции чуть не налетел на человека, которого мгновенно узнал. Он тоже был похож на просящего милостыню - держал руки чуть вытянутыми перед собой. Но он не просил. Он смотрел на руки, потом в сторону и снова на руки, взгляды наши встретились. Этот человек был - я! Мой дубль! Это был я прошлый.

Какая-то очень быстрая, свёрнутая эмоция-мысль на секунду застыла, потом толкнула меня приблизиться, обнять двойника. Пожалеть простить своё прошлое, отпустить навсегда. Это был порыв-прощение, порыв-грусть. Я начал движение, чтобы обнять самого себя прошлого, обнять свой дубль, простить... Но трагическое, предсмертное чувство опасности и риска в кладовой памяти запоздало начало шевеление. Из глубины подсознания стали коротко пульсировать сигналы - успеть быстро что-то вспомнить, прежде чем я его обниму...

В это время прохожие видели, как я сделал резкий шаг вперед, оказался неповоротлив, неловко подскользнулся (была зима), взмахнул руками, потерял равновесие и упал.

Но для меня всё было по другому. В последний миг перед объятием с двойником, я услышал в себе грозный, упреждающий голос дона Хуана "... маг встретивший себя самого, свой дубль - мертвый маг!" Но было поздно. К сложной эмоции грусти, прощения, сожаления, расставания и ностальгии успело добавится чувство самоуничтожения, отчаянной потери себя, катастрофы, неизбежного риска от слияния со своей же, но смертельно несовместимой энергией моего двойника.

Психология bookap

Я уже обнял свой дубль, на мгновение замер в ожидании смертельного, мощного, электрического разряда, потерял равновесие, упал и вышел из сновидения наяву...

Я схватил воздух, потому что это был не дубль, а мираж, фантом, призрак, сдвиг точки сборки, состоящий из моего прошлого. Который уже давно, утратив всю свою силу, чуть качнувшись, растаял...