ГЛАВА 1. ЧЕЛОВЕК И ИДЕЯ


...

1.7. ВОЗМОЖНОСТЬ ЗАРАЖЕНИЯ И ОТВРАЩЕНИЕ

Один юморист, говоря о странностях характера, задавал вопрос: почему мы довольно спокойно относимся к комарам, которые пьют самое дорогое у нас, и ненавидим тараканов, которые никого не тогают. Вопрос вызывал смех в зале. А ведь на самом деле поведение людей в этой ситуации очень логично. Мы чувствуем отвращение к таракану, но не к комару. Нам отвратительно задавить пальцами муху, но мы без всякого отвращения может задавить комара. Мы можем позволить божьей коровке ползать у нас по ладони и нам даже это нравится, а вот клопа-солдатика, такого же маленького и красиво раскрашенного, сразу же стряхнем с пальцев. Мы чувствуем отвращение к гусенице и не чувствуем к бабочке. Мы в ужасе убегаем от огромного паука и ловим пальцами краба того же размера. Мы с удовольствием едим раков и омаров, которые очень напоминают насекомых, а можете ли вы представить огромное насекомое в своей тарелке? Основной факт очень прост: мы испытываем отвращение к тому, что является или может оказаться носителем ЗАРАЗЫ. Тараканы, мухи и некоторые другие насекомые – обычные разносчики заболеваний, поэтому они нам отвратительны; даже убивать их отвратительно – легче всего отойти от них или прогнать, то есть не вступать ни в какой контакт. Отвратительны мертвые тела, особенно давно мертвые, отвратительна зеленая слизь и некоторые запахи, отвратительны на вид некоторые кожные болезни, отвратительна грязь.

Но точно также дело обстоит и с моральным отвращением – то есть с отвращением к носителям МОРАЛЬНОЙ ЗАРАЗЫ. Это могут быть определенные идеи или предметы, в которых идеи воплощены. Что именно и насколько сильно отвратительно – это дело вкуса; разные люди называют разные вещи, я могу сказать что отвратительно лично мне.

Лично мне отвратительно все, что заражает примитивизмом, я могу вспомнить даже несколько случаев острого отвращения: когда в серьезной статье съезд назвали «тусовкой» и когда некая имиджмейкер приказала улыбающемуся актеру "показать зубки". Противны попсовые песни, типа "девчонки короткие юбченки", но не все, а лишь самые заразные – которые в несколько дней начинают звучать на каждой улице города. У меня даже есть особое чутье на ту песню, которая станет популярной всего за день ли два и навсегда умрет не более, чем через месяц – эти песни наиболее отвратительны и чувство отвращения меня еще ни разу не обмануло.

Отвратительны фанатики: в первую очредь, сектанты, которые ходят по квартирам и пытаются склонить здоровых людей к своей вере. Сектанты, которые не активно заразны – не отвратительны. Отвратительны бюрократы, бюрократизм и все связанное с бюрократией, отвратительна всякая бумажная работа и бумажная волокита. Работая в школе, учреждении очень бюрократическом, я не раз получал взыскания за то, что плохо работал с бумажками. Отвратительно, когда безвкусицу выдают за образец для подражания, отвратительна государственная ложь, которую вмиг подхватывают чиновники низших рангов и заставляют повторять своих подчиненных. Отвратителен обман ради выгоды, особенно такой, который оценивается как умение жить – то есть, оцененный положительно и, следовательно, заразителььный. Отвратительна безграмотность объявляющая себя "новой волной", отвратительно попустительство к себе, отвратетльны ругательства, отвратительны выражения-пробелы, позволяющие говорить не думая, как говорят попугайчики:

"терпеть ненавижу", "короче приколись". Отвратительны киногерои – мыльные мальчики в мыльных сериалах. Но убийство или грабеж не отвратительны – к ним испытываешь совершенно иные чувства, поэтому что они почти НЕ ЗАРАЗИТЕЛЬНЫ. Не отвратительна и жестокость, она страшна, так же как страшна змея, которую вдруг видишь в полуметре от себя. Жестокость не заражает, а убивает, поэтому рефлекторно хочется замереть или отпрыгнуть в сторону – как от змеи. Близость жестокости, как и близость змеи "леденит кровь". Но это чувство – не отвращение. Это унаследованная нами от предков реакция замирания – сжаться, спрятаться, притвориться мертвым.

Другой не согласится со мной и назовет другие поводы для отвращения. Это, повторю, дело вкуса. Здоровый вкус означает не только принятие здоровых вещей, но и здоровое отвращение к нездоровым.


Подведем первые итоги.

Зло (возможно, не любое зло, а только некоторые его формы) сходно с инфекционной болезнью, причем во многих чертах. Возбудителем этой болезни является некоторая идея, подробнее о которой мы будем говорить позже. При заражении идеей человек ощущает лихорадку или горячку, в чем-то сходную с повышением температуры при обычной болезни; после заражения наступает затишье в развитии болезни, за время этой паузы человек не выздоравливает, а, наоборот, болезнь окончательно завоевывает его; возможен иммунитет против морального недуга; однажды пережитый стыд действует аналогично прививке; к носителям моральной заразы мы испытываем в точности то же чувство, что и к носителям заразы обыкновенной – отвращение.

Психология bookap

Эту аналогию можно продолжить. Уместно поставить следующие вопросы: можно ли лечить зло, а если можно, то как? Если зло – болезнь, а точнее, разные формы зла – это разные болезни, то можно ли их систематизировать, выделить и изучать каждую в отдельности? Возможны ли эпидемии зла? Как предохранить себя от заражения? И, все-таки, что именно вызывает болезнь, как выглядит, как функционирует и как ведет себя та самая «злая» идея, которую мы пока представляем себе очень и очень смутно?

Начнем с последнего вопроса.