Часть IV. Что могла бы дать соционика.


. . .

Немного истории.

Легче дождаться конца света, чем конца темноты.

Виктор Шендерович

Своими корнями идея универсального совершенства человека и всестороннего развития личности уходит в эпоху Возрождения. На этом этапе своего развития человечество с ее помощью осваивало представления о личной свободе и целеполагании.

Античность и средневековье.

На ранних ступенях социального развития общественное сознание предписывало людям жесткие рамки, в которых им следовало себя реализовывать. В социуме существовали определенные шаблоны (образцы поведения и мышления), которым должны были соответствовать люди, принадлежавшие к разным социальным и тендерным группам.

От мужчины древнегреческого полиса, например, ожидали, что он прежде всего должен быть примерным гражданином своей родины, воином, защитником своего дома и хозяином. Тот же мужчина, попав в рабство, следовал совершенно иному образцу поведения: был послушным, исполнительным, не проявлял строптивости.

Не менее четкие образцы поведения существовали и в Средние века. Представитель каждого сословия знал, каким ремеслом должен заниматься, какое общественное положение занимать, какую одежду ему следует носить (вплоть до цвета и фасона), какой модели поведения следовать в разных обстоятельствах. Для каждой жизненной ситуации были приняты определенные ритуальные действия и фразы. Употребляя другие слова, человек рисковал быть непонятым.

Ясно, что в такой обстановке разнообразие, оригинальность, индивидуальность и любое отклонение от социальных стандартов было бы воспринято неадекватно. Даже сама идея быть оригинальным не могла придти в голову человеку такого общества. Это - завоевание более поздних времен.

Помимо социальных ограничений свою ужесточающую роль сыграли средневековые религиозные установки, выполняющие функцию массовой идеологии. Так, над всем витала идея, что мир, сотворенный Богом, совершенен, все знания, которые Бог хотел передать людям, уже даны, поэтому человечеству (точнее, его лучшей, просвещенной части) остается лишь изучать и сохранять их. Любые попытки не только что-то изменить, но даже задаться вопросом о возможности открыть и узнать что-то новое о мире пресекались церковью как очевидная ересь. В те времена они трактовались как сомнение в Божественной мудрости. Столь жесткая иерархия была неслучайна, ведь она обеспечивала некоторую стабильность жизни.

Надо отметить, что на определенном историческом этапе такая идеология была вполне оправдана. Она диктовалась необходимостью регулировать жизнь общества, которое имело еще крайне примитивные представления о закономерностях общественной жизни, о возможностях экономического развития и гуманного (в современном европейском понимании) жизнеустройства.

До эпохи Возрождения в обществе существовала жесткая регламентация всех форм не только социальной, но и индивидуальной жизни человека. Усилия прикладывались не к тому, чтобы проявлять оригинальность, а к тому, чтобы соответствовать нормам, предписанным обществом.