Часть I. О принципах соционики.

Несколько предварительных замечаний.

С тех пор как изобрели речь, люди не могут договориться друг с другом.

Хенрик Ягодзиньский

Исторически сложилось так, что вокруг соционики с самого ее зарождения кипит клубная жизнь. Для науки это и хорошо и плохо. Хорошо потому, что это способствует ее популяризации, привлекает молодые силы, подсказывает интересные сюжеты для дальнейших исследований. А плохо потому, что такая ситуация поощряет огромное количество дилетантов, которые наряду с настоящими исследователями пытаются внести свое "новое слово" в это стихийно развивающееся знание.

О псевдонимах.

В частности, очень распространено изобретение новых терминов и псевдонимов для соционических типов, которые якобы лучше отражают положение вещей. Их авторы почему-то думают, что через три месяца знакомства с соционикой после прочтения трех газетных статей они лучше усвоили предмет соционики, нежели те, кто занимается ею десятки лет.

Часто отказ от классических псевдонимов аргументируется тем, что их носители были "неправильно" оттипированы ранее. А новоявленный изобретатель, уже оттипировавший по тестам всю свою семью, точно определил, что Бальзак - не БАЛЬЗАК, а М. Горький - не МАКСИМ.

Им кажется, что без решения этих вопросов невозможно дальнейшее развитие соционики. Видимо, по их представлениям, все приверженцы старой системы псевдонимов и терминов должны либо согласиться с их аргументацией, либо вымереть, чтобы наука наконец могла двинуться вперед.

Но мы не считаем проблему терминологии настолько серьезной, чтобы разводить вокруг нее многолетние непримиримые "научные" дебаты.

В этой книге, как и на своих занятиях, мы использовали самую раннюю систему псевдонимов типов, предложенную Аушрой Аугустинавичюте на заре становления соционики. Ее не критиковал только ленивый, но у нас есть свои аргументы в пользу этого решения.

Предлагаем их вашему вниманию и после этого будем считать вопрос исчерпанным, поскольку, с нашей точки зрения, он не стоит того, чтобы вокруг него кипели такие страсти. В конце концов, это всего лишь тот консенсус, к которому, по идее, все должны были бы стремиться.

Мы пользуемся шестнадцатью классическими псевдонимами (cм. таблицу в предисловии) по следующим причинам:

1. Из уважения к Аушре и к тем поколениям социоников, которые с 1968 года наработали огромный смысловой и образный материал вокруг каждого из этих названий. К тому же хочется, чтобы ученикам был доступен клубный фольклор ранних соционических времен.

2. Еще не осмыслено в полной мере, что заставило Аушру - экстравертного интуита - выхватить из потока информации эти звукосочетания. Нам приходилось наблюдать, как человек, впервые услышавший псевдоним своего типа, принимает его как комфортное, в чем-то совпадающее с представлением о самом себе, название. Причем он может ничего не знать о прототипе. Так иногда мы говорим, что имя очень подходит человеку, а иногда - нет. Отнесемся к этому внимательно.

3. За каждым из псевдонимов стоит определенное семантическое поле. Все эти имена давно существуют в культуре и для человека, выросшего в ней, несут в себе определенные ассоциации. И этим они выгодно отличаются от аббревиатур - ведь их невозможно перепутать между собой.

Кроме того, авторы часто представляют рукописи с ошибками в аббревиатурах. Кажущееся наукообразие сильно затрудняет восприятие текста на всех этапах. Редакторы должны хорошо знать соционику, чтобы выловить эти опечатки. А подкованные читатели просто берут ручку и рядом с аббревиатурами надписывают "ненаучные" человеческие имена.

А кстати!

В скобках - о научности. Там, где никаких комплексов по поводу ненаучности нет, например, в физике элементарных частиц, названия непредставимых для обыденного сознания явлений ученые стараются хоть как-то приблизить к знакомым образам. Поэтому в физике возникли такие термины, как "кварки", "спин", "странность", "цвет" и т. п. Все эти слова помогают работать в том удивительном мире, который начинается за порогом квантовой механики.

В соционике же нам зачастую предлагают непостижимые словосочетания вроде "сомэндостаз в мюрмесине" (один ГАБЕН немедленно попросил две порции этого на пробу) для обозначения веками наблюдавшихся человеческих качеств, знакомых нам с детства. Не следует до такой степени поощрять свои комплексы.

---

4. Чем жестче понятие, тем уже область его определения. А ведь понятие типа - довольно широкое и распространяется на все области жизни. Именно поэтому оно не укладывается в узкопрофессиональное определение.

Предположим, тип называется АНАЛИТИК. Из названия нам понятно, что он склонен все классифицировать. Но ведь нельзя сказать: "Ты программируешься на эмоции и избегаешь драк, потому что ты АНАЛИТИК". Подобная фраза воспринимается как необоснованная и довольно странная.

Теперь представим, что тот же тип мы будем называть РОБЕСПЬЕРОМ. В этом случае вполне можно сказать, что для него характерен аналитический подход к миру, он склонен избегать агрессии и его настроение зависит от окружающего эмоционального фона. Совершенно ясно, что такая фраза ни у кого не вызовет недоумения.

5. Авторы отдают себе отчет в том, что конкретные люди, давшие название типу, могли быть на заре соционики оттипированы неправильно. Но это не меняет для нас ровным счетом ничего, потому что процесс обучения соционике сейчас строится не на изучении биографии маршала Жукова или произведений Максима Горького и Бальзака.

При грамотном обучении на основе базиса Юнга и модели А у студентов должен быть сформирован целостный образ типа, за которым закреплен данный псевдоним. Практика тестирования и наблюдения дает представление о реальных проявлениях каждого типа, и этого вполне достаточно, чтобы работать с ним.

Современные студенты подчас ничего не знают о конкретных людях, давших свое имя соционическим типам.

И это освобождает нас от необходимости конфронтации как с приверженцами системы псевдонимов, так и с изобретателями новых слов в соционике.

6. Для тех же, кто поддерживает свой авторитет при помощи научной терминологии, всегда существует возможность обратиться к базисным названиям типов, которые никто не отменял. Можно, конечно, называть собеседника не МАКСИМОМ, а логико-сенсорным интровертом, или ЛСИ. А когда он окончательно запутается, предложить таблицу перевода научных терминов на человеческий язык - лаконичный и образный, как и все живое.

Старая система псевдонимов имеет недостатков не больше, чем любая другая. Но у нее есть неоспоримое преимущество - тридцатилетняя история существования.