Часть 4. Повседневная жизнь как сон:

Интерпретация сновидений тех, кому не снятся сны


...

12. Космические принципы


В этой заключительной главе я буду сравнивать новую работу со сновидениями, которую мы изучали, с физикой вселенной. В предыдущих главах этой книги мы сосредоточивались на тренировке осознания с тем, чтобы следить за подсказками Создателя сновидений при работе со снами. Мы обнаружили, что можем узнавать о таких других сферах, как двери сновидений, сны, заигрывания и Сновидение по тому, как эти миры влияют на наше восприятие.

Теперь давайте рассмотрим космос по аналогии с нашей работой со сновидениями. Предположим, что события в космосе, которые мы видим на Земле, аналогичны восприятиям, приходящим к нам от Сновидения. В некотором смысле, сами сны похожи на метеориты; то есть, падающие частички звезд, которые попадают на Землю, образуя кратеры и неся послания от вселенной за пределами нашей планеты. Мы узнаем о внешней вселенной, отчасти, благодаря стойким отпечаткам или кратерам, которые эти небесные камни оставляют на Земле. Точно так же, мы узнаем о Сновидении из снов, оставляющих у нас стойкие впечатления, которые мы вспоминаем в дневное время.

(Рис. 31. Сны подобны метеоритам)


Однако, не все метеоры падают на Землю, но вместо этого со скоростью молнии проносятся через верхние слои атмосферы земли, едва касаясь отдаленных окрестностей этого мира, ярко горя из-за трения с земной атмосферой. Эти метеоры подобны заигрываниям. Нужно быть «проворной кошкой, чтобы их ловить, поскольку они не падают на Землю и не оставляют стойких отпечатков, как метеориты.

Такие метеоры-заигрывания помогают нам понять, почему некоторые люди считают, что им не снятся сны. Большинство метеоров так и не достигают Земли! Однако, поскольку все метеориты некогда были метеорами — то есть, поскольку все сны некогда были заигрываниями — мы все же можем ощущать послания от вселенной, то есть, от великого Сновидения, работая с заигрываниями!

Теперь давайте спросим: А что происходит в те дни, когда мы не наблюдаем ни метеоров, ни метеоритов — то есть, ни снов, ни заигрываний? Такой день очень трудно себе представить, и на самом деле, быть может, это даже теоретически невозможно. Тем не менее, сделаем вид, что подобный день действительно имеет место или, по крайней мере, что мы маргинализируем и игнорируем заигрывания и сны, которые у нас были. Может показаться, что в этом случае нет никаких заигрываний или снов, которые бы раскрывали послание Великого Духа. Но тогда как же мы узнаем, что пытается сказать нам Сновидение?

Снова используем аналогию с космосом: даже если бы мы не смотрели на небо, видя звезды и метеоры, мы бы все равно знали, что извне существует некая сила, поскольку вода в больших водоемах, вроде морей и океанов, периодически движется вверх и вниз, создавая волны. Волны на воде создаются колебаниями гравитационного поля Луны. Волны напоминают нам о силах вселенной, даже когда мы не видим метеоров или метеоритов.

Аналогичным образом, Сновидение создает в повседневной жизни волны в виде дверей сновидения. Двери сновидения — это волны, периодические повседневные проблемы, которые наступают и отступают — проблемы, которые мы называем нерешенными вопросами, комплексами и другими людьми. Если бы мы не знали о тяготении, то, возможно, думали бы, что волны вызываются кем-то или чем-то известным нам из повседневной жизни, а если бы мы не знали о Сновидении, то могли бы считать, что «проблемы» и двери сновидения в повседневной жизни вызывает наше маленькое «я».42


42 Разумеется, это большое упрощение. Волны (в отличие от приливов и отливов) вызывает не непосредственно притяжение Луны, а его взаимодействие с земными факторами — физическими свойствами воды и воздуха. Точно так же, «проблемы» и «двери сновидения» обусловлены взаимодействием Сновидения (или Духа) и «маленького ‘я’». В этой связи очень интересно сопоставить идеи А. Минделла и К. Уилбера (см., например, его книги «Око Духа», «Психология будущего», «Один Вкус» и др.), поскольку будучи совершенно различными, они во многом дополняют друг друга (пер.)


(Рис. 32. Сновидение создает волны в повседневной жизни)


Подобно тяготению, Сновидение принципиально нелокально. Оно присутствует повсюду. Поэтому большинство «проблем» или волн также должны быть нелокальными. Я знаю об этом нелокальном источнике проблем, благодаря волнам электронной почты, которую я получаю. Многие люди пишут мне о своих проблемах. Я могу сказать, что в наступлении и отступлении проблем существует некая периодичность, определяющая увеличение и уменьшение потока моей почты! Мои проблемы вызываю не только я сам; за этими дверями сновидения должен быть нелокальный элемент.

Суть в том, что Сновидение, так же, как вселенная, может выражать Себя многими способами. Оно проявляется в виде заигрываний, или метеоров, пролетающих через верхние слои атмосферы подобно падающим звездам; в виде снов, или метеоритов, падающих на землю и оставляющих кратеры, которые мы помним; и в виде волн в жизни, или гравитации, порождающей волны в океанах. Хотя мы не можем непосредственно видеть Сновидение или гравитацию, мы чувствуем их эффекты.

Новая парадигма работы со сновидениями, в которой Сновидение занимает центральное место, расширяет прежние парадигмы, сосредоточивавшиеся на маленьком «я» и значении снов для повседневной жизни. В этих прежних парадигмах главной задачей было прослеживание и понимание снов. В новой парадигме на первом месте стоит переживание Сновидения. Самое главное в ней — это обучение сновидца осознанию измененных состояний сознания: знание и понимание почти сами собой рождаются из этого опыта осознания.

Новая парадигма включает в себя оценивание снов, но, кроме того, призывает нас открываться Сновидению и воспринимать Его проявления в форме мимолетных жестов отношения, телесных проблем, опыта дыхания, и предсигналов, или заигрываний. Новая парадигма Сновидения основана на переживании дословесных, чувственных феноменов и на Его образах в Стране грез и повседневной реальности. Сами сны теперь становятся лишь одним из важных проявлений Создателя сновидений; они уже не играют такой заглавной роли, как прежде.

Если оглянуться на развитие моих собственных представлений, то кажется, что парадигма Сновидения заставляла меня придавать большее значение магии момента, нежели снам. Возможно, именно поэтому я в течение многих лет откладывал изучение снов. Они долго были моей первой любовью в юнгианской психологии, моим первоначальным увлечением. Я по прежнему преклоняюсь перед ними, но теперь понимаю, что они представляют собой лишь одно из множества возможных, в равной степени ценных проявлений того поразительного измененного сознания, которое скрывается за тем, что физики описывают как квантовые волны, а адепты медитации переживают как «пустоту».


Ваше будущее в Сновидении

Ваш интерес к снам влияет на них, точно так же, как они влияют на то, как меняется сознательный ум. Работа со снами и необходимость замечать Сновидение со временем меняет вас. Если у вас настроение так называемого среднего человека, который не слишком интересуется снами, то вы, как правило, запоминаете их только, когда они достаточно сильны — когда метеориты оставляют на поверхности Земли достаточно большие кратеры. «Средний человек» — это пассивный зритель, который изучает сны только, когда они столь драматичны, что на них нельзя не обратить внимание.

Более любопытный наблюдатель изучает свой сон — так сказать, кратер — и то, что он означает для его повседневной жизни. А еще более увлеченный сновидец начинает задумываться о том, откуда берутся его загадочные сны. Он прослеживает их историю в обратном порядке — так сказать, от кратера к метеориту, и от метеорита к внешней вселенной. Он узнает о снах, заигрываниях и Сновидении.

Когда его отношение к метеоритам расширяется до интереса ко всему космосу, то он начинает переживать всю вселенную, как живую, пульсирующую, обладающую собственным разумом. Теперь он сосредоточивается уже не на кратерах или метеоритах, а на удивительном творческом присутствии, окружающем его днем и ночью, и на своей роли в этой вселенной.

Когда его взаимосвязь со Сновидением возрастает, то становится неправильно говорить о наблюдателе и метеорите, сновидце и сне — скорее, они сливаются, превращаясь в Создателя сновидений и Его ученика, Создателя сновидений и Его зеркало. Это приближает человека к ощущению творения. Он больше не думает только об образах своих снов; чаще, он чувствует побудительные причины, стоящие за образами, историями и другими восприятиями. Он как будто проходит через двери сновидения, затем через сны, а затем через заигрывания к переживанию тайн вселенной.

Это напоминает мне об экстатических сноподобных видениях, которые были у К.Г. Юнга, когда он был на грани смерти во время своего первого инфаркта в 1944 г.43 В своей автобиографии он рассказывает, что во время этого переживания близости смерти он обнаружил, что находится в тысяче миль над Землей. С этой перспективы он мог обозревать значительную часть планеты. Он заметил в пространстве рядом с собой гигантский камень, «огромный темный каменный монолит, наподобие метеорита. Он был размером примерно с мой дом или даже больше. Он плавал в пространстве, и я сам плавал в пространстве».44


43 Он рассказывает об этих замечательных видениях в 10-й главе своей автобиографии «Воспоминания, сновидения, размышления»

44 См. «Воспоминания, сновидения, размышления» [Киев, AirLand, 1994], стр. 188 и далее


Дальше он говорит, что этот камень напомнил ему о «храмах», которые он видел на Земле. Он знал, что если бы он вошел в этот храм, то открыл бы правде о том, кто он есть на самом деле, откуда пришел, и что будет после него. Однако, прежде чем он сделал это открытие в своем сне, его вернули обратно на Землю. Он пережил свой инфаркт, вернулся к жизни, и позднее умер в 1961 г.

Возможно, что храм Юнга, его «метеорит», не так уж отличается от «метеоритов», то есть, заигрываний, которые мы изучали. Заигрывания — это своего рода храм, место, где мы можем открывать некоторые из тайн жизни, смерти и вселенной. Часть новой парадигмы работы со сновидениями составляет движение туда и обратно, в эти заигрывания и из них, в нелокальность и назад в пространство и время. Забираясь в эти метеоры, вы можете узнавать о происхождении снов — быть может, даже о происхождении и природе вселенной.

Юнг сознавал, что его жизнь была каналом для Создателя сновидений. Он хотел узнать свою собственную и Его природу. Подобно Юнгу, Альберт Эйнштейн тоже хотел «узнать мысли Бога, все остальное — детали».45 Сегодня мы можем сказать, что невидимый и невыразимый источник вселенной, возможно, не только парит на дальних окраинах реальности, в тысяче миль над Землей. Нам нет нужды ожидать еще одного воплощения в отдаленные времена, или околосмертного опыта, чтобы узнать, откуда мы произошли. На самом деле, сверхъестественный источник реальности, возможно, находится прямо перед нами, в подробностях повседневной жизни. Болтовня о вчерашнем дне, запахи дня сегодняшнего, ваши собственные непроизвольные движения и неудобные друзья — именно эти мирские события и есть «мысли Бога» или храм Создателя сновидений.


45 Полная цитата из Эйнштейна приведена на первой странице 1-й главы этой книги


Поэтому ученик Создателя сновидений понимает, что храм его Учителя — это соседний волшебный момент во времени. Его учения подобны метеоритам, метеорам и волнам; это заигрывания, иррациональные события и двери сновидения.