Глава 5. Переживание осознанного сновидения


...

Разнообразие действий: к вопросу о контроле

Поступки осознанно сновидящих отличаются таким же разнообразием, как и поступки бодрствующих людей. Некоторые из наших действий чисто рефлекторны. Находясь в осознанном сновидении, мы можем, например, ходить, не теряя равновесия. Другие – инстинктивны: если нас что-то испугало, мы бежим. Большинство действий обусловлены привычкой: мы не теряем способности вести машину даже тогда, когда понимаем, что спим. Наконец, существуют намеренные действия: иногда мы сдерживаем желание убежать, даже несмотря на пугающие события, происходящие в осознанном сновидении. (Отказ от действия – это форма намеренного действия.) Я перечислил здесь четыре формы действий – от самых бессознательных и автоматичных до наиболее сознательных и добровольных. Чем выше уровень наших действий, тем большей свободой мы обладаем. Свобода – это выбор. Нередко этот выбор пугает нас, и мы, как правило, выбираем одно и то же. Однако во многих случаях намеренное действие более приемлемо, чем привычное или инстинктивное. Намеренное действие может заставить нас не бежать от опасности, добровольно встретиться лицом к лицу со своими страхами и преодолеть их. Большинство наших поступков представляют собой сложное сочетание всех четырех уровней действий. Наивысший уровень, доступный нам, определяется тем, насколько в данный момент мы руководствуемся своим сознанием.

В отличие от обычных людей, поступки осознанно сновидящих носят более добровольный характер и более сознательны. Опытный осознанно сновидящий способен проявлять во сне такую же свободу выбора, как и в обычной жизни. Так же как вы можете решить, читать вам следующее предложение или нет, осознанно сновидящий может выбрать то, что будет делать дальше. Проиллюстрируем это сном Сен-Дени:

... Мне спилось, что погожим днем я прогуливался верхом. Вдруг я понял, что сплю, и решил определить, могу ли я применить волю для управления своим поведением во сне. «Ладно, – сказал я себе, – эта лошадь – лишь иллюзия. Местность, по которой я проезжаю, не более чем сценическая декорация. Даже если бы все вокруг не было плодом моего воображения, я все равно мог бы управлять всем этим». Я решил перейти на галоп – и перешел. Решил остановиться – и остановился. Я оказался перед дорожной развилкой. Правая дорога уходила в густой лес, левая вела к развалинам какого-то поместья. С особой ясностью я ощутил, что могу выбрать любую, заставив тем самым свое воображение дорисовывать образы либо развалин, либо леса.(9)

Нет сомнений, что способность добровольного действия является одной из самых замечательных особенностей осознанных сновидений. Сновидцы испытывают неописуемый восторг, открывая, что могут делать почти все, что хотят. Они могут, например, отменить закон тяготения и воспарить в небеса. Они могут отправиться в Гималаи и взобраться на высочайшую вершину без страховок и проводников. Они могут даже заняться исследованием Солнечной системы, отказавшись от скафандра!

Возникают два вопроса, касающиеся контроля над осознанными сновидениями. Первый звучит так: как далеко может заходить этот контроль? Это зависит от множества факторов: от опытности сновидца, от степени психологического развития, достигнутой в бодрствующем состоянии, от ожиданий относительно собственного поведения в мире осознанных сновидении.

В один ряд с перечисленными психологическими факторами стоит поставить и психологическое состояние. Мгновенное состояние мозга осознанно сновидящего ограничивает степень доступности намеренного контроля. В особой мере это касается способности управления обстановкой сна – специфической формы «эго сна». Сам Сен-Дени отмечал, что ему никогда не удавалось руководить всеми частями сновидения. С другой стороны, тибетцы утверждают, что мастера йоги сновидений могут делать в своих снах все, что захотят, включая визиты на любые уровни существования.

Второй вопрос касается того, какой тип контроля наиболее желателен и приемлем. Существуют два его вида. Один из них – магическое манипулирование персонажами сна, отличными от эго. Иными словами, это управление «ими» или «этим». Именно этот тип контроля чаще всего не срабатывает для большинства из нас (исключая опытных мастеров). Однако подобное ограничение поистине благословенно. Дело в том, что, научившись в осознанных снах решать свои проблемы с помощью магического участия, мы можем начать ошибочно надеяться на то же самое в реальной жизни. Допустим, например, что в своем сне о великане мне бы захотелось обратить своего противника в жабу и что я действительно был бы способен разрешать всевозможные неприятности таким образом. Смогла бы помочь мне эта способность, если бы я однажды столкнулся в конфликте со своим боссом или другой авторитетной фигурой, кажущейся мне настоящим великаном, несмотря па мое бодрствующее состояние?

Другой тип контроля, доступный осознанно сновидящим, это самоконтроль – управление нашим собственным эго во сне. Мы можем соразмерять нашу ответственность за содержание сна, эту способность можно с успехом применять и в бодрствующей жизни. Таким образом, сны могут научить нас лучше жить и ночью и днем. Например, сражаясь с великаном в своем сне, я приобрел достаточное количество самоконтроля и уверенности в себе – качеств, полезных и в обычной жизни. По этой причине я хочу дать совет тем осознанно сновидящим, которые хотят стать мудрыми: «Управляйте собою, а не сном».