Глава 3 . Пробуждение в мире сна. Осознанное сновидение – это проще, чем вы думаете


...

История одного случая

Двадцать лет назад я посетил семинар по тибетскому буддизму в Эсаленском институте в Биг-Сур, Калифорния, который проводил Тартанг Тулку. Ринпоче ("драгоценный алмаз"), как называли учителя, был вынужден в то время покинуть Тибет, оккупированный китайскими коммунистами, и "попал с корабля на бал" из Индии. Поэтому он очень плохо говорил по-английски. Его и без того не слишком гладкая речь часто прерывалась смехом. Я ждал эзотерических толкований сложной теории, но то, что я получил, оказалось несравненно более ценным.

Ринпоче обвел пространство вокруг нас небрежным жестом и торжественно объявил: "Это… сон!" Потом он еще немного посмеялся и с таинственным видом указывая на меня, на других людей и предметы, все повторял: "Это сон!", заливаясь каждый раз смехом. Ринпоче удалось внушить нам (как именно, не знаю; я не исключаю возможность телепатии, поскольку мы обменялись всего несколькими словами), что мы должны пытаться смотреть на окружающий нас мир как на сон и поддерживать поток сознания непрерывным при переходе из бодрствования в сон и обратно. Я не думаю, что справился с этим заданием очень хорошо, но на обратном пути в Сан-Франциско после уик-энда неожиданно почувствовал, что мой мир расширился.

Через несколько ночей я пережил осознанное сновидение, первое после серии приключенческих снов, которая у меня была в пятилетнем возрасте. Вот что я увидел.


Шел небольшой снег. Я в одиночестве поднимался на горную вершину К2. Двигаясь вверх сквозь отвесно падающий снег, я вдруг заметил, что мои руки голые: я был одет в рубашку с коротким рукавом – не самую подходящую одежду для штурма второй по высоте вершины мира. И тут я понял, что все объясняется тем, что я сплю. Я был так восхищен, что спрыгнул с горы и полетел прочь, однако сон растаял, и я проснулся.


Я интерпретировал этот сон как указание на то, что еще не готов к освоению тибетской йоги сна. Но он явился также и точкой отсчета, начиная с которой я стал время от времени видеть осознанные сны.

Так длилось восемь лет, пока я не занялся ими всерьез. Следует заметить, что мое импульсивное поведение при столкновении с осознанными сновидениями типично для начинающих. Сейчас, оказавшись во сне в аналогичной ситуации, я бы полетел не от горы, а на ее вершину, чтобы выяснить, бывал ли я зачем-нибудь здесь.